Тот самый способ

Мемфис, 2010 год. Конец декабря. От лица Мелани: Большая кровать, комната в лучах утреннего солнца. Моя голова на его груди, рука покоится на сердце, ощущая глухие размеренные удары. - Не думала, что первый раз может быть таким... – я не закончила мысль, потому что он завершил ее за меня, будто лучше зная, что я чувствую. - Приятным? – проговорили его губы, британский мягкий акцент ласкал слух. – Как же так получилось, что еще вчера я бы разорвал девушку, подобную тебе... А сейчас... – его ладони бережно легли на мою поясницу. – Сейчас я боюсь, что ты сделаешь это со мной. - Разорву тебя? – переспросила я, удивляясь этому откровению между нами. - Ну, не в прямом смысле, конечно, – чуть слышно рассмеялся Никлаус. – Но ты рвешь ее, Мелани. Рвешь мою темную душу на части... - Рву? Мне хочется целовать тебя, а не рвать. Тебе больно? – нет, ну а что может еще спросить семнадцатилетняя девушка. - Это очень приятная боль. Она исцеляет, – его пальцы погладили мои волосы. - Ты... я запуталась, – щеки покраснели, я чувствовала себя глупой. - Старая темная душа с грязью рвется, но на ее месте... – он помолчал, подбирая слова. – На ее месте возникает новая. Эта новая душа гораздо добрее и чище. Ты делаешь это со мной, я чувствую. - Но как? – снова непонимающе сказала я, встретившись с ним взглядом. - Ты просто любишь меня. Этим ты спасаешь меня, запомни. Ты моё спасение... Эти воспоминания жгли меня, было схоже с избиением раскаленными прутьями, хоть я даже не знаю каково это. Однако думать, что это безумно больно мне можно. Сейчас кто-то вряд ли бы сказал, что я олицетворяю чье-то спасение... Я сидела на холодной койке в подвале поместья, обхватив руками колени и уронив на них голову. Сальваторе не было дома – сейчас они везли Ника куда-то далеко-далеко. Я просто сидела. Мыслей не было, дышала через раз. - Это не могло произойти... – бормотала я, слегка покачиваясь. – Просто не могло... Они оба погибли за эти два дня. Мое тело онемело, взгляд упал на баночку с отваром. Его я должна была пить регулярно по наставлению Мартины. Травка от безумия. Как по мне, так лучше бы она вколола мне наркотик. Сейчас это бы пригодилось. Пальцами сжав баночку, я осушила ее, кинув к противоположному углу. Сколько же мне еще тут сидеть?! Воспоминания опять напали на меня. Я слышала, что перед смертью вся жизнь, все хорошие моменты проносятся перед глазами, но не думала, что увижу это сейчас. Хотя, я ведь итак мертва. По крайней мере, внутри. Сан-Франциско, 2009 год. День рождения Мелани. - И куда же этот соблазнительный парень ведет тебя? – спросила мама, отщипывая виноградину от лозы. – Не слишком ли Никлаус для тебя взрослый? Ее глаза так пристально смотрели на меня, наверняка изучая каждую клеточку, пытаясь найти изъян, зацепится за него. - Он лишь проводит меня до Оксаны и заберет оттуда. Ничего такого мама. Нику можно верить, он просто очень хороший друг, – ответила я, расчесывая «конский» хвост. - Сегодня твой шестнадцатый день рождения и мне не очень-то хочется, чтобы кто-то воспользовался тобой под красивым предлогом сопроводителя. - Не думала, что когда-то услышу это от тебя, – шокировано произнесла я. Она прекрасно знала, как мы с Ником «познакомились» и говорить теперь, что он изнасилует меня... - Добрый день, миссис Круз! – произнес друг, мгновенно прерывая плохие мысли в моей голове. – Надеюсь, ничего не мешает мне забрать Мелани? Он был вежлив и как всегда опрятен. Мне даже не следовало смотреть на маму, чтобы понять, что ее щеки вспыхнули, а дыхание сбилось. Я оценивающе посмотрела на