Рыжий

      Невысокий потолок рикошетил все слова вниз. Короткое эхо скакало туда-сюда, потом полностью растворялось, оставляя лёгкий шум в голове. В маленькой допросной накрепко обосновался запах подсохшей крови и ржавчины. Распятый на стене пленник едва дышал. По его вискам, склеивая рыжие пряди, шли две бордовые полосы. Тоже самое было на спине: истерзанная плоть кровоточила, путая некогда ухоженную гриву в один сплошной колтун. Каталиумовые кандалы вгрызались в запястья и щиколотки. В резанных лохмотьях, висевших на исхудавшем теле асмодианина, едва угадывался генеральский дублет. Аккуратно отпоротые ранговые нашивки были заботливо уложены на столик неподалёку как издевательское напоминание о том, чего он лишился.       — Жалкое зрелище, — тоскливо проговорил женский голос совсем рядом. — Корунд, зачем?..       Пленник сделал усилие и поднял голову. Его губы дрогнули и растянулись в кривой улыбке. Из теней рядом с ним появилась миниатюрная асмодианка. Чёрные кожаные доспехи плотно облегали фигуру, тонкая полумаска закрывала нос и губы, а за спиной блестели чарами божественных камней парные клинки. Эфирные метки горели рангом 5-го офицера. Девушка протянула руку и ласково погладила щёку пленника, коснулась его подбородка, чуть приподняв. Затем она опустила свою маску на шею и прильнула к Рыжему, коснувшись его губ издевательским поцелуем.       — Не ожидал, — тихо отозвался он, когда девушка отстранилась, — что у меня под окнами… снуют крысы.       Глаза гостьи вспыхнули алой злостью. Снова спрятав лицо под тёмной тканью, убийца замахнулась и влепила Корунду звонкую пощёчину. Ухоженные коготки легко распороли тёмную кожу пленника, оставив на ней четыре тонкие полоски.       — Крысы? Это ты крыса, Корунд, самая настоящая! Ты… ты ренегат, спутался с белокрылым ублюдком! Лишился звания… я пришла, чтобы передать тебе, Рыжий, Безмолвные развоплотят тебя на закате, — быстро и зло проговорила девушка и сощурила глаза, вновь растворяясь в тенях.       — Бывало и хуже, — сипло выдохнул Рыжий ей вслед.       Оставшись наедине с самим собой, он закрыл глаза. Познавшая не один удар хлыста спина коснулась каменной стены. Озноб прокатился по коже, заставив сильно вздрогнуть и выдохнуть сквозь зубы. Холод всегда напоминал о родном Белуслане. Корунд попытался принять позу поудобнее, чтобы не так ныли хотя бы плечи. Лязгнули цепи его кандалов, а браслет на левой руке сильнее надавил на стёртое едва не до кости запястье. От вспышки боли сознание отправилось в темноту, вернув пленника в те дни, когда он ещё носил генеральские погоны. За чередой допросов и пыток Рыжий стал забывать, а было ли нечто иное до всего этого кошмара.       «Сколько же снега выпало за ночь», — измученный разум перенёс своего хозяина в Белуслан. Около двух недель назад Корунд бродил там в покрове маскировки, не оставляя следов на невесомом полотне и не проваливаясь в глубокие сугробы. Цепкий взгляд асмодианина выискивал белокрылые мишени, жаждавшие познакомиться с его клинками. Охочих до поединка не нашлось. Зато Рыжий прошёл мимо целого отряда Безмолвных Исполнителей.       — Сбежал… воин 1-го ранга… не уйдёт далеко, — невидимому охотнику было достаточно и обрывков фраз, чтобы свернуть прочь от отряда и вновь начать поиски. Кем бы ни был этот незнакомец, Корунд найдёт его быстрее Безмолвных псов. Азарт и адреналин подстегнули двигаться вперёд.       Следопыт шёл, выбирая путь по ему одному видимым меткам. Погоня осталась далеко за спиной. И наконец, снег окрасился алыми каплями, а затем и вовсе пятнами. Асмодианин свернул за дерево и обнаружил там распростёртое на земле тело. Элиец лежал в неестественной позе, подвернув руку. Соломенные пряди выбились из хвоста и разметались по подтаявшему снегу. В груди торчали две длинные стрелы. Оружию Безмолвных не составило труда пробить простую кольчугу незваного гостя. Его дыхание было частым и хриплым, а на лбу мерцала синевой метка асмодианского целителя душ. Корунд хорошо знал эти чары. Они не дадут жертве использовать свою магию и переместиться на кибелиск.       