На кончиках пальцев

Сумасшедший день близится к вечеру. «Седьмому вечеру». Сегодня праздник цветов, Танабата* Вокруг просто неимоверное количество бумажных ленточек – тандзаку. Они везде, на любых поверхностях: усыпают столы, сжимаются в руках, пестрят на ветках, вспыхивая всеми цветами радуги: голубые, жёлтые, зелёные, розовые, строгие белые. И на всех – чернильные или карандашные, длинные или короткие слова желаний. Кажется, вокруг нет ни одного человека, который не загадал бы что-нибудь. Прижимаю узкую полоску бумаги к стене и, прикрывая ладонью, аккуратно пишу несколько символов. У меня простое желание, которое сбылось бы и без этого ритуала. Но среди возбуждённых людей с охапками фонариков и тандзаку я с пустыми руками выгляжу странно. Всеобщее волнение, пунцовые щёки, блестящие глаза, мечты и предвкушения, пульсирующие в жарком воздухе, кажутся забавными и наивными. Чувства можно привлечь, но не с помощью незамысловатых обрядов. Людская вера в чудо при наблюдении со стороны всегда немного забавна. Так что, ускользая от всеобщего праздничного настроения, пробираюсь под бесконечными гирляндами свежих цветов, спускаюсь к бассейну и с наслаждением погружаюсь в прохладную воду. Вкусная еда, шезлонг и книга отлично помогут скрасить время до сумерек, когда станет прохладней и... интересней. *** Поздний вечер. Мягкий бархат темноты раскинулся где-то высоко над отелем. А здесь, внизу, всё горит сливочными пятнами света высоких фонарей на кованых ножках, крошечных лампочек гирлянд среди ветвей, маленьких фонариков, которые позже будут спущены на воду. Кустарник живых изгородей поблёскивает матовыми искрами, дорожки купаются в свете, а уже по бокам от них, тут и там, черничные пятна полумрака, взрывающиеся смущённым смехом и взволнованным шёпотом. Беру у официанта с подноса бокал мартини и выпиваю залпом. То, что надо – вроде валерианы. Поддержать своё хвалёное хладнокровие, и не больше. Брожу по дорожкам, разглядывая людей. Даже днём территория не бывает так заполнена. Персонал подготовил отель к Фестивалю любви на высшем уровне. Везде только самые свежие цветы, гирлянды украшают всё так изысканно, что придраться не к чему, освещение создаёт атмосферу сказочного сада. Фонарики среди клумб и кустов, несомненно, выглядят романтично. Особенно для молоденьких девушек. Беру ещё один бокал мартини (у виски слишком горький вкус), киваю безмолвному официанту, обхожу очередную – стотысячную! – влюблённую парочку и врезаюсь в кого-то, кто неимоверно пахнет клубникой. После чего окатываю его взметнувшимся мартини из бокала. — Простите, — говорю любезно, касаясь плеча в белой кофте. Черноволосый человек оборачивается и смотрит на меня огромными глазами с чёрными кругами у нижних век. Улыбается. — Не страшно, — так же любезно отвечает он, беря из стеклянной чашки, полной клубники, ещё одну ягоду, после чего закатывает мокрый у запястья рукав. Ну конечно, невозмутимый Эл. Он постоянно такой. Спокойный. Не равнодушный, но не пробиваемый. Становится невыносимо интересно – что же надо сделать, чтобы расшевелить его?! Поправляю воротник рубашки и раздумываю. Я добьюсь от тебя того, что захочу, Эл. Оглядываясь вокруг, обнаруживаю, что мы дошли до конца дорожки и вышли к фонтану. Светящиеся струи воды бьют в тёмное небо и обрушиваются обратно, в освещаемое лампами дно. Расходятся кругами к далёким бортам. Вода шумит и рокочет в центре, становясь всё тише по мере удаления от него. Мягкие волны качают маленьких рыбок, сгустками жидкого