Обратная сторона медали

Казалось, только недавно встало солнце, распустив свои длинные лучики по всем улицам Москвы, но в одной из контор города его даже и не заметили. Служащие, видимо, и не ложились спать, предвещая всю сложность предстоящей вечером операции. Время немыслимо бежало вперед, но никто из этих людей не поддавался панике. Каждый из офицеров, да и лаборантов, усердно занимался своим делом: кто-то чистил и подготавливал к боевому делу оружие; такие господа как Ванька и Игорь, снова выжимали из своих компьютеров возможную и невозможную информацию. Хотя, нет – Шустов, оторвавшись от «умного железного друга», подъехал на стуле к соседнему столу, на котором вновь красивой стопочкой лежали разноцветные купюры. - Эх, - вздохнул баллистик, рассматривая деньги, - везет Лисицыну: за две ночи спустить более двадцати месячных зарплат наших сотрудников. Чтоб я так жил! - Так и живите, товарищ капитан, - отвернувшись от монитора, и, потирая глаза, проговорил Ванька. – Сегодня с Лисицыным на дело пойдете, вот там и просадишь. Только, не забудьте, потом вернуть, - уточнил Тихонов, и снова отвернулся к экрану компьютера. - Не умничай, - пробурчал Игорь. – Работай, лучше, давай. А то нашелся мне тут… Шустов еще долго поучал своего младшего коллегу, а день, тем временем, постепенно и незаметно превращался в вечер. В лаборатории все споры давным-давно утихли, а вот в кабинете у начальницы наоборот, воспламенился с огромной силой диспут собирающихся на дело оперативников. - Костя, - медленно начинал закипать Круглов, - я так понимаю с Юлькой у вас это семейное? - Что? – не понял майор. - Петрович не так выразился, - пришел на помощь другу Сергей. – С кем поведешься, от того и наберешься, видимо, так получается? Да? - Вот какого ты собрался геройствовать, а, Лисицын? – пытался пока спокойно говорить Николай Петрович. – Жить, что ли, надоело? - Почему вы так решили? – тут, выслушав все нравоучения, уже взорвался Константин. – Все пройдет гладко, как по маслу. Это я обещаю. А если я одену этот ваш бронежилет, - последнее слово майор намеренно выделил, - то Олег и его охрана сразу все поймут. - Да делай что хочешь, - махнул рукой на младшего майора Круглов. – Но потом не говори, что мы тебя не предупреждали. - Да все я понял, - встал со стула Лисицын и, дойдя до двери, повернувшись к коллегам, проговорил: - Все будет хорошо. С Юлькой же ничего не случилось, - улыбнулся он, и вышел из кабинета. Вновь, как вчера, слившись с темными красками позднего вечера, машина майора притормозила уже у довольно-таки знакомого ему домика. Неподалеку от его автомобиля затормозил внедорожник, в котором сидело три офицера, а позади них стояла газель с ОМОНовцами. Костя, как и минувшим вечером, захлопнув дверцу своей машины, побрел к светящемуся двору. Охранник, заприметивший знакомую персону, хохотнув, проговорил: - Я смотрю, вам понравилось у нас. Вы к нам каждый день теперь приезжать будете? – поинтересовался он. - Наверное, - неуверенно проговорил Лисицын, вспоминая разговор с Игорем накануне. «- Костя, двадцать зарплат. Двадцать! – Шустов носился по лаборатории как ошпаренный. - Попрошу заметить, половина в прошлой стопке была моя. Копил я, - ответил майор, глядя на капитана. - Ты мне скажи, оно хоть того стоит? - А давай мы твою Ленку в бордель отправим, а потом я у тебя поинтересуюсь – а оно того стоит, Игорь? – развел руками Костя. - Все, понял…» - Понятно, - усмехнулся охранник. – Пойдемте, я вас проведу. - Спасибо, - и Лисицын, немного отставая, поплелся вслед за «дядей в черном». Офицеры, тем временем, внимательно наблюдали за происходящим. - Я надеюсь, он мобильный не забыл, - проворчал Игорь. - Ха, вовремя ты, однако, вспомнил, - хмыкнул