Порыв добить растворился в зелени распахнутых глаз, смотрящих в серое небо над головой. Рыжий узнал элийца и ощутил смутный укол совести при взгляде в его лицо. Без долгих раздумий северянин сделал несколько магических пассов руками. Над снегом появился серебристый портал. Корунд ухватил раненого подмышки и вместе с ним стал пятиться в тоннель перемещения.       За окном выла снежная буря. Но даже она не могла перекрыть болезненных стонов уложенного на диван гостя. Кровь залила всю простыню и кусок одеяла. Корунд плюхнулся на стул рядом и принялся хмуро изучать доступный ему арсенал лекарских предметов.       — Б-больно, — прошептал элиец на родном языке, беспрестанно ёрзая.       — Ну и придурок же ты, светлый, — вслух фыркнул асмодианин. Он говорил на балаурском языке, понятном для белокрылого даэва. — Чем надо было думать, чтобы вот с этим кидаться на отряд Безмолвных?       Корунд с силой пнул покорёженный щит жреца. Железяка за самые простые победы на арене тоскливо лязгнула. Видя, что его подопечный вот-вот потеряет сознание, Рыжий залепил тому несколько пощёчин. Взгляд элийца сфокусировался на северянине, но всего на пару секунд, и он снова с хрипом закатил глаза. Корунд протянул руку, ухватив его за плечо, и рывком заставил сесть.       — От…отпусти меня… на кибелиск, — выдохнул элиец, искривив губы в гримасе боли. Рыжий громко фыркнул и стал терпеливо, будто маленькому ребёнку, пояснять:       — Ты не встанешь у кибелиска, целитель душ блокировал тебе связь с эфиром. Это проходит, но только со временем. Слышишь? А ну, не вырубайся, гляди на меня! Кивни, если понимаешь, что я говорю.       Асмодианину пришлось встряхнуть элийца и ещё раз похлопать по щекам, чтобы его взгляду вернулась осмысленность.       — У т…ебя ужас… ужасный акцент… Рыжий, — беззаботно улыбнулся он, будто и не услышал только что смертный приговор. Корунд поджал губы, с досадой понимая, что даже даэв в силах вытерпеть не всякую боль, и его подопечный попросту может спятить.       Асмодианин принялся что-то шептать ему про стрелы и наконечники, сильно путая балаурскую речь с родной. Этим он преумножал царивший в голове элийца сумбур. Стоило на свету показаться кинжалу с чуть изогнутым лезвием, и взгляд раненого стал почти осмысленным. Но всё равно вместо слов он выдохнул только стон.       Удерживая его одной рукой, Корунд принялся разрезать ремешки на кольчужной куртке. При этом северянин постоянно что-то говорил, стараясь отвлечь внимание белокрылого жреца на себя и не дать ему потерять сознание. Резкая боль выгнула элийца дугой. Он удивлённо распахнул глаза и вцепился в плечи асмодианина. Рыжий протолкнул стрелы, теперь наконечники показались из спины раненого.       — Ты только не вздумай помирать у меня на руках, — забормотал следопыт. — Я лучше тебя потом сам убью. Слышишь? Светлый… как зовут-то хоть?       Элиец обмяк в его руках. Пока Корунд сломал наконечники, выдернул стрелы и туго забинтовал раны, жрец ткнулся лбом ему в плечо, а руки соскользнули с дублета убийцы на пропитанную алым простыню. На генеральской нашивке асмодианина осталась кровавая полоса, а живой даэв стал похож на тряпичную куклу.       Ветер снаружи стих. Вдруг потемнело. Так, словно окно загородила чья-то фигура. Миниатюрная даэва в чёрных кожаных доспехах вынырнула из покрова Теней. Зоркие глаза убийцы заглянули в гостиную чужого дома. От увиденной там картины девушка нахмурилась и снова скользнула в маскировку. Погасли и её эфирные метки офицера 3-го ранга.       Корунд встрепенулся и посмотрел в сторону окна, но за белым тюлем снова стало светло. Сплошной стеной повалил густой снег.       — Юстиэль, — вдруг шепнул элиец. Рыжий криво ухмыльнулся. «Хорошая шутка», — подумал он. Белокрылый лжец был жив, дышал и умудрился перенести неловкую операцию. Значит, теперь дело за малым. Нужно будет влить в него парочку зелий исцеления, которые придётся украсть. Например, у какого-нибудь смелого идиота в Герхе. А потом дать пинка, чтобы свалил в ближайший разлом.       — И зачем я вожусь с тобой?.. — вздохнул асмодианин и невольно посмотрел вбок. Там на столе лежал свёрнутый в трубочку лист бумаги. Он был завязан шерстяной нитью и припечатан восковым гербом, на котором красовалась балаурская руна-символ легиона Бритры. Корунд тихо ругнулся, эти документы следовало отнести покупателю ещё позавчера.       Пергамент с балаурскими планами нападения был ответом на заданный вопрос и возвращал Рыжего на несколько дней назад. Уроженец ледяных земель Асмодеи никогда не любил песок и пляжи. Но доспехи регулярно нуждались в починке, а кинжалы — в зачаровке, потому приходилось браться и за нелюбимую работу. Пандемониум гудел слухами о новом балаурском лагере на побережье Герхи. До сих пор никто не смог обнаружить его, потому что драканы якобы изучили новый способ маскировки. За свитки с планами и приказами, которые хранились там, была назначена хорошая награда. Сам легат «Клыков каллифа», крупнейшего легиона Асмодеи, был готов раскошелиться.       — Твою дивизию, Рыжий, — фыркнул он, когда Корунд взялся за задание. — Уже давно поступил бы ко мне на службу. Для своих у меня оплата выше.       На что его собеседник только улыбнулся. Берк, так звали легата «Клыков», уже давно хотел заполучить рыжего выскочку в свои ряды. Следопыт начал восхождение по ранговой лестнице с поиска хрустальной линзы в Белуслане. В краткие сроки он самостоятельно выслужился до генерала и не носил ничьих нашивок. Корунд оставался принципиальным одиночкой.       О легионе Берка ходило множество интересных слухов. Якобы туда принимали только выходцев из Анхейла, а сам легат был близким родственником военачальника Асмодеи. О связах Берка ходили легенды, которые тот не отрицал и не подтверждал.       — Я пойду с тобой, — ещё в Пандемониуме по пути к привратнику Корунда нагнала проворная убийца. Её голос звучал немного глухо из-за полумаски, которую девушка носила на лице. Рыжеволосый генерал окинул младшую по званию хмурым взглядом.       — Нет, — качнул головой он.       — Почему, Корунд? Думаешь, что раз я только 3-ий офицер, то ни на что не способна? — взвилась девушка, стараясь поспевать за широким шагом Рыжего. В считанные мгновения парочка следопытов преодолела мост Биврест.       — Соблюдай субординацию, Илайна, — криво ухмыльнулся он и шепнул привратнику место назначения, после чего ступил в золотистое кольцо портала и скрылся с глаз рассерженной собеседницы. Девушка бросила короткое «Эншар» и тоже нырнула в портал. Рыжий отключился от всех эфирных каналов и растворился на бескрайних просторах Атреи. Но упрямица была уверена, что генерал отправился в Герху. Задетая гордость девушки предложила ей рискованный план: найти балаурский лагерь раньше, чем Корунд.       Всё оказалось гораздо сложнее, чем оба рассчитывали. Первый день поисков не принёс никаких результатов. От пахнущего солью воздуха уже начинало тошнить, а мелкий песок прочно обосновался в кожаных сапогах. Царившая днём жара выматывала. Корунд шипел сквозь зубы, ослабляя застёжки на воротнике. Спасение можно было найти только в тенистых гротах, поражавших разнообразием флоры. Иногда от такого количества ярких цветов начинало рябить в глазах.       Драканы надёжно спрятали свой лагерь. Или информация о нём была обманом, призванным отвлечь асмодианскую разведку. Только когда сил совсем не осталось, Рыжий прекратил поиски. Местом для отдыха послужил высокий уступ в одной из морских пещер. Ловкий убийца с лёгкостью забрался туда по причудливым ответвлениям кораллов. Снизу уставшего северянина никто не заметит. Он снял со спины ножны с кинжалами и с блаженным стоном растянулся на прохладных камнях. Сон накатил сразу же, как только следопыт закрыл глаза. «Балаурова жара», — напоследок возмутился он, и расслабленная рука съехала с груди, а голова мотнулась вбок. Асмодианин вздохнул.       