А рука горит до сих пор
20 декабря 2015 г., 15:13
Ровно в одиннадцать, вместе с боем часов, Катя постучала в дверь президентского кабинета.
— Здравствуйте, я Екатерина Пушкарева.
— Очень приятно, проходите пожалуйста, — сказал пожилой мужчина, вставая со стула и подавая Кате руку, которую та пожала несколько нервно. — Садитесь. Чай, кофе?
Какое там «кофе — чай», у Катюши поджилки тряслись и без этого. На Андрея она старалась не смотреть, уж очень боялась себя выдать, вот и общалась исключительно с Павлом Олеговичем, отцом Андрюши. Она его сразу узнала, вначале у Светланы Марковны в альбоме видела его фото, а потом и в глянце тоже. Узнала, но вида не подала.
Надо сказать, что и Андрей все больше молчал. Снял очки и очень внимательно разглядывал Катю. Она почувствовала его взгляд, но постаралась от беседы не отвлекаться, слишком многое было на карту поставлено в этот момент.
— Павел Олегович, экс-президент компании, представился Андрюшин отец, — а это мой сын, Андрей Павлович, исполняющий обязанности президента. Вот как раз ему мы и подбираем секретаршу. — Тут уж у Кати появилось законное основание повернуть голову в сторону Жданова-младшего. Она кивнула ему, как ей показалось, с достоинством и протянула руку. Руку Андрей пожал, но глаза отвел.
Павел Олегович еще что-то спрашивал, и Катя ему отвечала. Потом и Андрей начал задавать вопросы, и ему Катюша тоже отвечала… Она гнала, всеми силами гнала от себя то, что испытала пару минут назад. Нужно было сосредоточиться только на собеседовании, и она заставила себя сосредоточиться.
Двери кабинета распахнулись и стройная блондинка, одетая как дама высшего света, ворвалась в кабинет. «Какая же она красивая, просто красавица, — подумала Катя, — только очень холодная и надменная».
— Здравствуйте. А где Вика? — с порога спросила Кира.
— Она опаздывает, или, как это говорится, задерживается. — довольно жестко сказал Андрей. — Сейчас я ей быстренько сварю кофе и она как раз подойдет. Я вам доложу, Кира Юрьевна.
Кира выскочила из кабинета и уже через минуту снова в него влетела, но уже держа за руку вчерашнюю конкурентку Катерины.
***
POV Катя Пушкарева. Боже мой! Что же это было? Встреча продолжалась почти полчаса, мне задавали вопросы и я отвечала. И, наверное, отвечала хорошо. Но я ничего не помню. Вообще ничего… кроме того, что он пожал мне руку. Как я не умерла в этот момент? И как мог никто не заметить, что я умираю? Нет — это был не радужный свет, как в детстве. Я даже представить себе не могла, что такое бывает… Это было, как разряд молнии, как удар током. Как будто бы все уже и случилось… Опомнилась я только на улице, когда меня задержал охранник. Как я там оказалась, на улице? Не помню, ничего не помню. Катька, опомнись, что ж ты творишь? Как я смогу там работать, если вообще ничего не соображаю в его присутствии? Нет! Нет, Катенька, нет, моя милая! Не для того ты прошла дорогу в тысячу лье, чтобы повернуть назад у самого порога. Я смогу, я себе прикажу! Ведь смогла же я сегодня пройти собеседование. И никто ничего не заметил, и меня приняли на работу. А значит я сильная! Что-то еще было сегодня, что-то очень важное. Такое важное, что я отметила это для себя. И вот не помню. Аааааааа… Красавица блондинка! Вот что было — его невеста. Я еще что-то важное подумала. Что же, что? Не помню! Да что же это такое? Кажется я подумала: он замерзнет с ней рядом. Все, Катенька, все! Я прямо здесь и прямо сейчас должна принять решение, пока я еще не сказала родным, что меня приняли. Для начала нужно все разбить на пункты и ответить себе на все вопросы, а потом принимать решение. Итак… Верю ли я, что Андрей когда-нибудь станет моим? — Нет! Зачем же я иду на эту работу? — Чтобы быть рядом с ним! Зачем мне нужно быть