В добровольном подчинении

- Не считаешь это грязным? - чуть более волнительно в тишину комнаты проговорил Нико, проводя рукой по возвышающемуся над ним телу, очерчивая пальцами каждый его изгиб. Ему нравилось даже просто касаться Перси, это вводило его в некий кураж и погружало в омут, из которого выбраться потом было крайне трудно. Джексон отрицательно покачал головой, и на губах ди Анджело появилась лукавая ухмылка. Что ж, вечер обещал быть интересным. Глубокие глаза сына Посейдона не сводились с Нико, они пристально подмечали каждую перемену в юношеском лице, а тому это только нравилось. Быть таким желанным предметом обзора. Перси медленно опустился на колени, сначала на одно, и темноволосый мальчишка коснулся пальцами его щеки, ведя по контуру лица к подбородку. Большим пальцем слегка надавил на нижнюю губу Джексона, и тот послушно приоткрыл рот, кончиком языка касаясь чужого тонкого пальца. Внутри Нико все затрепетало. Не только от безмолвного послушания, но и от той гордости, которую Перси все еще умудрялся сохранять. Он не смог сдержать ухмылку и ласково провел по темным, взъерошенным волосам, давя на затылок и приближая Перси ближе. Легкий поцелуй, язык ди Анджело лишь отчасти коснулся чужих губ и на секунду пробрался в чужой рот, тут же отстраняясь. Ему тоже очень хотелось продлить эти минуты обоюдного наслаждения, но упускать шанс, когда сам великий Перси Джексон стоит у тебя на коленях и может выполнить любую твою просьбу? Ну уж нет, такое он не пропустит. - И тебе без разницы, что перед тобой сын Аида? – Нико опустился в глубокое черное кожаное кресло, разводя ноги в стороны. К тому моменту Перси опустился на оба колена, и сильными руками сжимал чужие колени, ведя все выше, внутренней стороны бедер касаясь большими пальцами. Парень снова покачал головой, подаваясь вперед и убирая края темной футболки с бледного тела. Его шероховатые губы и влажный язык коснулись ласково и трепетно впалого живота, обвели пупок и дошли до кромки штанов с ремнем. Ди Анджело выразительно, с насмешкой на губах и пылким вызовом глянул на Джексона, мол, испугался. Бояться чего-то определенно было не в приоритете Джексона, но дрожь в руках он скрывал плохо. Его пальцы неловко провели меж разведенных ног Нико, почти невесомо, и Перси протяжно выдохнул на потеху другому полукровке. - Давай я тебе помогу. Насмешливый, пылкий шепот, они оба заметили, что вокруг вдруг стало слишком жарко. На щеках у Перси начал проступать румянец, а мальчишка даже не скрывал садистских ноток в своем взгляде. Как же он этого желал. Его тонкие пальчики зарылись в пряди волос парня, сжали их у самого основания, и Нико, совсем не жалея и не мучаясь каким-либо стыдом, ткнул носом Джексона в ширинку своих джинсов. Тот выдавил из себя что-то наподобие рассерженного шипения, но ничего не сказал. Просто метнул очередной взгляд на сидящего в кресле мальчишку, и ладони его соскользнули с его бедер, покорно расстегивая пуговицу и вжикая «собачкой» ширинки. Внутри у ди Анджело все сжалось от предвкушения, низ живота приятно стягивал тугой комок, а ухмылку на бледных губах он просто был не в силах подавить. Перси вздрогнул, когда чужие пальцы на затылке поворошили ему волосы, и он облизнул губы от волнения, внутренне содрогаясь от исходящей от Нико ауры. Только сейчас где-то на задворках сознания возникла идея, что не нужно было этому мальчишке давать над собой столько власти… но, к сожалению, эта мысль пришла поздно, когда уже его дрожащие пальцы плавно, но с некой заминкой провели по чужому члену, и сын Аида, прикрывая глаза, протяжно выдохнул, расслабляясь на спинке кресла. Вслед Джексон, дыша через раз, губами прошелся вверх-вниз, смыкая губы на самом кончике почти вставшего члена. Из его уст вырвалось лишь сдавленное «вау», и глаза застлала пелена стыда. Нет уже пути назад, да? Поддеть резинку трусов и быстро стянуть их – с этим не было никаких проблем, а вот с дальнейшим… Перси почти чувствовал, как ликует Нико, с каким удовольствием смотрит на его унижение, и его пальцы в волосах вновь крепко сжались. Но не