А внизу по гроту кралась невидимка Илайна. Невзирая на свою хрупкость, девушка обладала едва не звериной выносливостью. Да и упорства ей вполне хватало. Она очень быстро шла вверх по лестнице рангов и надеялась в скором времени стать 5-м офицером. «А может до генерала повысят, если выслежу этих неуловимых выродков», — думала девушка и невольно ухмылялась под маской.       Но и ей при всём старании и упрямстве не улыбалась удача. Все навыки следопыта, которыми обладала Илайна, не помогли достигнуть цели. Взмокшая и усталая, она выбрала для отдыха маленький альков в том же тенистом гроте, что и Корунд. Убийца свернулась там по-кошачьи и крепко стиснула рукоятку одного из кинжалов. Если кто-то вздумает потревожить сон асмодианки, ему не поздоровится.       Шум снаружи разбудил обоих следопытов. Поспать удалось совсем немного. Корунд сел и прислушался. На пляже лязгал металл и доносились выкрики заклинаний. Убийца зевнул и различил элийскую речь. А дальше тело сработало быстрее разума. Ножны с кинжалами отправились на спину, и проворная тень соскочила с уступа.       Выбравшаяся из своего убежища Илайна спряталась в покров маскировки, чтобы не быть замеченной. Девушка решила посмотреть, как будет действовать старший по званию. Ехидная ухмылка не заставила себя ждать.       Снаружи был поединок между воителем драканов и элийским жрецом. Корунд сощурился. Чёрно-синие доспехи балаура переливались в лучах яркого солнца. Тяжёлый двуручный меч бесшумно рассекал воздух и опускался на подставленный щит. Каждый удар отзывался громким лязгом. И болью в руке белокрылого, если судить по тому, как сильно он морщился. Ноги вязли в песке, что усложняло передвижение.       Эти двое были слишком заняты друг другом, чтобы почувствовать вышедших из пещеры невидимок. Большая часть заклинаний не причиняла балауру никого вреда. Натиск земли осыпался с его шкуры оранжевыми искрами. Но элиец не планировал сбежать. Отразив щитом очередной замах меча, он приложил усилие и оттолкнул от себя тяжёлое лезвие. Дракан неловко вскинул руку с мечом вверх. Этого хватило белокрылому, чтобы отправить в незащищённое тело заряд молнии. Искрящаяся сеть оплела соперника. В следующий момент элиец с воплем кинулся на балаура, выставив перед собой щит. Сумасшедший манёвр принёс успех: ящер оступился и стал заваливаться на спину. Целитель припечатал того к песку и без долгих раздумий занёс булаву. Первый же удар оборвал и грозный рык, и попытки встать. Тяжёлый зубчатый наконечник размозжил балауру морду. Наблюдавший за поединком Корунд качнул головой и потянул кинжалы из ножен.       — Фу-у-ух, — шумно выдохнул запыхавшийся жрец и поднялся, рукавом стирая пот со лба. Несколько светлых прядей из всклокоченной шевелюры остались приклеены к нему. Он не успел толком отдышаться: из ниоткуда возникло короткое чуть загнутое лезвие и метнулось к закованному в кольчугу боку. Следом за кинжалом проявился и сам убийца.       Элиец неловко отшатнулся, едва не рухнув в песок, как поверженный балаур до этого. Корунд оскалился, увидев едва не панику в расширившихся от удивления зелёных глазах. Воин 1-го ранга, целитель в паршивой экипировке явно был не ровней асмодианскому генералу. Однако он не попытался убежать, а напротив, крепче сжал щит и занял боевую позицию.       Рыжий едва не расхохотался. Этот кусок фольги, за который так цеплялся белокрылый жрец, мог пробить даже новичок из академии Берка. Илайна едва не облизнулась. Сейчас она наконец-то увидит, как Корунд исполняет свою работу. Пусть ей самой очень хотелось выскочить из маскировки ещё во время поединка с балауром. Но девушка решила предоставить Рыжему право пролить кровь элийца.       В первые мгновения поединка Корунд понял, что навык защиты у этого целителя развит просто превосходно. И этот убогий щит позволяет ему отразить большинство атак. Убийца беспрестанно наступал, проверяя оборону соперника простыми выпадами. По прямой вперёд, снизу, обход сбоку. Белокрылый аккуратно пятился, а его щит со звоном встречал летящую угрозу.       