него. - Тебе следовало бы носить что-то попроще, – подметила я, поглаживая подбородок. – Как насчет кофт и кардиганов, легких пиджаков? Водолазок? - Отвлекающий ход? Чтобы никто не понял, кто я? – опередил меня Майклсон, подходя ближе. – Мне нравится. Тем более, пора избавляться от строгих костюмов. Элайджа стайл, – и мы оба рассмеялись. - Нам пора, – объявил мой друг, мама даже, похоже, не понимала, что происходит в ее доме. Ну, да ладно. - Идем, дорогая, – Никлаус бережно подтолкнул меня к двери, приобнял за плечи. - Пока милая, люблю тебя! – ответила мама, вышедшая из своего «транса». Я улыбнулась и ответила ей, перед тем, как входная дверь закрылась: - Люблю тебя, пока! – и я в последний раз видела ее живой. Слёзы текли вдоль щек с тройной силой, ведь к мыслям о Коуле и Нике, сюда примешались воспоминания о матери. Бог мой, сколько же мне еще тут сидеть?! Осколки от разбитой баночки завладели моим вниманием. Я схватила одно, упав на колени. Пальцы дрожали, но, всё же глубоко выдохнув, я резко резанула по запястью. Огромная борозда разорванной плоти и кровь. Я прикусила губу от боли. Отлично, просто отлично. *** От лица Деймона: Двери лифта открылись, и мы с Бонни вышли из него. Широкий узкий коридор привел нас к хранилищу 1020. Клаус. - Хотел снять бокс 666-ой, но подумал, что будет слишком очевидно. Так что взял этот, – объяснил девушке свой выбор. Она вошла вовнутрь, свет автоматически загорелся. - Один иссушенный первородный посреди кучи мусора – мило. - Из-за него Аларик стал монстром, моя мать – вампир, Тайлер – гибрид, Елена потеряла Дженну, а Керолайн свою маму. Дай мне минутку, Деймон. Хочу насладиться зрелищем, – проговорила Бонни, даже не отреагировав на мои слова. Я вышел из бокса в коридор. У меня как раз появилось время осмотреть всё помещение. *** Элайджа проводил Ребекку до двери и направился в свою спальню. В гостиной дома, которую он благоразумно обошел стороной, до сих пор всё осталось так, как было вчера. Только Мелани и Клаус отсутствовали. Майклсон позволил себе слегка расслабиться, убирая серьезность с лица. Пока его не было дома, Сальваторе успели иссушить Никлауса и куда-то увести Мэл. Сейчас Элайджа решил, что девушку они отвели к себе в поместье. Не прошло и десяти минут, как Древний бесцеремонно распахнул входные двери дома Сальваторе и спокойно позвал: - Мелани! – ответа не последовало. Тогда Эл решил идти на запах, но и это ему было не нужно. По всему дому стоял густой аромат свежей крови. Вампир удивился, что никто еще не учуял его. Видимо, всем было не до того. Осмотрев ведь дом, Элайджа вспомнил про подвал, и только зайдя туда, скривился. Запах был знаком ему, очень знаком. - Ну вот, – мужчина укоризненно покачал головой, поднимая девушку с пола. Минута – и они в гостиной. Элайджа прокусил запястье, наклонился и дал ей своей крови. Мелани не приходила в себя. - Что же ты так любишь страдать, девочка? – спросил он у блондинки, поднимая ее на руки. «Оставить ее тут нельзя, а сейчас нужно навестить Елену. Надеюсь, они еще не решили, что делать с Клаусом...» – Древний вышел из дома с Мелани на руках. Дом Гилбертов был наполнен вампирами, да и просто был наполнен гостями, когда Элайджа очутился на пороге с девушкой на руках. - Стефан... – позвала Елена, начав пятиться от двери, удивленная появлением Древнего. - Элайджа, – Стефан поднялся и кивнул мужчине. - И снова здравствуйте, – проговорил он, спокойно ожидая приглашения. Спустя десять минут эта компания обсуждала вопрос, касающиеся Клауса. Оставить его у братьев Сальваторе или передать семье. Элайджа