Династия

– Добрый день, дядя Шерлок! – Шерил с очаровательной улыбкой шагнула в комнату, где её отец что-то внушал единственному в мире консультирующему детективу. Тот, не обращая внимания на мягкий упрёк в голосе друга, продолжал упорно пялиться в микроскоп, но на приветствие девушки поднял голову: – Здравствуй, Шерил. – Он скользнул по гостье привычным взглядом «от-меня-ничего-не-скроешь», и она замерла. Ну вот, сейчас начнётся. – Рассталась со своим бойфрендом? Правильно сделала. Как бишь его звали... Тим? Трейн? – Ты мне ничего не сказала, – покачал головой Джон, с сочувствием глядя на дочку. Шерил поморщилась: – Я не хочу об этом говорить. – Он просто идиот, – заметил Шерлок, возвращаясь к исследованию багрового пятнышка на предметном стекле. – Уверен, он даже не в состоянии отличить по цвету артериальную кровь от венозной. Но я рад, что твоё сердце свободно, потому что я собираюсь тебя кое с кем познакомить. – Что?.. – Шерлок?.. На детектива уставились две пары удивлённых глаз. Только человек, знавший его много лет, – такой, как Джон Уотсон, – мог заметить, что Шерлок немного нервничает. В это время внизу хлопнула дверь. – Отлично, миссис Хадсон уже впустила его, так что через минуту я буду иметь удовольствие представить вам... На лестнице послышались шаги, и в гостиную, держа в одной руке чемодан, вошёл подросток с пронзительным взглядом серо-зелёных глаз. – ...моего сына Хэмиша Холмса, – закончил Шерлок. Сказать, что его слушатели были потрясены, значит вообще промолчать. Шерил нахмурилась. Джон переводил взгляд с вошедшего на своего друга и обратно. Сходство было разительное. Правда, мальчик не выглядел бледным, но его волосы вились такими же непослушными кудрями, хоть и каштановыми, а рост позволял предположить, что через несколько лет сын догонит, если не перегонит, знаменитого сыщика. Тем временем гость улыбнулся: – Здравствуй, отец, здравствуйте, сэр и леди. Как только что сказал мистер Шерлок Холмс, я являюсь его сыном. Вы, наверно, доктор Уотсон. Я сразу вас узнал. Рад познакомиться с вами, сэр. – Хэмиш поставил чемодан на пол, подошёл к доктору и протянул руку. Тот машинально сжал его ладонь, пробормотав: «Здравствуй, дружок». – Молодая леди, вероятно, ваша дочь? – Юноша повернулся к Шерил. Та высокомерно вздёрнула нос. – Вас кто-то обидел? – Хэмиш вгляделся в её лицо. – Уверен, он вас не стоит. Но хотите, я поговорю с ним? Я могу быть убедительным. А потом отец поможет спрятать труп. – Он оглянулся на хозяина квартиры, и тот отзеркалил его улыбку. Девушка невольно хихикнула. Чего греха таить, она всегда была немножко влюблена в гениального «дядю Шерлока»; жалко, что он такой ужасно старый – пятьдесят один год, с ума сойти! – но этот мальчишка так на него похож... – Прежде чем вы будете закапывать труп, я хотела бы потренировать на нём «горячие» уколы, – сказала она, постаравшись придать голосу побольше строгости. – Без проблем. Послышался многострадальный стон. Доктор Уотсон наконец понял, что Холмсов в его жизни стало больше.

* * *

Шерил снисходительно согласилась показать новому знакомому Лондон. Уотсон дождался, пока молодые люди покинут квартиру и он останется с другом один на один. – Ты ничего не хочешь мне объяснить? Шерлок кинул взгляд на доктора. Насупленный вид, руки скрещены на груди. Детектив вздохнул: – Я не мог тебе раньше сказать, Джон. Не подумай снова, будто я тебе не доверяю, но... – Чего не знаешь, того не скажешь, так? Ты боялся, что я могу выдать информацию о нём под пыткой? Шерлок в два шага преодолел расстояние между ними и, схватив Джона за плечи, склонился к его лицу: – Я не хотел, чтобы тебе пришлось её переносить – из-за меня! Он отпустил друга и отошёл к окну. – Это было очень глупо с моей стороны, – продолжил он тихо. – Я знал, что сам создаю себе ещё одну «болевую точку». Но мне так хотелось, чтобы у меня был ребёнок... И, когда возникла такая ситуация, я не смог заставить себя отказаться. Кроме того, мать Хэмиша тоже настаивала на его сохранении. – Ты скажешь мне, кто она? – Обязательно скажу, Джон. Но не сейчас.

