Тревелиан: история одной нелепости

      Эвелина топталась возле стола в ставке командования, сжимая в руках письмо. За Дорианом она послала уже пять минут назад, и скоро он будет здесь, а Тревелиан еще не придумала, как ему все объяснить. Можно, конечно, сослаться на дипломатическую необходимость, но Дориан далеко не дурак и быстро поймет что к чему. И тогда избежать его гнева не удастся точно. Раз уж Дориан в любом случае будет злиться, то лучше сразу сказать правду. Главное – успеть все объяснить до того, как маг в гневе долбанет ее молнией или заморозит.       – Ты хотела меня видеть? – спросил Дориан, распахивая дверь. – Не понимаю, почему так официально.       – Ты мне нужен... – Эвелина замялась, подбирая слова.       – Это не новость, – тут же отозвался Дориан, с интересом рассматривая стол с картой.       – Сегодня ты мне нужен как дипломат.       – Милая, ты не ошиблась? Наш дипломат носит шелка канареечного цвета.       – Жозефина не подойдет. Не беспокойся, наряды канареечного цвета тебе не достанутся.       – Умеешь ты заинтриговать, Инквизитор, – Дориан заинтересованно смотрел на Тревелиан, ожидая продолжения.       Эвелина мучительно подбирала слова.       – Понимаешь... возникла необходимость... ммм.... в общем, я обратилась за некоторой помощью в Тевинтер. Мне ответили, и теперь нужен дипломат, знающий политику ведения сделок.       – Необходимость? – удивился Дориан. – Что за необходимость? Что за сделка? Советники знают?       – Советники знают, хотя и не особо одобряют, – Эвелина вздохнула. Начиналось самое тяжелое. – Вот, это тебе.       Тревелиан протянула чуть помятый конверт, на котором изящным почерком было написано «Инквизитору. Для Дориана Павуса». Маг взял конверт, удивленно взглянул на Эвелину. Наверняка он подумал, что письмо от отца, но не узнал почерк. Когда печать с треском сломалась, Эвелина начала оглядываться в поисках места, где можно спрятаться. Пожалуй, можно залезть под стол. Он большой, у него толстая столешница, которую и топором Быка не пробьешь...       – Рилиенус? – изумился Дориан.       Начинается. На понимание того, почему ему написал давний друг, у Дориана много времени не уйдет.       – Значит, сделка? – в глазах мага зажглись огоньки гнева. – Убью мелкого паршивца!       Эвелина вздохнула. Ну да, она тоже злилась бы, если бы кто-то так активно вмешивался в ее личную жизнь.       – Давай ты сначала меня выслушаешь, а потом уже подеремся, – предложила она. – Обещаю сильно не сопротивляться, а Коула не трогай.       Дориан скрестил руки на груди и молча уставился на Тревелиан, ожидая продолжения.       – Когда Коул сказал... – Эвелина заметила, как брови Дориана сдвинулись к переносице еще больше, – то, что сказал, я не смогла это просто забыть. Ты же знаешь, что пустяки его не притягивают. Он отыскивает по-настоящему сильную душевную боль. Можешь меня ненавидеть, но я решила дать вам с Рилиенусом еще один шанс.       Дориан открыл рот, чтобы выдать гневную тираду, но Эвелина прижала ладонь к его губам и продолжила.       – Ты гордый, я знаю. Принять помощь в чем-то личном для тебя сложно. Сложнее, чем всем. Мне тоже было трудно с Каленом, и ты помог. И мне хотелось тебя убить. Так что я понимаю твои чувства. Но не отвергай эту возможность сходу.       Дориан аккуратно убрал ладонь Эвелины от своего лица, резко развернулся, прошелся по комнате, так же резко повернулся к Инквизитору.       – Я тебя сейчас ненавижу. И люблю. Как ты это провернула?       – Убедила Лелиану, что нам нужны некоторые древние тексты, хранящиеся в семье Рилиенуса. И нам действительно нужны кое-какие материалы для твоей лаборатории. И семена редких растений для сада. Наш аптекарь давно составил список. Так что если Лелиана и поняла, что древние тексты тут просто предлог, вида не подала.       Дориан закрыл лицо рукой.       – Тревелиан, ты...       – Я невыносимая, нетактичная, беспардонная, – с горячностью продолжила Эвелина, – но мне не хотелось бы, чтобы мой лучший друг... – она хотела сказать «мучился», но подобрала другое слово, – беспокоился из-за упущенного шанса. Я, конечно, не мастер интриг, мне не удалось провернуть все так, чтобы вы встретились случайно, как сделал ты, когда я не решалась подойти к Каллену. Да, я прямая как... как этот стол, но я тебя люблю и желаю счастья. Так что надень свой самый ослепительно-белый наряд и тащи свою задницу к телепорту! И не будь ослом!       Выпалив все это, Тревелиан заметила, что плечи Дориана мелко подрагивают. Наконец, он перестал сдерживать смех и расхохотался в голос.       – Милая, ты прекрасна, когда несешь чушь, не дослушав, – произнес он. – Я хотел сказать, что любого другого убил бы, не раздумывая, но ты... Да, я зол на тебя, на Коула, но... лучшие друзья для того и нужны, чтобы мы не были ослами.       Дориан сгреб Эвелину в охапку и прижал к себе.       – Что ж, Инквизитор, вынужден подчиниться приказу, – хмыкнул Дориан, отпуская Тревельян. – Надеюсь, у меня есть немного времени, чтобы надеть тот самый ослепительно-белый наряд о котором ты говорила?