Wanted

"Себастьян предаёт Мориарти...Он может убить его..." Девушка взглянула на мужчину, и их взгляды встретились. Она слегка улыбнулась, переводя взгляд на коленки. Снайпер в свою очередь улыбнулся ей в ответ, после чего слегка погладил Молли по плечу; он решил, что девушка нервничает перед предстоящим полётом, ведь она никогда не путешествовала на самолёте, и страх был понятен. Откуда ему было знать, что Хупер переживала и за него? - Не волнуйся. Можешь взять меня за руку, при первом взлёте бывает страшно, - голос Морана имел очень ярко выраженную особенность успокаивать. Наверное, дело было в приятном тембре. Она подняла голову, грустно улыбнувшись. - Он может тебя убить, да? - девушка решила заранее пристегнуться, но у неё никак не получалось. Вероятно из-за того, что она тыкала не в то отделение. Впрочем, Себастьян тут же помог ей исправиться. - Я не хочу, чтобы Вы...ты...рисковал собой из-за меня. - Формально может, конечно. Но трудно сказать, пойдёт ли он на это: мы знаем друг друга с семи лет, - отозвался Моран, не заметив удивлённый взгляд Молли. Он выпрямился в своём кресле, также пристегнувшись. - С семи лет?!... Ого... Стюардессы стали демонстрировать правила поведения при чрезвычайной ситуации, и девушка, отвлекаясь от разговора, внимательно всё смотрела, стараясь запомнить. Молли также проверяла, есть ли у неё спасательный жилет и прочее. Себастьян просто не мог не обратить на это внимание. "Такая непосредственная... Никто ведь больше этого не делает, а ей всё равно", - думал Моран, хотя уже давно заметил за девушкой это милое качество. - Здесь всё всегда есть, тебе не стоит волноваться, - мягко сказал ей Себастьян. - Я на всякий случай, - проговорила Хупер, слегка улыбнувшись. Чтобы немного успокоить девушку, снайпер взял её за руку, которую она тут же сжала в кулачок: было немного холодно, а него такие тёплые руки. Странное чувство... Да, потребность защищать её у снайпера была очень сильной, и он сам не до конца понимал, откуда это взялось. Было что-то в Молли, что его цепляло. - Скоро будут разносить напитки и еду, когда уже наберём высоту, - рассказывал ей Себастьян, хотя сам не понимал, зачем; может, просто хотел отвлечь её. Самолёт ехал на взлётную полосу и вскоре уже оторвался от земли, устремившись в воздушное пространство. Молли могла видеть из окошка пейзажи и даже Big Ben. Она рассматривала невероятный вид из иллюминатора, а Моран в свою очередь её руку не выпускал. На время взлёта он замолчал, но сейчас негромко спросил: - Ты в порядке? - Да... - тихо отозвалась она, откидываясь на сидение. - Немного уши закладывает. Это пройдёт? - девушка вдруг кинулась проверять кармашек Себа, не выпуская также руку из его руки. Спасательный жилет был и у мужчины. - Конечно, просто немного потерпи, - Себастьян не смог снова не улыбнуться: такая трогательная забота о нём... Моран решил немного отвлечь её и рассказывал о Берлине, о местах, где они смогут побывать, если ничто не будет им угрожать. Заодно рассказал пару слов о своей матери, но решил остальное оставить на знакомство. - Твоя мама знает, что мы приедем? А как ты меня представишь? – конечно, Молли волновалась. Даже очень. - Да, она знает. Нууу, вообще мне пришлось сказать ей, что ты моя девушка, - при этом снайпер как-то виновато улыбнулся и устроился в кресле поудобнее, хотя Хупер не обратила никакого внимания на то, что им придётся притворяться парой. - Она не знает английского, так что я буду вам переводчиком. - Серьёзно? - Молли удивлённо взглянула на Себастьяна. - Значит, твой отец знает немецкий? Мужчина решил, что полёт будет достаточно долгим, чтобы поведать ей небольшую историю своей семьи, к тому же это просто необходимо, чтобы в полной мере поддерживать легенду об их романтических отношениях. Будет неловко, если Молли не узнает даже самого основного. Так что Моран рассказал девушке, что его отец стажировался в Германии и познакомился с его матерью, она уехала с ним в Дублин, и они завели семью. Дети росли в двуязычной среде с рождения, но их мать так и не выучила родной язык своего возлюбленного. К сожалению, потом они развелись, и детей тоже разделили: Себ остался жить с отцом (и мать навещал во время каникул), а Мелоди уехала в Берлин. Конечно, всё это