Династия

Гул и суета – вот что обрушилось на стены коридора и голову Хэмиша. Вокруг него вдруг образовалось множество людей: сперва в подвал ворвались полицейские, за ними спешили парамедики. – Последняя комната справа, – сказал юноша пробегающим мимо людям. Он даже не заметил, что повторяет это третий раз. Вставать совсем не хотелось, и Хэмиш привалился спиной к стене, чувствуя неимоверную усталость. – Сначала Эла. Последняя справа... «Вот всё и кончилось», – думал он. А в голове почему-то крутилось: Well, that's all right now mama That's all right with you... Младший Холмс не сразу понял, что ему уже довольно давно что-то говорят, причём очень громко и гневно: – ...диотом!!! Какого чёрта надо было ломиться сюда одному?! Ты понимаешь, что могло случиться?! Чтоб никакой больше самодеятельности! – Я отправил сообщение, – попробовал он прервать поток упрёков. – И что в нём было? «Если я не вернусь к обеду, посмотри белую папку с документами в своём столе». Замечательно! А если бы я и впрямь стал ждать обеда?! – Шерлок, прекрати орать на ребёнка! – Рядом опустился на корточки доктор Уотсон. – Я не ребёнок! – Кроме того, кажется, ты только что проговорил мой монолог! – Джон кинул на друга насмешливый взгляд и стал щупать у Хэмиша пульс. Шерлок презрительно фыркнул: – Я, в отличие от него, взрослый человек и могу о себе позаботиться. – Тебе напомнить моменты, когда это было не так? – Доктор выпустил руку сына детектива и, посмотрев Шерлоку в глаза, очень мягко сказал: – Всё нормально, Шерлок. Ты можешь это сделать, здесь нет ничего такого. Все люди волнуются за своих близких. Старший Холмс хотел что-то ответить, но вместо этого резко выдохнул и, обхватив сына за плечи, прижал к себе: – Не смей больше так поступать. – Да, хорошо, пап. – Хэмиш настолько потерялся от неожиданности, что даже впервые назвал Шерлока папой, а не отцом. Похоже, тот тоже был в лёгком шоке от этого. Только Джон понимающе улыбался. Через минуту детектив разжал руки, а Уотсон протянул юноше термос: – Пей, только не обожгись. Хэмиш глотнул. Вау, горячий шоколад! В это время мимо пронесли Элвиса; рядом, держа капельницу, торопливо шагал медбрат. – Он будет жить? – рванулся к нему Хэмиш. – Сделаем всё возможное, – не оборачиваясь, ответил один из санитаров. – Хэй, Адлер! – Над другими носилками поднялась знакомая рыжая голова. – Тебе случайно не нужен напарник в борьбе с преступностью? – Я подумаю, Патрик, – засмеялся юный сыщик. – Давай, поправляйся. Я обязательно вас всех навещу. Но на самом деле я Хэмиш Холмс! – Я запомню! К их «семейной» группе подошёл молодой инспектор. – Мистер Холмс? – обратился он к Шерлоку. – Вам необходимо поехать с нами. – Я пока отвезу Хэмиша к нам, – сказал Джон. – Он должен поесть и отдохнуть, а у тебя, небось, опять в холодильнике кроме снега ничего не найдёшь. Друг был прав. Детектив неохотно кивнул, соглашаясь. После часа езды по ночному Лондону доктор Уотсон вместе с Хэмишем шёл по дорожке к небольшому уютному коттеджу. – Жена вместе с младшим уехала на три дня к маме, но я сейчас что-нибудь соображу перекусить, – сказал Джон, открывая дверь. – Проходи пока в гостиную, чувствуй себя как дома. Он сразу направился в кухню, а Хэмиш присел в одно из мягких кресел, но почувствовать себя как дома не успел. Потому что мгновением позже дверь открылась, и прозвучал холодный голос: – Что ты здесь делаешь? Перед гостем стояла Шерил Уотсон, и, глядя на неё, будущий консультирующий детектив номер два понял, что дело «чёрных трансплантологов» было только разминкой. И всё же при виде этой девушки он испытал приступ счастья. – Шерил! – Он встал и неуверенно улыбнулся. – Я так рад тебя... Что именно он был рад, старшая дочь Уотсонов не узнала, потому что в этот момент дала грубияну пощёчину. Удар был слабеньким. Честно говоря, его и ударом-то вряд ли бы кто назвал. Но комната перед глазами Хэмиша внезапно резко закружилась, а потом ноги у него подкосились, и юноша рухнул на ковёр под испуганный вскрик Шерил. Очнувшись от резкого запаха нашатыря, сын детектива обнаружил, что лежит на диване, рядом с ним сидит обидчица, и глаза у неё явно мокрые, а недовольный доктор Уотсон набирает в шприц глюкозу. – Что случилось? – спросил Хэмиш, приподнимаясь. Джон бросил укоризненный взгляд на дочь: – Ты потерял много сил и крови, вдобавок перенервничал, а тут ещё и... – Прости, Хэмиш, – шмыгнула носом блондинка. – Я не знала, что ты... ну, что это была твоя работа. – Тут она нахмурилась. – Между прочим, то, что ты скрыл это, меня задело не меньше, чем твои слова! – У меня не было возможности всё рассказать, – с искренним сожалением пояснил Хэмиш, не без тревоги наблюдая, как добрый доктор, проверив шприц, передал его дочери. – Я вполне способен сам с этим справиться, спасибо, – сказал он Уотсону. Тот улыбнулся: – Не переживай, Шерил прекрасно делает уколы. В конце концов, она моя дочь. И, к тому же, после заварушки лечить Холмса должен человек по фамилии Уотсон. Это традиция. Хэмиш вздохнул. Не только в их семье планировалась династия...

