Il a de la foule

       Разлепив сонные глаза, Лиса первым делом проверила, есть ли на ней одеяло. Это была её привычка с детства, из-за лунатизма, мучавшего всю семью девочки. Поэтому Лиса думала, что если на ней не окажется одеяла, то значит что ночью происходило что-то, чего она не помнит.        Одеяло оказалось на месте, и Лиса с успокоением провела по нему пальцами, ожидая ощутить мягкий плюшевый ворс, однако ткань оказалась гладкой и прохладной.        Девушка поднялась с постели и тот час почувствовала головокружение. Комната оказалась незнакомой, безлюдной и светлой, почти по-больничному стерильной.        Тогда Лиса стала с ужасом вспоминать о событиях вчерашнего вечера. О концерте, а самое главное, о том, что случилось после него.        Понятно, почему у неё так болит голова. С непривычки организм отравился сильнее, чем следовало ожидать, и теперь кровь требовала воды. Лиса огляделась по сторонам и заметила изящный графин, наполненный прозрачной водой.        Девушка поднялась с кровати, шатаясь доковыляла до подоконника и жадно схватилась обеими руками за графин.        Позади послышались шаги, но Лиса не расслышала их из-за того что была занята поглощением воды.        — Ты проснулась. — по-французски заметил хриплый высокий голос.        Лиса обернулась и от удивления у неё чуть не выскользнул графин, но белые пальцы сомкнулись на её руках, помогая удержать предмет в руках.        Ну а чего ещё следовало ожидать?        Мутные голубые глаза изучали Лису, как будто она была неведомым до этого момента экземпляром растения или бабочки.        — Tu me suis réveillée. Доброе утро. — с сомнением сказала девушка, на что музыкант только вяло улыбнулся.        — Nous irons à la cuisine, là il y a des comprimés de douleur et de jus de fruits. Пойдём на кухню, там есть таблетки от боли и сок. J'ai la gueule de bois, oui, et vous avez aussi probablement... У меня жуткий отходняк, да и ты тоже наверное... — он не договорил и потянул Лису в другую комнату.        — Où en sommes-nous? Где мы сейчас?        — Dans ma chambre. В моём номере. — открывая холодильник, ответил Молко, — Je ne savais pas où te conduire, et laisser sous la protection de gardes de sécurité ne pouvait pas. Я не знал куда тебя отвезти, а оставлять на попечение охранникам не мог.        Лиса закусила губу, старая сдержать всхлип. Всё было бы очень трогательным, если бы она не знала почему оказалась здесь.        Как она теперь может к себе относиться? Напилась в кампании рок-звезд, а ведь могла ехать с подругой домой. А что о ней сейчас думает Молко и члены группы? Вряд ли они будут долго о ней вспоминать, но всё равно ужасно, что они даже секунду думали о ней как о шлюхе-фанатке, раздвигающей ноги за бутылку рома.        Щеки тот час покраснели и Лиса опустила голову, чтобы н встречаться взглядом с мужчиной.        — Eh bien, quoi? Ну чего? — внезапно громко спросил солист, — Tout à fait mauvais? Совсем плохо? — с этими словами он поставил на стол перед ней высокий стакан, наполненный алой жидкостью, и пачку таблеток.        Лиса благодарно кивнула, но от желания провалиться сквозь землю она не могла сдвинуться с места. Молко сел на соседний стул, закинул ногу на ногу и, положив на ладонь горсть разноцветных таблеток, отправил их в рот.        — Lisa, tu as besoin de boire un verre de drogue. Лиса, тебе нужно выпить лекарство. — подтолкнув к девушке таблетки, сказал Молко, — Oh, bébé, pourquoi tu as scie, si pure? Ох, детка, зачем же ты пила, если трезвенница?        — J'avais très peur. Мне было очень страшно. — призналась Лиса, теперь побледнев от стыда.        Молко засмеялся, и воздух в помещении стал не таим ядовитым. Лиса немного выпрямила спину, поправила растрепавшиеся смоляные волосы и вздохнула.        Музыкант говорил с ней ни как с распутной девкой и был вполне дружелюбен. Если бы Лиса смогла справиться с чувством стыда, или вспомнила, что именно с ней произошло вчера, то компания солиста оказалась бы неожиданно приятной. Поэтому Лиса решилась произнести то, что вертелось на языке:        — Je ne suis donc, ne pas boire avec les gens inconnus à moi et n'est pas... Я не веду себя так, не напиваюсь с незнакомыми мне людьми и не...        — La stricte moralité — c'est seulement notre attitude envers ceux qui ne plaisent pas à nous contacter. Строгая мораль — это всего лишь наше отношение к тем людям, которые не нравятся нам. — Молко пожал плечами, — Écoute, Tu penses que j'ai dénoncé, te, si a appris, que tu dors avec le premier venu? Послушай, Ты думаешь что я осудил бы тебя, если бы узнал, что ты спишь с первым встречным? Je ressemble à un homme? Я похож на такого человека?        Лиса покачала головой.        — Vous citez Wilde? Вы цитируете Уайлда? — с восхищением прошептала девушка.        — Bien sûr, comme je l'ai déjà bu Phenobarbital. Конечно, ведь я уже выпил фенобарбитал. — с лёгкой улыбкой ответил мужчина.        Нет, ему не подходило слово мужчина. Он выглядел так молодо, как будто ему не 25, а семнадцать. Взгляд девушки остановился на пухлых, потрескавшихся губах юноши.        Молко не успел привести себя в порядок, под глазами были разводы туши и подводки, а волосы в ещё большем хаосе чем у Лисы.       Запив таблетки, Лиса пошла в ванную, чтобы освежиться.       Расстроенная девушка не сразу обратила внимания на то, что одета в длинную чёрную футболку с нарисованным солнцем. Аккуратно сняв с себя предмет одежды, заменявший платье, Лиса посмотрела в настенное зеркало, придирчиво вздыхая. Она никогда не считала себя симпатичной или привлекательной, вечно старалась похудеть и стать кем-то другим. Чтобы чувствовать себя более уверенной, Лиса ещё в средней школе решила выучит французский язык, но это не помогло маленькой странной брюнетке стать более социально-нормативной.       Сразу после окончания школы, Лиса уехала из родного города, оставив семью и старых знакомых. Девушка не знала, чем именно будет заниматься, но поступив в литературный поняла, что должна сделать что-то важное.       Повесив нижнее бельё на крючок, Лиса зашла в душевую кабинку. Под холодными струями ей стало немного легче, хотя, легче, в той ситуации которой оказалась Лиса, это не самое подходящее слово.       Она не была скромницей или ханжой, не пользовалась популярностью у парней и девушек, но это не слишком сильно волновало её. Лиса не задумывалась о романтических чувствах, сексе или чём-то подобном.       Мысли путались, разбегались как тараканы от света, и Лисе не удавалось ничего вспомнить и обдумать. Что же именно вчера произошло? Спросит она не могла, а жить в неведении...       Внезапно раздался звук открывающейся двери.