Stand by me

       …Эксперимент пошёл ко всем чертям, и похоже, Шерлок тот, кто попал под раздачу. Слишком много недочётов. Природа вторичного гендерного типа оказалась слишком непредсказуемой. Чего уж Шерлок точно не мог учесть, так это того, что подвергнется нападению одурманенного альфы. Шерлок привык к тому, что как омега он безнадёжно испорчен, он привык считать, что обезопасил себя от всех этих настырных домогательств. Почему всё это работает настолько извращённо?        Течная слизь неприятно подсыхала на измазанной щеке, заставляя морщиться. Эта дрянь сработала как аэрозольный наркотик, и вышедшему из строя альфе было совершенно плевать, что запах принадлежит другому омеге. Порочный инстинкт взял верх. Шерлок не был готов к такому повороту, а ещё более не был готов столкнуться с собственной физической беспомощностью. В арсенале его опыта имелась масса различных техник боя, но что толку, когда природа сотворила тебя так, что при встрече с альфьим противником единственная подходящая стойка — раком? Попытки сделать подсечку, извернуться, проявить изящную боевую находчивость пресекались утробным рычанием насильника и его грубой силой, превосходящей любую хитрость. Оказавшись спиной на диване, прижатый плотным тяжёлым телом сверху, и с руками заломленными над головой до ломоты в плечах, омега проклинал этот вечер, этот эксперимент и своё бессилие. Его неэффективное сопротивление только сильнее распаляло вошедшего в раж самца, а дрожь тонкого тела под собой альфа принимал за сучье возбуждённое нетерпение. Альфа опасно сцепил зубы на его открытой беззащитной шее, таким болезненным образом предостерегая Шерлока от неверных выпадов, в то время, как сам принялся срывать с него одежду. Свободная рука грубо и бесцеремонно шарила по телу дрожащего омеги, ощупывая и как бы оценивая добычу. Пуговицы рубашки вырвались с треском ткани, и полы её были откинуты в стороны, обнажив белокожий торс, ремень и застёжка брюк так же быстро поддались сильной руке. Эта липкая от пота мерзкая конечность ползала по его голой груди и животу и казалось, что оставляет на коже слизь от прикосновений. Ещё никто никогда не прикасался к телу Шерлока подобным образом. И хоть он прекрасно понимал, что через несколько минут неминуемо свершится то, что должно было произойти с любым омегой много лет назад, но перспектива такого лишения невинности вовсе не радовала. Мышцы разведённых донельзя бёдер нещадно ныли, придавленные весом громадного тела. Шерлок не мог найти выход, равно как и не был способен отключиться от происходящего. Всё обернулось слишком серьёзно для того, кто привык ставить других в затруднительное положение, и никогда — попадать в него самому. Лапая его тело и слюнявя шею, альфа не преминул тереться о его бёдра отвердевшей плотью, которая пока ещё благополучно скрывалась под слоем джинсов, но уже угрожала масштабом. Нахальная пятерня по-хозяйски скользнула под пояс расстёгнутых брюк и резинку трусов, небрежно откинула вялый член испуганного омеги в сторону, прокладывая себе путь к неприветливому анусу. Омега судорожно сжался под давлением шершавых пальцев, но омерзительный нажим не прекратился. Шерлок почувствовал, как прикус на его шее сменился влажным посасыванием, что, видимо, должно было помочь ему расслабиться, но отдалось почти что рвотным позывом. Терпения альфы скоро не хватило даже на такие сомнительные нежности, и два грубых пальца с напором ворвались внутрь сопротивляющихся мышц. Шерлок вскрикнул, это было больно и страшно.  — Вот лажа! — выругался захватчик, не обнаружив желанной влаги в неестественно тесной дырке. Он резко вынул пальцы и поднёс их ко рту Шерлока. — Давай, пососи их, оближи, покажи, что ты не везде такой сухой. Я бы с удовольствием оттрахал тебя в рот, больно он у тебя хорош, но сначала… ААА! — Омега вцепился зубами в чёртовы пальцы по средние фаланги, за что тут же получил в челюсть с такой силой, что потемнело в глазах. Шерлок настолько испугался, что отключится и больше не получит шанса себя спасти, что этот страх удержал его в сознании.        На лестнице послышались шаги, альфа насторожился и недовольно рыкнул, отвлекаясь от дела. — Сколько ещё гостей ты позвал на сегодня, развратник? — Этот «гость» даже не верил в его сопротивление, альфа считал строптивое поведение Шерлока извращёнными играми. Ну что за кретин?! Запах морского шторма прибило к порогу гостиной быстрее, чем в дверном проёме показался его обладатель. Учуяв запах своего альфы, Шерлок встрепенулся, бросив свои последние силы вовсе не на крик о помощи, а чтобы выбраться из-под омерзительного тела, лишь бы не предстать перед Джоном в таком унизительном положении. — Тссс, — рука с покусанными пальцами зажала ему рот.        