Your own shadow / Ты — тень самой себя

      Фонарные столбы ярко освещали дорогу, по которой, на скорости выше дозволенной, несся синий феррари, с легкостью обгоняя на пути редкие попутные автомобили. Стрелки часов показывали уже два после полуночи, бутики и кафе, которые располагались по обеим сторонам улиц города, стояли в полном мраке, и лишь разноцветные вывески ночных клубов и заведений похлеще не планировали гасить свои огни. 458 Италия* неслась вниз по городу, без сомнений поворачивая на нужных перекрестках. Эту дорогу ее владелец знал наизусть. Он ездил по ней каждый божий день, когда любил баловаться в свои двадцать, создавая кипу проблем своим менеджерам.       Оказавшись на месте, где уже собралось немало людей, которые каждый раз сходятся поглазеть на ночное шоу, машина проехала вглубь, заставляя людей, стоящих на ее пути, расходиться. Остановившись недалеко от остальных машин, парень заглушил мотор и вышел, аккуратно закрывая дверь своей малышки. Натыкаясь на уже давно знакомые лица, парень вздохнул, вспоминая всю ту атмосферу, которой он жил на протяжении нескольких месяцев, пока не попался и чуть не загремел на зону. — Сегодня намечается конец света или моя травка оказалась некачественной? — темнокожий парень с улыбкой приближался к владельцу феррари. Тот тихо засмеялся и тепло поприветствовал его. — Джастин, давно мы не виделись, как жизнь, друг? Мне нравится твоя новая малышка, — обратив внимание на машину, парень с восхищением посмотрел на нее. — Спасибо, как ты? Флоренс все еще не вырвала тебе глотку за то, что гоняешь? — улыбка появилась на лице у парня, когда он вспомнил темнокожую девушку друга, которая каждый раз, когда он приходил домой после очередной гонки, вышвыривала его вещи на улицу, где они, как конфетти, разлетались по разным сторонам небольшого дворика. — Все по-старому, по утрам хожу с соседом, собираю свои вещи, — по игривой интонации темнокожего, Джастин заметил, что такие выходки его совсем не волновали, а даже забавляли. Неудивительно, если вспомнить, как сильно он любит свою крошку Флоренс. Из воспоминаний его выдергивает настороженный голос старого друга: — Я думал ты навсегда завязал с этим, — в его голосе звучало волнение. — Так и есть, Крис. Пару недель назад я проспорил другу. Спорили на желание, этот кретин заставил меня тащиться сюда и выигрывать эту чертову гонку. — с каждым словом голос парня показывал все больше отвращения к этому месту и стилю жизни. — Ты знаешь, как я отношусь к спорам, а еще лучше знаешь, как отношусь к гонкам, — раздраженно продолжил парень.       Крис понимал это, он знал, через что пришлось пройти Биберу после того, как полиция задержала его с поличным. Он знал, что Джастин не хотел этого вспоминать, не хотел возвращаться назад, поэтому больше не связывался ни с ним, ни с другими уличными гонщиками. — Бибер, конечно же прокатиться я тебе дам, но думаю, что выиграть тебе не суждено, — усмехнулся темнокожий и присел на капот синей феррари, с таким же неподдельным интересом, как и в самом начале, осматривая машину. — Я выигрывал тебя, Крис, и не раз, что же меня остановит сейчас? — парень был как всегда самоуверен, он не первый раз будет ехать на скорости под 200, не в первый раз заходить в повороты.       Он осмотрел место, которое будет храниться в его памяти еще не один год. Большая площадка, наполовину находящаяся под мостом, сваи которого были сплошь и рядом разрисованы различного рода граффити, вокруг располагались гаражи и маленькие дешевые домики. Полиция редко бывала в этом районе. Ист-Комптон не славился гостеприимством и долгими разговорами, а у особо дерзких личностей всегда имелся свой пистолет. К счастью, на гонки такие типы не совались, это закон улиц этого района. От очередной волны воспоминаний Бибера оторвал все тот же темнокожий парень: — О нет, Джастин, в этот раз я говорю не о себе, я дам тебе обойти себя, хотя мог бы и заставить тебя понервничать, — с усмешкой произнес Крис, что заставило парня задуматься. Кто-то новый? Два года назад единственными, кто всегда находился на пике славы были он, Крис и еще пару знакомых ему парней, но он мог с легкостью их обогнать. Кто-то новый, это не могло сулить ничего хорошего, если учесть то, что темнокожий с такой легкостью, уже перед гонкой, признает себя проигравшим. — Новенький? — заметив, что народ начал расходиться, а гонщики рассаживаться по машинам, он подошел к дверце своей. — И кто же он? — Джастин судорожно вспоминал всех знакомых людей, которые когда-либо могли хорошо водить и увлекались скоростью, но кто же из богатеньких полезет сюда? Все старались держаться подальше. — Это не он, Бибер, — усмехнулся темнокожий и, встав с машины друга, направился к своей. — Это она, — напоследок бросил он через плечо Джастину, который уже усаживался в свой автомобиль.       "Она? Она, мать его!?" — его бурные мысли прервались, когда он услышал предупреждающую сирену, которая приглашала всех на старт. Он подъехал и встал одним из последних. Так было заведено, чем больше ты побеждаешь, тем ближе твое место к старту. Когда-то он стоял там, далеко впереди, на первом месте, где сейчас стоит кто-то другой. Кто-то новенький. Новенькая.       Где-то в самом начале Джастин смог рассмотреть давно ему знакомый Ниссан gtr Криса, единственное, что в нем поменялось, был спойлер. Он узнал еще пару машин, они заметно выделялись среди остальных. В них виделся вкус и трепет, с которыми хозяева относились к машинам. Повиляв ягодицами, девушка в конце концов опустила флажок и машины с диким рёвом тронулись со своих мест. Путь был стандартный: проехав мимо Комптона, поворачиваем направо, проезжаем через Уиллоубрук, затем где-то между Инглвудом и Хантингтон парком, краем задевая Беверли-Хиллз, мимо Санта-Моники, заканчивая, где-то на Пацифик Кост Хайуэй, не доезжая до Виллы Гетти.       С каждым новым десятком на спидометре Джастин все больше окунался в свою прошлую жизнь. Он помнил каждый перекресток, каждый поворот, на котором можно срезать. Скорость возвращала его на два года назад, когда он был зависим от нее и он боялся этого. Чем больше скорость, тем сложнее ему убрать ногу с педали газа, так он устроен.       Не обращая никакого внимания на других участников, он обгонял их с такой же легкостью, с какой обгонял бабушек на камри, плетущихся в первом ряду. Когда он добрался до Криса, тот, как и обещал, вежливо уступил ему место за хромированным Лексусом lfa, который шел первым. До начала короткого спринта по Пацифик Кост Хайуэй оставалось совсем немного, поэтому Джастин решил не возиться и прибавил газу. Стрелка спидометра улетела куда-то за 220, а ведь скоро был поворот. На небольшой прямой парню удалось сравняться, но на повороте он убавил, а Лексус промчался, выскакивая на встречную полосу и чуть не врезаясь фонарный столб. "Она разбиться сегодня решила?" — подумал Бибер, когда на зеркальной заднице машины спереди снова появилось отражение его синей феррари...       Медленно подкатываясь к финишной вечеринке, на которой уже собралось огромное количество народу, Джастин до сих пор не осознавал происходящего. Он проиграл. Проиграл, потому что кто-то еще больше помешан на скорости, чем он. Проиграл, потому что инстинкт самосохранения все еще присутствовал у него в крови. Его вены пульсировали, а костяшки на руках побелели от того, с какой силой он сжимал руль. Злость, она тут была не причем, организм все еще не мог отойти от того количества адреналина, которое находилось сейчас в нём. Он еще никогда не проезжал этот путь так быстро: даже когда в 21 его гормоны кипели и вырывались наружу, даже когда он был под травкой или пьяный, даже когда было и то, и другое вместе. Сегодня он ехал быстрее, чем мог себе представить, но сложнее было представить то, что кто-то был быстрее.       Победителя гонки уже окружила радостная толпа почитателей, а Джастин все ещё оставался сидеть в машине. В его окно постучались и он повернул голову на звук, обнаружив там Криса. Открыв дверь, парень не спеша вышел из машины, посмотрев на своего друга, немой просьбой выпрашивая объяснений. Тот лишь победно улыбался, смотря на обескураженное лицо Бибера. — Она и тебя обошла, а я ведь говорил: не связывайся. Она еще та горяченькая штучка, — Крис усмехнулся, похлопав парня по плечу и направляя его в толпу. — Первый раз, когда она к нам приехала, все чуть ли не в лицо ей плевали, смеясь, что какая-то девка решила порвать их, да еще и с таким серьёзным настроем. В первой же гонке она надрала всем задницы, и с тех пор первое место принадлежит только ей, — когда темнокожий закончил свой увлеченный рассказ, Джастин отошел от него и начал пробираться вперед к кругу, в котором стояла победительница. Девушка смеялась и крутилась, выслушивая очередные поздравления в ее адрес. Наконец выйдя в первый ряд круга, парень опешил. Его глаза округлились, как у котенка, увидевшего немецкого дога, а губы приоткрылись. — Эмилия.., — единственное слово, что смог произнести парень после нескольких секунд пребывания в шоковом состоянии. Кажется, услышав его тихий хриплый шепот среди громких криков, девушка повернулась в его сторону, и их взгляды встретились. Её глаза были все еще того же прекрасного оттенка, кторый поразил его с самого начала. Это единственное, что осталось неизменяемым. Внешний вид девушки кардинально изменился: короткая стрижка, высветленные волосы, которые сделали её чуть ли не блондинкой, темные джинсы и красная клетчатая рубашка, завязанная в узел.       