* * *

– Никаких мало-мальски интересных дел! – Шерлок в раздражении отодвинул ноутбук. – Уже почти полгода в городе не появлялось ни одного маньяка! Как тут можно жить?! – А в Скотланд-Ярд звонил? – поинтересовался Хэмиш. Он теперь жил с отцом на Бейкер-стрит, занимая бывшую комнату Джона Уотсона. – Эти идиоты предложили мне поискать пропавшего в очередной раз О’Коннора. Они просто издеваются! – Кто такой О’Коннор? – Тинейджер, периодически сбегающий из дома; каждый раз его через две-три недели отыскивают в разных подвалах в компании таких же тупиц. – Шерлок был обижен на несправедливость жизни: ему хотелось выбрать для сына что-нибудь увлекательное, чтобы тот мог попробовать себя в расследовании. – Не нашлось сегодня, найдётся завтра, – флегматично отозвался младший Холмс. Он явно не унаследовал батюшкино нетерпение. Но когда Шерлок ненадолго вышел из комнаты, юноша стремглав подлетел к оставленному ноутбуку и ввёл в поисковую строку имя «О’Коннор». Классно было бы первым вычислить местонахождение бестолкового парня! Среди множества однофамильцев не сразу отыскался нужный человек. Всё было так, как сказал Шерлок. Мальчишка и впрямь был не из самых примерных: дважды его ловили на мелких кражах, он предпочитал проводить время на улице; тётка несколько раз приносила в полицию заявление о его пропаже. Последний случился три дня назад. Хэмиш уже собирался закрыть страницу, как вдруг его привлекли следующие строчки из текста: «Приятели Патрика заявляют, что он пошёл «раздобыть сигарет», но не вернулся, и с тех пор они его не видели. Напоминаем, что ранее в этом месяце пропала Вирджиния Чатер, 14, которая так же часто не находила общего языка с родителями (по их собственным словам). Не вызывает сомнений тот факт, что только невыносимые условия существования могут заставить молодой неокрепший организм расстаться с домом и пуститься навстречу опасностям современной жизни. Социальным службам следует обратить самое пристальное внимание на семьи, в которых живут подростки, чтобы обеспечить последних всем необходимым для счастливой жизни и в первую очередь – свободой». Юный детектив усмехнулся. Автор, по-видимому, понятия не имеет, о чём пишет. Но обстоятельства, сопутствующие исчезновению Патрика О’Коннора, заставляли задуматься. Нелогично так бросать товарищей. Хэмиш в задумчивости тряхнул кудрями. У него появился план.

* * *

Беспризорник, сидевший под Воксхольским мостом и пытающийся побить собственный рекорд по плевкам в длину, был внезапно ошарашен раздавшимся рядом вопросом: – Что ты хочешь за свой свитер? Мальчишка поднял голову. На него внимательно смотрел его ровесник в шикарном тёмно-сером костюме. Беспризорник уже открыл рот, чтобы послать подальше этого выпендрёжника с его дурацкими шутками, но пришелец достал из кармана купюру: – Пятьдесят фунтов, идёт? Полтинник? За эту старую тряпку? Богатеи точно психи. Если бумажка не фальшивая. Но зачем отдавать фальшивые деньги за рвань?.. – Настоящая, – кивнул, ощутив его колебания, «богатей». – Ну так что? Сделка состоялась. Заполучив свитер, Хэмиш обошёл ещё несколько облюбованных бродягами мест и в конце рейда оказался обладателем штанов, живописно украшенных известью, пары ботинок, которые, судя по всему, помнили времена, когда Нового Света ещё не существовало, и жутковатой вязаной шапочки. Вернувшись со своим уловом на Бейкер-стрит, юноша встал перед дилеммой: стирать ли добытые вещи. Если он хотел, чтобы его приняли за одного из тех, кто постоянно сбегает из дома, пахнуть от него должно соответствующе, но врождённая брезгливость не позволяла воспользоваться подобным гардеробом без обработки. Вздохнув, Хэмиш направился к стиральной машинке. По счастью, старшего Холмса не было дома. Спустя час будущий второй консультирующий детектив стоял в своей комнате и оценивал собственный внешний вид. Развернув плечи и засунув руки в карманы, он сделал несколько шагов мимо зеркала, стараясь, чтобы походка подчёркивала независимость. Нацепил на лицо выражение «Мне плевать, что вы обо мне думаете, я о вас думаю ещё хуже». Вышло неплохо. За время «шопинга» Хэмиш не только приобретал нужную «личину», но и наблюдал за теми, кому она родная, и сейчас оттачивал навыки. Осталось ещё немного поупражняться в плевках, и можно будет дать старт операции под кодовым названием «Династия».

