Toy

— Ну, а всё-таки, здесь кормят? — невинно хлопаю глазами. — Конечно, — закатывает глаза и направляется к двери. — А где мои вещи? — окидываю взглядом комнату и не вижу их нигде. — Можешь не искать, — оглядывается и с презрением смотрит на меня. — Кое-кто вчера в луже успел после ливня искупаться, — Вот чёрт! Я ещё и грязная сюда припёрлась! — Ладно, а где мои грязные вещи?.. — шепчу тихо, краснея от стыда. — На, накинь! — кидает на постель рубашку мужскую, наверное, свою. — Не уверен, что они уже высохли. Алехандро вышел из комнаты. Выбора у меня особо нет. Встаю с постели и одеваю рубашку. Моментально сориентировалась в какой стороне ванная. Просто пошла в противоположную сторону от выхода. Умылась, душ принимать не стала, а то мало ли, в последний раз, когда я принимала душ у малознакомого мужчины, то мне это вышло немного боком. Умылась, посмотрела на себя в зеркало, собрала разлохмаченные волосы в зажим и вышла. Спускаюсь по лестнице и чувствую себя идиоткой в этой, чуть прикрывающей мой зад, рубашке. Больше, чем уверена он это специально, мог бы и халат хотя бы дать. — Прошу следовать за мной, — внизу стоит мужчина с туго затянутой бабочкой. Даже глазом не повёл, будто в таком виде, как я - это здесь не редкость или уже в порядке вещей. Как бы там не было, чувствую себя дешёвой шлюхой. Послушно иду за ним, осматривая необычный интерьер дома. Алехандро любит всё новое, красивое и необычное, а самое главное он в состоянии себе позволить это. Неплохо устроился бывший докторишка — роскошный дом, прислуга. Заходим в большую, светлую комнату; прозрачные стены выходят на красивый цветущий сад. В центре стоит длинный овальный стол. В конце стола сидит Алехандро и смотрит на меня недовольно исподлобья. Это, наверное, из-за того, что ему ничего не перепало с утра. — Ты что лимон съел? — ухмыляясь говорю. — Это вместо приятного аппетита у тебя? — говорит спокойно, но вижу как от злости он сжимает вилку. Хорошо, что в меня её не швырнул. — Садитесь, — мужчина с бабочкой отодвигает мне стул. — Спасибо, — мило улыбаюсь бабочке и сажусь напротив Алехандро, это напротив чуть ли не за километр. Завтрак уже стоит на столе, слюнки текут от одного запаха. — Приятного аппетита... — беру вилку в руки, начинаю разделять на кусочки и есть. — Не думал, что ты действительно такая голодная... — смотрит на меня, вздёргивая бровь. Чуть не поперхнулась и, наверное, снова покраснела от стыда. Что-то я действительно забылась, нужно быть немного сдержаннее. — В чём прикол, сидеть так далеко друг от друга? — беру фужер с красным вином и отпиваю, чтобы протолкнуть застрявший комок. — А в чём прикол сидеть нос к носу? — Ого! Алехандро заговорил на моём языке. — Может у тебя вкуснее, и я бы могла пару кусочков у тебя съесть? — пытаюсь показать ему, что чем проще, тем легче и, может быть, романтичнее. Вот только зачем я это делаю, сама ещё не сообразила. — Или просто я так хочу есть, что съела бы и твоё, — усмехаясь говорит. Ну наконец-то он улыбнулся! Думала уже сегодня этого не дождусь. — Переставь приборы, — обращается к мужику с бабочкой. Алехандро встаёт и садится рядом со мною. — Пробуй, — указывает на свою тарелку с едой. — Ага! — я выковыриваю из своей еды весь не прожаренный лук кольцами и кладу в его тарелку. — Ненавижу полусырой лук, от него неприятный запах изо рта, — снова невинно хлопаю ресницами. — Ммм… — сжимает губы и пронзает злобным взглядом. По ходу я его выбесила по полной! — О… — хватаю его бокал с вином и пытаюсь глотнуть. — Чем тебя твоё не устраивает? — шипит сквозь зубы и выхватывает из рук так, что плеснул мне на рубашку, в которой я сижу. — Вот что ты такой противный? — беру салфетку и начинаю вытирать красное пятно. — Что твоё вино с другой бочки? — Ну вот, испортили мою рубашку, — закатывает глаза и выпивает вино до дна. — Если бы не твоя жадность, всё было бы нормально! — продолжаю тереть. — Жадность? — хмурит брови. — Да ты невыносима! — Ого, ещё чуть-чуть, и