То, о чем не стоит жалеть

Гарри переодевался раз пять. Сначала отверг мантию, потому что глупо ходить по дому в субботу в парадной мантии; та же участь постигла выходной костюм, кашемировый джемпер и белую рубашку. Выбор пал на нейтральную водолазку и джинсы. Он причесался и взлохматил волосы, потом уложил их гелем, вымыл голову и, наконец, оставил как есть. Кресло оставалось на том же месте. Немного поразмыслив, Гарри придвинул к нему столик и поставил сервиз, затем убрал сервиз и достал сливочное пиво; спрятал сливочное пиво, принес из подвала бутылку вина и нашел два бокала; убрал один бокал и успокоился. Затем долго выбирал позу, в которой будет общаться со Снейпом. На седьмой попытке сделать расслабленное выражение лица его прервал знакомый голос. — Добрый вечер, Поттер. Гарри встрепенулся и выпрямился, сложив руки на коленях. — Добрый вечер, сэр. Рядом с креслом Снейпа тоже стоял столик и бокал с чем-то коричневым. Оба обратили внимание на приготовления и улыбнулись. — Вы перенесли зеркало в гостиную? — Так мне показалось удобнее. Гарри узнал старинный массивный шкаф, который он выкинул в первую очередь, и отреставрированный паркет, память о котором осталась во входной зоне его прихожей. Сердитое покашливание прервало процесс сравнивания интерьеров, и Гарри поспешил начать беседу. — Как прошла неделя? — Недурно. — Вы все так же преподаете? — Не совсем. Я теперь занимаю пост директора. — О-о-о… поздравляю. — Спасибо. Они замолчали, о чем говорить никто не знал. Гарри испугался, что Снейп просто уйдет, и он его больше не увидит, но тишина была нарушена. — А чем вы занимаетесь? Поступили в аврорат, как мечтали? — Нет. — Не приняли? — Не пошел. Я долго восстанавливался, потом путешествовал, и во время путешествий нашел свое увлечение. Левая бровь вопросительно взметнулась вверх, и у Гарри перехватило дыхание. Такой знакомый жест, он так сильно скучал, и вот он — настоящий живой Северус. Только дотронуться нельзя. А хотелось бы… — Я решил заняться ритуалистикой. Снейп даже отставил бокал и подался чуть вперед. — И что же вас натолкнуло на эту необычную мысль? — Индия, сэр. Вы видели когда-нибудь выступления заклинателей змей? — Снейп утвердительно кивнул. — А вы знали, что змеи являются хранителями родовых даров в Индии? Нет? И я не знал. А потом познакомился с великим Ратхой и был удостоен чести гостить в его доме. От него я узнал столько, что мне и не снилось. Я принял ученичество и год осваивал восточные ритуалы. Потом отправился во Францию и окончил Академию магии. Вот и все, собственно. — Поттер, я в недоумении… Вы взялись за ум! Я думал, что увижу бравого пустоголового аврора, без единого сомнения рискующего жизнью. Браво! И на кого вы трудитесь сейчас? Министерство? Отдел тайн? — Ни на кого. Конечно, приходится выполнять правительственные заказы, но в основном беру частные. Скользящий график, много свободного времени. Вы же всегда говорили, что я — лентяй. Снейп усмехнулся. Такой Поттер ему нравился. Очень. — А вы, сэр? Расскажите про Хогвартс. И Северус не заметил, как выложил историю своего директорства, рассказал о новых правилах, о большом количестве учащихся, об образовательных реформах, новых предметах и учителях. Гарри слушал, замирая от нахлынувших эмоций. — А знаете, вашей Британии повезло, что вы выжили. Северус озадаченно замолчал, а Гарри вздохнул и продолжил: — МакГонагалл, конечно, хороший директор, но она слишком консервативна по отношению к системе образования и чрезмерно либеральна к остальному. Снейп напрягся, и Гарри замолчал, опасаясь, что опять не то ляпнул. Но неожиданно услышал смех: сначала глухой, скрываемый, а потом открытый и раскатистый. Картинка совпала не сразу, и Поттер с опозданием понял, что этот красивый звук напрямую относится к человеку, уткнувшемуся лицом в ладони. Северус поднял глаза, и комната буквально вспыхнула. Гарри открыл рот, любуясь несвойственной грозному директору манерой проявления эмоций. — Поттер, как же