Тревелиан: история одной нелепости

      Эвелина смотрела, как Дориан, морщась и ругаясь на родном языке, залечивает рану на щеке. Шальная стрела чиркнула по гладкой коже, оставив хоть и неглубокий, но весьма неприятный след. Лекарь из Дориана был хреновый, но кое-как порез все же удалось затянуть. Тревелиан подошла поближе.       – Дориан, окажи мне услугу.       – Все, что угодно, дорогая моя, – рассматривая свое отражение в ручье, отозвался маг.       – Будь добр, надень шлем. Не хочу чтобы в следующий раз стрела испортила твой идеальный череп. Причем безвозвратно.       – Шлем? – Дориан удивленно вскинул бровь. – Какой шлем?       – Да хотя бы вот этот, – Эвелина указала на шлем венатори, валяющийся неподалеку. Заметив брезгливую гримасу на красивом лице тевинтерца, Инквизитор поспешила добавить. – Я сама его отчищу.       Ее не было полчаса. Когда она снова появилась из зарослей кровавого лотоса, куда удалилась, держа на вытянутых руках отрубленную голову венатори в шлеме, доспех было не узнать. Кажется, он не сиял такой чистотой даже после первой полировки в кузнице.       Дориан мысленно обругал себя за поспешно данное обещание, но нарушить слово не посмел. Медленно, словно надеясь, что Тревелиан передумает, маг натягивал проклятую железяку. Дышать в ней невозможно, собственный голос раздавался эхом внутри металлического кокона, обзор крайне ограничен. Одно утешение – если его и убьют из-за этой хреновины, то лицо не пострадает.       Минут через десять после того, как лагерь был свернут и группа отправилась дальше, Эвелина снова подошла к Дориану.       – Знаешь... – начала она.       – Прости, но больше я ни на что не согласен! – прогудел металлический шар голосом Дориана.       – Знаешь, – упрямо повторила Инквизитор, – сними это уродство. Смотреть страшно. Просто старайся не подставляться.