I've hurt myself by hurting you

POV Кристин Даае       Господи, какая же я глупая! Зачем я это сделала? Как посмела так обидеть его? Он неумолимо тащил меня в подземелье Оперы, в свое потайное логово. Я сопротивлялась, но это лишь инстинкты, которые сдержать я не в силах. Но в душе я хочу быть с ним, хочу разделить с ним этот темный мир, эту музыку ночи, хочу развеять его одиночество. Мы быстро достигли его убежища каким-то другим путем, ведущим не через озеро. Он зол, Ангел Музыки в ярости… Я… Я должна его успокоить! Попросить прощения, в конце-то концов! Я сорвала с него маску и парик при всех, — глупая девчонка! — Зачем, Кристин? За что ты так со мной? — с болью в голосе спросил мой Ангел. — Я лишь хотел… хотел… — Меня, — закончила я. — Я знаю, Ангел, знаю. И очень сожалею, что поступила по-детски! Прости меня, умоляю, Ангел, если сможешь!       Высокий мужчина, не ответив мне ни слова, стал метаться по холлу в поисках чего-то. Я быстро поняла, что он ищет свою маску, белую полумаску, что так ненавистна ему самому. Он бы ее не носил, не будь меня рядом, но приходится. Так почему же я не могу помочь ему с этим? Зачем мучить его еще больше, заставляя носить этот проклятый холодный фарфор? — Ангел, я… Не нужно искать маску, она тебе не нужна, — начала говорить я, но мои слова он не слышал, а лишь продолжал упорно переворачивать все вещи, только бы достигнуть скорее цели. — Она не нужна тебе, — я подошла к нему, остановила его и коснулась ладонью его заплаканной щеки. — Не сейчас, не здесь и не при мне. Я не вижу ничего отвратительного в твоем лике… Ладно? Ты веришь мне? — Как я могу тебе верить, Кристин, после всего, что ты только что сделала?! — зарычал он своим баритоном так, что меня пробрала дрожь. Из моих глаз тоже потекли слезы, когда он убрал мою руку со своего лица. — Если не веришь моим словам, — на минуту я задумалась. Действительно ли я хочу это сделать? Это ли велит мне сердце? Таких действий ждет от меня здравый разум? Бесспорно, да. Я должна была заслужить его прощение, его любовь обратно, потому что сама люблю его! — Тогда поверь этому, — я резко подошла к нему в плотную и без какого-либо предупреждения впилась в его губы, которые были слегка солеными от слез. О, мой бедный Ангел Музыки! Мой бедный маэстро! Я повела рукой от его пальцев по всей длине его руки, добравшись до плеча и шеи, и коснулась его ранее скрытой маской части лица. Тогда я второй рукой взяла нормальную часть лица, и крепко держала его в поцелуе. Я только сейчас поняла, что люблю его не меньше, чем он любит меня! И причинив ему боль, я причинила боль себе! Я постепенно углубляла поцелуй, вторгаясь языком в его рот. Его, как я недавно выяснила, нежные руки держали меня за талию ни близко, ни далеко. — Кристин? — он через свое желание прервал поцелуй. — Что ты со мной делаешь? — Всего лишь люблю тебя, Ангел! — искренне улыбаясь, я почти прошептала эти слова. — Кристин! — нашу идиллию прервал знакомый мне голос. Рауль! Нет! Зачем он пришел? Я знаю, что обещала уйти с ним, но теперь не могу. За несколько минут столько всего изменилось в моих чувствах. Рауль — я любила его, но как друга, брата… А мой Ангел стал тем, чего я не видела — мужчиной в моих глазах. Я поняла, что мой маэстро мой любимый мужчина, он тоже заслуживает быть счастливым, заслуживает любить и быть любимым! — Кристина! — снова кричал Рауль. — Отойди от нее! — я поняла, что рычит он на моего Ангела. — Нет, Рауль, уходи! — я не дала ничего сказать моему маэстро. — Никуда я без тебя не уйду! — выкрикнул виконт, пытаясь выломать решетку, разделяющую нас с ним. Но все было тщетно, решетка надежно стоит, преграждая путь непрошенным гостям. — Она же сказала, уходи, — спокойно подал голос Ангел. — Ты же обещала выйти за меня замуж, помнишь? На крыше! — отчаянно взмолился Рауль. О, Боже, зачем ты так со мной? Это мое наказание за то, как поступила с моим Ангелом Музыки? Из моих глаз снова хлынули слезы. От слов-де Шаньи маэстро нахмурился, словно ему больно от этих слов. — Все хорошо, — шепнула я Призраку возле меня, положив руку на его плечо. — Ангел, открой решетку, я никуда не уйду. Мне просто нужно поговорить с Раулем, — я говорила как можно мягче, стараясь не злить его еще больше, стараясь заверить, что остаюсь с ним навсегда! Он колеблясь смотрел то на меня, то она виконта. — Верь мне, Ангел! — Хорошо, — прохрипел маэстро и двинулся к рычагу, открывающему решетку. — Добро пожаловать, виконт-де Шаньи!       