Омеги не могут быть такими

Я любил Алёшу странною любовью, которая росла от встречи к встрече. Его неземная доброта и готовность помогать творили в моей душе ураган, заставляя совершать немыслимые поступки. Одним из таких поступков стало общение с Костиком. «Омеги должны быть милыми и общительными, а не угрюмыми и злыми» С самого начала я не знал, как подступиться к нему, потому что он пугал меня своими резкими словами и колкими взглядами. Я боялся, что если наше одностороннее общение, состоящее из обидных слов, войдет в привычку, то я не смогу больше воспринимать свои действия и поступки адекватно. Я просто окончательно поверю всему, что он говорит мне и это будет равносильно смерти. Мне не желал, чтобы все старания Алёши просто растворились от моей слабости, я до дрожи не хотел этого. А еще я желал сделать Алёше приятное, ведь он много раз упоминал о том, что Костик на самом деле не плохой парень, и что если он меня узнает поближе, то поймет, как сильно ошибался. Я ждал удачного момента, и он вскоре подвернулся мне. Обычно я не любил заходить в чужие аудитории с чужими мне людьми, поэтому слегка опасался реакции на мой поступок. Алёша в тот день почему-то не появился, хотя до его цикла было еще далеко. Я волновался о нем, что отражалась в моей нервной походке и излишне напряженных плечах. Поэтому я решил спросить об этом у Костика, чтобы лишний раз не звонить и не волновать Алёшу своим присутствием. Узнать, в какой аудитории было занятие у Костика, не составило и труда, поэтому я, слегка притопывая ногами от напряжения, пошел туда. Остановившись возле двери, я несмело заглянул внутрь и заметил Костика, который сидел на предпоследних партах со своими друзьями. Они о чем-то спорили, пока Костик вчитывался в чью-то тетрадь. Мне стало еще более неловко, но я попытался взять себя в руки. — Привет, — тихо сказал я, замирая рядом с Костиком. Тот слегка ошалело глянул мне в глаза, но ничего не ответил, сверля своим пронзительным взглядом. — Чё те надо? — спросил кто-то рядом, а я все не мог оторвать глаз от Костика, потому что при сложившимся раскладе с ним мне было более комфортно, чем со всеми остальными. — Хули молчишь? Я еще больше напрягся. Никогда я не чувствовал себя большим идиотом, чем сейчас. — Эй, жирдяй, свали отсюда, свет загораживаешь, — сказал уже другой голос, а аудитория разразилась едкими смешками. Я тяжело сглотнул и опустил взгляд в пол, потому что больше не было сил терпеть это. — Заткнулись все, — резко оборвал всех Костик и, чуть поддавшись ко мне, спросил: — тебе чего? Впервые я не слышал в его словах издевку или презрение. Это придало мне уверенности, поэтому я незамедлительно ответил: — А где Алёша? — Я слышал, что он хмыкнул в ответ и ждал какого-нибудь больного слова, но Костик меня удивил: — Он слегка приболел, — нежно сказа он, слегка улыбаясь, — поэтому не пришел сегодня. Я поднял взгляд на Костика и увидел его одобрение и слабую толику поддержки. Мне стало в разы легче дышать. Я еще больше приободрился и кивнул ему, собираясь уходить, чтобы не мешать. — Эй, — прикрикнул Костик, — ты не можешь мне объяснить вот это, а то я не понимаю? — Развернувшись к нему лицом, я увидел, что он тыкал пальцем в строчки, написанные на тетради. Немного замявшись, я все же подошел к нему и взглянул в текст, который был написан размашистым, слегка нечетким, подчерком. В этот момент я подумал, что еще не все потеряно и даже я могу стать немного нормальным.