поклялся, что пока живы дети Елены и она сама, он и Ребекка не «вернут» Николауса. *** От лица Мелани: Голова гудела от странных звуков, которые едва различал мой слух. Я открыла глаза, с удивлением осматривая уютную гостиную Гилбертов. Вот те раз. - Ник... – пересохшие губы попытались что-то сказать, но, скорее всего, было слышно лишь шипение. Джереми вошел в дом и сразу же направился на второй этаж. Я проследила за ним взглядом, вдруг вспомнив, что он может мне быть полезным. Я сорвалась с места и настигла парня в дверях его спальни. - Что ты делаешь?! – возмутился он, непонимающе глядя на меня. – Ты – Мелани, да? Девчонка-душа Клауса? Я застыла на месте. Девчонка-душа? Так называл меня только один человек, ревниво и злобно сжимая руль автомобиля, пересекая штаты. Коул. - Ты говорил с ним? – странно, мой голос звучал спокойно и ровно. - С кем? Ты вообще о чем? – не понял Джереми, закрывая дверь. – Садись, давай всё по порядку. - Коул, – сказала я, плюхнувшись на край постели. Глаза парня подобрели, он присел напротив меня в кресло. - Я думал, тебя интересует только Клаус. - Это так, – не задумываясь, кивнула я. - Тогда зачем тебе знать что-то про Коула? Да, я говорил с ним недавно и что? Что тебе-то? - Потому что я люблю его, – фраза скользнула с моих губ и повисла в воздухе. Я сказала то, что сказала. Назад пути нет. Осознание этого немного успокоило меня. От лица Коула: Это было так странно... Слушать ее, видеть ее, иметь возможность что-то сказать, но не ей... Вот она сидит, минуту назад, наконец, проговоривши то, что так долго мучило нас обоих, а меня нет с ней. Конечно же, я здесь, но это словно шутка Бога. Иметь возможность быть с ней рядом, но и не иметь ее. - Я люблю его, Джереми, – твердо проговаривает она, сцепляя пальцы. – Просто передай ему это... Несколько слёз скользят по ее щекам. Ее слова греют меня, но и снедают. Что я могу дать ей, если теперь представляю из себя лишь оболочку? Я призрак, и видят меня лишь пара-тройка человек. - Джереми... – шепчу я сипло, удивляясь неуверенности в голосе. Парень оборачивается назад, его зрачки расширяются. Он молчит, просто смотря на меня. Черт, она не смотрит, не видит. - Он здесь, – и голова с пшеничными волосами резко вскидывается, глаза сияют. – Коул здесь. Но это уточнение ей и не нужно – Мелани приближается к Гилберту и падает на пол. Как странно: в метре от меня. - Протяни ладонь, – слышу ее голос и тут же тянусь к ней. Ее рука проходит насквозь, а внутри меня уже буря эмоций. Я готов убить всех в мире, лишь бы сейчас она могла видеть меня. - Джереми, скажи ей, что мне жаль моего брата, – быстро проговариваю я, изучая ее лицо. - Он говорит, что ему жаль Клауса. - Ничего, – всхлипывает Мэл, ее худые плечи поникли. – Коул, прости меня за всё. Я не могла понять так долго, что происходит, но сейчас... – она поднимает глаза и о чудо! – наши взгляды встречаются и девушка вскрикивает. – Я вижу тебя... Она падает с колен на бок, в ужасе и удивлении смотрит на моё лицо. От лица Мелани: Джереми мигом помог мне подняться, но Господи, как же это неважно сейчас. Я вижу его. - Не знаю, как, но я вижу тебя, – сипло каркнула я, недоверчиво глядя на Коула. Он настоящий. - Привет, – его ответ заставляет меня улыбаться. – Джер, оставь-ка нас. Одно его короткое слово и мы одни. Юноша подошел ближе. Он был едва прозрачным. - Как это понимать? – он потянулся к моей щеке. – Еще минуту назад ты не видела меня. - Я не знаю, – ответила я, улыбаясь. – Ты не меняешься, Коул. Тебя интересуют детали, но ты не хочешь принимать целую картину. - Это неправда, – упрямо, но