Фрик

POV Тайлера

— Не понимаю, почему ты не можешь просто забить на это, ведь это - последняя вечерника лета, Тай. Ты действительно думаешь, что можешь позволить себе пропустить это? — неуклюже прижимая телефон плечом к своему уху, я пытался выпрямить волосы. Я ругнулся про себя, почувствовав, как горячий металл ошпарил моей кожи. Все это очень удручало, поскольку я должен выглядеть хорошо сегодня. Я громко вздохнул, осознав, что все еще не ответил моему эксцентричному лучшему другу. — Позволить себе? Маркус, ты вообще знаешь, насколько неуместны эти твои детские вечеринки? Я был на тринадцати университетских вечеринках этим летом. Я переспал с несколькими цыпочками! И ты думаешь, то, что я пропущу твою, повлияет на что-то? — я заткнулся, опасаясь, что оказался грубее, чем нужно. Не то чтобы вы имеете право обвинить меня, он в самом деле не затыкался насчет этой вечеринки с тех пор, как запланировал ее две недели назад. Сначала я даже планировал пойти, пока неожиданно не возникла моя "семейная встреча". — Хорошо, ладно, это не так уж и важно, но это все равно лучше, чем этот семейная брехня, разве нет? — я раздраженно фыркнул, откладывая утюжок, так что теперь я мог нормально держать телефон. — "Семейная брехня"? Что если моя бабушка умрет до того, как я смогу ее снова увидеть, просто потому что я бросился на какую-то тупую вечеринку? Ты думаешь, я смогу когда-нибудь простить себя за это? — Ну, нет, просто… — Просто? Честно говоря, Маркус, иногда ты такой тупоголовый. Позвони мне завтра, оставив, тем самым, меня в покое до конца этой ночи, пожалуйста. — Я замолчал, заканчивая вызов до того, как он смог бы ответить. Теперь же, когда у меня было свободно две руки, стало намного легче делать укладку. Я нанес немного геля, создавая небольшой беспорядок из своих светлых волос до тех пор, пока не был удовлетворен тем, как лежала моя челка. В последнее время я много думал о том, чтобы перекраситься, но и не меньше переживал за это. Большой плохиш-квотербек не воспринимается так серьезно, когда у него фиолетовые волосы, ну или дело в том, как Каспар раскритиковал мою идею, когда я озвучил ее. Я посмотрел в зеркало в последний раз, глубоко вдохнул и вышел из ванной. Я слышал звуки скрипучего радио, доносящиеся из другой комнаты, но песня не была знакомой. В нашем доме есть две спальни, одна ванная, маленькая гостиной и кухня. Он очень маленький, в неблагополучном районе, а человек, у которого мы его снимаем - уголовник. Достаточно странно, но это было даже лучше, чем наш предыдущий дом. Я вошел на кухню, покачивая бедрами, пока себе поздний завтрак-обед. Вся эта фигня с подъемом раньше полудня - не то, к чему я привык за лето, но я хотел быть сегодня вовремя. Несмотря на то, что мне хотелось вернуться к привычному, у меня было важное дело. Мое самое первое собеседование. Я был очень взволнован и нервничал. Я не сказал ни одной живой душе по многим причинам. Моя мама, скорее всего будет чрезвычайно взволнована, независимо от того, получу ли я работу или нет, или же прочтет лекцию о том, что надо наслаждаться молодостью, пока она есть, и что она может справиться со всем сама. Мои друзья - причина, по которой я не получил работу раньше. Они никогда не дают мне расслабиться, называя меня маменькиным сынком или просто дразня. Кстати, прелесть места, где я хочу работать, еще в том, что они никогда не узнают, что я работаю. Оно даже не в городе, куда все катаются развлекаться. Это всего лишь небольшой магазинчик, в который вряд ли кто-нибудь вообще заходит, находящийся в центре одного из лучших районов в округе. Мне будет легко, поскольку нет никакого риска в том, что кто-нибудь из них зайдет сюда по пути домой. Сон наяву, вот честно. Я работал с тех пор, как мне минуло пятнадцать, хоть нет, даже раньше. Я слышал, как моя мама переживала по поводу денег всю мою сознательную жизнь, и мысль о том, что я могу помочь ей слишком идеальна, чтобы быть спокойным. Мой отец не разделял моего желания помочь людям, взять хотя бы то, что он не подумал дважды перед тем как уйти, когда пришли осложнения. И под "осложнениями" я имею в виду тот момент, когда выяснилось, что моя мама беременна мной. По сути-то, я ничего не имел против его ухода, и уже давно переварил свои чувства к нему. Из того, что я слышал, я понял, что он не тот человек, которого я хотел был иметь в своей жизни. Сев