он сам предложит отвезти меня домой. — Кто бы говорил! — выпаливаю невзначай, кладу салфетку на стол. — Ты специально меня пытаешься вывести? — какой догадливый, будто мысли читает мои. — Отвези меня домой! — ладно, с него хватит на сегодня. Ещё нужно придумать легенду для Джэра, где я сегодня ночь провела. Если, конечно, он вообще обо мне вспоминал. — Нет! — вздёргивает бровь и недовольно восклицает. — Ладно, сама доеду! — нагло смотрю ему в глаза, теперь он меня начинает бесить. — Нет! — берёт мой бокал с вином. — Я бы выпил с тобою на брудершафт, но мой бокал пуст, — выпивает вино до дна. — точно! Он решил отомстить мне за лук с рубашкой. Гад мстительный! — Ладно, покажешь свой дом? — не знаю, какую он ведёт игру, но я на его территории, в его вещах, в его доме и нужно быть немного дипломатичнее. — Конечно! — наклоняется над столом в мою сторону, кладёт руку мне на колено под столом и ведёт вверх к паху. — Так, что насчет экскурсии? — тоже наклоняюсь над столом в его сторону, беру в руку столовый нож и прикладываю к его горлу, нажимая сильнее, что он мог почувствовать. — Этим тупым ножом решила мне горло перерезать? — говорит усмехаясь. — Я не собираюсь с тобой спать против твоей воли, ну или держать тебя здесь, — убирает руку с моей ноги. — Просто, твои вещи ещё не высохли, ну если тебе так не втерпёжь, можешь ехать в этой рубашке! — забирает нож у меня. — Хочешь и правда дом могу показать? — встаёт из-за стола и протягивает мне руку. — Ага, — сгораю снова со стыда, подаю ему руку, и плетусь за ним, держа его за руку. Мы ходим из комнаты в комнату, дом у него как музей, только в современном виде. Алехандро что-то рассказывает, я вроде слышу его, но не всегда понимаю о чём он говорит, голова всё ещё немного трещит после вчерашнего. — Это кухня, — заходим в просторную столовую, на столе стоит не вымытая посуда с которой мы только что ели. — Можно воды? — беру грязный бокал со стола. — А то кое-кто выпил моё вино, от вредности, — споласкиваю под струёй воды и набираю. — По-моему, кто-то меня спровоцировал? — ехидно улыбается. — Да как же… — улыбаюсь и начинаю пить холодную воду с бокала. После пары глотков, такое ощущение, что пью воду из металлической или алюминиевой посуды, аж затошнило! — Фу! Что за фигня? — выливаю воду обратно и смотрю на бокал, вроде чистый. — Попробуй, с другого попить — достает из ящика чистый, набирает в него воды и протягивает мне. Опускаю взгляд на рубашку, испачканную ранее. Высохшее пятно вовсе не похоже на высохшее вино, больше на кровь. Дрожь пробежала по телу и тут же в голове начала перебирать моменты с нашей первой встречи. После аварии я видела, как он гнул метал, чтобы вытащить меня из машины. Сколько он ко мне не прикасался, у него всегда прохладные руки. Потом это ещё странный разговор Джэра: « Кровососы, бледнокожие!». Я ещё тогда подумала, что речь идёт об Апотамкине, но не придала этому особого значения. И тут этот бокал с металлическим запахом, это не метал, это — кровь! Поэтому он и вырвал из рук бокал, чтобы я не глотнула крови. — Пей! — его голос внезапно прерывает мои размышления, я вздрагиваю и роняю бокал из уже дрожащих рук. — Что с тобою? — в тот же миг поймал бокал, даже не расплескав полный до краёв водою. — Всё хорошо? — ставит на стол и смотрит на меня. — Голова кружится? — даже не знаю, что ему ответить. Вот теперь я понимаю, как его рассмешил мой тупой нож у его горла. — Нет... — тихо произношу. Может спросить у него? Представляю, если я ошибаюсь! Вот смеху-то будет! А если я права? Вот не до смеху-то будет! — Твои вещи уже наверно высохли, — тянет меня за руку. — Пойдём, переоденешься, а то меня это пятно раздражает. — выводим из кухни. — Даже высохшая кровь, бьёт по обонянию? — вдруг выпаливаю и боюсь даже вздохнуть, жду его реакцию. — Что? — резко останавливается и поворачивается ко мне — Повтори ещё раз! — шипит сквозь зубы и прижимает к стене. — Ты вампир? — еле складываю воедино слоги дрожащим голосом.