Одна кровь.

       Солнце медленно клонилось к западу, норовя вот-вот исчезнуть за горизонтом. Порывистый ветер вскоре утих до полного штиля, что обещало достаточно тихую и теплую ночь. Фарамир потянул поводья, останавливая коня, бока которого тяжело поднимались. Капитан спешился. Взяв под уздцы своего коня, мужчина направился к небольшой речушке, которая затерялась среди зарослей кустарника.        - Тебе надо немного освежиться и как следует отдохнуть. - хриплым голосом произнес капитан, ласково поглаживая коня по гриве.       Лис одобрительно заржал и уткнулся в шею Фарамира, тихо фыркая. Казалось, он что-то хочет сказать капитану в утешение, видя, как блестели его глаза, когда тот быстрым шагом влетел в конюшню, и как уткнувшись лицом в его золотистую гриву, молча плакал, уносимый от Белого города верным другом.        Фарамир слабо улыбнулся, почувствовав на шее обжигающее дыхание Лиса. Сняв сбрую, он легким ударом по крупу отправил коня в реку, а сам сел на берегу, наблюдая, как резвится его рыжий Лис. Он не помнил, сколько времени прошло с момента их разговора с отцом. Час, два, а может целая вечность!? Неожиданно перед ним встало лицо его отца с сеточкой морщин у глаз и колючим взглядом. Фарамир тряхнул головой, пытаясь прогнать воспоминания. Это оказалось не так просто сделать. Последние слова отца, сказанные ему перед отъездом, громко раздались в его голове. "Без победы можешь не возвращаться!"       Фарамир встал и немного прошелся вдоль берега, пытаясь прогнать наваждение. Лицо отца исчезло, но голос... Он звучал в голове, неприятно отдаваясь пульсацией в висках. Нет, не так он планировал закончить разговор с отцом. Планировал... Все его планы давным-давно полетели к варгам под хвост! Все, за что он берется всегда имеет результат противоположный тому, на который он рассчитывал. "Пожалуй, отец прав: из меня никудышный капитан!" - Фарамир поудобнее устроился у корней дерева, наблюдал за Лисом, который в нескольких метрах от него неспешно пожевывал траву. На миг лицо его озарила счастливая улыбка. Кажется, он нашел решение всех проблем. Поплотнее запахнув плащ, Фарамир смотрел на черное небо, где словно жемчуг блестели звезды.

