Звёздный свет

      Мике шесть, когда она впервые видит её.       Как и каждый год, почти все терранцы пришли, чтобы посмотреть на приземление звёздных. Тысячи людей, покрывшие холмы, словно тучное стадо, стоят тихо, одетые в свои лучшие одежды, и ждут, пока затихнет громкий гул двигателей.       Мика тянет вниз подол зелёного платья. Она не очень-то любит носить платья, а это ей слишком мало, но мама сказала: надо, и Мика надела его. Её ладошка крепко зажата в папиной руке. С другой стороны стоит мама и держит на руках маленькую Трейси.       Прошлой ночью Мика слышала, как папа спросил:       — В этот раз там будет он, да?       И мама ответила:       — Да.       — Тогда какого чёрта нам тащиться туда? Мне хочется заехать кулаком в его смазливую 25-летнюю физиономию.       — Знаю. Знаю, дорогой, я всё понимаю. Но если мы и дальше хотим быть хранителями, то нужно пойти.       Мама и папа — хранители Архивов и должны стоять в первых рядах. Мика чувствует металлический запах от дыма, повалившего в стороны после громкого лязга. Это означает, что люк корабля звёздных открывается.       Первый звёздный, который показывается из корабля, — бородатый старик. Он ступает на тротуар, потягивается, машет толпе и идёт пожать руку президенту. Со своего места Мика видит только лицо президента Фредерик. Та улыбается и кончиками пальцев касается своих щёк, ощупывая кожу.       Выходят другие: мужчина с усами, женщина с рыжими волосами, стянутыми в пучок, мужчина в очках. А затем — женщина. Её волосы такие чёрные и блестящие, что на солнце кажутся почти белыми. Мика думает, каковы они на ощупь. Мягкие ли? Сможет ли Мика заплести их в косу? Мама как раз на прошлой неделе научила её плести косы.       Женщина держит за руку девочку — наверное, возраста Мики или чуть старше, и все смотрят на неё, потому что она звёздная. Мика всегда удивляется: как это дети звёздных не пугаются, когда столько людей смотрит на них? А им и правда совсем не страшно: смотрят в ответ, а потом идут и говорят с людьми, которые ждут этого разговора в передних рядах толпы. Однажды, когда Мике было четыре, одна звёздная пригласила её семью прогуляться и поговорить с ней, едва сошла с корабля. И люди потом всё расспрашивали и расспрашивали их.       Мика не сводит глаз с леди и маленькой девочки, смотрит, как леди наклоняется, поднимает девочку на руки и несёт. Мама и папа иногда носят так Мику, когда та сильно устаёт. Больше она не видит ничего вокруг, пока не чувствует, как папина ладонь крепче стискивает её ладошку. Это заставляет отвести взгляд от черноволосой леди, и Мика видит, как прямо к ним идёт звёздный.       — Уоррен, — слышит она мамин голос. Таким тоном мама говорит, когда хочет сказать: «Будь осторожнее, не то не оберёшься неприятностей».       Папа перестаёт сжимать её руку.       Звёздный теперь стоит совсем рядом. Как раз напротив Микиной мамы.       — Джинни, — произносит он.       Он смешно говорит — как и все звёздные.       Мама улыбается.       — Уилл.       Она касается своего лица, осторожно, как будто трогает синяк или проверяет, не сломана ли кость.       — Рада видеть тебя.       Папа прочищает горло, отпускает руку Мики и протягивает её звёздному.       — Уоррен Беринг, — представляется он. — Хранитель Архива литературы и искусств.       Звёздный медленно отводит взгляд от Микиной мамы, смотрит на папу и жмёт протянутую руку.       — Уильям Уолкотт, агент Земледелия и Продовольственных систем.       Папа коротко смеётся, и смех этот громкий, но не весёлый, а как будто острый и колючий.       — Я знаю, — говорит он.       