нежно ответил Майклсон. Доля секунда и его взгляд стал тяжелее. – Почему же ты никогда никому из нас не говорила, что мертвая? Я застыла. Он так быстро понял это. Наверное, знал, что Джереми смог видеть призраков только после того, как воскрес. А я... Я уже и забыла, что когда-то умирала. - Мне было пять, – тихо начала я. – Тем летом мы поехали в Даллас к бабушке. Меня сбила машина, когда я возвращалась из магазина. Коул нахмурился – его рука прошла сквозь мое лицо. Я взглотнула, думая продолжать ли рассказ. - Я слушаю тебя, – уверил он, наклонив голову на бок. - Маму вызвали на работу, поэтому целую неделю я была одна с бабушкой. Бабушка попросила меня, когда я очнулась дома, никому и никогда не говорить об этом, – закончила я, теперь моя ладонь тянулась к его лицу. – Я уже и забыла об этом. Мне казалось это не важным. - Значит, твоя бабушка тебя воскресила? Выходит, она ведьма? – Майклсон замер, следя за моими действиями. – Значит, и ты тоже? - Я знаю твои следующие слова, но это невозможно. - Ты сможешь найти его, Мэл, – моя рука прошла сквозь его лицо. – Ты спасешь моего брата, как я спас тебя. В этом и заключается твое предназначение – ты его спасение. Я не верила своим ушам. Коул... я думала, он будет просить меня найти ведьму или придумать заклинание, чтобы он мог вернуться к жизни и быть со мной, но он не сделал этого. - Я знаю, о чем ты думаешь, – осторожно произнес он, садясь на кровать Джереми. - Тогда почему не говоришь это вслух? - Потому что не хочу такой жизни. - Какой такой? Жизни со мной? - Нет, Никлаус заслуживает этого. Он заслуживает тебя, теперь я это понимаю. Мы никогда не были друг для друга... - Понимаешь?! – я вскочила на ноги, кровь забурлила. – О Господи, Коул! Такого просто не может быть! Что за Санта-Барбара?! Ведь еще вчера я была с ним и готова была ко всему, а уже сегодня здесь ты и я начинаю верить, что действительно смогу вернуть тебя. - Зачем? - Что значит зачем? Просто, чтобы ты жил! Пусть не вампиром, но может, человеком. Ты проживешь жизнь, которую заслуживаешь. - Зачем тебе это надо? - Потому что я люблю тебя. - Да, но зачем? – вновь этот странный вопрос. – Ведь я уже прожил жизнь, она меня устраивает. - Ты любишь меня. Мне хорошо с тобой. Нам хорошо вместе. - А Никлаус? Ты любишь его? За что ты любишь его, Мелани? Я просто растерялась. Было множество всего, за что я любила Ника, но ни одна из этих вещей не стояла рядом с тем, что я испытывала к его брату. Любовь к Коулу была своего рода ожидаемым результатом: он так долго и так упорно хотел добиться меня, что когда перестал, я сама пожелала его. А Ник? Ник был не просто мужчиной, который открыл для меня мир, любовь, который спас меня, нет. Он и был всем этим миром. Не даром вдали от него я всегда страдала бессонницей и плохо ела, не даром он так отчаянно хотел соединить наши жизни, потому что боялся, что моя любовь не вечна. И сейчас, стоя здесь теперь Коулом, я просто окончательно распутала этот клубок отношений: я всегда любила Клауса. - Я просто люблю его, – ответила я, получив лишь горькую улыбку в ответ. - Знаю, – кивнул призрак. – Я тоже просто люблю тебя. И он растворился, будто в красивых голливудских фильмах, типо «Приведения» с Патриком Свейзи. Я не плакала, слёзы больше не подчинялись мне. Он освободился, завершил все дела. И я, кажется, отпустила его. - Вы всё? – раздался голос Джереми, и он прошел в комнату, прикрыв дверь. – Ты видишь его? - Нет, он ушел Джереми. Он ушел. Спасибо тебе. Оставив младшего Гилберта одного, я вышла из спальни. На душе стало как-то пусто и легко, это