за стол, я не отрывался от часов, подвешенных над холодильником. Я не мог опоздать ни на секунду. Да, почти каждый день я опаздывал в школу, но это другое. На самом деле, я до сих пор не уверен, почему. Я стучал ногтями по дереву, нетерпеливо отсчитывая минуты до тех пор, пока мне в голову не пришла отличная идея. Я не могу опоздать, но никогда не говорил, что не могу прийти раньше! Допивая кофе на ходу, я кинулся к двери. Я очень торопился, не удосуживаясь посмотреть, подходит ли моя обувь к моему луку, просто влезая в нее и выбегая из дома. Я залез в машину самый аккуратнейшим образом, вновь проверяя мои волосы в зеркало. Нужно просто надеяться, что эта старушка сегодня заведется. Я повернул ключ, удовлетворенно выдыхая, когда она ожила. Думаю, удача сегодня была на моей стороне! Пятнадцать минут спустя я уже стоял напротив обветшалого здания с огромной улыбкой на лице. Я уже влюблен! Ни одного автомобиля в час пик, что могло означать только одно: это место не лидер по количеству посетителей. То, что нужно. Не потому что я ленивый, а это означало мало работы, а потому что я дольше мог быть собой и не волноваться о том, что кто-то может сообщить об это моим крутым сверстникам. Впервые я мог не беспокоиться о том, что обо мне могут подумать люди; я просто ребенок, стоящий за кассой. Я могу быть кем угодно, но уже знал свой выбор. Я собирался быть Тайлером Окли. Настоящим Тайлером, который чувствует себя отвратно, когда он видит, что его друзья толкают и задирают детей в холле, и которого вот-вот вырвет из-за очередной вынужденной выпивки. Тем Тайлером, который лучше останется дома и посмотрит марафон Топ Модели по-американски, чем пойдет на вечеринку с «горячими девчонками». Да и вообще, тем Тайлером, который не находит ничего горячего в «горяченьких девчонках». — На что уставился? — Я подпрыгнул от неожиданности и развернулся, чтобы увидеть сбитую с толку маленькую девочку, стоящую позади меня. Я прикусил губу, осознавая, что я пялился на здание со стекленными глазами уже около пяти минут. Вау, вот как надо действовать нормально! На самом деле, настоящий Тайлер неловкий до такой степени, что не может прожить без смущения самого себя. — Нужно починить вывеску, — еле слышно пробормотал я, стремительно направляясь к магазину, чтобы успеть скрыться до того, как ее мама выйдет из него и спросит, о чем я говорил с ее дочерью. Это - последнее, что мне нужно снаружи моего возможного места работы. Я зашел внутрь с решительным выражением на лице, шагая напрямую к кассе. — Здравствуйте, я Тайлер. Я здесь по поводу работы, — сказал я своим серьезным тоном. Пожилой мужчина вопросительно поднял бровь и кивком указал налево. — О да, швабры вон там. — Эээм, швабры? — нервно засмеялся, теряя самоуверенность. Не совсем то, чего я ожидал. Где мужчина с серьезными вопросами о работе и ответственности? Полагаю, я и должен был ожидать чего-нибудь странного, учитывая то, что это последний по посещаемости магазин. — Ага, такая штука, похожая на губку и прикрепленная к палке. Ее используют для того, чтобы мыть пол, — я всерьез боролся с тем, чтобы не ответить ему так же дерзко, но лишь прикусил язык. — А что насчет собеседования? — проговорил я сквозь стиснутые зубы, пытаясь сохранить лицо таким же естественным, как и мой тон. — Ты хочешь работу? — Да, конечно. — Прекрасно, ты нанят. Теперь займись полом, — приказал он, изображая руками уборку. Несколько секунд я смотрел на него недоверчиво с раскрытой челюстью. Он серьезно? Прекрасно, мой босс - мудак. Но с другой стороны, у меня есть босс, а значит, что у меня есть работа. Я улыбнулся самой большой улыбкой, которая показывала все мое нетерпение, и направился к коморке со швабрами. Полный счастья я схватил одну и сразу же опустил ее на пол. — Тайлер? — Да? — откликнулся я, развернувшись к нему лицом, все еще со шваброй в руках. У него на лице красовалась искренняя улыбка, благодаря которой он напоминал безбородого Санту больше, чем все, кого я видел за свою жизнь. — Я не такой уж и мудак, это просто мой способ проводить собеседование. В общем, это говорит намного больше о человеке, чем ты можешь подумать… Ты прошел, на случай, если тебе интересно, — его улыбка растянулась от уха до уха, это заняло мне несколько секунд, чтобы понять, что это из-за тупого выражения на моем лице. Я прикрыл рот, слабо кивая. — Ох. — Что ж, ты можешь