Я бы попросила оставить нас наедине, но, боюсь, Ангелу, который пустил в свой дом врага, эта мысль не понравится. Хоть Рауль и не может причинить мне боль, но все же он может меня забрать и против моей воли — чего бы я не хотела совсем. Мы будем здесь втроем, мне нечего скрывать от моего будущего супруга. Я сделала глубокий вдох, когда Рауль стал идти в воде к нам с Ангелом, который вернулся ко мне и прижал к себе, не желая отпускать далеко. Я понимаю его, понимаю его страх. — Кристин, объясни мне, пожалуйста! Что ты с ним делаешь? Ты же говорила, что… — я подняла руку, перебивая мысль Рауля, потому что прекрасно знала, что он собирается сказать. Он хотел сказать, что я боялась моего учителя, я боялась его лица, я боялась его коварных замыслов, я боялась его зла в душе. Но сейчас я готова простить ему все ошибки, простить все, что он сделал. Это было лишь из того, что он хотел меня уберечь, он всего-навсего меня любит! — Нет, Рауль! — предупредила я. — Выходит, ты мне лгала? — непривычно низким, на грани слез, голосом спросил мой друг. — Нет, не лгала, Рауль. Я никому никогда не лгала! — мой голос стал повышаться. — Тогда все было так, как я тебе и говорила. Но сейчас все по-другому! Я… я люблю его, Рауль! — без дрожи в голосе вымолвила я, закрывая глаза. Я боялась реакции любимого друга, которому будет больно от этих слов. — Люблю его, — повторила я. — Любишь? Как ты можешь любить этого монстра?! — тут же на всю пещеру воскликнул Рауль.       Я почувствовала, как стоящий возле меня Ангел тихо рычит и его кровь начинает закипать. Конечно, а кому бы было приятно от таких слов в свой адрес? И он не такой монстр, как кажется! Вовсе не монстр! Да, он делал ужасные дела, но… — Ангел, — я посмотрела в глаза мужчины рядом со мной, который крепко сжимал мою руку, — отпусти мою руку. Я никуда не уйду, обещаю! — он должен быть уверен, что я говорю правду, поэтому я еще раз коснулась его губ нежным поцелуем. Медленно Ангел ослабил хватку и потом отпустил мою руку. — Как ты могла, Кристина?! — подал вновь голос мой печальный друг, к которому я подошла ближе. — Рауль, пожалуйста, — я взяла его дрожащую руку. — Пойми меня, я люблю его, как мужчину. А ты… Я тебя тоже очень люблю, но немного по-другому! Ты мне как друг, брат! Просто послушай, что говорит тебе сердце! Ты всегда был добрейшим человеком, которого я когда-либо знала! Так что же, мы не заслуживаем счастья вместе? Неужели, ты не видишь, насколько он меня любит?       Виконт задумался, после чего отпрянул от меня чуть дальше, забрав свою руку. Я с ожиданием смотрела на него молящим взглядом. Я не хочу потерять и его, я хочу, чтобы оба были в моей жизни. Им придется смирится с таким моим решением. Придется принять друг друга, научится терпеть присутствие друг друга в моей жизни. — Я надеюсь, Рауль, — продолжила я, когда увидела как смягчился взгляд старого друга, — мы останемся друзьями?! — Конечно, Кристин, конечно, — он почти шептал.       Как вдруг сверху послышались голоса обозленных людей. Они жаждали расправы с Призраком Оперы! Мое сердце чаще забилось, их слишком много, чтобы мы с Ангелом могли сдержать их или в чем-то убедить. Даже если и Рауль нам поможет, ничего из этого не выйдет и погибнем мы все трое… — Чертовы людишки! — прорычал Ангел. — Все будет хорошо, мой Ангел, — я снова вернулась к любимому, чтобы успокоить. — Они нас не тронут! — Кристина, я смогу их переубедить. Я все же еще виконт да Шаньи, — усмехаясь, сказал Рауль. — Покровитель… сгоревшей Оперы… Что ж, я подумаю над тем, чтобы восстановить ее! — воодушевленно произнес друг, натягивая естественную улыбку на свое светлое лицо. — А я Вам с радостью помогу, Виконт! — маэстро окликнул Рауля, когда тот собирался уходить. — Пока вам не стоит выходить днем на улицу. По крайней мере, недели две. Когда все уляжется, я дам вам знать, и мы сможем приступить к восстановлению Оперы! — с этими словами Рауль отправился навстречу голосам озлобленных людей.       Когда мы вновь с Ангелом остались наедине, я повернулась к нему и с улыбкой на лице посмотрела на его удивление. — Ты осталась, — тихо прохрипел зеленоглазый мужчина. — Конечно, я же обещала тебе! — я погладила его по щеке и кое-что вспомнила. Где-то в этой суматохе я увидела кольцо, которое он сорвал с меня на новогоднем маскараде. Я быстро вспомнила, где его видела — это была вазочка с украшениями возле музыкальной шкатулки в виде обезьянки из папье-маше. Пока я ходила за этой красивой вещицей, маэстро не спускал с меня глаз. Взяв кольцо в руки, я вернулась к Ангелу. Стоя прямо перед ним, я стала медленно надевать кольцо на свой безымянный палец, наблюдая, как его глаза расширяются в удивлении. — Ты ведь не против? — Кристин, ты действительно хочешь выйти за меня замуж? — недоверчиво спросил Ангел Музыки. — Да, — твердо ответила я и подарила ему новый сладкий, любящий поцелуй в губы, лаская руками открытую шею. Постепенно я начала снимать с него рубашку, потому что мне нестерпимо захотелось большего…