Глава 23. Спектакль.
16 июля 2016 г., 18:11
Мы с Лайтом сидели в главной комнате и, пока он сверял кое-какие отчёты, я вспоминал события, которые прошли совсем недавно.
В течение нескольких дней после начала нового расследования мои помощники смогли взломать систему безопасности главного здания корпорации «Ёцуба». Вследствие чего мы выяснили, что в одном из кабинетов, руководящие члены данной корпорации вели тайные совещания, где обсуждали, как и кого нужно убить, чтобы их акции возрастали в цене.
В качестве детектива Койла выступил Айбер, а Уэди с Ватари занялись взломом здания корпорации и их личных данных, чтобы мы были осведомлены абсолютно во всём, что нам бы пригодилось для расследования.
Также я спросил Мацуду, что имела в виду Хенеко, когда в один из дней они вернулись со съёмок, запросив за что-то шоколад. Оказывается, что этот идиот (больше его никак не назовёшь) хотел проникнуть в здание компании «Ёцуба» в одиночку, но девушка его вовремя остановила.
Хоть где-то она была полезна. Как я и думал, её дар убеждения работает на «ура». Но скорее всего, она это сделала не для меня, а для Мацуды, чтобы я его больше не оскорблял.
Интересно, что она в нём видит такого, чего не вижу я? В любом случае, это уже не важно.
Важно то, что в ходе слежки за собранием, мы увидели, как один из руководства дал слабину и от него тут же избавились. Это означало, что кира один из тех, кто сидел в той комнате или у него есть среди них посредник.
Но смерть их коллеги по работе никак не повлияла на их сознание, и эти люди продолжили выяснять свои дела дальше. В результате, между мной и семьёй Ягами возникли некоторые разногласия, которые разрешил Лайт.
Он не только смог отложить убийство, но и достиг чуть большего результата. Намикава (один из членов «Ёцуба»), которому звонил Лайт, скорее всего, будет снабжать нас информацией или же поможет в поимке того, кто на данный момент является кирой. Однако, из-за слишком разных подходов к работе, мы с господином Ягами не смогли придти к согласию о том, как лучше поступить с этой семёркой и нам пришлось разделиться.
Лайт тоже был на стороне отца, но из-за наручников, которые связали нас до конца этого расследования, ему придётся работать со мной, а не с ним.
Я дал поручение Мацуде сходить в корпорацию, желательно к одному из тех, кто сидел на собраниях и предложить им Хенеко в качестве лица для рекламы их товаров и услуг. Правда, пришлось ему приврать, что девушка согласна мне помочь, хотя на самом деле я с ней даже не разговаривал и старался не встречаться с Хенеко взглядами.
Из-за неё мы потеряли кучу времени, а так же много самообладания. Но я всё равно сорвался и, будучи слишком эмоциональным, сыграл с ней в догонялки.
Сейчас я даже не понимаю, отчего я так вспылил? Но если вспомнить её насмешливый взгляд, который даже после проигрыша не угасает…
Я опять отвлёкся.
Далее я попросил Айбера предоставить им досье на девушку, но только после того, как Мацуда предложит им её в качестве модели, в котором выяснится, что девушка являлась той самой разыскиваемой, о которой упоминалось ещё в январе этого года, и что её задерживала полиция в подозрении на хранение наркотиков. Но на самом деле её задерживали в подозрении в том, что Хенеко является кирой. Если среди них действительно есть кира, он клюнет на это и расскажет девушке о своей личности.
И только после всего вышеперечисленного я решил наведаться к Хенеко.
Не скажу, что она была рада меня видеть.
А её условия вызвали во мне волну негодования.
С чего бы мне перед ней извиняться? И тем более, почему я должен просить её помочь? Этому не бывать, даже если кирой на самом деле будет являться Мацуда! Однако истерику она нам не устроила.
Сжав зубы, Хенеко согласилась исполнить свою роль в этом спектакле.
И мне кажется, что девушка мне ещё покажет… Как там на русском? А, вспомнил: покажет, где раки зимуют.