Звёздный больше не улыбается. Он отступает назад, кусая губу. Потом подходит к Мике и присаживается на корточки.       — Сколько вам лет, мисс? — спрашивает он.       Мика прижимается к папиной ноге и знает, что лицо у неё сейчас покраснело как помидор. Звёздные никогда ещё не говорили с ней.       — Он задал тебе вопрос, — произносит папа и кладёт руку Мике на плечо.       — Шесть, — отвечает та.       — Шесть, — повторяет звёздный. Потом поворачивается, не вставая, и кричит через плечо: — Эйч Джи!       Мика задерживает дыхание, потому что на зов поворачивается черноволосая женщина с девочкой на руках. Она улыбается и идёт к ним. Мистер Уолкотт так и сидит на корточках рядом с Микой, когда подходят другие звёздные.       — Эйч Джи, это Мика, — говорит он. — Она ровесница Кристины.       — Правда? — женщина опускает девочку на землю и садится на корточки, совсем как мистер Уолкотт. — Ну что же, Мика. Меня зовут Эйч Джи, а это Кристина. Кристине нужен будет друг, пока мы здесь. Как думаешь, вы подружитесь?       Голос женщины такой низкий и хриплый, что от него Мике хочется закрыть глаза и завернуться во что-нибудь тёплое. В это мгновение она думает, что никогда не смогла бы сказать нет этой звёздной, о чём бы та ни спросила.       Но тут папина рука крепче сжимает Микино плечо. Она смотрит на него, а потом опять на звёздную. Эйч Джи, думает Мика. Она сказала, что её зовут Эйч Джи.       — Я прошу прощения, — говорит Эйч Джи маме с папой. Она протягивает им руку по очереди, оставаясь на корточках рядом с Микой и Кристиной. — Хелена Уэллс, агент Машиностроения, — произносит она. Папа и мама жмут ей руку. Папа называет себя «хранитель Архива литературы и искусств», а мама — «хранитель Архива образования».       — Нам будет очень приятно, если наша Мика подружится с Кристиной, — говорит мама.       — Прекрасно! — Эйч Джи встаёт на ноги. — Тогда, если не возражаете, я оставлю Кристину с вами. Который сейчас час?       Мама смотрит на часы.       — Тринадцать ноль-ноль.       — Чудесно. Не могли бы вы привести её к дому агентов к семнадцати тридцати?       Мама кивает, а папа что-то бормочет.       Эйч Джи широко улыбается и кивает. Потом поворачивается к дочери.       — Кристина, — говорит она. — Прошу тебя, будь вежливой с Микой и уважительной с мистером и миссис Беринг. Увидимся через несколько часов. — Она наклоняется и целует Кристину в макушку. Потом улыбается Мике, и Микино дыхание останавливается, действительно останавливается на миг.       — Спасибо, Мика, — произносит она. — Прошу тебя, будь вежливой с моей девочкой.       В ответ Мика может только кивнуть.       Кристина становится рядом с Микой, и они смотрят, как звёздные, Эйч Джи и… Уилл? уходят. Поначалу они не говорят друг другу ни слова, идя с мамой и папой домой к Берингам. Мика волнуется. У неё немного друзей. Вообще-то, только Пит, и то только потому, что они с Питом знакомы всю жизнь.       — Ты была во всех семи мирах? — спрашивает Мика.       Кристина кивает.       — Какой твой любимый?       — Земля, — отвечает Кристина. — У них есть такие большие деревья, по которым можно лазать.       — У нас есть деревья! — с надеждой произносит Мика. — Папа сказал, что звёздные привезли несколько давным-давно, с Земли, потому что они могут расти и здесь. А Джейн, мама моего друга, — хранитель Архива земледелия, и она научилась делать ещё деревья из тех, что у нас есть. Теперь у нас куча деревьев.       Кристина широко распахивает глаза.       — У вас здесь лес? — спрашивает она.       Мика моргает. Она никогда раньше не слышала этого слова.       — Я… не знаю. Но у нас есть деревья.       — Можно посмотреть на них?       Мика чувствует, что улыбается от уха до уха, и кивает. Она тянет маму за рукав.       — Ничего, если мы пойдём к деревьям?       Мама улыбается.       — Скажите обе, сколько сейчас времени?       Мика смотрит на свои часы, видит цифры и думает, как перевести их во время.       — Тринадцать…       — …двадцать пять, — заканчивает за неё Кристина.       Мика смотрит на неё, Кристина смотрит в ответ, и обе они улыбаются.       — Вы сможете вернуться домой к пятнадцати ноль-ноль?       Мика кивает.       — Тогда бегите, играйте.       Для леса деревьев мало, говорит Кристина. И они гораздо меньше, чем деревья на Земле. Но тут всё равно здорово. Кристина показывает Мике, как взобраться на дерево, и они сидят рядом высоко на ветках.       — Почему звёздные так смешно говорят? — спрашивает Мика.       — Ничего не смешно. Это вы смешно говорите, — фыркает Кристина. — Почему вы называете нас звёздными?       Мика морщит лоб.       — Ну просто… Потому что это вы. Вы звёздные.       — Нет. Мы — агенты Келлариума. Только на вашей странной планете нас называют звёздными.       — Ну ладно. А как вы называете нас?       — Терранцы. Потому что вы живёте на Терре. Вы сами как себя называете?       — Терранцы, — Мика хмурится. — Я не знаю, почему вы звёздные. Звёздные и всё.       С минуту они сидят молча.       — Эй, — говорит Кристина. — Хочешь, слезем отсюда и поиграем в прятки?       Мика улыбается.       — Ага!       Домой к Мике они возвращаются точно к пятнадцати ноль-ноль. Микин папа сидит в гостиной и что-то читает. Микина мама даёт им тарелку с нарезанным медофруктом и ломтиками сладкого чоко. Чоко тает прямо в руках, Мика с Кристиной мажут им губы и хихикают.       — Я такая красотка, — поёт Кристина.       — И я, — подвывает Мика.       Позже, когда мама с папой ведут Мику и Кристину туда, где поселились звёздные, Эйч Джи встречает их у ворот.       — Мамочка! — кричит Кристина и бросается к ней.       — Здравствуй, дорогая. — Та поднимает Кристину на руки. — Тебе было весело?       — Да-а-а!       — Охотно верю. — Эйч Джи лижет большой палец и вытирает пятно от чоко с подбородка Кристины.       — Надеюсь, ничего страшного, что она немного грязная, — говорит папа. — По всей видимости, они лазали по деревьям. А потом жена угостила их фруктами.       — Конечно, ничего страшного. Ну какое детское веселье без испачканной одежды, правда?       Папа пожимает плечами.       — Наверное, да.       Эйч Джи переводит взгляд на Мику.       — Спасибо, дорогая, что провела с моей девочкой такое чудесное время.       Мика быстро понимает, что не может говорить, не может даже думать, когда Эйч Джи смотрит на неё. Поэтому она просто кусает губу, и пожимает плечами, и улыбается.       Этим же вечером, после ужина, Мика слышит, как папа говорит:       — Он специально так делает, да? Пытается довести меня до белого каления, отправляя эту девчонку к Мике. К нам.       — Уоррен, не говори глупостей.       — Так уж и глупостей? Уверена? Эта девчонка заставила Мику лазать по деревьям, Джинни! Он хочет внести раздор в нашу семью!       — Папа, мне понравилось карабкаться по дереву, — говорит Мика. Она не может молчать. Ей правда понравилось.       Папа резко поворачивается к ней.       — Посмотри на себя. Вся извозилась, — произносит он, прищурившись. — Быстро в ванную.       На следующий день, когда Мика сидит на уроке, раздаётся стук в дверь. Учительница, мисс Калдер, открывает её и говорит с кем-то в коридоре. Когда она возвращается в класс, вместе с ней заходит Кристина.       — Класс, — произносит мисс Калдер, но в этом нет никакой необходимости, потому что весь класс и так смотрит на неё. Любой узнает ребёнка звёздных, едва увидит его, и не каждый день такой ребёнок появляется рядом с твоей партой. — Это Кристина Уэллс. Она будет учиться с нами, пока звёздным не придёт пора покинуть Терру.       Мика улыбается во весь рот. Она поднимает руку, чуть-чуть, чтобы её было видно над партой, и машет. Кристина улыбается и машет в ответ.       — Вижу, ты уже завела подругу, — говорит мисс Калдер. — Хочешь сесть с Микой?       Кристина кивает.       Вторая половина Микиной парты пустая. У Мики правда нет друзей, так что никто не захотел сесть с ней. И она вовсе не против. На переменах она всё равно читает. Но когда Кристина подходит, и вешает портфель на спинку пустого стула, и говорит: «Привет, Мика», та едва сдерживает распирающие её восторг и гордость. Потому что кто из детей может сказать, что у него друг из звёздных? Кто?       Кристина и Мика каждый день играют в школе. Иногда с ними играет Пит, который старше и уже во втором классе. Но обычно Пит играет с Микой только вне школьных стен, потому что в школе у него есть друзья из класса. Кристина с Микой рассказывают истории, и играют в игры, и рисуют картинки, и всякий раз, когда могут, идут лазать по деревьям. Кристина часто приходит на обед к Мике. Несколько раз Мика обедает с Кристиной и Эйч Джи в доме, где поселились звёздные. Их квартира меньше, чем Микин дом, но гораздо красивее. Всё новое, и чистое, и когда входишь, пахнет цветами и манновыми ягодами.       Как-то вечером, когда Мика уже переоделась в ночную рубашку, раздаётся стук в дверь. Папа как раз просматривал библиотеку на своём компьютере, выбирая, что почитать. Он встаёт и идёт открывать.       На пороге стоят Эйч Джи и Кристина. Кристина плачет.       — Простите меня, простите, пожалуйста, что доставляю вам беспокойство в такое время, — произносит Эйч Джи, и Мика удивляется, как Эйч Джи вообще может доставить кому-то беспокойство. — Просто… мы получили уведомление, что улетаем завтра вечером, и Кристина выбита из колеи тем, что расстаётся с Микой.       Мика слышит это, и её сердце колотится, разгоняясь всё быстрее и быстрее. Конечно, Кристина рано или поздно должна была улететь. Она знала это, ведь звёздные всегда улетают. Они путешествуют от одного мира к другому — вот чем они занимаются. И ещё Мика знает, что Кристина со своими звёздными вернётся на Терру, но всё будет уже по-другому. Ей неизвестно, почему так. Просто люди говорят, что всё на самом деле по-другому, когда те же самые звёздные прилетают снова.       Мике хочется разреветься. Очень хочется, но она не станет, потому что Кристина выпустила руку матери, и бежит в гостиную, и говорит: «Я не хочу улетать! Хочу остаться здесь навсегда!»       Мика не знает, что сказать. Она смотрит на папу, который лишь пожимает плечами, а потом смотрит на Эйч Джи, которая выглядит так, будто сама готова заплакать. Потом Мика слышит шум, и видит в дверях кухни маму.       Мама вздыхает.       — Хотите медофрукта, девочки?       Кристина кивает, и Мика кивает тоже. Они идут на кухню, и папа с Эйч Джи идут следом. Мама режет медофрукт, папа делает для взрослых чай.       — Не знаю, как и благодарить вас за гостеприимство, — произносит Эйч Джи. Её голос не такой, как обычно, не низкий и тёплый. Нет, всё равно тёплый, но тоненький, и дрожит, как листок на ветру. Она отпивает чай. — Для детей это всё очень тяжело. Они заводят друзей в каждом мире. Они должны, если хотят стать агентами. Но Кристина только-только начинает понимать, что подобной дружбе всегда приходит конец. Что, когда мы вернёмся, Мика будет другой, и таких отношений между ними уже не будет.       