Майский. – Теперь остается надеяться лишь на его совесть и добропорядочность. - А может, вы помолчите, - шикнул на них Круглов. – Как бабы базарные, честное слово. Майор и капитан вмиг притихли, и повернулись к окну. Во дворе уже никого не было – пока офицеры перекидывались фразами, Костя, вместе с охранником, вошел в внутрь особняка. Лисицын, как и вчера, сызнова проходил этап выбора девушки. Как только ему привели первую партию, майор, увидев в ней Юльку, сразу сказал: - Все, я выбор сделал. Вот эта Клеопатра, - мужчина указал рукой на Соколову, - вчера меня покорила. Она и только она,- настаивал на своем офицер. - Что ж, желание клиента – закон, - немного опешив, проговорил Олег. – Макс вас проводит в опочивальню, - помощник, соглашаясь, кивнул сутенеру, и поманил за собой пару. Капитан с неким удивлением посматривала на коллегу, но лицо того было непроницаемым. Майор, как только помощник Олега оставил их наедине в комнате, достал телефон и быстро набрал номер товарища. - Игорь, все прошло замечательно, - проговорил Костя, поглядывая то в окно, то на напарницу. – Мы на первом этаже. Ваш выход, - отключившись, офицер быстро прошел к окну и распахнул его. Повеяло ночной свежестью, и Юля, одетая в короткое декольтированное платье, поежилась. Лисицын, высунувшись, высматривал друга. Показалась приближавшаяся тень человека, скорее, даже нескольких людей. Вскоре появились и обладатели этих черных видений. - Чего-то ты быстро, - не удержался от комментария Сергей. - Спать хочу, - огрызнулся майор. – Раньше начнем, раньше закончим, чего не ясного? - Все понятно, - решил на этот раз не вмешиваться в долгие разговоры Майский. - Игорь, помнишь, куда вы сейчас едете? – вопросительно посмотрел на баллистика оперативник. - Помню – помню, - отмахнулся Шустов. – Мы так и будем разговаривать? Костя оглянулся назад, где стояла Юлька. В глазах девушки читалась какая-то неопределенность, капля страха и что-то еще. Что, майор на данный момент понимать не хотел. - Ты идешь? – спросил он у нее. Капитан неопределенно кивнула, и медленно подошла к открытому окну. Внизу стояли три офицера, сохранявшие необычайное спокойствие, как для такого дела. Облокотившись на подоконник, девушка сняла с себя неудобную обувь, и, не дожидаясь помощи от Кости, уже пыталась спрыгнуть с окна, как чьи-то крепкие руки обхватили ее сзади за талию. - А на меня обижаться не надо, - тихо прошептал Лисицын. – Я просто хочу все это поскорее закончить, и забыть, как страшный сон. Поняла? Юля, ничего не ответив, повернула голову. На нее смотрели серо-голубые глаза, наполненные лаской и нежностью, а также решительностью и боевой готовностью. Соколова провела рукой по его щеке, и только она его хотела поцеловать, как… - Голубки, может быть, потом поворкуете, после операции? А? – громко проговорил Сергей. Прикрыв глаза, капитан мысленно прокляла майора Майского, повернувшись к троице офицеров, проговорила: - Птичку ловите, товарищи майоры и капитан, - миг, и девушка уже была на улице, а Шустов укутывал ее в ранее прихваченную курточку. Кинув напоследок короткий одинокий взгляд на Лисицына, Юля потопала за баллистиком в машину. Костя, не обращая на коллегу уже никакого внимания, подавал руку помощи Сергею и Николаю Петровичу. Мгновение – все три майора стоят в опочивальне. - А тут ничего так, уютненько, - прокомментировал Майский. - Ты что, в комментаторы записался? – проворчал Круглов. - Почему? – не понял майор. - Мысли свои постоянно интерпретируешь. Надоело, - в сердцах сплюнул старший офицер. - Николай Петрович, - обратился Костя к Круглову. – Начинаем? - Да, - зло, смотря на закадычного друга, офицер достал рацию. – Приготовиться! Пошли! «Началось…» - пронеслось в голове у