золота снующих у бортов. — Красиво... – негромко говорит Эл, задумчиво следя взглядом за их движением. — Да, конечно, — машинально отвечаю я. Людей вокруг немыслимо много. Кажется, это самое лучшее место для наблюдения за фейерверком. Деревья окружают фонтан не вплотную, оставляя свободным небо над ним. — А! – меня неумолимо сдвигают с места и тянут за собой потоки людей. От неожиданности не могу устоять на ногах. Словно в насмешку меня прижимают вплотную к спине Эла. Хочу громко деланно возмутиться. Но... Нос невольно касается его тёмных волос. Мята. Терпкий шампунь с ароматом инжира. И где-то – краешком, чуточкой – апельсин. Вот уж апельсин-то откуда?! Должна быть клубника... Глупейшие мысли сами несутся в моей голове, без всякого моего участия. Эл поворачивает голову, пока я старательно пытаюсь освободиться от людского зажима. Он смущён. То, чего я вроде бы и добиваюсь. Не чувствуй я то же самое смущение! — Гхм, извините, — говорю я, вставая рядом к бортику фонтана. — Слишком много народу, — бормочет Эл, неловко поправляя рукой волосы. — Да уж. В этот момент с рокочущими хлопками в небе раскрывается мерцающий купол из сотен разноцветных искр. Вот и фейерверк... Народ вокруг радостно вскрикивает, вздыхает в восторге, хлопает в ладоши, смеётся, свистит. Всё вокруг взволнованно двигается. Сбоку поглядываю на Эла. Кажется, мы одни здесь сейчас стоим неподвижно. Запах воды, подносимый ночным ветром, овевает лицо, шевелит полы не застёгнутой рубашки. Мягкий, чуточку даже морской, свежий. Сжимаю пальцы, держась за бортик. Я отчаянно желаю вновь коснуться Эла, уловить его запах. Инжир разбудил в теле что-то тягучее, томное, что медленно стекает потоком по горлу в желудок, и теперь царапает там, не давая забыть о... желании. Что у меня есть в карманах? Сотовый телефон, ключ от номера... Блокнот — маленькая записная книжка с линованными страницами, в чёрной кожаной обложке. Имена, телефоны... К чёрту! Тянусь вперёд, будто бы рассмотреть золотых рыбок, и незаметно подтягиваю вверх полу рубашки. В этот момент – как нельзя более удачный! — Эла придвигают ко мне. Его плечо упирается в моё. Миг напряжённого ожидания и, перегнув край нагрудного кармана, блокнот переваливается наружу и с плеском падает в воду. — Ой! – восклицаю взволнованно и сокрушённо. — Я достану. Я же вас толкнул. — Даже как-то неловко… Эл уже тянется к воде. Стройное тело оказывается прямо подо мной. Наклоняюсь над ним, будто бы тоже пытаясь спасти блокнот. Эл пахнет теплом. Чистотой. Спокойствием. Уютным пледом. Неизменной клубникой. И, конечно, проклятым инжирным шампунем. С досадой бью по воде ладонью и резко выпрямляюсь. Пальцы Эла уже ухватывают блокнот и за уголок поднимают над водой. Его одежда промокла, и по волосам бегут капли. — Кто это сделал? – он оглядывается по сторонам, и видит всё то же множество людей вокруг фонтана. Он действительно не заметил. — Спасибо за помощь. Не знаю. Давайте поймаем его вместе. -Хмм. Повисает пауза, я принимаю из его рук блокнот. — Мне пора идти. — А фейерверк? – я недоумеваю. — Я устал, — Эл чуть приподнимает приветственно руку и исчезает. Ушёл. Сбежал под совершенно дурацким предлогом. Сжимаю в кулак пальцы в кармане брюк и резко ухожу от фонтана. Проклятый инжир. ============================================== *золотые рыбки, фейерверк, сумерки* *Танабата — японский праздник. Подробности здесь http://www.ikcjapan.ru/matsuri/tanabata. И можете глянуть здесь: http://www.calend.ru/holidays/0/0/283 ^_______^