Обратная сторона медали

Уже месяц прошел с тех пор, как из больницы выписали майора. Врачи, следившие за состоянием здоровья и лечившие его, просто не вытерпели такого рвения к свободе, и выписали его, взяв с Кости обязательство приходить через каждые два дня на процедуры. Лисицын сидел в кабинете у Рогозиной и внимательно слушал ее распоряжения по новому делу, как в комната зашла капитан. Увидев, кто сидит у полковника в кабинете, делая пометки в блокноте, Соколова хотела отложить свой визит, но Галина Николаевна, заметив подчиненную, не дала ей скрыться в коридорах здания. - Юль, проходи, - проговорила начальница, а затем вновь повернулась к майору: - Значит так, подойди к Ивану, он говорил, что что-то узнал по этому делу. Свободен! Юля, что у тебя? – обратилась полковник к Соколовой. - Хорошо, - кивнул Костя, пристально наблюдая за коллегой. Покидать помещение он пока не торопился. Капитан быстро подошла к столу полковника, и положила перед ней лист бумаги, на котором было что-то написано. - Ты хорошо все обдумала, - поинтересовалась Рогозина у подчиненной. - Да, - отвела взгляд Юлька. - Мне очень жаль будет лишиться такого сотрудника как ты, - вдохнула Галина Николаевна. – Но ты знаешь, что всегда можешь вернуться. - Стоп! Кто куда уходит?! – привстал майор. - Капитан Соколова покидает нашу структуру, - проговорила полковник. Только она хотела подписать документ, как Костя схватил бумажку, быстро пробежался по ней глазами и, прихрамывая, быстро подошел к своей напарнице. Схватив ее за локоть, он потащил капитана к выходу из кабинета. Галина Николаевна лишь удивленно посмотрела вслед парочке. - Ну, и что это мы придумали, а, капитан Соколова? – скептически поинтересовался Лисицын, когда они нашли вполне тихое место для разговоров – тир. Заперев дверь, офицер оперся на тумбу и посмотрел на коллегу. - Что с ногой? – поинтересовалась Юля, пытаясь избежать темы разговора. - Неважно, - отмахнулся оперативник. – И вообще, не о моем здоровье сейчас речь. Почему ты решила покинуть ФЭС? - Решила и решила, - пробормотала Соколова, отводя глаза. – Какая тебе разница, Лисицын? - А ничего, что я тебя люблю? - Беременна я, - прошептала капитан. - Что? – изумился Костя. - Я беременна, - подняла взгляд Юлька. – Понимаешь? У нас будет ребенок! - Дуреха ты, Соколова! – прихрамывая, подошел Костя к девушке, и обнял ее. – Из-за этого сразу уходить? - Я просто боялась, как ты это воспримешь, - всхлипнула офицер. - Отставить слезы, товарищ капитан, - весело приказал майор, крепче прижимая оперативницу к себе. - Есть, майор, - вытерла кулачком слезы Юлька, и улыбнулась. – Так что с ногой-то? - Да так, потянул малость на задержании, - ответил Костя. - Горе ты мое луковое, - усмехнулась девушка, - тебя и на пять минут без присмотра оставить нельзя. - Кто бы говорил! – хмыкнул Лисицын. - И не на пять минут, а на пару часов, и почему это нельзя? – майор сделал вид, что обиделся. Глядя на обиженного майора, Соколова рассмеялась. - Юлька, а выходи за меня замуж, - внезапно предложил офицер. - Это предложение? – поинтересовалась капитан. - Да, - буркнул Лисицын. - А будешь дуться, шарик, в ЗАГСе на «да» можешь и не рассчитывать. - А это уже шантаж, - обнимая любимую, ответил Костя, - никуда ты от меня не денешься… Спустя три месяца Пестрая нарядная компания толпилась у дверей ЗАГСа, ожидая виновников торжества – будущее семейство Лисицыных. Вот подъехал белый мерседес, и из него вышли счастливые молодожены. Не торопясь они прошествовали в здание. - Лисицын Константин Львович, согласны вы… - начала говорить серьезная дама в строгом костюме. - Согласен, - ответил Костя, прервав регистраторшу. - А вы, Юлия… - снова было начала говорить дама. - Да, - кивнула Юля, также, не дав договорить. После обязательного обмена кольцами и поставленными подписями, вся толпа вышла на улицу, хором крича «Горько! Горько!», а молодые сластили им своими поцелуями. А дальше был ресторан, конкурсы, и прочее… А потом, сбежав ото всех, молодожены, укатив на внедорожнике Кости на Москву-реку, встречали рассвет… Еще через пять месяцев Машина семейства Лисицыных медленно пробиралась по Московской пробке. Костя, сидевший за рулем, нервничал - он не мог слышать криков любимой жены, у которой начались схватки. - Юлька, потерпи, - то и дело твердил майор, время от времени поглядывая в зеркало заднего вида. - Костя, не отвлекайся, - успокаивала нервного майора Валентина, которая примчалась к ним на помощь. Пробка продвигалась медленно, и от этого офицер нервничал сильнее. Ему надоело ждать, надоело слышать крики, и он рванул через дворы, нарушая все правила дорожного движения, превышая допустимую скорость. И уже через пятнадцать минут они были у роддома. Юлю сразу погрузили на носилки и повезли в родильное отделение, а Лисицын остался ждать. Сколько прошло времени, он не знал. За окнами уже смеркалось, а из операционной новостей все не было… Сидя у двери Костя задремал. - Вы муж Лисицыной? – разбудил майора не знакомый голос. - Да, - потирая глаза, кивнул майор. - Поздравляю, у вас сын. Мама и малыш чувствуют себя хорошо, можете к ним пройти, - сказал врач, запуская Костю в палату. Счастливый молодой папаша держал на руках сына, а голове крутилось только одно: «Больше без бронежилета на задержание ни ногой». Ему есть ради кого жить… Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны. А если повториться в жизни, расскажите Авторам С уважением вайзенхайт и dina_richka