Девушка посмотрела на него с усмешкой и подошла: — Я не Эмилия, меня зовут Эмили, если ты обращался ко мне, Джастин, — в ее голосе звучала издевка, которую не позволял себе никто по отношению к Биберу. — Ты серьезно думал меня выиграть сегодня? — девушка не переставала унижать его, а он лишь нервно моргал и всматривался в ее глаза: холодные, пустые, полностью закрытые от посторонних и не выражающие никаких эмоций. Его разум лихорадочно пытался принять реальность происходящего, но чем больше парень смотрел на этот безжизенный изумрудный цвет, тем сильнее пытался выкинуть эту картину из своей головы. Два года, казалось, не такой уж большой срок, но он больше не мог найти ни капли схожести с теми глазами, с которыми столкнулся в их первую встречу. Что с ней сделали? — Эмилия, — произнес парень, наконец-то собравшись с мыслями. — Мы можем отойти? — громкая музыка ударила по ушам, и люди, отвлекшись от победительницы, занимали круг, позже принадлежащий только ей. Воспользовавшись моментом, Джастин взял её за руку и отвел к своей машине, которая по счастливой случайности осталась в стороне от потных пьяных тел, чего не скажешь о Лексусе Мии. — Что происходит? — спросил он, когда они остановились. — Гонка закончилась, люди празднуют, разве должно быть что-то другое? — девушка усмехнулась и, проведя рукой по капоту феррари, уселась на него, обратив свой взгляд на парня. — Я спрашиваю, что происходит с тобой? — продолжая игнорировав чересчур дерзкое поведение девушки, продолжил парень. — Почему ты учавствуешь в гонках, почему ты едешь так, как будто готова разбиться в любую секунду, почему ты вообще тут? — Крис говорил, что ты завязал с гонками еще два года назад, почему вернулся и так сильно стремился к победе сегодня? — рассматривая свои аккуратные ноготки, Эмилия закинула ногу на ногу, не обращая внимания на его вопросы. — Неужели страх перед полицией выветрился и ты приехал продолжать здесь ту жизнь, которая доставляла тебе так много удовольствия? После ее слов, его руки сжались в кулаки, а скулы напряглись. Мия с такой легкостью наступала на самое больное, даже не смотря на него, хотя даже если бы смотрела, это бы не придало мягкости. Это не она, не Эмилия Коллинз, а лишь жалкая пародия на неё. Подойдя ближе к ней, он наклонился к ее уху и сквозь зубы процедил: — Никто, слышишь? Никто не имеет права так разговаривать со мной, Эмилия. Хватит делать из себя ту, кем ты не являшься, я видел тебя настоящую, — последние слова парень произнес менее напряженно, немного отстраняясь от девушки, которая в этот момент подняла свои глаза на него. — Во-первых, меня зовут Эмили. Во-вторых, ты ведь сам позвал меня поговорить. Я думала тебе уже сообщили, что я сучка, — она усмехнулась и достала из кармана вибрирующий телефон. — Слушаю...узнали? Отлично...да, я на гонках...скоро буду, — повесив трубку и встав с капота, Мия посмотрела на парня. — Отлично поговорили, да, Джастин? А теперь, пожалуйста, не лезь больше в мою жизнь, как и я когда-то не полезла в твою, и я буду благодарна, — пройдя мимо Бибера, девушка направилась к своей машине, но, остановившись, обернулась: — Дружеский совет: если тебе нужна победа в гонке, то тебе следует поискать другую, потому что в этой победителей больше не будет, — закончив, она продолжила идти в первоначальном направлении, раздвигая пьяные тела, чтобы добраться до своей машины. Джастин лишь продолжал смотреть ей вслед, в его голове проходил ураган мыслей о том, с какой компанией она могла связаться. Он не понимал, чем девушка зацепила его, такая грубая, резкая, примеряющая на себя повадки проститутки. Джастин видел тысячи таких же, и просто проходил мимо, но в мыслях твердо усвоилось то, что она не сама начала вести себя так, не сама сократила свое красивое имя, и не сама начала гонять на "суицидной" скорости. Где-то в центре толпы послышался рев мотора, и зажглись фары. Люди расступились, выпуская хромированный Лексус из своего окружения, который выехал на главную дорогу и помчался в сторону города. Джастин вернулся в свою машину, завел мотор и поехал в направлении, противоположном Эмилии. Вскоре свернув на давно знакомую трассу 27, он поехал в сторону Калабасаса. Из головы никак не уходил тот пустой взгляд, не выдающий никаких эмоций, и образ, кторый создала себе Мия. "Это её блядское дело, кем ей быть и с кем связывться" — заключив сам для себя, парень заехал в ворота, ведущие к огромному особняку на склоне горы. *** 458 Италия* — название модели машины.