было непередаваемое ощущение. Никто не мог понять меня в тот момент, разве что те, кто уже переживал смерть близких. - Деймон отвез его, всё в порядке, – услышала я, глаза наткнулись на телефон. Он был белый, а первое имя на быстром наборе было «Деймон». Елены, нет? Выяснять я не стала, а просто отправила сообщение: «Деймон, Элайджа просит координаты местонахождения Клауса. Напиши. Стефана нет рядом, чтобы сказать». Ответ пришел сразу: «Елена, хоть я и чувствую что-то неладное, скажу. Склад на авеню-Прайс, бокс 1020. Удачи». «Спасибо тебе». Я выскочила из дома, минуты спустя слыша возглас вдогонку: Мелани! Но я уже гнала на машине Элайджи, не заботясь о том, остановят ли меня. Главное попытаться. Я помнила этот номер наизусть, поэтому даже с телефона Елены смогла набрать. Мягкий женский голос отвел мне после второго гудка: - Да? - Мартина! – выкрикнула я, поворачивая на шоссе. - Мелани? Что стряслось? – спросила ведьма. – Где Элайджа? - Он решает вопросы насущные. Мне нужно от тебя заклинание. - Какое заклинание? Какие вопросы он решает? Дай ему трубку! – скомандовала женщина. - Мне нужно, чтобы ты вернула к жизни первородного. *** Что странно, двери лифта открылись, и одновременно со мной кто-то еще попал в сеть длинных коридоров. - Деймон, где ты? Деймон! – прокричала Ребекка, заставив меня вжаться в стенку. Она бродила по коридорам в поисках старшего Сальваторе, я же пошла в другую сторону. Около одного из боксов я обнаружила Деймона со свернутой шеей. - Деймон, – позвала я, приводя его в чувства. - Деймон! – прокричала Ребекка, шаги раздались ближе. Вампир вскочил на ноги, удивленный моим появлением. Древняя вывернула из-за угла и Деймон мигом зажал ее рот рукой, прижимая к себе. - Не кричи, – процедил он. Я стояла рядом, наблюдая за ними. Они тихо шли в сторону хранилища, в котором находился Клаус, а я просто следовала за ними, думая, что уже совсем скоро его увижу. Мы выкатили гроб из бокса, быстро передвигаясь и как можно бесшумно. Но как только Деймон и Бекка вышли на парковку, Аларик мигом расшвырял вампиров по углам. Я застыла, не сводя с охотника взгляда. Он открыл крышку и занес кол над телом Никлауса. - Не смей! – завопила я, бросившись на него. Аларик развернулся и откинул меня на бампер машины. Я больно ударилась, из головы текла кровь. Последнее, что я видела это, как охотник пронзил сердце Ника, пламя охватило его тело. Я смутно слышала плач и крики Ребекки, какие-то возгласы Деймона. Мой слух заполонил один единственный звук: невероятный рев, словно раненое животное. Только потом я поняла, что это я его издавала. - Ребекка, бери Мелани и уходите! Сейчас же! – закричал Деймон и сильные руки подхватили меня, утаскивая прочь. *** В то время, пока Стефан и Деймон разговаривали по телефону, по дороге к Мистик-Фоллз ехала белая машина. За рулем сидела женщина средних лет с кудрявыми волосами. Ее глаза были нацелены на дорогу, а губы что-то шептали. Закончив шептать, они проговорили следующее: - Всё могло закончиться гораздо хуже, милая. Он мог и тебя убить, – Мартина посмотрела на Ребекку, что сидела рядом. – Сейчас главное найти Элайджу и вчетвером мы покинем этот чертовый городок. - Марти, мой брат мертв! – упрямо повторила Древняя. – Его убили прямо на моих глазах! Я собираюсь отомстить за него. - Не сейчас, Бекка. Ты слишком эмоциональна. И Мелани нужна помощь, – ведьма указала куда-то на заднее сидение, где распростерлась третья девушка. - Мне плевать на всё, останови машину! – рявкнула вампирша и машина тут же остановилась. - Я тем и отличаюсь от других ведьм, что никогда