Именно этот взгляд был устремлён на меня, когда наш разговор был окончен. И я даже не знаю, какая идея посетит на этот раз её светлую голову.
Остаётся надеяться, что это не навредит нашему расследованию.
Тяжело вздохнув, я отправил в рот одну из ягод, что лежала в тарелочке, чуть позже попросив Ватари, чтобы он привёл нам Айбера для репетиций, а мне принёс небольшой рупор (чтобы меня было лучше слышно на репетиции). После, я подозвал Лайта, и мы направились в комнату к Хенеко.
Надеюсь, она серьёзно отнесётся к этому заданию.
***
— Итак, начали, — скомандовал Рюдзаки. — Хина, в январе этого года, в одном из выпусков вечерних передач показывали ваш портрет и при этом вас объявили в розыск в качестве подозреваемой в деле киры, — начал свой монолог Айбер, — и… Вы меня слушаете? Я наигранно рассматривала свой маникюр, совершенно проигнорировав очередной дубль. — Стоп! — проговорил в рупор детектив, после того как стукнул меня этим же рупором по голове. — Хенеко, хватит игнорировать репетицию. Веди себя серьёзней. Ты уже который час застреваешь на одном и том же! — Эй! — возмутилась я. — Это ведь такая реалистичная игра! Я всегда игнорирую то, что мне не интересно! — Придётся повторить снова по тексту. — Скажи волшебное слово, и я сделаю всё, как полагается. — Если ты не будешь играть серьёзно, я тебя пну. — Если ты меня пнёшь, я заеду тебе меж ног, а после ещё по печени ударю, — после добавила: — С ноги. — Не упрямься! — Кто ещё упрямится, — продолжала я гнуть свою линию. Если он сейчас не скажет «пожалуйста, сделай всё, как полагается», я просто обведу моих сопровождающих и до вечера буду в бегах. Хотя, я и так залезла в это всё слишком глубоко, поэтому может, всё же повременить? Осталось-то совсем чуть-чуть и мои руки будут развязаны, а значит, что я смогу спокойно посетить последнее здание. Это пока единственный билет домой и я должна воспользоваться им. Надеюсь, всё получится так, как я задумала, а если нет, то есть и второй вариант развития событий. И он мне не нравится… К тому же, хочу ли я или нет, а с Хигути придётся встретиться… Тут даже и думать не придётся как. С помощью уловки с переодеванием, которую провернула Миса в одной из серий. Я даже знаю, кто мне точно в этом сможет помочь. — Хенеко, пожалуйста, перестань дурачиться и сыграй свою роль нормально, — сказал L более чем серьёзным тоном, поэтому в правдивости можно было не сомневаться. Неужели дождалась хотя бы «пожалуйста»? Прогресс, однако! — Ой, сегодня прямо красный день календаря! — я повернула к нему голову с очередной ухмылкой, но узрев его полный серьёзности взгляд, уже спокойно ответила. — Раз ты, наконец, попросил по-человечески, то нет смысла тебе отказывать. Господин Айбер, пожалуйста, начните заново.***
На следующий день, когда и должно было состояться моё собеседование, я ехала в машине, как и предполагала, с Моги и Мацудой, чьи тушки расположились на передних сиденьях. Поехала я, правда, не в своей маскировке, а лишь сделала макияж и подобрала небольшой комплект из шорт, футболки, чулков чуть выше колена и ботинок с толстой подошвой. Мацуда им вроде должен был дать фотографии в разных образах, поэтому не имело смысла сильно наряжаться. — Ты уж постарайся сегодня, — хлопотал по дороге Мацуда. — Всё же это расследование под прикрытием… — За меня не беспокойся. Я отыграю, как полагается, а ты будь добр, изобрази «идиота-менеджера» правдоподобней, — попыталась подшутить я, немного разбавляя обстановку. — Я надеюсь, ты ничего лишнего не сделаешь? — спросил меня Моги, и в его голосе была нотка неуверенности. — Не волнуйтесь, господин Моги. Вам всё равно даже из машины выбираться не