Оксюморон

      "Шестое ноября, четыре часа дня, — подумал мужчина и попытался повернуть голову от огромного циферблата на стене. — Слава Богу, я ещё не сошел с ума. Хотя где эта скотина, что позволила так поступить со мной и моей семьей? Это призрачное "Бог". Религия дана слабым, тем, кто живет иллюзиями, обманом. Так проще. Но я верю только в себя. Может, поэтому я ещё не стал послушником и не сошёл с ума, хотя не означает ли это одно и то же? "       Часы тикали... 46-47.

***

      Ещё пять лет назад в это же время на кухне небольшой квартирки посвистывал неугомонный чайник, а на весь дом раздавалось: "Rise… rise". Когда Рин, наконец, услышала душераздирающие крики ноутбука, на котором была открыта страница какого-то онлайн-радио, она с "микрофоном" (расческой для волос) поспешила к бедному на помощь. Закинув пачку растворимого кофе в чашку, девушка летящей походкой проплывала на свою мягкую обитель, именуемую простыми смертными диваном. Но, проходя через прихожую, получила неприятный сюрприз в виде разбитой лампочки в сантиметре от босых ног, пары царапин и осколков в горячем напитке. Лампочка лопнула над головой столь неожиданно, что девушка, испугавшись, отскочила и пролила часть ещё не остывшего кофе на любимую футболку. С воем и стенаниями, оставив осколки и неудавшийся завтрак, она пронеслась в ванную, чтобы спасти любимую из хлопка с надписью "M" на ярлычке. Но черное пятно мерзко расплывалось на бежевой ткани. Кажется, день не задался, но случайность не может помешать ей, рассуждала Рин, уверенная в собственных мыслях. Она ещё не знала, что день грядущий ей готовит.       Успокоившись, наконец, после пережитого кошмара и приведя в порядок квартиру, Ринни с опаской проковыляла в ванную. Всё как обычно: коричневый кафель, стены с пляшущими на них пузырями, умывальник с зеркалом и черной дырой вместо шкафчика под ним, резиновый коврик на полу, застеклённая кабинка и белоснежная ванна — наслаждение для юной леди.       Рин открыла кран, скинула футболку, оставив её цветной кляксой на полу. Туда же полетело и нижнее белье. Потом закрыла стеклянную дверцу душа. Разобравшись с температурой воды и мурашками на теле, девушка, наконец, смогла расслабиться и полежать в теплой ванне. Кровь от разбитого стекла исчезла, тело приятно обволакивала теплота. Вылив немного пены из флакона, пестревшего картинками яблок, Рин устроила в ванной небольшое цунами. Вода и пена выплёскивались, брызги летели повсюду. Отдохнув немного и сняв стресс, девушка попыталась встать, чтобы с мыслями о брате поторопиться с сушкой волос и выбором одежды, но… Дверца не поддавалась. Девушка прикладывала огромные усилия, но путь к спасению был отрезан. "Успокойся, — повторяла она себе, — попробуй ещё". Но и после десяти попыток чуда всё не происходило. Не найдя другого пути к спасению, Рин решилась разбить стекло. Но только она замахнулась и подалась вперед, как дверца отодвинулась, и девушка, поскользнувшись, вылетела из ванной и рухнула на пол. Всё тело ужасно болело от удара, а руки и ноги, определённо, скоро украсят кучи синяков и ссадин.       Совсем испугавшись происходящей чертовщины, Ринни поспешила убраться отсюда поскорее. Так и не одевшись, она мигом выбежала из ванной и, не думая ни минуты, направилась на спасительный диван. Телефон был на месте. Он лежал под подушкой девушки, оставленный там ещё с прошлого разговора с братом. Пальцы тряслись, кое-как набирая знакомый номер. Гудки, ещё гудки, и, наконец, долгожданное "Алло".       Она знала, что без помощи сестры он и трубку сам взять не сможет, не то что защитить её, но его успокаивающий голос, обдуманные слова и фразы заставляли сердце биться ровнее. В ней жила всё та же маленькая девочка, по любому поводу бежавшая к брату. — Алло, ты слышишь меня? Пожалуйста, послушай… Здесь происходят странные вещи. Помнишь, ты говорил? Теперь я верю, верю каждому твоему слову, — дрожащим голосом произнесла девушка. — Что случилось? — Я шла, как обычно, с утренним кофе к своему ноутбуку, и надо мной разлетелась лампочка. — Ты не поранилась? — уточнил мужчина, беспокоясь за состояние сестры. — Немного, но это не главное. Я не обратила на это внимание, с каждым бывает. Но дальше... Я не знаю, что это было. Мне страшно, — с трудом сдерживая слезы, тихо проговорила Рин, борясь с приступами дрожи. — Успокойся, расскажи мне всё, вместе мы что-нибудь придумаем, — сказал мужчина, стараясь не поддаваться панике. — Хорошо. Я зашла в ванную, чтоб немного отдохнуть от утреннего происшествия перед поездкой к тебе, всё было как обычно. Затем заклинило дверь. Я так испугалась, пыталась отодвинуть, но ничего не помогало. Я бы и это списала на несчастный случай. Но только я хотела выбить стекло, чтоб освободиться, как оно само отъехало в сторону, и я упала на ледяной кафель. Это было так больно и ужасно. Мне страшно, очень страшно. — Теперь ты не считаешь меня сумасшедшим, уже хорошо, одевайся и приезжай, захвати с собой все ценное, не забудь кредитки, кажется, вскоре нам предстоит уехать, — спокойно произнёс Мэтт, контролируя свои эмоции. — *помехи*… поздно… *помехи*… скажи пока своей маленькой сестрице.       Гудки… 44-45.       Что происходило потом, мужчина не знал. Он бы всё отдал, чтобы быть рядом с ней. Лежа на своей кровати, он судорожно перебирал сотню идей в голове, сортировал сотню мыслей: "Не то, не то, снова не то, кажется, вот оно, его друг… Друг, его зовут Алекс… Как там его номер? Вспомнил!" — Сестра, сестра! — закричал он что есть силы. — Что случилось? — взволнованно защебетал голос медсестры. — Телефон, сейчас же!       Ничего не понимая, но повинуясь странной просьбе, она мигом принесла телефон. Мужчина диктовал номер, не ошибаясь, только поторапливая девушку. — Алло, — раздался голос мужчины средних лет. — Алекс, моей сестре нужна помощь, через десять минут будь у неё. Умоляю, поторопись, потом всё объясню. — Понял, еду, — мгновенно отреагировал собеседник.       В голове брата уже возник чёткий расчет. Десять минут, ей нужно продержаться всего десять минут.       Позже он узнает от друга, что девушка вся в крови лежала на любимом диване, сжимая в руках телефонную трубку. А на ней лежали ещё несколько десятков килограмм обвалившегося потолка. Да, этот монстр выбрал довольно непредсказуемую смерть. Разборки с соседями, экспертизы, суды, допросы, снова разборки — на этот раз с управляющими, шумиха, газеты — всё выглядело так, будто произошёл несчастный случай. Лишь он один знал правду, но молчал. Это его война, и он отомстит, чего бы это ни стоило.       После произошедших событий с другом он видеться перестал. Полностью исключил любые посещения и всё обдумывал план мести: днём, ночью, когда угодно. Всё это время он ждал. Ждал момента.