Папа буркает что-то себе под нос. Мама толкает его локтем. Она ставит тарелку с медофруктом между Кристиной и Микой. Мика находит самый большой кусок и подвигает его к Кристине. Та шмыгает носом, пытается улыбнуться и берёт фрукт с тарелки.       — Думаю, им обеим будет тяжело, — тихо говорит мама. — Наша Мика с трудом заводит друзей.       — Они два сапога пара, правда? — произносит Эйч Джи.       Мама издаёт странный смешок. Ей неловко.       — Прошу прощения, — Эйч Джи прижимает ладонь ко лбу. — Это очень, очень старая поговорка. Из старого мира.       — Она встречалась мне в Архиве. В каких-то древних книгах, — говорит папа. — Я понимаю, что это значит. Они похожи. И очень близки.       Мика и Кристина молча едят медофрукт, держась под столом за руки.       — Да, это так, — отвечает Эйч Джи, и голос у неё такой печальный, что Мике хочется залезть к ней на колени и обнять её, хочется уткнуться носом ей в шею, согреть её, как иногда делает мама, когда Мике грустно.       На следующий день семья Мики идёт смотреть на запуск корабля звёздных. Когда люки закрываются, Мика больше не в силах сдерживаться: она начинает плакать и не может остановиться.       — О, милая, — говорит мама, наклоняясь к ней и притягивая ближе.       — Мы увидим их снова? — всхлипывает Мика.       Мама вздыхает.       — Да. Но всё будет по-другому.       — Как — по-другому?       — Увидишь, милая. Увидишь.       Ночью Мика плачет не переставая. Мама сидит рядом, обнимает её и целует в макушку. Через какое-то время папа теряет терпение и кричит:       — Если будешь так себя вести, то в следующий раз мы просто отправим тебя с ними! Ты этого хочешь?       Нет, Мика не хочет этого, совсем не хочет, и плачет ещё сильнее, потому что как они могут отослать её, если она хочет быть здесь, с ними и с Трейси. Как они могут?       — Уоррен, — говорит Микина мама. — Прекрати. Она ребёнок.       Папа пожимает плечами.       — Быть с ней милым не моя забота.       Когда Мике девять и она учится в четвёртом классе, она узнаёт много о звёздных, и об Архивах, и о том, как они работают вместе, чтобы помогать всем людям во всех семи мирах. Семь миров очень разные, и в каждом из них у людей разные занятия, но все они хотят оставаться друзьями. И для того, чтобы все люди во всех мирах жили дружно, им нужно делиться знаниями. Поэтому у звёздных нет своего мира: они путешествуют с одной планеты на другую, узнают новое от людей в одном месте и учат этому людей в других местах. Хранители Архивов берегут знания, которые приносят звёздные, и дают им знания, которые те повезут в другие миры. Вот почему, когда звёздные улетают, на Терре появляется столько всего нового: новые технологии, новые лекарства, новые фильмы и книги, новая еда.       Существует семь кораблей звёздных, и каждый год каждая планета на месяц принимает у себя один корабль.       Мика, которой нравится учиться и учить, тут же решает, что хочет стать звёздной.       Она сообщает об этом папе, и тот бьёт её по губам со словами:       — Звёздные — никчёмные пережитки древних времён, которые сеют смуту и заставляют других людей, порядочных терранцев, убирать за ними бардак.       Мика трогает губы и видит на своих пальцах кровь.       — Но ты хранитель Архива, пап. Ты всё время работаешь со звёздными.       — Потому и знаю, что они из себя представляют. Живо садись за уроки.