Джон наскоро окинул взглядом живописную картину погрома в гостиной и недвусмысленную позу главных действующих лиц. Непонятный сюжет… что это могло быть? Последствие борьбы или же слишком бурной прелюдии? Плевать, если так. Джон был слишком зол на Шерлока, чтобы разбираться в этом дерьме. А вид торчащего джинсового зада альфы между разведённых бёдер нашкодившего омеги только подливал горючего в баки злости, так что тормоза грозили отказать. Эта ярость не имела аналогов в известном ему спектре испытанных ранее эмоций. Дикая потребность сломать противнику позвоночник одним ударом, чтобы позвонки посыпались в порядке домино, повернуть широкую шею до заветного хруста, превратить ещё не увиденную рожу в сплошную гематому, чтобы кровоподтёки заиграли всеми цветами радуги, всё это бешенство резко граничило с психопатическим спокойствием. Джон не чувствовал напряжения, как бывает, когда приходится сдерживать себя. Он был твёрдо уверен, что непременно расправится с этим альфой так, как ему того хочется, и эта мысль приносила ему такое удовлетворение, как если бы Джон уже сделал это.        Он медленно обошёл сцепившиеся на диване тела, чтобы увидеть их спереди, и приветственно улыбнулся самцу-конкуренту, в мыслях уже вынеся ему приговор. Альфа уловил запах течного омеги, который обильно пропитал Джона, и Шерлок ощутил, как массивный орган альфы, прижатый к его бедру, заинтересованно дёрнулся. Альфа раздул ноздри, завистливо принюхиваясь к Джону. — Тебе достался главный приз, приятель. Оставь мне хотя бы утешительный. — Здоровяк пренебрежительно кивнул на распластанного под собой Шерлока. Джон окаменел в неподвижной позе и бросил ненавидящий взгляд на «утешительный приз». Сознание пестрело самыми яркими расправами, которыми он напичкает соперника от глотки по прямую кишку, но альфа представить не мог, что сделает с чёртовым Шерлоком, за то, что тот украсил их и без того неспокойную жизнь ещё и такой хернёй. А в личности зачинщика беспорядка Джон не сомневался. Шерлок даже обрадовался зажимающей его рот руке, потому что он не мог сказать Джону и слова. Он плотно зажмурил глаза, лишь бы только не встречаться с испепеляющим взглядом своего альфы. Джон заметил кровоточащие ранки со следами зубов на пальцах, зажимающих рот омеги, и удовлетворился видом крови.        — Дай угадаю, — товарищески обратился он к без пяти минут насильнику, кивая на зажатый рот омеги, — он опять нёс всякий раздражающий бред? — услышав это, Шерлок в ужасе распахнул глаза. Джон не спешит помогать ему, он участвует в его унижении. — В точку! Использует свой шикарный рот не по назначению. Языком тоже без толку работает, даже облизать не хочет. — У Джона одновременно с Шерлоком брови поползли вверх. Объект-А2 оказался общительным захватчиком. Весьма нетипичное поведение для альфы, который находится на расстоянии вытянутой руки от своего соперника, стараясь оприходовать при этом омегу. Может, отсутствие течки у последнего послужило смягчающим обстоятельством. Или Джон, имеющий при себе шлейф заветного аромата, заметно располагает к себе одурманенного альфу. Ради этого волшебного благовония тот пойдёт на любые изощрения, лишь бы вообще не остаться ни с чем. — Знаешь, мы ведь можем поделиться. Он странный, но чертовски красивый. Как жаль, что сейчас у него нет течки. — Поделиться? — холодным тоном переспросил Джон, буквально слыша щелчок, с которым всепоглощающая агрессия снялась с предохранителя. Это было даже хуже, чем если бы этот кретин просто посягнул на его омегу; будущий труп (а почему нет, для экспериментов Шерлока тело не будет лишним) посмел считать, что этим исключительным крышесносным созданием можно добровольно поделиться, вместо того, чтобы рвать глотки за право им обладать. — Ага, — альфа облизнулся, глядя на влажные пахучие отпечатки пальцев на рубашке Джона, оставленные течным омегой. — Не подержишь его руки, чтобы я мог добраться до его сухой капризной задницы? Джон иронично вскинул бровь и усмехнулся, не к месту представив этого дрянного самца в роли кота, и считая, что уже за один вечер тот так щедро разбазарил свои девять жизней. Джон встал за подлокотником дивана и обхватил прижатые руки Шерлока, чуть выше тонких запястий, за которые его удерживал мерзкий альфа. Омегу буквально колотило от паники, когда он ощутил крепкую хватку Джона на своих руках. Почему он это делает? Он не может, нет!.. Неужели Джон так взбешён его поступком, что решит проучить его столь жестоким способом? К тому же он всё ещё находится под охмелением течного омеги, и неважно, был у них сексуальный контакт или нет, его сил хватит ещё не на один раз. А вот Шерлоку сил точно не хватит, чтоб справиться с двумя альфами.        