рядом с ним? — Потому, что я его люблю; потому, что хочу ему помочь; потому, что не могу без него; потому, что мне, как воздух необходимо его видеть; потому что… потому что… потому… что я хочу жить для него! И я пойду на эту работу, и сделаю все, чтобы ему было хорошо и комфортно жить. Я никогда не напомню Андрею кто я… А рука горит до сих пор… POV Андрей Жданов. Я смотрел на эту страшненькую девушку и вспоминал детские руки на моей шее, ее горячий шепот: «Мы теперь жених и невеста». И, когда я пожал ее маленькую ручку, меня затопила волна жалости и нежности, ведь та дура тетка была права, ее никто не возьмет замуж. Мне стало больно, словно судьба обделила очень родного человека, например младшую сестренку, которой у меня никогда не было. В этот момент я решил взять ее на работу. Пусть хоть работа будет у бедняжки. Мне хотелось о ней позаботиться. Я прекрасно понимал, что будет скандал, что Кира мне устроит вырванные годы. И скандал-таки был. И бой-таки мне пришлось выдержать. Чтобы защитить Катю, мне пришлось и Вику взять на работу. Ах, Катя-Катерина, у меня из-за тебя уже проблемы. Я решил никогда не напоминать Кате о ее детском приключении. Никогда. Зачем смущать и без того закомплексованное существо? А рука до сих пор хранит тепло ее ладошки…***
Первый же день работы преподнес Катюше немало сюрпризов. Первый и главный сюрприз заключался в том, что ее заточили в кладовку. «Жилищные условия улучшились: весь встроенный шкаф в моём распоряжении» — подумала она. Хотя... если взглянуть на «заточение» под другим углом зрения, то станет понятно, что это к лучшему, ведь Андрей был рядом, их разделяла всего лишь стена, а в стене есть дверь. Следующий сюрприз был для Кати приятным. Андрей поставил на место Викторию, всеми силами демонстрирующую Пушкаревой свое преимущество. Еще как поставил на место. — Сделай-ка нам кофейку, — не то попросила, не то потребовала Клочкова, и Катя, привыкшая выполнять просьбы, уже собралась было пойти варить кофе, но тут ее окликнул Андрей. — Стойте, Катенька, — сердце Катюши так и подпрыгнуло, он назвал ее Катенькой, — кофе не входит в ваши обязанности. Если кто-то из нас троих и будет отвечать здесь за кофе, то это будете вы, Виктория. Что касается вас, Катенька. Вы будете заниматься финансами, доходами, расходами. Детали мы обсудим позже. Расписанием, ведением документаций, моими личными контактами. Детали мы так же обсудим позже. А вы, Виктория, будете встречать гостей в приемной, подносить им кофе. — Как скажешь. Кстати, Андрей, я хотела бы обсудить одну маленькую деталь. Ну, раз уж нас двое, то, мне кажется, было бы логичным сделать твоим личным помощником меня, — проворковала Вика, — ну, чтоб люди просто не путались. — Нет! Я думаю, будет логичным сделать личным помощником ее, — Жданов показал на Катю, — а ваши обязанности, Вика, полностью соответствуют вашей должности. Кате даже смешно стало, ну, чего она выпендривается? Глупая и наглая — вот и все ее преимущество. Ну, а под конец своего первого рабочего дня Катя натворила такое, за что ее, несомненно, уволить бы надо было. Нужно было передать Андрею бумаги и Катерина не нашла ничего лучшего, как отправиться за ним на подиум. Вылезла, как пугало огородное, упала, вызвала гомерический хохот в зрительном зале. Хорошо, что Андрей выкрутился, сработал на принципе контрапункта, и все подумали, что так и было задумано, показать страшка не носящего одежду от Милко, а затем красавиц, эту одежду носящих. Они оба понимали, что Катя заслужила увольнение, и Андрей уже открыл дверь в ее каморку, чтобы сказать ей "вы уволены", но она сидела за своим столом едва сдерживая слезы. И он не смог... перед ним снова была маленькая девочка у кадки с фикусом, и ее необходимо было защитить...
