Вишня хёном не бывает

Драка выдалась короткой, зато результативной. Уже через пять минут мы сидели в кабинете завуча Со, обмениваясь взглядами, полными неприязни. У парня была разбита губа, бровь и начинал заплывать левый глаз. Я же довольно улыбался, несмотря на оцарапанную скулу и запёкшуюся в уголке рта кровь. — Вы хоть понимаете, что натворили? — завуч мерил шагами собственный кабинет, как всегда размахивая огромной деревянной линейкой. — Понимаете? А чего тут понимать? Ну подрались, подумаешь, что с того-то? Но я промолчал, опустив голову, всеми силами изображая раскаяние. — Это еще повезло, что я как раз мимо проходил! Ага, как же, повезло. Только испортил всё, старый хрыч. — Да если б не я, вы бы небось поубивали друг друга! С таким остервенением сцепились! Что у вас стряслось? — он остановился, переводя линейкой с меня на парня. — Не слышал, чтоб вы не ладили. Вечно он стремится быть в курсе всего. Бесит прям. — Да я его только сегодня впервые увидел, — я передёрнул плечами. — Тогда в чём дело? — Да вы только взгляните на эту рожу! Это как раз тот случай, когда говорят «кирпича просит», — я хмыкнул. — Не сдержался. — Ким Тэхён! — Думаю, снова просить вас называть меня «Ви» бесполезно, так? — Ким Тэхён! — ударил линейкой по столу, да так, что я едва не подскочил от неожиданности. — Ладно, понял. Молчу, — я сложил ручки на коленках, изображая паиньку. — Можешь идти, — завуч кивнул на дверь. Я хотел было встать, но мне на плечо легла линейка. — Не ты, Тэхён. — Но у меня там распрекраснейшая физика, — состроил страдальческую моську. — Переживёшь. Итак, — продолжил, когда за вышедшим парнем закрылась дверь, — ты опять за своё? Уже ведь вроде бы утихомирился. — Вроде бы, — я фыркнул. — Ты же знаешь, я закрывать на подобное глаза не собираюсь. — Кто б сомневался. — Ким Тэхён! — Понял. Как всегда, молчу и изображаю смирение, — я широко улыбнулся. — Я должен принять меры, а ты, соответственно, наказание, — он сел за стол. — Будешь отстранён от занятий на три дня, — и выжидающе посмотрел на меня. Я, насколько хватило моего актёрского мастерства, изобразил дикий ужас на лице. — Зачем вы так? — округлил глаза. — Зачем так жестоко? — Поразмыслишь о своём поведении и впредь… Впредь будешь думать, перед тем, как махать кулаками, — завуч Со довольно оскалился. — Может, всё-таки передумаете? — предпринял я попытку. — Нет, Тэхён, решение уже принято и обжалованию не подлежит! Свободен! — махнул рукой в сторону двери. — А мелкий… в смысле Чонгук, — я поднялся. — Что с ним? Ничего предпринимать не станете? — Посовещавшись, мы решили закрыть на этот инцидент глаза, ради его же блага. — Правильно! — я кивнул. — Мне не нужно твоё одобрение, Ким Тэхён, — кинул на меня презрительный взгляд. — Конечно-конечно! — я взялся за ручку двери. — А мне на урок уже не идти? — Нет. Это так забавно, что учителя по-прежнему продолжают считать, что отстранение от занятий, едва ли не приравнивается к смертной казни. Ага, как же, я буду страдать от одиночества и нехватки знаний, которые бы мог получить в эти дни! По-любому! Раньше, когда мне совсем наскучивала школа, я специально что-нибудь вытворял, чтобы меня отстранили. Свобода, и причины для прогулов выдумывать не надо! Странно, что завуч так и не просёк эту фишку. — Вишня! — раздалось взволнованное, как только я вышел в коридор, и моё лицо было тут же схвачено тёплыми ручонками, мягкие пальчики которых осторожно проводили по ссадинам. — Ты как? — Чимин изучающе осматривал меня, покусывая нижнюю губу. А я немного растерялся от того, как близко было его лицо и какими нежными были прикосновения. — Болит? Очень? Почему тебя сразу потянули к завучу? Нужно было в медпункт! — затараторил он. — Всё в порядке, — смущенно уставившись в пол, я убрал руки Чимина со своих щёк. — А ты тут чего? — Как чего? Мне сказали, что ты здесь. Разве ж я мог тебя тут оставить? — Но сейчас урок, у тебя будут неприятности. — Не впервой, — он улыбнулся. — Ну что? В медпункт? — Нет, не нужно, — я тоже улыбнулся и отрицательно качнул головой. — Пойду, — и я направился вперёд по коридору. — Меня отстранили на три дня, — сказал и остановился, вспомнив о Чонгуке. — Присмотришь за мелким? — обернулся к рыжему кошмару. Тот закивал. — Конечно! — Спасибо, а теперь иди, — махнул на него рукой и усмехнулся. — Топай грызть гранит науки, пока царь отдыхает.

***

— Джини! Я пришёл! — крикнул я, хоть звон колокольчика над дверью и так предупреждал о новом посетителе. Ответа не последовало. За прилавком было пусто, а из кухни доносился неприятный запах гари, заставляющий тут же поморщить нос. — Джини, у тебя там ничего не подгорело? Джини! — позвал громче. – Эй! — я заглянул на кухню и замер, так и стоя в дверном проёме.