***

      - Ты где был? - Дамрод удивленно смотрел на то, как Фарамир, спрыгнув с коня, медленно вел его в конюшню. - Мы чуть с ума не сошли, когда пришли в Тронный зал на ужин, а тебя там не оказалось! И только после ужина нам сказали, что ты, не говоря никому ни слова, вскочил на Лиса и как ошпаренный помчался из Минас-Тирита! А куда тебя понесло и зачем, никто не знает!        Фарамир тем временем завел коня в стойло и, похлопав его по крупу, вышел из конюшни. Дамрод ни на шаг не отставал от него.        - Может все-таки расскажешь, где был?        - Где был - там меня уже нет. - Фарамир вздохнул и продолжил. - Отец не пришлет воинов, Дамрод...        - Но мы не сможем долго сдерживать орков!        - Ты думаешь, я ему это не говорил? - Фарамир усмехнулся, вспоминая, как говорил отцу такие же слова, что и Дамрод ему сейчас. - Все бестолку!..       Капитан взглянул на друга. Тот шел рядом, чуть нахмурив лоб и явно что-то обдумывая.        - Полагаю, что в лагере все думают, что отец пришлет нам воинов. Не очень-то они обрадуются, узнав правду.       Дамрод вдруг резко остановился и через секунду стал громко смеяться. Фарамир с опаской посмотрел на него. Ничего смешного в своих словах он не нашел.        - Прости, я... не могу... сдержаться! - Дамрод положил ладонь на плечо Фарамира, а другой держался за живот. - Видел бы ты лицо Маблунга вчера, когда мы узнали, что ты уехал! Я думал, что он расплачется от того, что ты его не взял с собой. - Дамрод перевел дыхание и, уже не смеявшись, но улыбаясь, продолжил. - Пожалуй, его успокоил тот факт, что и меня ты тоже оставил в Белом городе. Правда, за ту ночь, проведенную в Минас-Тирите, мне ни разу не задали столько вопросов касательно биографии капитана Фармира! - Дамрод состроил гримасу и, немного прокашлявшись, голосом стал изображать Маблунга. - О, если капитан Фарамир и не взял нас с собой, значит, дело, которое ему поручил Наместник, никто не сможет сделать кроме него! Он самый великий капитан из всех, что я встречал! И все в таком же духе... - Честное слово, Фарамир, если ты еще раз неожиданно уедешь и оставишь меня с твоим "хвостиком" (так между собой друзья называли Маблунга), я клянусь, что заставляю плакать Маблунга по-настоящему. И, поверь мне, это будет мой с ним последний вечер!       Фарамир смеялся от души над рассказом Дамрода и знал, что его друг не преувеличил ни слова в этой истории. Маблунг был на семь лет младше Дамрода и Фарамира и по этому многое воспринимал всерьез. Кумиром Маблунга был капитан Фарамир и об этом знали не только в лагере, но, кажется, весь Гондор был об этом проинформирован. Фарамир, об интересе со стороны восемнадцатилетнего мальчишки к своей персоне, видел, как тот стремится быть лучшим среди всего отряда лучников. Капитан, недолго посовещавшись с Дамродом, решил сделать Маблунга своим помощником. Дамрод, откровенно говоря, не был рад такому соседству, но выбирать не приходилось.        - Ой, да брось, Дамрод! - Фарамир, наконец-то отсмеявшись, вместе с другом направился в лагерь. - Ты ведь души не чаешь в мальчишке!?        - А вот и нет, Фарамир! - мужчина хмыкнул.        Фарамир улыбнулся. Ему ли не знать, как Дамрод опекает парнишку. Но нет, похоже, что его спутник думал иначе.        Тем временем они подошли к небольшому одноэтажному деревянному сарайчику, из которого вылетел худощавый юноша.        - Сейчас начнется... - шепотом произнес Дамрод.        Фарамир удивленно вскинул брови и посмотрел на Дамрода. О чем он? Но этот лишь громко вздохнул, сложив руки на груди.        - Капитан Фарамир! - юноша, не сбавляя скорости, накинулся на рыжеволосого мужчину, крепко обнимая.        Фарамир явно не ожидал такой встерчи и поэтому лишь спустя мгновение ответил на объятие. Справа от себя он услышал смешок. Повернув голову, капитан увидел Дамрода, которого трясло от буззвучного смеха.        - Маблунг, еще несколько минут и капитан Фарамир умрет от удушья!       Юноша отпрыгнул от Фарамира, как от прокаженного, и виновато опустил голову, что-то бубня себе под нос. Дамрод наконец дал волю своим чувствам, громко рассмеявшись. На щеках Маблунга расцвел румянец.        Как малые дети, подумал Фарамир.        Легкий ветерок игриво подбрасывал огненно-рыжие волосы капитана, норовя их запутать. Фарамир рукой откинул непослушную прядь волос назад и подставил лицо ветру. Он сотню раз слышал и прекрасно знал, что с последним лучом солнца в лагере затрещат костры, оборудованные около каждой палатки; что старый воин Тармен, сидя у костра в окружении юных лучников, вспоминал свою молодость, проведенную в походах против орков или харадримов; он знал имена каждого своего воина в лагере; он также знал, что многие не понимали его: променять безопасность Белого города ради капитанского звания и жизни в Итилиэне. Губ капитана коснулась улыбка и сердце наполнилось приятной щемящей болью. А это значило, что он вернулся туда, где его любили где в нем нуждались... Он вернулся домой.