нужно, — продолжала я с ними разговор, совершенно спокойным голосом. — К тому же, меня попросили, а не приказали. — Вот как. Мы подъезжаем, приготовьтесь. Перед моим взором в окне предстало стеклянное здание в девять этажей, и я невольно присвистнула. Все же иногда некоторые дизайнеры создают годные проекты. Но, долго я его не созерцала, так как Моги свернул в подземную парковку. Остановив машину на свободном месте, мы с моим менеджером вышли из машины и направились на саму встречу. Оказавшись внутри здания, мы встретили двух представителей большой семёрки — это был господин Симура и господин Оои. Когда мы представились друг другу, Мацуда пожелал мне удачи, глупо помахав руками, а я направилась вслед за работодателями. Блин, вроде обычное дело, а сердце всё равно предательски бьётся и в животе скрутился неприятный узел. Но при этом было ещё одно чувство. Предвкушение. Да-да именно оно. Сегодня я снова встречусь с Рем, и я надеюсь на небольшой разговор с ней с глазу на глаз. Я даже рада, что детектив не стал ставить мне прослушивающие устройства, иначе у меня были бы проблемы. Меня проводили в довольно просторный кабинет, посередине которого стоял стул. Перед стулом, который был видимо для меня, находился длинный стол. За ним располагались: Айбер, Хигути, Рем и очкарик (не помню его имени). Пройдя внутрь, я села на своё место и подождала, пока остальные вошедшие усядутся за стол. — Здравствуйте, госпожа Хина. Я менеджер рекламного отдела Джон Уоллес, — итак, спектакль начался. — Очень рад знакомству. — И мне тоже приятно, господин Уоллес, — я слегка склонила голову в приветственном жесте и произнесла все слова с улыбкой на лице. — Значит, вы хотите стать лицом нашей компании, — тем временем продолжил он. — Должен сказать, что решение о том, чтобы вас нанять, почти принято, но сначала мне бы хотелось выяснить один вопрос. — Я отвечу на любые ваши вопросы, если это требуется. — Мы собрали на вас небольшое досье. Ваши родители умерли в результате сильного пожара, и вы были вынуждены переехать в Японию в качестве студента по обмену. Я прав? — Да, это было, — произнесла я с грустью, думая в этот момент о маме, чтобы мой голос звучал с нужной интонацией. — Когда вы переехали? — Где-то в ноябре прошлого года. — Честно говоря, вы же сейчас используете псевдоним, не так ли? — Э-э-э… — я сделала небольшую паузу. — Как вы узнали? — Извините, но источники информации я выдавать не буду. Так, как Вас зовут на самом деле? — Хенеко Хилл. Мама была японкой, а папа — американцем. Поэтому и имя вышло таким. — Как же так вышло, что в январе этого года вас стали подозревать в том, что вы кира? Так, теперь нужно выждать небольшую паузу. — Ах, госпожа Хилл, у вас на лице написано, что всё это правда. Я слегка сгорбилась. — Ну-у, честно говоря, я уже и не помню, как такое могло произойти. Стечения обстоятельств, я так полагаю. — Но вас всё же арестовали. И арестовал вас никто иной, как L. Присутствующим здесь известно, что он до сих пор ведёт дело киры, — он сделал небольшую паузу. — Просто, если лицом компании будет кира, то, что о нас подумают? Так теперь мне надо вспотеть и тоже выдержать паузу. — Да, поэтому расскажите нам всё. Я сжала руки в кулаки, показывая своё напряжение и колебания. — Хорошо. Я готова всё рассказать. Меня действительно подозревали в том, что я могу являться кирой. И арест тоже является правдой, но я не знала, что это был L. Мне задавали вопросы по этому делу, но я ведь не кира и никак не связана с ним, — я пыталась говорить ровно, но голос всё равно немного трясло. — Они это поняли и, в конце концов, отпустили меня. — Вы видели лицо того, кто вас допрашивал? — Нет, мне