Позже в одной из палат городской больницы

– Дэ-э-эн! Ты спишь? – Неа. – Слушай... Я тут думаю на полицейского пойти учиться. Как смотришь? – Ага, я тоже не прочь. Дурак я был. Родители испереживались. – Точно. Тётку тоже жалко, она ж меня вырастила. Эла видел? – Нет, я ещё не могу так далеко ходить. А ты был у него? Как он? – Пришёл в себя, улыбается. – Классно. Помолчали. – Дэн... А эта... ну... Чатер... она ничего, да? – Отличная девчонка. Смелая. И так смотрела на тебя! – Скажешь тоже, смотрела. – А когда ты Деррику по кумполу врезал, она чуть с кровати от восторга не упала. – Врёшь? – Чтоб мне больше Интернета не видать. – Надо будет номер у неё взять. Ну, на всякий случай. Мало ли. – Обязательно возьми. Может, ей какая помощь понадобится. А мы – будущие полицейские...

Ещё позже, в отличной благоустроенной квартире на другом конце Лондона

– Пап, я дома! – Джорджи? Кушать будешь? – Ага, но попозже. Я тебе сейчас такое расскажу! – Ну, давай, удиви старика отца. – Я сегодня первый раз участвовал в операции! Поймали трёх «чёрных трансплантологов», они детей похищали, мерзавцы, чтобы выкачивать и продавать кровь, представляешь? Ещё и почки собирались вырезать! Абсолютно седой, но всё ещё красивый мужчина, нахмурившись, покрутил головой. Ему случалось в жизни сталкиваться кое с чем похлеще. Но ободрённый сын уже взахлёб рассказывал подробности: и как схватили Роланда Райта, заместителя главного врача маленькой клиники в пригороде (по требованию одного небезызвестного детектива)... – Ах, Шерлока Холмса? ...и как нашли в подвале четырёх подростков, пропавших в течение последнего месяца, и связанного подручного Райта, некого Деррика, который десять лет назад пережил гибель сына. Мальчик был вполне домашним, послушным, но потом связался с компанией «нехороших» парней, один из них повёз мальчишку кататься на мотоцикле. Случилась авария, сын Деррика умер на месте, а второго байкера доставили в больницу. По мнению многих, его можно было спасти. Теперь уже сложно сказать, но Деррика обвинили в том, что он не оказал помощи пострадавшему, и лишили лицензии. Что же касается третьего соучастника, то упомянутый Шерлок Холмс застрелил его, будучи в состоянии аффекта, когда увидел, что преступник направляет пистолет на его сына... – Так, минуточку. Чьего сына? Кто на кого наставил пистолет? – Джеральд Стоунбридж целился в сына Шерлока Холмса, Хэмиша. Именно этот парнишка и начал всё дело: проанализировал время и место похищений и решил стать «подсадной уткой». А мистер Холмс ничего не знал. Пожилой инспектор выглядел изумлённым. Потом он тихо засмеялся: – Ну и ну! Сын весь в папочку! Чувствую, тебе ещё не раз придётся встретиться с обоими Холмсами. Это карма, сынок. Ну, да ты справишься. Недаром ты Джордж Лестрейд...