Джон же перехватил его руки только для того, чтобы склониться над Шерлоком и заглянуть в эти бесстыжие глаза, внезапно наполнившиеся влагой. Шерлок моргнул и его тонкие длинные ресницы слиплись в совершенно не мужественные стрелочки. Он не сводил своего перепуганного взгляда с каменного лица Джона, и мокрыми глазами красноречиво вопил о пощаде. Самец, подмявший его, сдвинулся ниже, комфортнее располагаясь между бёдер непослушной игрушки, и потянулся к уже расстёгнутым брюкам, но совершил при этом непростительную оплошность. Объект-А2 убрал свою широкую лапищу с лица Шерлока, и глазам Альфы-1 открылся вид на багровую гематому, украшающую гордый подбородок омеги небрежной кляксой.        — Вот, держи, — «напарник» Джона небрежно бросил ему кожаный ремень Шерлока, и омега невольно поморщился, когда железная пряжка коснулась соска, — свяжи ему руки, чтобы распустить свои. — Джон потянулся за ремнём и почувствовал, как пальцы Шерлока коснулись той руки, что продолжала удерживать его. «Джон», — безмолвно прошептали дрожащие губы. — Не дёргайся, — прошипел в ответ Альфа-2, сквозь стиснутые зубы. Насильник, он же без пяти — а точнее без одной минуты — жертва, нетерпеливо ухватился за ширинку уже расстёгнутых брюк омеги и рванул её в разные стороны, агрессивно, зато быстро и эффективно расправляясь с лишним предметом гардероба. Сдёрнув остатки брюк через босые омежьи ноги и мерзко облизывая ухмыляющиеся губы, он уже склонился над трусами, что виделись захватчику белым флагом окончательной капитуляции, как вдруг ощутил врезавшуюся в шею удавку. Джон в долю секунды оказался за спиной противника и обернул ремень вокруг широкой вспотевшей шеи, перекинув концы крест-накрест, и затянул, что было силы. Альфа от неожиданности не стал отбиваться, а лишь рефлекторно потянулся к своему «ошейнику», но Джон затянул его настолько плотно, что альфа не мог поддеть пальцами эту удавку и бессильно царапал свою шею.        — Как тебе такой узел? — вежливо поинтересовался Джон, сильнее затягивая петлю. Объект-А2 что-то невнятно прохрипел, но по его пунцовой от удушья роже можно было догадаться, что такой узел его вовсе не радует. Джон перехватил кожаные поводья одной рукой, с силой рванул их на себя, а затем вперёд, так, чтобы альфа оставил отпечаток своей морды на стене за диваном. Стена разжилась ещё одним смайлом, правда, с перевёрнутой улыбкой. Затем Джон потянул за ошейник назад, попутно выпуская один его конец, так что не находя опоры, альфа рухнул с дивана, а острый угол кофейного столика, выступающего на стороне Джона, больно врезался ему между лопаток. Джон отбросил ремень, чтобы лишний атрибут не мешал ему полноценно «распустить руки».        — Какого хрена? — прохрипел сквозь кашель несостоявшийся насильник, пытаясь подняться на ноги. Проблема в том, что Джон уже не видел его прямоходящим. Не успел тот разогнуться, как Джон схватил его за волосы и с размаху врезал коленом по носу, ноздри которого тут же зарыдали кровавыми слезами. Падая на пол, объект-А2 ухватился за ворот джоновой рубашки и утащил его с собой. Впрочем, Джон очень кстати оказался сверху. Альфа придерживал сломанную переносицу, потому произвольно отмахивался свободной рукой. Это навеяло доктору Уотсону вдохновляющие воспоминания об ампутациях. Одной рукой Джон обездвижил «рабочую» руку в плечевом суставе, а второй обхватил за локоть, резко потянув на себя, одновременно проворачивая. Альфа взвыл от боли. Добрый доктор откинул повреждённую конечность противника в сторону, как нечто отслужившее свой срок. Глядя на звериный оскал Джона, покалеченный объект оставил попытки ответных ударов и перешёл к единственно возможной тактике борьбы — сопротивлению. Он протянул здоровую руку к шее Джона, стараясь держать его на расстоянии. Тщетно. Джон критически окинул его перепуганную рожу: резанные полоски от ремня на шее, сломанный окровавленный нос… картина выглядела незавершённой, творец не доволен.        