завязали глаза. — Но голос вы его слышали? — Да, но через динамик. — М-да, не интервью, а допрос какой-то, — недовольно произнёс Хигути. — Сколько вы ещё будете продолжать? Я в уборную. Мужчина поднялся со стула и направился к выходу из кабинета. — Действительно, интервью несколько затянулось. Рем подала мне знак и скрылась в одной из стен. — Извините, а можно и мне в уборную? Получив разрешение на отлучку, я последовала прямиком за своим Богом смерти. — Эх, не думала, что это будет настолько тяжело, — произнесла я, глядя в своё отражение в зеркале туалетной комнаты. После, я повернулась к Рем лицом и улыбнулась ей. — Как ты? Надеюсь, эта редиска тебя не обижала? — Нет, но этот человек всё равно для тебя опасен. Пока он не имеет глаз бога смерти, а потому не знает твоего настоящего имени. Он отвратителен. — Как бы и мне не забыть случайно своё имя, ха-ха. — Не волнуйся, мне запрещено говорить имена других людей, но я могу напомнить тебе твоё настоящее имя, которое тебе дали при рождении. — Спасибо, ты мне сильно этим поможешь, — поддержала я её. — Что было после того, как ты улетела? Прежде чем она начала говорить, я присела на стойку где располагались умывальники и, устроившись поудобней, покачивала ногами из стороны в сторону. — Лайт для чего-то попросил нас обменяться тетрадями с Рюком. — Это, наверное, для того, чтобы он всё вспомнил, а ты могла увидеть меня раньше. Он же не знал, что я ничего не забыла, — произнесла я, потерев подбородок рукой. Но про настоящую причину, я умолчала. — Хм, если всё пройдёт хорошо, то я попытаюсь тебя вернуть и дать тебе долгожданную свободу. Вопрос в том, скажет ли он мне, куда дел мою тетрадь или нет. — Я могу тебе сказать, где она находится. — Не нужно. Это может навредить. — Чему? Я тяжело вздохнула. — Я хочу понять: он собирается убрать только детектива или же он так же хочет избавиться и от меня? Но, если он хочет избавиться от детектива, то опять же, каким таким Макаром он это сделает? Я знаю, как он может избавиться от L. Но также, я лишь догадываюсь, с чьей помощью он избавится от меня. Однако к тому времени я надеюсь слинять отсюда, а дальше пусть они сами разбираются. Немного нелогично, да и Рем приходится врать. Ведь после освобождения я собираюсь отправиться домой. Или же остаться и помочь ей? Хенеко, ты хоть знаешь, как таких, как ты называют? «Стерва, тварь и бесчувственная сволочь», — тут же всплыло в моей голове. Блин, вот почему так всегда? Вроде вот уже почти что дома, а Рем оставлять одну не хочется. Хм, интересно, если человек может отказаться от тетради смерти, то может ли это сделать сам Бог смерти? — Ладно, мы ещё с тобой увидимся. Нужно вернуться обратно, а то они могут заподозрить неладное, — с этими словами я спрыгнула со стойки и направилась к выходу, напоследок попросив Рем прийти передо мной. «Будь осторожна. Я, как и ты, не доверяю Ягами, но сейчас твоей проблемой является вся верхушка этой Ёцубы», — сказала мне напоследок Рем. А то я сама не знаю. Как же всё это невыносимо. Должна признать, что я устала. Так, не время расслабляться! Теперь нужно выбить из этого Хигути признание, а дальше всё будет в ажуре. Наверное. Почему-то у меня дурное предчувствие, но отступать уже не имеет смысла. Всё уже зашло настолько далеко в лес, что остаётся только идти вперёд. Вернувшись обратно в комнату, я извинилась за своё долгое отсутствие и присела на прежнее место. В ходе дальнейшего обсуждения было принято решение, что меня будут использовать абсолютно во всех рекламных проектах. Я так же оставила им номер рабочего телефона и электронный адрес. Вскоре пришли приглашения на личные встречи, среди