не перечила вашей семье. Иди, – ответила женщина. Закрывая дверцу за девушкой. Мелани медленно подняла голову и посмотрела на ведьму. - Мартина? – слабо произнесла она, садясь прямо. - Я нашла это заклинание. Я всё сделаю, – произнесла ведьма. – Только сначала нам понадобятся трое мертвых. Девушка слушала внимательно, в ее душе была радость. Она спасет их обоих. - Эти трое только для одного? - Нет, для двоих. Клаус и Коул обретут жизнь снова. Каждый мертвый на каждого первородного. - Кого надо убить еще? Машина выехала на мост Викири. - Тебя, – голос стал зловещим, и тут молодой вампир вытащил девушку из машины. От лица Мелани: Я почти ничего не понимала. Вампир, которого я видела впервые, грубо держал меня за плечи, его клыки были обнажены. Меня всё еще покачивало, но я поняла одно: Мартина всегда преследовала какую-то свою цель, она всегда жила своей жизнью. Может, она и любила Элайджу, но Клауса уж точно ненавидела. - Кто... кто вы? – произнесла я, безвольно повиснув на руках у вампира. - Я Дейв, моя мама попросила убить тебя. Говорит, ты знаешь Клауса. - Зачем ей это? - Твой Клаус истребил всю нашу семью, весь ведьменский ковен. И пусть он даже не знал, что это наши близкие, зато мы это знаем. Так что это еще слабая месть... - Он мертв, – пролепетала я, моргая. - Я знаю, но его семья жива. И ты жива... – Дейв просто вытолкал меня на дорогу, а сам остался у обочины. Шины вверху дороги взвизгнули, и авто белого цвета понеслось на меня. - Ах да, чуть не забыл, – Дейв приблизился ко мне и вонзил в живот нож. – Это чтоб наверняка. Мартина стояла далеко на пригорке, откуда понеслась машина. Видимо, она не захотела марать свои руки, включив автопилот. Дейв направился к ней. «Значит, он ее сын? – пронеслось в голове. – У Мартины есть сын. Семья. Семья, которую убил Никлаус. Вот почему она всегда была поблизости. Она просто ждала удобного случая отомстить». Боль в животе просто ослепляла меня. Но что может быть нового в аспектах боли для человека, который прошел так много испытаний? Я истекала кровью, голова гудела. Аларик всё-таки прилично размазал меня по бамперу той машины. «За что всё это, спрашивается? Чем я всё это заслужила? Но может Коул прав, и я тоже всегда относилась к этому безумному миру магии и тайн?» – мысли пробегали в голове, пока я смотрела в лицо смерти. Я вспомнила бабушку, вспомнила, как в пять лет меня первый раз сбила машина и вот это повторяется. Наверное, я еще тогда должна была умереть. Я вспомнила детство и родителей, что готовили на кухне ужин. Чудесное было время. Я вспомнила переулок и своего бывшего учителя истории, Никлауса и Коула, и весь этот долгий путь по миру сверхъестественного. У меня была замечательная жизнь, полная любви и приключений. Я ни о чем не жалела. Белая машина ведьмы сбила меня через секунду. Я, кувыркаясь в воздухе, полетела куда-то в сторону. Странно, но весь свой «полет» я провела в сознании, буквально провожая жизнь и наблюдая, как приходит на ее место смерть. Кто-то поднял меня на руки и поднес к перилам моста. Ветер гулял в волосах, я еле различала силуэты. - Вот ведь живучая девчонка! – недовольно пробормотал Дейв, и руки разжались. Вода встретила меня очень радушно. Холод и влага, когда-то я очень любила плавать. Легкая улыбка скользнула по моим губам, сознание отметило, что хорошо, что это не океан, а всего лишь озеро. Вода, а я, не наблюдая, могла сказать, что так и было, мигом окрасилась в темно-красный цвет именно в том месте, где я упала. Рот наполнялся водой, тело деревенело. «Ну, вот и всё... Конец истории, Ник... – глупо и