Лисицына. … ФЭСовский внедорожник ехал по опустевшим городским дорогам. Ночные пейзажи Москвы быстро менялись в отражении тонированного окна. В машине сидели двое: мужчина, почти, что не отрывавший свой взгляд от дороги, и женщина, устало глядевшая на светящиеся вывески мегаполиса. - Ты мне скажи, что с ним? – внезапно задала вопрос Юля, не поворачивая головы от бокового окна. - В смысле, - не понял вопроса Игорь. - Я же вижу, что с ним что-то не то, - Соколова прикусила губу, думая о чем-то своем. - А ты поставь себя на его место, - не отрывая глаз от дороги, произнес Шустов. – Дорогой, родной, любимый человек находится в хорошем, в кавычках, месте, и с ним не понятно, что происходит. Он же волнуется, переживает. Поверь мне. Я его еще со школьной скамьи знаю. - А он меня любит? – такому вопросу, вылетевшему из уст, удивилась даже капитан. - Спрашиваешь, - хмыкнул баллистик. – Конечно, любит. За все время, сколько я его знаю, он, по-моему, никого так сильно не добивался и не любил. Да, влюбленности, как у каждого подростка и юноши, были. Но чтобы настолько сильно, как с тобой – нет. Юля, улыбнувшись, снова отвернулась к окну, и прикрыла глаза… … - Ну, что, пошли? – заряжая пистолет, поинтересовался Костя. - Герой, только под дождь из пуль не сильно суйся, - предупредил Круглов. - Да понял я, понял, - порядком достали все эти нравоучения майора. Лисицын, открыв дверь, медленно вышел из комнаты, и пошел к гостиной, где сидел сутенер. За ним, незаметно, по пятам, шли майоры. - Ребят, а там, это, девочка шалит, - сочинял на ходу офицер. – Дерется, зараза! - Макс, - обратился Олег к помощнику, - разберись с этой козой. Второй раз за неделю! Достала! Бешенная какая-то, - возмущался сутенер. - Пошли? – обратился помощник к майору. - Пошли! – радостно проговорил Костя, и заехал Максу в солнечное сплетение. Оставив юношу валяться на полу, Лисицын вернулся обратно к Олегу, и направил на него дуло пистолета. - Казимов Олег Павлович, вы задержаны в связи содержанием притона и вовлечением в это лиц, не достигших совершеннолетия. Статья двести сорок первая Уголовного Кодекса нашей страны, - четко проговорил Лисицын. И только офицер потянулся за наручниками свободной рукой, как прогремел выстрел, и майор начал медленно оседать на пол. На спине расплылось красное пятно. - Твою мать, - выругался Майский и стал искать, откуда стреляли. Стрелка Серега заметил почти сразу. Им оказался один из охранников. Тот самый, который еще полчаса назад приветливо улыбался Лисицыну. Он-то целился и во второго майора, но своего закадычного друга спас от пули Круглов. Времени, разбираться со стрелком на месте, не было. Скрутив Олега и всех его шестерок, омоновцы повели их в машину, параллельно вызывая скорую. А майоры кинулись к товарищу, который истекал кровью. Пытаясь остановить кровь, Круглов еле смог нащупать пульс. - Живой, слава богу, - облегченно вздохнул Петрович, устало присаживаясь возле коллеги. - Юлька нас убьет, - даже сейчас Майский пытался шутить. Сколько прошло времени никто не знал… Уже увезли всех преступников и девушек… Уже приехали эксперты осматривать особняк… А два майора так и сидели рядом с раненым другом. Лисицын уже был без сознания, жизнь начинала его покидать, когда где-то вдалеке послышался вой сирены «скорой помощи». - Неужели, в самом деле, - с сарказмом произнес Николай. - Где пострадавший, - вбегая в дом, спросил врач. - Если бы вы ехали еще быстрее, то это был бы уже непосредственный клиент наших врачей, - зло ответил Майский. И он, и Круглов очень переживали за Костю. Мало того, что он их коллега и товарищ. Так он еще и жизнь им не раз спасал. А они не уберегли его. И от этих мыслей обоим было еще хуже. Оперативно осмотрев Костю, врач