которых был и Хигути. Прекрасно, всё идёт как нужно. Хорошо знать всё наперёд, особенно если придерживаешься хода истории. Становится как-то легче, но и скучно. Наша троица вернулась обратно в штаб-квартиру под вечер. Поднявшись ко всем, мы сообщили о том, что операция прошла успешно и что кира, возможно, скоро явит себя. Ну, а я ляпнула, что буду помогать проверять всех семерых кандидатов, на что Лайт стал возражать: — Нет, это отменяется! — С чего бы? — спросила я. — Ты понимаешь, какой опасности себя подвергаешь? — Опасность — моё второе имя. — Ты будешь сниматься в их рекламе, но не более. Теперь ты должна отрицать, что тебя задерживали в качестве подозреваемой. Сейчас ты не более чем модель, которая работает на их компанию. — Тебя я забыла спросить, что и как мне делать, — фыркнула обиженно я. — Хенеко! — возмущённо произнёс он на мою колкость. — Что, мама? — не отставала я. Пауза. Лайт нахмурился и мы стали прожигать друг друга взглядами. А L лишь наблюдал за нашим поединком, не спуская с нас своего взгляда. Долго я это терпеть не стала. — Я устала с тобой спорить. Я к себе. — Хенеко, я надеюсь, ты ничего не задумала? — спросил меня напоследок Лайт. — Импровизация, только импровизация, — отмахнулась я и зашла в лифт. — Спокойного вам оставшегося дня. Оставшись наедине с собой, я достала один из мобильников и написала знакомой модели, которая была схожа по телосложению со мной. Объяснив ей ситуацию и немного приврав, она согласилась мне помочь. Девушка написала мне время и место, где может со мной встретиться и поменяться на время местами. После я согласовалась с Хигути. Ещё один маленький шаг к концу этого акта.***
Следующий день встретил меня плотным съёмочным графиком, который, по моему мнению, ой-ой как не хотел кончаться. Это, наверное, из-за того, что конец был близок, а ожидание конца всегда длится почти вечность. Это как я ждала последнего звонка сидя на уроке перед каникулами. Только в этот раз ожидание действительно меня убивает. Но вот, светлое голубое небо дня стало окрашиваться в оранжевые оттенки вечера, и съёмочная группа собралась посмотреть на свои труды, а я в приподнятом настроении пошла исполнять свою роль, отведённою мною ещё со вчерашнего дня. Ещё в конце прошлого дня я подбирала для себя наиболее выгодную тактику, которой должна буду придерживаться, чтобы выбить из Хигути признание и записать его на диктофон. При этом мне нужно не спалиться самой перед детективом. Оделась я, на этот раз, использовав свой любимый парик и платье, всё это приправив большими очками, чтобы было не сразу определить мою небольшую подмену. Попросив Мацуду отвести меня в больницу, где можно было воспользоваться уборной, я быстренько вбежала туда и постучала в одну из кабинок. Из неё тут же высунулась голова девушки. — Ну, наконец-то. Ты немного припоздала. — Извини, Ника. Но тебе идёт костюм медсестры! — Не подлизывайся, а переодевайся. — Угу. Наскоро переодевшись, я быстро поправила другой парик и прошмыгнула мимо ничего не подозревающего Мацуды. Набрав номер Хигути, я оповестила его, что уже выхожу из здания и он, тут как тут, припарковал передо мной свой красный порш. Хотя, полноприводные внедорожники мне больше нравятся. — Вот это тачка! — выдала я, снимая с себя парик. — Готов катать тебя, когда захочешь! Только скажи! А если хочешь, я куплю тебе такой же! — продолжил он с лёгкой лукавой улыбкой. — Правда?! — воскликнула я на автомате, когда устраивалась на сидении. Посмотрев в зеркало заднего вида, я тут же увидела Рем и, незаметно для Хигути, ей подмигнула. — Было бы здорово! Машина, издав звериный рёв, тронулась с места, и мы поехали по вечернему