непривычно слышать от вас здравые рассуждения! — сквозь смех проговорил Снейп. — А каково мне видеть вас смеющимся? — проворчал, скрывая довольную улыбку, Гарри. Северус успокоился и, настроившись на веселую волну, рассказал несколько забавных эпизодов, произошедших за время его директорства. А Гарри, краснея, поведал о своих университетских похождениях, за что получил в награду еще одну незабываемую картину со смеющимся Снейпом. Еще больше Гарри поразил здоровенный серый книзл, что взобрался Снейпу на колени и ревностно урчал, подставляя голову под ладонь хозяина. Кличка книзла произвела на Поттера неизгладимое впечатление. Каждое ласковое «Жорик, пошел вон!» заставляло улыбаться. Они долго не могли расстаться и разошлись уже глубоко за полночь, договорившись встретиться через пару дней. *** Гарри никак не мог выбросить из головы фразу Снейпа о более юном и красивом себе в отражении зеркала Еиналеж, поэтому решил привести себя в порядок. Просить Гермиону он не решился, тем более не стал обращаться к ее мужу. Вести Рона в салон красоты — равносильно тому, чтобы привести в гей-клуб жесткого гомофоба. Впрочем, последнее утверждение напрямую относилось к Рону. Для подобной цели лучше всего подходил Драко Малфой — тот наверняка обзавелся платиновой картой салона, если не двумя. Поттер ошибся: карта оказалась алмазной. И Драко, ставший не то чтобы лучшим другом, но хорошим приятелем и частенько партнером по работе (мастер рун все-таки), с удовольствием составил компанию Поттеру. Процедуры показались странными, некоторые — шокирующими. Стрижку и маникюр Поттер вынес стоически, вонючие зеленые водоросли на лице — со скрипом, а вот эпиляцию на ногах, руках, груди, заднице и яйцах — с боем. Единственное, что утешало — трехгодичная гарантия полной гладкости в пострадавших местах. А когда Драко заявил, что через семь-восемь сеансов дается пожизненная гарантия, Гарри реально его зауважал. Стоя вечером под душем и рассматривая себя в зеркале, Гарри плюнул и выматерился: — Как девчонка на первом свидании! *** — Господин директор! Северус обернулся, дожидаясь мисс Джампл — молоденькую библиотекаршу, что два года назад сменила ушедшую на пенсию мадам Пинс. — Что вы хотели, Алисия? — Подпишите, пожалуйста, разрешение для мисс Патил на посещение библиотеки. Она пишет монографию, и Академия присылала нам запрос на использование некоторых манускриптов… — Да-да, припоминаю. Протянув пергамент, девушка опустила глаза, на нежных щеках заиграл милый румянец — казалось, Алисия готова была ножкой шаркать. И подобную реакцию на свою персону Снейп отмечал уже несколько недель. Для чего он, спрашивается, старался — чтобы половина женского коллектива школы строила ему глазки?! Нет, уж себе-то Северус мог признаться: удовольствие ему доставляло созерцание такого же румянца на щеках одного мальчишки… точнее, уже мужчины. Когда на третьей встрече он увидел похорошевшего Поттера, сердце предательски сжалось, а по нервам резанула мысль о подружке героя. Ревность? Снейп не признался бы даже себе, но в процессе общения выяснилось, что у Гарри нет ни девушки, ни сердечной привязанности. В голову закралась догадка, что преображения производились для него, и Северус подсознательно стал стремиться к лучшему. Открыли новую парикмахерскую в Хогсмиде? Надо сходить посмотреть, а заодно подровнять волосы. На нем испытали новый бальзам — так это бонус, акция такая. Варил для клиента крем, выравнивающий цвет и фактуру кожи — получилось гораздо больше необходимого. Что ж добру пропадать? Надо испробовать на себе… Изменения во внешности не казались Северусу слишком заметными, но вечерами он ловил на себе восхищенные взгляды Поттера, и они согревали сердце. В коридоре Снейп столкнулся с МакГонагалл. Сдержанно кивнув, он промчался мимо, а она остановилась, с улыбкой глядя директору вслед. — Наконец-то нашел кого-то, — прошептала Минерва себе под нос. — Какой романтик — каждый день на свидания бегает. А как расцвел!