закончить здесь, если у тебя нет никаких вопросов по поводу работы, — Я лишь медленно помотал головой, сбитый с толку из-за этой странной беседы. В тот момент покупатель - пожилая женщина - подошла к кассе с полными кошачьего корма руками, как раз та, которая не будет ни капли не обременена разговорами со всем населением города. Было забавно думать, почему люди приходят в этот магазинчик, который находится у черта на куличиках, хотя они могут зайти в магазины и получше. Неужели им так важно потратить на несколько минут меньше или просто-напросто все покупатели – антисоциальные чудаки? Я все еще не решил, но уверен, что скоро выясню. Часом позже я сидел за кассой вместе с Брюсом. Как оказалось, он был совершенно противоположен тому человеку, которым хотел казаться при нашей первой встрече. Брюс – самый спокойный и хохотливый человек, которого я когда-либо встречал. Если вам недостаточно того, что он постоянно смеялся, то знайте: мы ели то, что должны были продавать, и сплетничали о жителях. Мог ли я просить о лучшем начальнике? Думаю, нет. Я сделал еще один глоток газировки, кивая, когда он упомянул Каспара, называя его «своевольным хамлом». Несмотря на то, что он мой друг, я просто не мог не согласиться. — Как-то раз пару лет назад я поймал этого говнюка, когда он пытался разрисовать стену своим граффити. Просто скажу, что с тех пор я не видел его в радиусе пяти сотен шагов отсюда, — я довольно улыбнулся, понимая, как его слова все сильнее и сильнее убеждали меня в правильности выбора. Каспар, возможно, самый грубый человек, которого я встречал за всю мою учебу в старшей школе, и он также будет первым, кто станет прикалываться надо мной, если узнает о моей работе. Хотя волнение все еще не покидало меня, принимая во внимание его опыт с моим боссом. Если я что-то и знал о Каспаре так это то, что он всегда мстит. Возможно, не сейчас, и даже не очень скоро, но я был уверен, что ответить Брюсу за все было в его списке дел. — Я, конечно, в каком-то роде скучал по работе в этом заброшенном местечке, но я рад, что оставляю его в руках такого хорошего парня, — счастливо сказал он, похлопывая меня по спине. Не часто меня называли "хорошим парнем", ну кроме мамы, естественно, но я думаю, что сам в этом виноват. В школе намного легче выживать, если ты плохой парень, так что я недолго выбирал, кем мне быть в школе. Но таким я был только там: как только я покидал эти стены и моих "друзей", я снова мог быть собой. Почти все лето был собой настоящим, за исключением некоторых обязательных вечеринок, чтобы поддерживать свое имя на слуху. Не было ничего, что могло бы напугать меня больше, чем снова войти через эти двери завтра, возвращаясь к моей фальшивой жизни. — Спасибо, — смущенно пробормотал я, только сейчас понимая, что не ответил. Посмотрев на часы, я удивился тому, что моя восьмичасовая смена уже закончилась. Полагаю, что время летит быстрее, когда тебе весело. Брюс заметил то, как я не отрывался от часов, и улыбка снова появилась на его лице. — Думаю, ты готов сам управлять магазинчиком после школы и на выходных? Я присмотрю кого-нибудь тебе на смену так скоро, как смогу, но пока здесь только ты. — Конечно, можете рассчитывать на меня! Мне здесь нравится! — ответил ему я, показывая свою улыбку в тысячу ватт. Он встал, пробормотав что-то о том, что должен показать мне, как работает касса и как правильно закрывать магазин. После его короткого, но детального мастер-класса я мог спокойно идти домой. Я снял этот немного смущающий фартук, вешая на кресло. — Постарайся не уничтожить весь мой магазин, и не ешь больше, чем пару продуктов в день, — пошутил он, подмигивая. Я просто не мог поверить, что он разрешил мне есть все, что я захочу, не вычитая этого из моей зарплаты. Серьезно, работа моей мечты. Почему я вообще не устроился сюда раньше? Хотя я не планировал пить газировку слишком часто, возможно, я просто буду выбирать другие дешевые товары, которые можно использовать дома. Я имею в виду, что если и брать бесплатно, то брать что-то нужное. Я направился к двери медленными шагами, довольный своим первым днем на работе. Это, должно быть, здорово приходить сюда, вместо того чтобы тебя заставляли тусоваться с тупицами после школы. Я пока не придумал себе отмазки: не могу же я лгать им о семейных встречах и возможных смертях моей бабушки каждый день после школы. Уверен, я