городу. Итак, с чего бы мне начать? Блин, Кира! Ты ещё вчера об этом думала, а сегодня что всё из головы вылетело? Интересно, мозги у тебя тоже успели вылететь? Так, для начала лучше разберусь с диктофоном… Понаблюдав за мужчиной примерно ещё полминуты и убедившись, что тот увлечён дорогой, я взяла в руки телефон, делая вид, что набираю смс, а на самом деле я вывела свой мобильник на функцию диктофона. Осталось только кнопку на крышке раскладушки нажать, и будет вестись запись. — Госпожа Хенеко, вас ведь так на самом деле зовут? — начал он разговор первый. — Ага, именно так, — кивнула я. — Не хотите ли где-нибудь поужинать? — Ну-у, я надеюсь, что вы отвезёте меня в приличное место и не будете делать ничего лишнего. Однако хочу предупредить, что я могу за себя постоять. Даже могу убить. — Интересные вещи ты говоришь о себе Хенеко, хе-хе-хе. Что ты можешь? Я хмыкнула. «Могу тебе глаза выцарапать, пах весь отбить, а заодно и зубы выбить, но сейчас не об этом…» — Я могу убивать. Ведь я та, кто отдал тебе силу убивать людей, ты ведь подтвердишь это, верно Рем? — Это правда, — подтвердила она мои слова слегка кивнув, а Хигути в удивлении чуть не выехал на встречную полосу, из-за чего меня тряхнуло и я ударилась головой об плечо этого придурка. — Чёрт! За дорогой следи, идиот! — выкрикнула я, потирая свою ушибленную голову. — Извини, — пробормотал он съезжая на обочину. — Но, как… — Как я ничего не забыла? — озвучила я его вопрос. — Потерять память можно только в том случае, если ты отказываешься от права на владение тетрадью, — я хмыкнула и улыбнулась, лишь одним уголком своих губ, изображая коварную ухмылку. — Но кто сказал, что я от неё отказалась? Я лишь передала её, но не отказывалась. — Здесь нестыковка. Тогда Рем должна была быть с тобой постоянно! — Рем должна быть постоянно с тетрадью, потому что я её попросила, — выдвинула я свой аргумент, сложив руки на груди. Так, как бы выбить теперь его признание так, чтобы он сказал, что является кирой и предъявил мне доказательства. Придумала! — А чем ты мне докажешь, что тетрадь сейчас у тебя, а не у кого-то другого? Вдруг кто-то другой попросил её летать с тобой, чтобы сбить меня с толку, а ты, такой послушненький, расскажешь ему обо мне? — О тетради никто не знает! Рем может подтвердить! — Я ей сейчас не поверю потому, что кто знает, может ей недовладелец больше нравится, и он её подговорил мне врать? — Как я тебе докажу, если тетрадь сейчас у меня дома? Если хочешь, поехали тогда ко мне. Нет, мне этого не надо. — Ага, сейчас, разбежался. К чужим я ещё домой не ездила! — фыркнула я. — И как я тебе докажу, что я сейчас кира и караю преступников? — Хм, — я задумалась. Что же ему тогда сказала Амане, чтобы вывести его на чистую воду? Вспоминай, Кира, иначе всё было зря! А! Вспомнила! Лукаво улыбнувшись, я повернула к нему свою голову. — Вот что: кира тот, кто карает преступников, так? — он кивнул. — Перестань их карать и ты мне докажешь, что ты сейчас действующий кира. Скажем, например, три дня. А Рем проследит за этим процессом. Нащупав свой телефон, я нажала на запись. — Хорошо, я докажу, что именно я кира, а не кто-то другой и перестану карать преступников столько, сколько ты просишь. Но, взамен, ты выйдешь за меня! — получив от него признание, я, нащупав телефон, поставила запись на функцию «стоп». — Если это единственное твоё условие, то я согласна. А теперь, будь добр, подвези меня до дома. Вот и всё! Осталось лишь проиграть эту запись перед детективами и они, разыграв очередной спектакль, его поймают. Меня же через некоторое время отпустят, и тогда у меня будет время, чтобы посетить последнюю заброшенную психушку.