***

      И вот сегодня, после стольких лет без контактов, сестра, не надеясь на отказ пациента, вдруг сказала ему: — Завтра к вам придет мистер. Не знаю, как его зовут, но он журналист и просто мечтает с вами познакомиться! Я сказала, что вы будете не против. Он придёт в обед. Простите, но собеседник вам просто необходим. Считайте это частью лечения. — Я просил никого ко мне не пускать, неужели вы не можете выполнить даже маленькую просьбу? — неожиданно бурно отреагировал мужчина. — Но… — Разве похоже, что я хочу принимать и видеть кого-либо? — грубо прервал он девушку. — Журналист! Сколько этих проходимцев крутилось возле моей палаты... Может, хватит? Хотите, чтоб он растаскал смерть моей сестры по грязным газеткам, словно сплетню о проститутках, осквернил трагедию моей семьи?! — Простите, я хотела как лучше, сегодня же позвоню и отменю визит. Ещё раз простите, — невнятно пробормотала сестра, опустив взгляд в пол. — Благодарю, — сквозь зубы протянул Мэтт. — Спокойной вам ночи.       Ночь не была спокойна ни на минуту. "Зачем ворошить прошлое сейчас? Кто этот человек, и что ему от меня нужно? Почему он хочет прийти?" Терзаемый мыслями, мужчина уснул лишь на час. Ему снова приснилась сестра.       Будильник зазвенел… 48-49.