найду решение, и буду преуспевать в поддержании двух моих жизней отдельными друг от друга. Я открыл дверь, подпирая ее спиной, когда оглянулся на Брюса. — Пока, Тайлер! Хорошего вечера! — произнес он, помахав рукой из-за угла, где считал деньги. Я широко улыбнулся ему, посмеиваясь, когда он уронил несколько монет, из-за чего глубоко вздохнул. Я немного пошутил насчет того, что ему нужно быть более осторожным с деньгами, и понял, что сейчас самое время вернуться домой. Моя мама уже скоро должна вернуться, и мне не терпелось рассказать ей о моем новом достижении. — Ага, увидимся завтра, Брюс! — прокричал я, спешно разворачиваясь. Я замер на месте, как только увидел кого-то в паре шагов от меня. Я рассмотрел его с ног до головы. Вспомнив, что он из моей школы, я никак не мог найти его имя у себя в голове. Думаю, он непопулярен, но он слишком привлекательно выглядит для задрота. У него самые большие глаза цвета голубой океанской воды, которые я когда-либо видел, беспорядочно уложенные каштановые волосы свисали на лоб, из-за чего он выглядел гораздо младше своих лет. Он чертовски мил. Произнес я мысленно, к счастью, никто не может прочитать мои мысли. Этого будет достаточно, чтобы разрушить всю мою репутацию. Мы живем в маленьком городке, где люди не привыкли к чему-то другому, необычному, а это действительно ужасно, учитывая, что я абсолютно другой. За всю историю моей школы было всего лишь два открытых гея, и каждый из них впоследствии стал невидимкой. Они были до меня, но, конечно, я слышал их истории. Один из них переехал на другой конец США, второму повезло меньше, поскольку дошел до точки, из которой нет возврата. То, что в наше время все еще ничего не изменилось после тех парней, разбивает мне сердце. Если я сделаю камин-аут, то буду уничтожен. Сохраняя это в тайне всю свою жизнь, я потерплю и еще один год. Я не позволю какому-нибудь милому парню влезть в мою голову и испортить все, что я построил. Даже если его глаза блестят, словно мир - это самая прекрасная вещь из всех, что он видел. — Привет! — сказал я, пытаясь быть настолько дружелюбным, насколько могу без флирта. Это было трудно, учитывая, что по своей природе я флиртующий малый. По очевидным причинам я не использую свои таланты. Я сделал шаг назад, придерживая для него дверь. Его глаза стали огромными до невозможности, когда он понял, что я сделал. Заметив, насколько покраснели его щеки, я испытал прилив гордости. Он уже открыл рот, чтобы поблагодарить меня, но вместо этого из его голоса вырвался хрип, и он просто захлопнул челюсть. После этого он стал краснее томата и резко засунул руки в карманы. Мои глаза поднялись чуть выше, на этот раз обращая внимание на то, на что не было возможности раньше. Белые отпечатки от ладоней были спереди его футболки. Мой мозг сразу стал раздумывать над этим. Умеет ли он готовить? Может быть, это кокаин? Нет, даже идиот не будет настолько тупым, чтобы оставить такое на футболке. Может быть, у него есть друг, который умеет готовить? Мои мысли зашли так далеко, что я представил его и девушку, занимающимися готовкой. Его девушку. Конечно, у него есть девушка, я здесь единственный гей, да и он слишком красив, чтобы быть одиноким. Это наверняка тот самый случай. Грустно. Я вернулся к реальности, только сейчас понимая, что он уже прошел меня. Я почувствовал необходимость поговорить с ним хотя бы на секунду подольше, так что я развернулся, чтобы посмотреть, как он входит в магазин. Я до боли прикусил губу, заметив, что вся его задница была в муке. Да, определенно девушка. Черт. Но я все еще не мог побороть желание продлить наш разговор, поэтому выдал первое, что пришло на ум. — Кстати, мне нравится футболка. Это мило, — выдал я, мгновенно закрывая рот руками. Все натуралы так делают, Тайлер, я уверен, они называют футболки случайных парней милыми ежедневно. Я быстро развернулся и пошел прочь, мечтая избежать его недоверчивой реакции. Как только дверь захлопнулась, я услышал его стон, но не был уверен, к чему он относился. Хотя, подходя к машине, я уже старался не копаться в этом. Он, наверное, думает, что я подшутил над ним, блять! Почему я не думаю перед тем как что-то сделать? Я залез в машину, нервно загибая пальцы, осматривая парковку. Единственной, кроме моей, машиной здесь был черный мужской Корветт. Ах, так он богат. Может, из средней школы? Тогда это в какой-то