Вишня хёном не бывает

— Ты чего удумал?! — парень завертелся, пытаясь вырваться. — Ну уж точно не то, на что ты надеешься, — хмыкнул я, продолжая шарить руками под его курткой. — А ни на что другое это не похоже! — его уши заметно покраснели. — И вообще, ни на что я не надеюсь! — Нашёл! — победно воскликнул я, достав у него из внутреннего кармана кожанки мобильник. — Даже пароль не ставишь? Ишь, какой бесстрашный. — Зачем ты…? Отдай! Я отступил от него на шаг, вскидывая руку с телефоном вверх. — Итак, матери или отцу? Кому? Выбор за тобой! — Никому! — Ладно, выберу сам уж как-нибудь, — я передёрнул плечами. — Не смей! Не трогай! — парень потянулся за телефоном, пытаясь выхватить его у меня из рук. — Отдай уже! Он мой! И родители мои! Ты не имеешь права! — Я сам решаю кого и что я имею, — фыркнул, вскинув бровь. — Всё! Отдай, наконец! Понял я! — он всё же выхватил свой мобильник, затолкав его обратно в карман, и обижено засопел. — И что же ты понял? — Что мы идём меня переодевать, — пробубнил недовольно и двинулся переходить дорогу. Я направился следом. — Так просто? Тобой и правда так банально просто манипулировать? — я просто-таки не верил, что всё так легко решается. — Маменькин сыночек? — А вот и нет! Ты не знаешь, вот и молчи! — А ты мне рот не затыкай, не дорос еще. — Может, прогуляемся в тишине? — Да я только за! — Ну вот, теперь совсем другое дело! — похлопал я мелкого, вглядывающегося в своё отражение в зеркале, по плечам, стоя у него за спиной. — Теперь похож на человека. — На человека? Скорее на какого-то придурка из инкубатора, — он дёрнул галстук. — Должен был уже привыкнуть за столько-то лет учёбы. — А почему я должен? Почему должен привыкать к тому, что мне не нравится?! — даже ножкой притопнул. — Потому что, — начал я вкрадчивым голоском, — так делают все-все люди. И ты, оболтус, — зарядил ему подзатыльник, перейдя на нормальный тон, — такой же как все. — Я не такой же! Все люди разные! — Согласен, не все одинаковы. Вот я, например, да, я уникален, единственный в своём роде, а ты? Ничего особенного. — Я тоже уникален! — Вот и держи свою уникальность при себе, — я фыркнул. — А не выставляй напоказ. — А ты? – он, протянув руку, потрепал меня по чёлке. — Почему у тебя зелёная чёлка? Почему тебе позволяют?! Почему только меня вечно отчитывают?! — мелкий не на шутку разозлился, едва ли не испепеляя меня разъяренным взглядом. — Я же сказал, что я особенный, я уникален, вот и весь ответ. А теперь, — я взглянул на наручные часы. — А теперь мы опоздали ко второму уроку. — Отлично! — мелкий хлопнул в ладоши, растянув губы в довольной улыбке. — Значит, в школу не идём! — Что-то твоё настроение как-то слишком быстро меняется. Не нормально это, — я с подозрением покосился на его сияющее радостью лицо. — И вообще, в школу идём в любом случае, просто к третьему уроку. — Какой правильный, — улыбка тут же сменилась недовольной миной. — Дело не в правильности, а в том, что мне чужие проблемы ни к чему. И вообще, - я, плюхнувшись на его кровать, поморщился и похлопал себя по плечу. — Массаж люблю, сейчас бы он мне не помешал. — И что? — Раз уж я влез в это, помог тебе, будь добр, и ты что-нибудь хорошее для меня сделай, — я хитро сощурился. — Можем начать с массажа, — я прилёг на кровати, подставив руку под голову, — а потом продолжить… — провёл кончиком языка по верхней губе. — Иди в задницу! — он залился краской, отвернувшись обратно к зеркалу. — В твою я с радостью! — повёл бровью, переводя взгляд с его алеющих щёк в зеркале, на то самое место пониже спины. — Фу, что за намёки? — он поморщился, снова повернувшись ко мне лицом. — Намёки? Детка, это уже прямой текст, — я ухмыльнулся. — Ты мне не нравишься, — он стал нервно дёргать пуговицу на пиджаке. — Да я от тебя тоже не в восторге. — Но ты же только что… — он поднял на меня растерянный взгляд. — Я лишь предложил хорошо провести время до третьего урока, о чувствах речи не шло. — Ты что, спишь со всеми подряд? — его лицо выражало искреннее изумление. — Нет, только с лучшими. — Значит, я, получается, лучший? — спросил недоумённо, но в то же время удовлетворённо. — Не совсем. Ты скорее… подходящий. Мордашка ничего так. — Казанову из себя строишь? — он фыркнул и вдруг широко улыбнулся. — Ага, тот еще распутник, — я закатил глаза. — Пошли уже, — стал натягивать красную кожанку. — Еще время есть. — Не хочу с тобой тут оставаться, — честно признался. — Боишься? — Нет. Просто сначала ты мне показался отличным парнем, а теперь бесишь. — Э, мелкий! Кто так с хёном разговаривает? — я поднялся, грозно надвигаясь на него. — Ты мне не хён! — Я тебя старше! — И что? — отшатнулся от меня. — Плевать! — Так, мелкий… — Меня Чонгук зовут! — гордо вскинул подбородок. — Отлично! Так вот, мелкий, куртейку-то эту снимай, — я дёрнул его за рукав. — В таком видоне не пойдёшь. Другого ничего нет? — я открыл шкаф, обнаружив на вешалке тёмно-коричневое пальто. – Вот! Замечательно! — Не буду я его надевать! — Вперёд! Не захочешь одеваться, перейду к решительным действиям по твоему раздеванию, — прижал его к шкафу, держа в руке пальто. — Что выбираешь? — Я пожалуюсь на тебя, — протянул плаксиво. — Флаг в руки! Только пальто-то надень. — Ну вот, теперь можно и в школу идти! — повертел я мелкого за плечи у зеркала. — Я стал похож на тебя! — Так это круто! — Нет, не круто. Не хочу быть похожим на психа. — Ты своего хёна психом назвал или мне послышалось? — Пошли уже, — он схватил рюкзак и направился к выходу. До школы шли молча, ибо этот истеричка с перепадами настроения демонстративно заткнул уши наушниками, сделав музыку настолько громко, что даже мне было слышно. Потому и я последовал его примеру. Почему бы не послушать любимые песни, раз уж выдалась такая возможность? Всё ж лучше, чем с этим придурком разговаривать. Мы уже пересекли школьные ворота, как послышался громкий, слышимый даже сквозь музыку, восторженный возглас: — Ви-и-ишня! На нас надвигался рыжий ужас всей моей жизни.