То, о чем не стоит жалеть

Нескольких встреч в неделю становилось мало. Северус не предполагал, что Поттер окажется таким интересным собеседником. Чувство вины за смерть героя стиралось, ощущение правильности вечерних диалогов возрастало, а желание видеть друг друга как можно чаще набирало обороты. Невозможность прикосновений делала их встречи похожими на переписку. Впервые в жизни Снейпу хотелось раскрыться. Поттер стал его попутчиком, с которым точно никогда больше не встретишься, а потому можно вывернуться хоть наизнанку. Постепенно реальность уходила на второй план, вытесняясь общением с бывшим студентом. Северус каждый день ночевал в коттедже, сразу после ужина бежал к камину, позабыв о традиционных прогулках. Зеркало он больше не завешивал. Оказавшись дома, заглядывал в отражение и чаще всего встречал улыбку Гарри. Утром, собираясь на работу, они вместе пили кофе, желали хорошего дня и расходились, чтобы уже через несколько минут начать скучать в ожидании следующей встречи. Они играли в шахматы, говорили о законах, ритуалах, зельях, новостях, министрах и коррупции, но никогда о смерти Поттера в мире Снейпа. Северус ювелирно обходил эту тему, а Гарри подсознательно побаивался. — Северус, я принес книгу, — Гарри приблизился к зеркалу, показывая объемное издание с яркой вычурной обложкой и золотым тиснением «Герой нашего времени» и более мелким шрифтом «Жизнь и смерть Северуса Снейпа. Правдивая история подвига». — Ты?! — Нет, конечно. Скитер. Знаешь, почти правдивая, но, кажется, сильно приукрашенная история. — Даже не хочу знать, убери эту гадость. — Северус… — Что? — А у вас обо мне издали книгу? — Сотни книг, Поттер. О тебе не пишет только ленивый. Как ни странно, твоя подруга написала самый достоверный труд. — Северус, я не спрашивал, но как они там? Снейпу не понадобилось уточнять, о ком спрашивает Гарри. Он грузно опустился в кресло, хмуро глядя на прильнувшего к стеклу героя. — Мисс Грейнджер очень тяжело переживала твою смерть. Несмотря на то, что она до сих пор не простила меня… — Но ты же не ви… — Виноват! Косвенно виноват. Ты бросил порт-ключ мне, вместо того, чтобы попытаться выжить самому. Так вот, несмотря на это, Грейнджер отдала свои воспоминания в Визенгамот и выступила на суде в мою поддержку. Мистер Уизли из-за этого порвал с ней отношения. Насколько я знаю, они не общаются до сих пор. Гарри привалился спиной к раме и спросил: — И где они сейчас? — Мистер Уизли помогает брату в лавке, мисс Грейнджер преподает в Академии магии. Гарри громко сглотнул, повернулся в пол-оборота, притянув колени к груди, и прошептал: — Северус, а как там… без меня? Снейп опустился на ковер, отзеркаливая позу Поттера. — Плохо, Гарри. Если не считать пафосных праздников в честь великого героя. Те, кто на самом деле тебя любят, приходят на могилу накануне дня рождения, тридцатого июля. Чтобы никто не мешал рассказать, как им трудно без тебя. Прильнув к стеклу щекой, Гарри спросил: — И тебе трудно? — Уже нет. Ты ведь со мной… Северус прижал ладонь к зеркалу, очерчивая контуры лица, спускаясь к губам. Повернув голову, Гарри поцеловал кончики длинных пальцев. Зеленые глаза перехватили взгляд черных, встречая в них отражение своих желаний. Родной, необходимый, близкий и в то же время такой далекий. Сердце выпрыгивало из груди, кровоточа и разбиваясь о потемневшее зеркало. Северус обводил пальцами губы, подбородок, скулы и смотрел, смотрел, смотрел… Исступленно схватившись за раму, он словно стремился открыть дверь в другой мир. Мир, где можно прижать к себе Поттера, почувствовать его тепло, поцеловать и уже никогда никуда не отпускать. Как в сюрреалистической постановке, Гарри повторял действия Снейпа. Ладонь легла на холодную поверхность, пытаясь точно совместить каждый палец. Оба замерли, гипнотизируя прозрачную перегородку, разделяющую руки. Уткнувшись лбом в зеркало, Северус опустился на пол, оставив ладонь на месте, а Гарри, прижавшись щекой к стеклу, прошептал: — Это невозможно. Я не могу… не могу без тебя, — из-под сомкнутых ресниц потекли слезы. Вскочив на ноги, Снейп с размаху ударил кулаком по стене, и, взвыв как раненый зверь, развернулся и исчез. Поттер закусил губу, падая на пол, и, обхватив себя руками, стал умолять: — Прости, прости, Северус. Я больше не буду, прости! Только не уходи. Только не уходи насовсем! Он уснул, лежа у зеркала, свернувшись калачиком на коврике и периодически вздрагивая. По другую сторону амальгамного стекла сидел Северус, охраняя беспокойный сон любимого мальчишки… Нет, уже мужчины. *** Гарри очнулся с затекшей спиной. Тело ломило и выкручивало, голова болела, а веки опухли и с трудом открывались. Воспоминания о вчерашнем вечере накатили девятым валом, и он вскочил на ноги, не сразу заметив прислонившегося к зеркалу Снейпа. — Северус. Се-ве-рус. Прости, — Поттер сел рядом. Ни один мускул не дрогнул на лице, и Гарри опустился на колени. Он гладил расслабленные плечи, водя по стеклу дрожащими руками. — Прости меня, ты же знаешь, я — идиот. Только не уходи. Я не смогу не видеть тебя. И все равно, что не смогу тебя касаться… Гарри прижался грудью к спине Северуса и, раскинув руки, обнял зеркало. Стекло холодило голый живот, расстегнутая рубашка сползла с плеча и мешала. — Поттер, ты и впрямь идиот. Куда я от тебя теперь денусь? Вот куда? Снейп развернулся и провел рукой по прижавшемуся животу. Гарри всхлипнул и отпрянул. — Иди, Гарри. Прими душ. У тебя встреча с клиентами. — До вечера? — До вечера. Ладонь легла на ладонь. Длинные тонкие пальцы согнулись, почти точно составляя кончики. Они разошлись, чтобы встретиться вечером.