мере объясняет, почему я не слышал о нем, но одновременно не вносит никакого смысла. Почему же он тогда ходит по улицам, не выглядя на все сто? Я заметил, что сидел в машине больше двух минут, понимая, что на самом деле я надеялся снова увидеть его. Ты действительно достиг статуса сталкера, Окли. Слегка помотав головой из стороны в сторону, я опустил ее на руль. Я такой несобранный. Я потянулся к радио, надеясь, что какая-нибудь популярная песня отвлечет меня от моих сумасшедших мыслей. Я даже почти проклял этот мир, когда услышал последние строки "Born This Way" из колонок. Будучи одержимым парнем, я пропустил свою любимую песню всех времен. Я резко сел, понимая, что это будет достаточно странно, если он выйдет из магазина, а я все еще буду здесь, причем без причины. Я завел двигатель, обрадовавшись тому, что он заработал с первого раза, и выехал с парковки. Я был немного расстроен, когда он все еще не вышел до того, как магазин перестал быть в зоне видимости. Совсем скоро я добрался до дома, неловко улыбаясь, смотря на мамину машину, которая уже была припаркована во дворе. Я вылез из своей и, захлопнув дверь, вошел в дом. — Тай? Это ты? — я закатил глаза. Она прекрасно знала, что я единственный, кто войдет в эту дверь. Сейчас она ни с кем не встречается, просто потому что не хватает времени. Я ни с кем не встречаюсь, и у меня нет друзей, а те, которые есть, совершенно из другого мира. Я вошел в гостиную, в нетерпении падая на диван рядом с ней. Она выглядела измученной. Ее волосы все еще были в беспорядочно собранном пучке, но она уже надела пижаму. — Как на работе? — Ужасно, Сью посмела урвать мои чаевые! Потом Барни показал себя на кухне во всей красе и пролил топленое сало на Мэри. Не стоит даже упоминать о том, что она не сможет работать неделю или две, тем самым перевешивая на меня все, что связано с выпечкой. Ох, прости, я злюсь по пустякам. Как был твой день, милый? — я тепло улыбнулся, сокращая расстояние между нами и укладывая голову на ее плечо. Она постоянно пыталась сделать это - чувствовать, что я более важен, когда было очевидно, что она та, кому необходимо внимание. — Как насчет того, чтобы я принес тебе чай? — спросил я, приподнимаясь и смотря ей в глаза. Она выглядела так, будто сначала хотела отказать мне, возможно даже собиралась сказать, что может сделать все сама, но потом просто кивнула. Очевидно, она была слишком уставшей, чтобы спорить со мной сегодня. — Ты просто золото, это было бы чудесно, — она выпрямилась только для того, чтобы крепко обнять меня. Одарив меня лучезарной улыбкой, он опустилась обратно на диван, кивая в сторону телевизора. — Сейчас идет двенадцатичасовой марафон "Скажи да смене стиля", буду рада, если надумаешь присоединиться. — Не мог и подумать о лучшем варианте, чтобы провести моей последний свободный вечер, — рассмеялся я, направляясь в сторону кухни. Моя мама была единственным человеком, который знал, что я гей, она знала все обо мне. Это и есть дом. То самое место, где я мог быть собой. Я доверял ей абсолютно во всем. Некоторые вещи я утаивал лишь для ее блага. Как бы она отнеслась к тому, что ее сын настолько боится быть самим собой, что выдумал целый образ жизни полный лжи, чтобы его не ранили? Последнее, что ей было нужно сейчас это больше стресса. Так что для нее я был отличником, звездой футбольной команды - несмотря на то, что я ненавижу ребят там - и гордым членом школьного драматического кружка. Конечно, у меня было несколько друзей, я предпочитал идти к ним домой, когда мы расслаблялись, потому что наш был слишком "маленький". Я ни разу не пил ничего алкогольного, никогда не думал о том, чтобы избить кого-то, и вдобавок ко всему был любимчиком всех учителей. По правде говоря, иногда мне тоже нравилось верить в эту ложь. — Это сарказм? — наконец ответила она, слишком отвлеченная на шоу, чтобы ответить быстрее. Я закатил глаза, счастливо проскальзывая на кухню. Думаю, я могу подождать с тем, чтобы сказать ей о моей работе: ей определенно нужен вечер без переживаний. Но я все еще планировал рассказать ей. Непонятно, будет ли она счастлива за меня или опечалена тем, что я «трачу свою юность в пустую», но я слишком эгоистичен, чтобы не сделать этого. Я был взволнован и горд этим, тем более, здесь не было никого другого, перед кем я бы мог похвастаться, так что ей, как ни крути, придется это терпеть.