жалко, но я говорила с ним, будучи полумертвой. – Я люблю тебя...» *** Ребекка нашла брата в лесу. Элайджа, и до того, как она заговорила, всё понял. - Он мертв, Элайджа. Я ничего не смогла сделать, – первородные обнялись, слезы текли по щекам девушки. - Ты говорила, что родословную создал Никлаус. Тайлер Локвуд мертв. - Это не я, Элайджа. - И не я, и не Коул, иначе они давно бы погибли. Остается Никлаус, – заключил мужчина, смотря в заплаканные глаза сестры. - Тогда почему они все живы? Призрак стоял неподалеку и слушал разговор своих родственников. Коул не мог поверить, что лишился еще кого-то. Смешно думать об этом мертвому, но всё же. Финн, Мелани, теперь Клаус. В жизни парня бывали моменты, когда он желал брату смерти и даже сам хотел убить его, но он никогда не воплощал свои задумки в жизнь. Ребекка и Элайджа исчезли, направляясь к дому. Старший брат твердил, что нужно как можно быстрее покинуть город. Коул постоял еще немного и исчез следом. *** От лица Клауса: - Я знаю, что ты здесь! – раздался голос Бонни, и я вышел к ней. Тело этого жалкого Тайлера не самый блестящий вариант, ну да ладно. - Должен признать, ты отлично постаралась. - Я сделала это для своих друзей. Не для тебя, Клаус. - Духи будут тобой недовольны. - Они больше мне не приказывают. Мне надоело подчиняться, – ответила девушка, гордо смотря на меня. – Я сделала это, потому что сама так решила. Буквально спустя десять минут ведьма Беннет ушла, и я смог сделать долгожданный звонок. Просто услышать ее голос, убедиться, что с ней всё в порядке. Даже если она в моем доме или на полпути в Мексику, я найду ее, я буду уверен, что с ней все хорошо. - Давай же, возьми трубку! – отчаянно рявкнул я, набирая еще раз номер. - Хорошо быть живым, да? – раздался мелодичный голос Мартины за спиной. – Жизнь – великий дар, а ты всегда так хотел жить. - Ты что несешь и где Элайджа? - О, твоя семья оплакивает твою кончину: Ребекка отомстила за твою смерть, убив Елену. А я отомстила за смерть своей семьи. - О чем ты говоришь? – недовольно произнес я, поворачиваясь к ведьме лицом. – Я не понимаю... - Пятнадцать лет назад ты убил двенадцать детей и взрослых. Это было в Теннеси, припоминаешь? Я тогда вела курсы в колледже. - Я много кого убил, – хмыкнул я. – Значит, была причина. - Ее не было. Чем, скажи, тебе помешали люди, мирно отдыхающие в лесу? Ты был одержим гибридами и местью Катерине Петровой, не разбирая и не выясняя, кто виноват. - Мартина, я всё еще не понимаю... – начал, было, я, он женщина меня прервала. - Ты убил моих сестер, их мужей и детей, мою кузину, ее родителей. Ты убил моего мужа. Просто разорвал на куски вместе со своими вампирами. Неужели, ты не знал этого? - Я не знал... - Очень плохо, зато я знаю, что можно отнять у тебя. - Нет... – в голове сразу возник образ Мелани. – Что ты сделала?! Я схватил ведьму за плечи и встряхнул. - Где она!? - Я убила ее, Клаус. По крайней мере, теперь ты познаешь мою боль, – спокойно ответила Мартина, и это спокойствие просто снесло мне крышу. Я отшвырнул женщину к стене. Схватив металлический обломок какой-то изгороди, я вонзил его ей в живот. - Я найду всех, кого ты знаешь, и убью их! – процедил я, наклоняясь к ее лицу. - Поздно, ты итак убил их всех... – из последних сил проговорила ведьма. – Мой сын умрет с восходом солнца. Мне нечего терять. - Ааа! – заорал я и вырвал ей сердце, не дожидаясь пока ведьма сама умрет. Даже это тело прекрасно справилось со всеми физическими действиями, хоть и было намного слабее моего. Я сполз на пол, сжав руками голову. Слёзы текли по щекам. - Мелани...