* * *

Просто шататься по подворотням было бы глупо. Так можно нарваться совсем не на тех людей. Выход нашёлся достаточно легко: Хэмиш купил скейтборд и обменял его у первого встречного «аса» на старый и потёртый, заявив, что хочет этим досадить старшему брату-зануде – якобы настоящему хозяину «сокровища». Кататься он умел. Начинающему детективу повезло обнаружить маленький подвал, в котором никто не обитал. Несколько дней подряд он приходил туда ни свет ни заря, поспешно переодевался в добытые вещи и ждал несколько часов, чтобы потом выйти, щурясь и делая вид, будто ночевал именно здесь. Телефон юноша всегда держал на беззвучном режиме, чтобы тот не спугнул «рыбу». Отец не препятствовал увлечению сына, к тому же тот честно заявил, что собирается искать «сбежавшего идиота». Чаще всего Хэмиш нарочито лениво раскатывал по улицам в том квартале, где последний раз видели О’Коннора. Кстати сказать, Вирджиния Чатер пропала примерно милях в четырёх к востоку от этого места. Младший Холмс уже запомнил все подвалы и чердаки этого района; лица, встречающиеся ему за это время более одного раза, были тщательно запечатлены в Форте Памяти – так он втайне окрестил свой мозг вслед за отцом. Очередной двор был уже знакомым до мелкой кривой доски в заборе. Правда, сегодня здесь стоял грузовик, в который рабочие не торопясь заталкивали мебель. Хэмиш сделал круг, соскочил со скейта и задумался, не стоит ли заговорить с представителями физического труда, как вдруг услышал за спиной: – Хэмиш?! На него с изумлением смотрела мисс Шерил Уотсон. Она была такая красивая, прелестные белокурые локоны обрамляли нежное лицо, а голубые глаза манили к себе, словно волны тёплого моря. – Почему ты... – Отвали, ты не в моём вкусе. «Прости, Шерил... пожалуйста. Дело». В небесной синеве промелькнуло возмущение, гнев, презрение. Девушка вспыхнула, прошипела «Ублюдок», резко развернулась и направилась прочь. – И скажи отцу, чтоб в этот раз меня не искал, а то вообще больше не увидит, – заорал Хэмиш ей вслед. – А если вздумает в полицию переться, так у меня тоже на него кое-что есть, так и передай! Он снова катнул доску по асфальту и, легко приземлившись на неё, пустился «зигзагом» в обратную сторону от поспешно удалявшейся Шерил. Ну же! – Слышь, парень! – окликнул его один из грузчиков. – Иди-ка сюда. Юноша подъехал поближе и высокопрофессионально сплюнул под ноги: – Чего надо? – Не груби взрослым, это нехорошо, – пожурил его второй рабочий, постарше. – Заработать хочешь? Правая рука Хэмиша уже была в кармане. «Меню», «Черновики», «Отправить». Проводить не глядя необходимые манипуляции с мобильником мать научила его ещё семь лет назад. – Ну, допустим. – Помоги диван затолкнуть – получишь десять фунтов. Я что-то спину застудил, не могу разогнуться. Залазь в фургон, тяни на себя, а Джерри подтолкнёт отсюда. Стараясь скрыть восторг, Холмс-младший одним прыжком очутился внутри машины, прошёл немного вглубь и только взялся за боковину упомянутого лежака, как названный Джерри сам одним движением задвинул диван, после чего вскочил вслед за ним, засовывая руку в карман джинсов и бренча там мелочью: – Спасибо, парень! Заслужил – получи. Но то, что он в конце концов выудил, на деньги мало походило, скорее напоминало кусок ткани. Хэмиш не успел ничего спросить, как эта тряпка была прижата к его носу, а через несколько секунд юный детектив уже ничего не ощущал.