более. Первое, неуверенно движение руками. Джексон отчаянно краснеет и не знает, куда деть страх облажаться, прикусывает губу и, обхватывая кольцом пальцев член Нико у основании, нежно целует самую головку, спускаясь этими поцелуями до самого лобка. Ди Анджело выдыхает и сдерживает стон, запрокидывая голову. Черт бы его побрал, он даже не может взглянуть в глаза Перси, и уверен, что тот тоже не горит желанием это попробовать. Как стыдно. И все же… Перси слабо проводит влажным языком у основания, ладонью ведя вверх, указательным пальцем теребя отверстие уретры. Приятное тепло разливается и у него внизу живота, и парень прекрасно понимает, что стоять ему скоро в своих узких джинсах будет крайне, невыносимо неудобно. Влажные поцелуи по стволу члена, легкие нажатия на эрогенные точки, и губы смыкаются на алой головке, обводя ее языком вокруг, как конфету. Нико все же не выдерживает, хрипло стонет, надавливая на голову Джексона, чтобы тот опустился чуть ниже и ниже, взял его член в рот полностью. У того это получается с тяжким трудом, но он послушно выполняет безмолвную просьбу, подавляет в себе порыв рвоты, и повторяет эти толчки из раза в раз. Его губы плотно смыкаются вокруг члена, шершавый язык постоянно что-то вытворяет, что приводит мальчишку чуть ли не в восторг. Он прогибается в спине, закрывая лицо руками, но все же изредка поглядывает на эту развратную картину, получая поистине эстетическое удовольствие. И кончает с протяжным стоном, зарывшись пальцами в чужие пряди волос. И Перси не может ни отстраниться, ни даже что-то воскликнуть, а хитрый прищур глаз Нико так и говорит, чтобы тот оказал ему маленькую услугу прачки. Ухмылка на бледных губах так гармонирует с его видом, и Джексон реально задумывается о свой нестабильной психике, потому что ему это… нравится. Проводя языком от основания и до головки пару раз, со всех сторон, он покорно слизывал чужую белесую сперму, с отвращением, кривясь, но глотая, и напоследок провел языком по губам, убирая чужой привкус. - Какой понимающий и, однако, послушный у Посейдона сын, - подпирая подбородок рукой, Нико залюбовался прекрасной картиной чуть опухших губ и алых щек, и стыдливых глубоких глаз. Перси поднял голову, и оба они тут же об этом пожалели, встречаясь взглядами и тут же их отводя. Джексон не вставал с колен, наоборот, ему очень бы не хотелось, чтобы Нико увидел результат от доставляемого ему удовольствия, что отразился на нем. Он аккуратно натянул трусы обратно и застегнул штаны, укладываясь с головой и руками на чужие колени. Чужие пальцы нежно прошлись по его голове, и Перси это почти смутило. Ему было так приятно и тепло от столь простой ласки, ему было хорошо чувствовать себя кому-то нужным не просто как «великий герой». - Мы можем продолжить, - донеслось рядом горячим шепотом, и парень чуть вздрогнул, а шероховатые губы Нико коснулись его открытой шеи. - Ты только скажи, что готов, что хочешь опуститься передо мной на колени. По-настоящему. Перси сравнил этот шепот с шепотом дьявола, когда искушение так и манит. А оно ведь действительно манило. Ди Анджело ждал недолго, он перебирал пальцами по чужим плечам, и позволял Джексону еще чуть-чуть подумать, брал в свои руки и целовал чужие ладони, проводя по внутренней их стороне влажные линии. И у Перси медленно исчезали все сомнения. Когда последний поцелуй коснулся его расслабленного пальца, Нико встал, сбрасывая со своих колен примостившегося парня. Мальчишка усмехался, его темные глаза искрились, а вид был такой статный, что последнее сомнение испарилось, оставляя место лишь согласию. Его рука потянулась к чужой руке и, коснувшись, потянула мальчишку на себя, заставляя обратить внимание. Еще раз. Перси улыбался. В его глазах, конечно, были слезы его собственной слабости, но он улыбался счастливо, легко притягивая к себе Нико. - Я хочу. Очень этого хочу. Он тоже улыбнулся. Ди Анджело нежно приподнял уголки губ в улыбке и, наклонившись к Перси, до щемящей в груди радости и наслаждения целовал и целовал его губы. И это было самое трогательное, что когда-либо с ними происходило.