давалось нелегко, но сейчас уже казалось привычным. Отец Себастьяна умер, сын в Дублине почти не бывал, да и мать навещал редко. Сестра же работала в Шотландии и нечасто вырывалась из круга своих дел. - Что ты сказал маме обо мне? Сколько мы уже "встречаемся"? - девушка взяла плед из кармашка переднего сиденья и укрылась. - Я сказал твоё имя, что мы познакомились в парке совершенно случайно, встречаемся четыре месяца. Фактически столько я тебя знаю, - слегка улыбнулся Себастьян, имея в виду весь тот период слежки за ней и подготовки всего, что сейчас их окружало. Истории, которые оба переживали, казались невероятными, но они происходили, вплетались в существование обоих и каким-то образом сводили их вместе. - Моран, - вдруг добавил Себ. - Моя фамилия. Мать тоже её носит, - пару мгновений он молчал. - Думаю, будет справедливо, если и ты расскажешь мне немного о себе, хотя кое-что я уже знаю. - Сначала скажи, что ты обо мне знаешь, - девушка укуталась так, что был виден лишь её носик. Себастьян уже перестал контролировать желание улыбнуться: Молли умудрялась вести себя так, что даже он - довольно жёсткий (ну, в каком-то плане), сдержанный мужчина - не мог не умилиться. - Молли Хупер, тридцать шесть лет, работаешь в больнице Святого Варфоломея. Любишь кошек, забавно одеваешься и высовываешь язык, когда что-то выбираешь в магазине, - непринуждённо перечислял Себастьян, нарочито загибая пальцы для придания более комичного эффекта: смешить Молли ему нравилось. - Иногда рисуешь, но не могу судить, насколько хорошо и сильно ли ты любишь это дело; постоянно готовишь себе и любишь здоровую пищу. Кажется, это всё, что я могу вспомнить. - Правда высовываю? Никогда не замечала, - она с улыбкой согнула ещё один его палец. - Люблю сладкое, - девушка стянула вдруг кроссовки и залезла с ногами на сидение. Боком она полностью помещалась. Хупер прикрыла глаза, почувствовав, как Себастьян с невероятной заботой поправил ей одеяло. Он и сам себе поражался. - Запомню на будущее. Да, конечно, со стороны всё это, должно быть, выглядело дико: он заявляется к ней, похищает, потому что стремится позаботиться о её безопасности, и вот теперь в каждом его действии есть что-то, что снова напоминает о его желании защищать Молли. - Полёт долгий, отдыхай, - улыбнулся он, а сам взял журнал из спинки впереди стоящего кресла: ему спать было бы некомфортно. Молли угукнула и немного съёжилась, как котёнок: так было намного удобнее. Девушка отключилась очень быстро, но проспала не больше часа. Ноги и спина неприятно ныли. Она сонно открыла глаза и надела кроссовки, осматриваясь, спит ли Себастьян. Всё время, пока Молли дремала, Моран искоса наблюдал за крошечной девушкой и почитывал журнал на немецком, а сейчас просто смотрел перед собой, размышляя о чём-то. Почувствовав рядом с собой шевеление, он повернул голову и улыбнулся. - Уже проснулась? Я решил, ты проспишь весь полёт. Нам осталось три часа. - Очень тут неудобно, - Хупер поправила волосы и слегка улыбнулась, сложив плед. Она стянула кардиган: стало жарко, но потом пришлось надевать его обратно: на плече девушки красовался огромный синяк. Нужно было надеть что-то с длинным рукавом... - Здесь есть туалет?... - шепнула она чуть позже, мгновенно раскрасневшись. - Да, он в конце самолёта, в хвосте. Тебя проводить? - Себастьян слегка улыбнулся и встал со своего места, чтобы Молли было удобнее вылезти. Их соседа с краю тоже пришлось потревожить, но он не был против: Моран перекинулся с ним пару слов, пока она спала, и он оказался очень добродушным господином. Не поверите, но Хупер покрылась мурашками, как только услышала голос Себастьяна на немецком. Девушка слышала этот язык по телевизору, но не могла даже ожидать, что в исполнении мужчины он окажется таким красивым... - А что ты ему сказал? - Что полёт ужасно изнурительный. Попросил разрешения его потревожить, - отозвался Моран. Потеряться, конечно, было трудновато, но он всё равно постоянно оглядывался и проверял, следует ли за ним Молли. - Ааа, понятно. А он что ответил? - болтала она, идя за ним. - Что не может отказать в этом моей красавице жене, - усмехнулся Себастьян, хотя, надо сказать, ему было немного неловко по этому поводу: он ведь не говорил соседу, что они "женаты", с