приказал срочно везти его в больницу, по дороге требуя, чтобы приготовили операционную. - Мы едем с ним, - сказал Круглов таким тоном, что медики поняли: с ним спорить бесполезно. - Нужно позвонить нашим, - держа товарища за руку, сказал Майский, когда «скорая» сорвалась с места, и набрал Шустова. Второй майор набирал номер полковника… … Внедорожник структуры медленно затормозил около многоэтажки. Поблагодарив Игоря, Юлька хотела вылезти из машины и направиться в свою уютную квартиру, как у капитана запел трелью мобильник, и Соколова решила помедлить с уходом. Когда Шустов слушал собеседника, разговаривающего в трубке, то он, как отметила про себя офицер, уж очень часто менялся в лице. Нажав на кнопку отбоя, капитан зажал в руке аппарат, и задумался. Юля взволновано смотрела на коллегу. - Кто тебе звонил? Что случилось? – потормошила офицера Соколова. Шустов молчал. Он обрабатывал полученную информацию, и просто не хотел в нее верить. - Игорь, да не молчи же ты! – потрясла за плечо капитана Юля. – Что случилось? Что-то с Лисицыным? Да? - Там, на задержании… - тихо начал говорить Шустов. - Что «там, на задержании»? – переспросила капитан. - Он хотел арестовать Олега, но что-то пошло не так… Его ранили… Еле до больницы довезли… - офицер медленно повернул голову к женщине. - Костя? – Игорь кивнул. – Черт, - прикусила губу Юлька, - я же ему говорила, чтобы не совался, а он… - девушка просто перестала держать себя в руках. - Соколова, ты чего? – спросил Игорь, привыкший видеть капитана всегда твердой, как камень, со стальными нервами. Кажется, но даже при друге, но Юле он больше чем друг и коллега, офицер не позволяла себе разводить сырость. Шустов прижал девушку к себе, и успокаивающе погладил по голове. – Успокойся, слезами в данном случае не поможешь, - капитан немного растерялся при виде женских слез. - Ты должен отвезти меня в больницу, - отстраняясь от баллистика, и вытирая рукой слезы, проговорила опер. - В таком виде? – обвел взглядом капитана Шустов. - Ой, точно, - хлопнула себя по лбу Соколова. На ней до сих пор красовалось короткое декольтированное платье поверх которого была надета форменная курточка ФЭС. – Я быстро, - проговорила она, открывая дверь машины, и выскакивая из нее. Мгновение – и она скрылась в своем подъезде. Как и обещала офицер, справилась она действительно быстро. Спустя минут пять она выходила из парадной двери в повседневной одежде. Сев в автомобиль она чуть срывающимся голосом проговорила: - Поехали. Игорь повернул ключ зажигания, и вскоре машина уже мчалась по дорогам давным-давно спавшего города. Едва внедорожник остановился, как из него выскочила девушка, и скорым, срывающимся на бег шагом, понеслась к главному входу больницы. Чуть не налетев на зазевавшихся запоздалых со смены врачей, девушка вбежала в холл первого этажа и, найдя окно регистратуры, бросилась к нему. - К вам раненного офицера привозили? – чудом держала себя в руках Соколова, находясь в такой ситуации. – Майор Федеральной Экспертной Службы. Лисицын. - Да, поступал, - просматривая журнал, проговорила дежурная медсестра. – На втором этаже он. В операционной. - Спасибо, - и Юля бросилась к ступенькам. - Вас все равно туда не пустят, - крикнула девушка, высунувшись из окна регистратуры. Последние слова медсестры капитан не услышала, либо просто не хотела слышать. Просто поднималась, нет, бежала по ступенькам. Операционную она нашла сразу. Она располагалась в самом конце коридора, показавшимся Юльке, на первый взгляд, таким длинным и бесконечным. Не добежав до непрозрачно белой двери нескольких метров, Соколова опустилась на скамейку, стоявшую у стены, и устало прикрыла глаза. Туда, где он, ее все равно сейчас не пропустят. Придется ждать.