Первый порез пришёлся на правый бок. Острое лезвие легко распороло простой доспех элийца и полоснуло по его телу. Однако следующий выпад он снова поймал щитом. Корунда уже утомил затянувшийся поединок. Убийца привык расправляться с подобными мишенями гораздо быстрее. Недолго думая, он подцепил носком сапога пригоршню песка и подбросил его в лицо белокрылому, когда тот отвлёкся на ранение. Жрец вскрикнул, выронил булаву и принялся тереть глаза. Корунд ударом ноги выбил щит из его руки. Ослепший жрец оступился и упал. Корунд тотчас подскочил к нему.       — Я знаю, где лагерь! — по-балаурски вдруг рявкнул элиец. Зелёные глазищи уставились на склонившегося асмодианина. Оба кинжала замерли, упираясь в грудь целителя. Рыжий нахмурился, но положения не переменил. В конце концов, ему могло послышаться. На такой жаре не мудрено.       — Повтори, — на том же языке потребовал Корунд, хмуро глядя на белокрылого.       — Не убивай, я покажу, где этот балаурский лагерь, вокруг которого столько шумихи, — произнёс целитель. Он ещё тяжело дышал после поединка, а взгляд лихорадочно блестел. Из пореза на боку тонкими струйками стекала кровь. Подсыхая, она неприятно стягивала кожу.       Илайна в маскировке вся обратилась в слух. Её брови непроизвольно взлетели вверх. Корунд медлил. С одной стороны, он ничего не теряет, если предоставит этому жрецу лишние часы жизни, а с другой, быть застуканным в компании врага генералу совсем не улыбалось. Но провести ещё сутки в бесплодных поисках на изнуряющей жаре ему тоже не хотелось.       — Вздумаешь что-нибудь выкинуть, и смерть от лап того дракана, — убийца кивнул на лежащего в песке балаура, — покажется тебе избавлением. Понял?       — Понял, — согласился элиец. Рыжий убрал от него кинжалы и выпрямился. Жрец кое-как встал на ноги и принялся шептать лекарские заклинания, чтобы стянуть порез на боку. А закончив, он с досадой пощупал распоротую куртку и заявил: — Только я хочу ещё кое-что…       — Что? — машинально поинтересовался Корунд, в душе подивившись такой наглости. Элиец улыбнулся.       — Мне нужен букет ваших подснежников, — произнёс он и, наклонившись, поднял с песка щит с булавой. Оружие отправилось в крепление на пояс, и целитель неторопливо зашагал вдоль берега. Рыжему ничего не оставалось, кроме как следовать за ним.       — Совсем сдурел, светлый?! — возмутился Корунд. Элиец скосил взгляд на него и пожал плечами.       — Это же такая мелочь на фоне той горы кинар, что ты получишь за исполнение приказа, — пояснил он.       — Откуда ты вообще зна… пфф! — Рыжий заставил себя прикусить язык и шумно вздохнул. Морской бриз ударил в лицо, принося кратковременное облегчение.       Некоторое время оба шли молча. Белокрылый убрал с лица мешавшиеся волосы и с удовольствием подставил его солнцу. Асмодианин выглядел напряжённым и слегка сутулился. Ему явно было не по себе шагать рядом с элийцем.       Илайна чуть отстала. Она опасалась, что Корунд может почувствовать её. А разоблачать себя таким нелепым образом девушка не планировала. Цепочка следов вывела к одному из гротов, которые она неоднократно посещала.       — Ну так что, мы договорились на цветы? Просто положи букет у разлома на побережье Стенона, — завёл свою песню белокрылый жрец. Его голос эхом скакнул по стенам и ударился в потолок. Корунд закатил глаза.       — Не беси меня, светлый, — рыкнул он. — Я итак пощадил тебя. А твоим бабам хватит и элийских цветов.       — Хм, — отозвался элиец и стал прохаживаться по гроту, удаляясь от убийцы. Эти поросшие цветными кораллами стены Корунд видел уже много раз. Либо жрец издевается, либо тут есть какой-то подвох. — Знаешь, рыжий, я кажется, забыл, где он.       Убийца мигом сгрёб его за грудки и впечатал спиной в стену. Вспыхнувшие алым огнём глаза пронзили элийца. А тот ухмыльнулся, цепляясь за запястья асмодианина. Во взгляде не было страха, только немой вызов.       — Но я могу вспомнить, — произнёс целитель, исподлобья глядя на Корунда. — Мне очень нужны эти цветы. Она меня на порог не пустит… дай слово офицера, что принесёшь.       — Боги… — сквозь зубы выдохнул Корунд. — Да я даю слово офицера, что размажу твою наглую рожу по этим кораллам, если не покажешь мне треклятый лагерь.       — Тогда ты его точно не найдёшь, — спокойно заметил элиец. Илайна в тенях едва не хихикнула. Нахальность белокрылого жреца забавляла её. Корунд рявкнул от бессильной злости и с силой впечатал кулак в стену рядом с головой целителя. А потом пришлось отпустить его и сделать шаг назад.       — Ну хорошо, — с неохотой протянул Рыжий. — Я даю тебе слово, что принесу цветы в разлом. Давай, показывай.       Элиец довольно кивнул и отступил от стены, поправив кольчугу. После этого он зашагал вглубь пещеры.       — Здесь довольно тесно, лучше втяни живот, — усмехнулся он, пролезая в маленький альков. И в ту же секунду исчез. Будто камни поглотили даэва.       — Что за… — озадаченно пробормотал Корунд и ускорил шаги. Он наклонился и втиснулся в то же углубление. Протянув руку, асмодианин попытался потрогать стену. Когти прошли насквозь, так и не ощутив шершавого камня. Рыжий удивлённо вскинул брови. Как оказалось, никакой стены не было. Корунд попал в огромную пещеру. Там его дожидался довольный элиец.       Здесь шумел высокий водопад, к истокам которого вышли оба даэва. А у его подножья расположилось несколько чёрных с синим палаток. Драканы-стражи прохаживались вдоль стен для проформы. Это место не удалось обнаружить ни единому даэву. До тех пор, пока один авантюрный жрец не решил выковырять из стены «вон тот красивый зелёный коралл».       Целитель кивнул асмодианину и уставился вниз. Ему самому ни за что не хватило бы сил перебить там всех драканов, но теперь он сможет посмотреть, как это сделает кто-то другой. Корунд подошёл к своему неожиданному помощнику.       — Ну… спасибо, — слова благодарности дались с трудом. — Даже белокрылые бывают полезны… иногда.       И тут краем глаза Рыжий заметил какое-то движение в тенях. Только сейчас невидимка подошла достаточно близко, чтобы следопыт мог почувствовать её. «Проклятье! Илайна», — мысленно ругнулся Корунд. В том, что девушка донесёт на него, не было сомнений. Без долгих раздумий он ухватил элийца за плечо одной рукой, а второй выдернул запасной кинжал из ножен на бедре. Короткое, чуть изогнутое лезвие вошло в поясницу целителя. Тот широко распахнул глаза и подавился вдохом вместе с кровью. Рыжий сильнее потянул его за плечо, отстраняя от края и выдергивая свой кинжал из раны.       Перед тем, как упасть в поток, дававший начало водопаду, целитель ухмыльнулся. С вызовом. А в зелёных глазах мелькнуло понимание. Будто только этого он и ожидал от асмодианина. Корунд хмыкнул и задержал взгляд на лице белокрылого. Тогда он ещё не понимал, чем ему грозит это знакомство. * * *       «Берк…»       Процессия Безмолвных вывела заключённого из темницы. Солнце ползло к горизонту. Величественный Пандемониум окрашивался в бордовые тона. Генерала-предателя вели на казнь. Звеня кандалами, он едва переставлял ноги. Рядом в тенях пряталась убийца Илайна, она наблюдала за происходящим. Сейчас Корунда проведут по городу, показывая всем асмодианам, как принято поступать с преступниками.       «Берк, ты слышишь? — мысленный зов Рыжего был очень слабым, но дотянулся до легата «Клыков». — Я… готов служить».       Последнее слово далось ему с трудом. Берк ухмыльнулся. Он тоже наблюдал за процессией и знал почти наверняка, чем всё окончится. Мужчина уже успел побеседовать с военачальником Пандемониума. Этот рыжеволосый убийца был слишком ценным кадром, чтобы попросту стереть его с лица Атреи. Легату «Клыков» было достаточно кивнуть куда-то в сторону. Живой мрак колыхнулся, и из теней соткались двое убийц. Оба заскользили к отряду Безмолвных. Одному из Судей был вручен свиток с печатью асмодианского командования.       Мгновениями позже с Рыжего сняли кандалы. На сутулые плечи легла накидка с гербом «Клыков каллифа». Убийца приосанился, хотя избитое тело зверски болело. Скосив взгляд вбок, он подарил прятавшейся в тенях Илайне довольную зубастую ухмылку и продемонстрировал оттопыренный средний палец.       «Бывало и хуже, сестрёнка», — разума девушки коснулся его мысленный импульс.