Джон привык к пистолету, в котором количество выстрелов ограничено количеством патронов. Но в этой схватке он использовал кулаки, а сила альфы, подзаряжаемая лютой агрессией, казалось, не имеет границ. Как остановиться, когда с каждым ударом открывается второе дыхание? Как остановиться, когда стоны боли воспринимаются как мольба о продолжении? Когда рука, сжимается на твоей шее сильнее, и собственная боль только подстёгивает? Джон бил яростно и быстро, но при этом контролировал каждый удар: три в челюсть, словно бы подбородок был дверным молотком, и Джон решал, в какую сторону его лучше поправить, два по скулам — для равномерности кровавых подтёков, один в переносицу, чтобы исправить свой первый неровный штрих, и так по кругу. Рука альфы, сжимающая горло Джона, ослабла и потянулась прикрывать лицо. Тогда Джон перешёл на виски. Под боковыми ударами голова альфы моталась из стороны в сторону. Джон чувствовал, как ему в спину время от времени ударяет колено лежащего под ним противника, но удары, как и хватка, с каждым разом ослабевали.        Шерлок заворожённо следил за бойней, вжавшись в спинку дивана. Как жертве почти что изнасилования ему хотелось принять личное участие в уничтожении мерзкого гада, но обострившаяся омежья природа не позволяла вмешиваться в разборки двух альф. К тому же, его парализовал нерешённый вопрос: почему обычно спокойный Джон так неадекватно среагировал на другого альфу? Ведь Шерлок не его омега, да и течки у него нет, с чего так звереть? А ведь до смертоубийства осталось всего ничего. Когда у объекта-А2 кончились силы к сопротивлению, а Джон стал бить по опасным участкам головы, Шерлок подал свой слабый голос, чтобы предостеречь Джона от греха летального исхода.        — Джон, хватит! — Его не услышали. Джон как раз врезал альфе снизу в челюсть так, что тяжёлая и без того пострадавшая голова откинулась, подставляя шею. Обычный человек отключился бы от этого приёма, обычный человек умер бы ещё полминуты назад. Благо, альфы создания твердолобые. — Джон! — окликнув его второй раз, Шерлок заметил закономерность — звук его голоса заставляет Джона работать кулаками усерднее. У Шерлока спёрло дыхание от высчитанного им исхода этой схватки. Джон и без того не простит его, а если ещё и благодаря неудачному эксперименту он станет убийцей… Шерлок не тешил себя иллюзией, что ему хватит сил оттащить Джона от другого альфы. Сегодня ему достаточно раз указали на его место в бойцовской иерархии. На более взвешенное решение не оставалось времени, каждый вздох несостоявшегося насильника мог стать последним, так что Шерлок оттолкнулся от дивана и прыжком сбил Джона с «нагретого места». Разгорячённый дракой альфа по инерции врезал ему локтем под дых и оттолкнул в сторону. Только вид полуголого Шерлока, скорчившегося на полу от его удара, заставил Джона прийти в себя и испугаться своих действий. Объект-А2 медленно поднялся на ноги, хватаясь за окружающую его мебель. Джон тут же вскочил следом, чтобы оказаться на равных. Покалеченный самец окинул их расфокусированным взглядом заплывших глаз. Увидев сидящего на полу Шерлока, обхватившего собственный живот, с голыми коленками задранными до встопорщенных кудрей, объект-А2 вдруг прыснул нервным смехом, словно только теперь понял, из-за чего ввязался в потасовку. — Так бы и сказал, что не хочешь делиться этой омежьей сукой. — Он сплюнул кровь в сторону сидящего на полу Шерлока. — Ты того не стоишь. — Убирайся, — прошипел в ответ омега. — Тебе стоит оттрахать его пожёстче и оставить свою метку, чтобы у щенка не осталось желания искать приключений на тематических сайтах. — Шерлок смачно выругался, сверля его ненавидящим взглядом. Слова этого болтливого самца заранее аннулируют ложь, уготовленную им для Джона. Впрочем, вряд ли на данный момент Джон в состоянии усваивать информацию. Слова противника подействовали на него как красная тряпка на быка и он уже сделал шаг в сторону своей жертвы, когда Шерлок уцепился за его ногу, не давая сдвинуться с места. Шерлок зажмурился в ожидании попутного удара, Джон был совершенно невменяем, и тем временем услышал удаляющиеся шаги на лестнице. Слава богу, покалеченному альфе достало ума уйти, сохраняя остатки достоинства и здоровых зубов. Прижавшись к ноге Джона, Шерлок ощущал его вибрирующее напряжение, которое пугало его настолько, что он готов был просить своего недавнего насильника забрать его с собой.