Тревелиан: история одной нелепости

      Поднимаясь по лестницам цитадели, Тревелиан выслушивала наставления друзей.       – Никаких разговоров с демоном! – отрезала Кассандра.       – Обман, – прошелестел невидимый Коул.       – В общем-то, они правы, дорогая, – поддержал Дориан. – Но ты и так это знаешь.       Эвелина кивнула. О том, что с демоном лучше не разговаривать вообще, не знал только младенец. Однако сейчас Эвелину занимала не предстоящая встреча с Имшэлем, а то, как ловко Мишель спихнул на нее эту миссию и свинтил в Сарнию. «Деревня осталась без защиты». Что-то беззащитная деревня не волновала его, пока Инквизитор расчищала дорогу к цитадели, где обосновался демон. И вот, как только ворота оказались перед ними, храбрый шевалье вспомнил, что внизу – Сарния, нуждающаяся в защите. Разбирайтесь, Инквизитор. Эвелина не знала, досадовать ей или восхищаться подобной ловкостью.       – Инквизитор, – протянул стоящий перед ней человек.       Наверное, человек. Выглядел он как среднестатистический отступник, только очень наглый. Смотрел испытующе в упор, скрестив руки на груди.       – Ну, привет, – отозвалась Эвелина.       – Не... – начала Кассандра, но Дориан наступил ей на ногу.       Искательница задохнулась от возмущения. Мало того, что Вестница проигнорировала все предупреждения, так еще и этот имперец мешает ей предотвратить катастрофу! Хотя в то, что он желает Тревелиан гибели, не верилось, но действия мага говорили сами за себя.       Тем временем Эвелина подошла поближе к Имшэлю.       – Полагаю, ты намерена меня убить, – произнес демон. – А что если я предложу тебе награду?       Тревелиан приподняла бровь в заинтересованном жесте. За ее спиной раздался возмущенный возглас и звуки борьбы. Наверняка, Кассандра хотела решить проблему категорично, одним ударом, но Дориан ей помешал. Эвелина усмехнулась. Если кто и верил в нее безоговорочно, то это Дориан. Что-то Коул подозрительно хранил молчание. Возможно, понял, что боль в руке не даст ей забыться и поддаться на уговоры демона.       – И что у тебя есть? – спросила Инквизитор.       – Власть. Деньги. Девственники. Или девственницы, что тебе больше по душе.       – Хм... – протянула Эвелина, присаживаясь на ящик. – Власть... В гробу я видела твою власть. Меня тут недавно наделили кусочком. Теперь не знаю, как от нее избавиться. Сплошные хлопоты и головная боль. Никакой личной жизни, все на благо общества! Сходи туда, сделай то, разберись с этим. Нет, не хочу власть. Деньги... Мы тут с одним талантливым молодым человеком недавно начали разорять орлейских парфюмеров, так что в деньгах я не нуждаюсь. Девственники... у нас в Скайхолде и так толпа бездельников, которых надо кормить. Возможно, среди них и девственники найдутся. Нужно поинтересоваться на досуге. Перепись что ли провести? А еще что-нибудь есть?       – Эммм... – Имшэль казался озадаченным. Похоже, впервые кто-то не купился на его посулы. – А что ты хочешь?       – Хочу все знать! – радостно выпалила Эвелина. – Почему эльфы понастроили этих своих руин, в которых хрен разберешься? Не сомневаюсь, что и тогда, когда это все не было руинами, потеряться там было проще простого. Хочу знать, сколько остроухих потерялось и погибло в этих коридорах, построенных ими самими? Кто оставляет тедасские бутылки с отменным пойлом, которые я нахожу в самых неподходящих местах? Ну вот кому пришло бы в голову сидеть и распивать Розовый персик на стене? На стене, демон! Вот ты бы стал пить вино пятидесятилетней выдержки, сидя на обломке стены? Почему уродливое существо с тремя перьями на общипанной заднице назвали фениксом? Как мне собрать все элементы мозаики? Вечно не хватает то одного, то двух. Мне уже Гаци плешь проел, что все картины не закончены. Почему надо мной пролетел дракон, если я уже убила трех, гнездившихся в Эмприз-дю-Леоне? Куда делась моя трофейная башка от третьего дракона? Что мне теперь сказать Быку? Я же обещала ему принести три головы! Откуда ремесленники берут нажий мех, если наги лысы, как коленка? Откуда под глубинными тропами взялось море? И если мы там, внутри земли видели сердце титана, то получается, сейчас мы на его коже? А ему не больно, когда на нем строят дома? Почему Варрик периодически зависает в воздухе, а интендант наоборот проваливается в землю по плечи? Куда девается эльфийка, идущая впереди меня в ставку? Она точно туда не входит, растворяется возле двери. Как ей это удается? Кстати, есть ли в Скайхолде настоящие призраки? И когда в крепости уже закончится ремонт?       Кассандра предложила Дориану кусок хлеба с ветчиной. Имперец принял его с благодарностью, поделившись в ответ с Искательницей яблоком. Эвелина порядком охрипла, перечисляя все, что хотела бы знать и не давая Имшэлю вставить ни слова. Впрочем, тот, кажется, уже и не хотел ни говорить, ни слушать. Он сидел на истертой плитке цитадели, обхватив голову руками, и тонко подвывал на одной ноте.       – А в первую очередь я хочу знать, что это за гребанные осколки и кто их рассовал в такие места, до которых не добраться! Какой-нибудь остроухий засранец, оседлав ручного дракона, рассыпал черепки разбитого семейного сервиза, чтоб его грозный папаша не отодрал?       – Заткнись, а? – жалобно попросил Имшэль.       – Ты сам спросил, чего я хочу, – пожала плечами Тревелиан.       – Ты ненормальная, – констатировал демон.       – Ну... – Тревелиан скромно опустила глаза.       – Хрен с тобой, давай убивай, только молча, ради Создателя, – согласился Имшэль. – А Мишелю передай, что он изверг!       – И хитрожопый притом, – согласилась Тревелиан, обнажая клинок.