you're just a line in a song

      Лен всегда ненавидел свой день рождения.       Барри об этом знает и уважает его нежелание чего-то грандиозного в этот день. Большую часть времени потому что в этих невозможных, невозможно-потрясающих отношениях, Лен редко на чём-то настаивает. Но дни рождения (и в принципе всё, что слишком личное, особенно дни рождения) являются строгим табу.       Конечно, это не остановило Барри от сговора с Лизой в его похищении и доставки в Сэнт-Луис для пьянящего приключения в Six Flags (прим. пер.: американская сеть парков развлечений). Через три дня после этого Лену исполнялось 38, но это было всего лишь совпадение. Правда.       Лен изображал раздражение первые сорок пять минут, пока они стояли в очереди на Бумеранг, но после не мог перестать ухмыляться до конца дня. Он даже, скрепя сердце и под огромнейшим давлением, готов признать, что день был не такой уж и катастрофой.       Подобное всегда заставляет Барри улыбаться, даже если он знает, что после не избежит наказания за свои выходки.       Утро тридцать девятого дня рождения Лена начинается слишком тихо. Он просыпается в пустой кровати, место рядом с ним уже успело остыть из-за отсутствия тёплого тела, которое там должно быть. Молча хмурясь и потирая сонные глаза, Лен нехотя выбирается из уюта кровати. Он зевает, лениво потягивается, стонет, когда хрустит позвоночник. Ещё сильнее Лен начинает хмуриться, когда понимает, что Барри нигде нет, по дому не раздаётся ни звука, которое могло бы выдать его местонахождение.       Что ж.       Он не хотел праздновать свой день рождения. Видимо, его желание исполнено.       Лен решает не надевать что-то кроме боксёров, в которых он спал. Всё равно, видимо, разодеваться не для кого, и Лен пытается убедить себя, что ни капли этим фактом не расстроен. Он хватает телефон с прикроватного столика, слегка передёргиваясь от холодного деревянного пола, касающегося его голых ног, и чувствует, как брови хмурятся ещё сильнее, заметив череду сообщений, ожидающих прочтения.       доброе утро, дорогой!       прости что меня не было когда ты проснулся       решил быстро сгонять за той клубникой с фермерского рынка которую ты любишь       собираюсь испечь тебе блинчики на завтрак       заткнись и смирись с этим, я их всё равно сделаю       люблю тебя! скоро буду хохо (прим. пер.: если кто не знает, xoxo обозначает "hugs and kisses" - обнимашки и поцелуи)       Жёсткие щупальца протеста в его груди исчезают быстро, словно Барри одним усилием их сдул, и Лен не может удержать лёгкой улыбки, чувствуя наполняющую его тёплую привязанность. Он выходит из спальни, предвкушая обещанные Барри чудесные, с нуля сделанные, клубнико-сливочно-сырные, оргазмо-вызывающие блинчики. Едва он начинает двигаться в сторону кухни, как его встречает звук ключа в замочной скважине входной двери.       - О, ты проснулся! - радостно восклицает Барри и захлопывает за собой дверь, даже не переживая о том, чтобы её запереть, а затем хватает пакеты (несколько? вскользь удивляется Лен) и идёт дальше.       Лен ловит его за талию в объятия, слишком привыкший к такому поведению, чтобы удивляться (хотя у него и заняло смущающе долго время привыкнуть к тому, что кто-то, что Барри, всегда так сильно рад его видеть). Барри обнимает Лена в ответ за плечи, слабо, но счастливо выдыхает в шею Лена, что заставляет его покрыться мурашками, отнюдь не из-за холода, надо сказать.       Будто услышав его мысли, Барри слегка царапает заднюю стороны шеи Лена и мягко целует в местечко под ухом.       - С днём рождения, - низко мурчит он, и Лен просто не может на него такого злиться.       - Если благодаря этому у меня будут те обещанные блинчики, то я согласен праздновать, когда бы ты ни захотел, - говорит в ответ Лен, и Барри смеётся над очевидными нотками лжи в его голосе. Как бы там ни было, Лен знает, что Барри всегда рад испечь блинчики, красуясь своими (порядком ограниченными) кулинарными навыками. - Что в пакетах?       - Клубника, - Лен практически слышит "а ты что думал?". - Сливочный сыр. Ну знаешь, всё для блинчиков. И... - Барри сомневается, что, с тех пор как они стали чувствовать себя рядом друг с другом комфортно и жить вместе, делает редко. - Обещай, что не будешь злиться.       - А взбитые сливки к блинчикам делать будешь? - вместо ответа спрашивает Лен.       - Ну разумеется, - обида окрашивает голос Барри.       - Тогда я не буду злиться.       - Якупилтебеоткрытку, - слова слишком быстро вырываются изо рта Барри, сливаясь во едино, и мысленно Лен их притормаживает, в то время как его рука неосознанно поглаживает его плечи, стараясь уменьшить напряжение в них.       - Ты... купил мне открытку, - без какого-либо выражения повторяет он, на что Барри слегка вздрагивает, отстраняясь от Лена, и тянется к одному из пакетов, стоящих у двери. Он достаёт нечто большое и прячет за спиной, застенчиво улыбаясь и зажмурив глаза.       - Она была выставлена на витрине аптеки через дорогу от рынка, - объясняет он, на что Лен скептически приподнимает брови. - И, ну... я просто должен был купить её для тебя.       Барри достаёт её из-за спины и безо всяких предисловий суёт ему в руки, прижав голову к плечам и хватая остальные пакеты, а затем идёт на кухню.       - Я буду здесь...прежде чем начнёшь кричать, дождись завтрака, ладно?       Барри исчезает в соседней комнате, прежде чем Лен успевает осознать только что сказанное. Какое-то время он просто стоит, глядя Барри вслед, нахмурившись и моргая, а затем смотрит на открытку в руке.       ...Если это вообще можно назвать открыткой.       Это нечто в три раза больше нормальной открытки, огромное и тяжёлое, и чертовски абсурдное. Неоново-синий цвет, в который открытка окрашена, заставляет Лена сощуриться, прежде чем у него получается сфокусироваться на напечатанных на ней словах.       Прямо посреди открытки Лен видит ярко-оранжевый блок сыра со свечой, торчащей из верхушки, а вокруг капсом напечатанное ДЕРЖИ-КА ЭТУ БЕЗВКУСНУЮ ОТКРЫТКУ! (прим. пер.: В оригинале написана фраза I got you this cheesy birthday card. В английском языке сыр - cheese, а cheesy это что-то вроде "дурацкий, безвкусный". Я долго думала, как в русском можно обыграть эту игру слов, но, к сожалению, так ничего в голову и не пришло.)       Прежде чем Лен может себя остановить, у него вырывается смешок. Это так глупо, эта шутка до смешного простая, но Лен никак не может убрать с лица эту глупую улыбку. Он неловко открывает открытку, ожидая увидеть похожую шутку, но видит лишь типичное С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ и пару строк, написанных аккуратным, но слишком растянутым почерком Барри.       Этот ужасный каламбур напомнил мне о тебе и о том, как сильно я люблю тебя и твоё ужасное чувство юмора. Надеюсь, это заставило тебя улыбнуться.       Я знаю, что ты не любишь праздновать свой день рождения, и я это принимаю.       Но я всегда буду праздновать день, в который ты появился в этом мире, потому что без тебя мой мир был бы гораздо менее стоящим.       Я очень сильно тебя люблю, Лен. С днём рождения.       Барри собирается налить тесто в сковородку, когда Лен наконец заходит на кухню, и слегка вскрикивает, когда знакомые руки крепко обнимают его со спины.       - Я люблю тебя, - говорит Лен, прижавшись носом к задней части шеи Барри и щекоча волоски там своим дыханием. Барри облокачивается на него, одной рукой накрыв руки Лена вокруг своей талии и на мгновение забыв о блинчиках.       - И ты знаешь, что я люблю тебя, - с нежностью отвечает он, и Лен слышит улыбку в его голосе.       - И мне понравилась открытка, - продолжает он, улыбаясь в ответ одним уголком губ.       Барри не говорит ничего в ответ, лишь чуть сильнее прижимает руки Лена к себе, прежде чем двинуться вперёд и вернуться к приготовлению завтрака, напевая себе под нос.       Он всё ещё ничего не говорит, когда они ставят тарелки с блинчиками, взбитыми сливками и порезанной клубникой на стол. Барри мельком замечает огромную открытку, гордо стоящую на каминной полке у всех на виду. Он лишь улыбается Лену, смотря на него с любовью, привязанностью и пониманием, что греет самую суть Лена.       И Лен ни слова не говорит, когда год спустя новая открытка (на этот раз нормального размера) присоединяется на каминной полке к уже стоящей, и на следующий год, и ещё через год. Все с кошмарными шутками и отвратительными каламбурами снаружи и признаниями абсолютной преданности от Барри внутри.       Это не так много, но это то, как Барри празднует, и Лен будет лелеять каждый момент своей жизни, потому что Барри рядом с ним.