чего он вообще это взял? Весь мир будто сговорился поддерживать выдуманные ими легенды... Молли на это лишь хихикнула, и сказала, что кольца у неё на пальце нет. Вскоре они дошли до туалета, который оказался не занят, и Себастьян встал в проходе, чтобы подождать девушку. Та вышла через пару минут и, они вернулись на места. - У тебя случайно нет какой-нибудь мази от синяков? У меня очень сильное внутренне кровотечение, - шепнула она и стянула кардиган, обнажая плечо. - Будет долго заживать. Может, у твоей мамы есть? Себастьян в эти мгновения потерял свою обычную эмоциональную сдержанность и округлил глаза. - Это я тебе оставил? Чёрт! - выругался он и от злости на самого себя стукнул впереди стоящее кресло кулаком, отчего пассажир, сидящий там, ошарашенно повернулся. Конечно, Моран тут же извинился перед ним, и сильного конфликта не возникло. Молли в свою очередь вздрогнула и также извинилась перед мужчиной спереди. Она аккуратно погладила снайпера по плечу своей маленькой ладошкой. - Заедем в аптеку по дороге, - кивнул он, сжимая и разжимая кулаки, чтобы успокоиться. - Всё в порядке, - надо сказать, тот добродушный немец тоже был немного в шоке. - У меня просто такая кожа нежная, это не твоя вина, честно. Разумеется, в те моменты Моран заботился только о том, чтобы совершить всё как можно быстрее и как можно быстрее увезти Молли в безопасное место, потому рассчитывать силу "удара" было некогда, но сейчас ему за это было по-настоящему стыдно. "Придурок", - ругался он на самого себя. - Мне нужно было предусмотреть это, а я упустил из виду каждую важную деталь! Девушка обняла руками его руку и положила голову ему на плечо. Она пальчиками пыталась открыть его ладонь, которую он сейчас сжимал. При этом Молли слегка улыбалась. - Всё правда хорошо. А нецензурно выражаться очень вредно для здоровья. Честно-честно! Я же врач, я знаю. Ну, не совсем врач, но почти. Как и всякий военный, мужчина обладал очень жёсткой выдержкой: все эмоции он умел прекрасно скрывать, надевая на лицо непроницаемую маску, на непредвиденные обстоятельства и ситуации - реагировать непринуждённо и холодно. Всё это въедалось в привычку, и в обычной жизни Себастьян действительно был очень сдержанным, сохраняющим спокойствие в любое время, что бы ни происходило, но иногда этого было слишком и держать всё в себе не представлялось возможным: Моран периодически срывался и очень долго не мог вернуть себе прежнее холодное спокойствие. Это и происходило прямо сейчас. Но снайпер всё же слегка расслабился. Обычно ему требовалось по меньшей мере полчаса, чтобы наладить своё состояние, а действия девушки вдруг ускорили этот процесс вдвое, и на его лице заиграла улыбка. - У меня много вредных привычек, не думаю, что эта сделает погоду, но всё равно постараюсь от неё избавиться, - он расслабил руку, и Молли теперь могла легко разжать его пальцы. Она с улыбкой стала перебирать их, а потом приложила ладонь к его. - Ого, какая она у тебя огромная! Смотри! - девушка, хихикая, "примеряла" их руки. - Если ты не заметила, я немножко выше тебя, - засмеялся мужчина. - Ага, немножко! Мне кажется, если ты встанешь, то до твоей головы я смогу дотянуться только если встану на носочки. И сильно вытяну руку, - хихикала она, оставив наконец его в покое. Их сосед с краю прямо-таки умилялся этой картине, хотя не понимал ни слова из того, что они говорили. Снайпер, на самом деле, и сам наблюдал за происходящим с какой-то нежностью. Забавно смотрелись их руки... Нет, всё же он никогда не привыкнет к тому, какая Молли маленькая. - Проверим это, когда прилетим, - засмеялся Себастьян снова; стюардессы стали предлагать пассажирам небольшой перекус: перелёт был долгим, и это входило в их обязанности, так что через несколько минут Моран и Молли получили по упаковке сэндвичей. - Хорошо, - хихикнула она, открывая свою. - Ой, у меня с беконом! Люблю бекон! А у тебя? А, у тебя тоже. Ну, ладно, - Хупер с довольной улыбкой жевала сэндвич, смотря в окно. Мужчина старался не слишком пялиться на неё, хотя сейчас особо остро ощущал эту потребность, объясняя это тем, что обстановка была напряжённой. Глупо, конечно... Вскоре они стали приземляться. У девушки снова заложило уши, так что сидела она теперь крайне недовольная.