Маски

Iʼm not ashamed Iʼm not afraid Iʼm not okay Welcome to the masquerade Welcome to the masquerade (Thousand Foot Krutch — Welcome To The Masquerade)

Я решил, что раз именно я не смог догнать Лену, то и мне отправиться на её поиски. Напоследок я решил посетить пляж. Если уж не вернусь, то хотя бы свежим воздухом подышу напоследок. Что я несу? По-видимому от всех этих нервотрёпок у меня совсем мозги поплыли. Нужно что-то делать. За всеми этими идиотскими мыслями я и не заметил, как оказался на том самом пляже, куда меня привела полярная звезда из моего сна. И атмосфера была схожа с моим сном: всё также ярко светили Луна и звезды, отражавшиеся в ребристой водной глади, а чуть прохладный речной ветер дующий со стороны реки создавал легкий бриз, заставляя небольшие речные волны выплескиваться на берег вместе с мелкой рыбёшкой, тиной и прочим мусором. Я сел под дерево, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Всё-таки обидно будет уходить отсюда. Я уже начал привыкать к этому месту и к его доброжелательным персонажам. Но раз это безобразие началось из-за меня, то и исправлять его тоже должен я. Ещё раз посмотрев на Луну и звезды, я неожиданно для себя запел: Наш дом уснул, но мир не ждёт. Зовёт дорога нас вперёд. Покуда шлёт лучи звезда, До грани ночи, а тогда, Уйдёт туман, исчезнет тень, Наступит новый све-етлый день, Све-етлый день. Закончил я шмыгнув носом, и грустно вздохнув. Потому что в отличие от остальных присутствующих здесь пионеров, у меня нет иного выхода. Я обязан поступить именно так и никак иначе. Пускай даже ценою будет моя собственная жизнь. — Красивая песня — подметил приятный девичий голосок. — Только грустная немного. Я обернулся и понял что это была Славя, прислонившаяся к дереву и внимательно меня слушавшая. — Следила за мной, да? — сухо спросил я. — Нет. Просто я тоже люблю иногда тут вечером пройтись. Воздух свежий. Да и заснёшь потом быстрее, — Сообщила она, покосившись на рюкзак у меня за спиной. — А куда ты собрался на ночь глядя? — Секрет, — хмуро ответил я. — И тебе это знать необязательно. На что Славя нахмурилась и собралась уйти. — Стой, Славь! — притормозил её я. Девушка остановилась.- Вспылил, извиняюсь. Прости меня, пожалуйста. — Ничего Сень, всё в порядке, — спокойно ответила она, добродушно улыбнувшись — У каждого из нас есть секреты, которыми мы не хотим делиться с кем попало. Тем более что за эти четыре дня мы с тобой не очень часто общались, так что ты имеешь полное право мне не доверять. Но я не сержусь на тебя за это и всё прекрасно понимаю. Так что никаких расспросов с моей стороны больше не будет, не переживай. Славя было хотела удалиться, но я взял её за руку, не давая никуда уйти. — Ты что-то ещё хотел? Поинтересовалась она. Я же набрал побольше воздуха и медленно выдохнув ответил: — Я не могу никому рассказать куда иду, по многим причинам, — издали начал я. — Одна из которых может заставить поверить окружающих, что я просто сошёл с ума. А ещё, потому что не могу никого из вас, потому что все вы стали для меня очень дороги, — на последнем слове я запнулся и посмотрел под ноги. — Прости, Славь, если чем обидел и на всякий случай прощай, — ответил я, обняв её на прощание и было собрался уйти, только Славя меня не выпустила из своих объятий. — Славь, мне правда пора, отпусти пожалуйста. — Знаешь, если честно между нами, ты мне сразу понравился при нашей первой встрече, тогда у ворот лагеря, — стала рассказывать она, поглаживая меня по спине. — Но увидев, как ты смотрел на других девочек — ту же Яну, или Алису, поняла, что мне лучше будет забыть о тебе. И у меня это почти получилось, но сейчас, когда ты сказал что куда-то уходишь, к тому же и насовсем… Я решила тебе признаться в том, что чувствую. — И какой ответ ты хочешь получить? — поинтересовался я. На что Славя отпустила меня и тепло улыбнувшись ответила: -Не важно, какой ответ хочу я, потому как в любом случае понимаю — тебя мне не удержать. Поэтому, если ты решил уйти — уходи. А я тебя прикрою, если что. — Спасибо, конечно, но я не могу взять тебя с собой, потому как там, куда я иду, может быть смертельно опасно, — ответил я, погладив её по щеке, отчего девушка поначалу немного напряглась, но не отстранилась. — И я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал… Особенно ты. — Спасибо, конечно, но под прикрытием я имела в виду перед вожатой и всеми остальными, если начнут задавать вопросы и спрашивать, куда ты исчез, — пояснила Славя. Во мне вдруг такая нежность и привязанность к этой девушке проснулась, что от переизбытка чувств, я не придумал ничего лучше, чем крепко поцеловать Славю, что подтверждало бы мою к ней расположение. И даже более того — я понял, что она стала для меня самым родным и близким человеком, с которым я не хочу теперь расставаться ни на секунду. И когда наш поцелуй закончился, мы посмотрели друг на друга с такой теплотой и нежностью, с которой это только было возможно. — Знаешь, что я тебе скажу, Славя? — спросил я, не сводя с неё глаз. — Что? — спросила она, продолжая улыбаться. — Я, конечно, не настаиваю, но… — слегка замялся я. — Я согласна, — тут же ответила она, не дав мне закончить. — На что ты согласна? — поинтересовался я. — На всё чтобы ты не предложил, — ответила она, смотря на меня глазами полными преданности. — Потому что поняла — наша встреча произошла не случайно. И ты здесь тоже не просто так. Я сильно удивился сказанному Славей, и было хотел что-то сказать в ответ, но внезапно в ближайших кустах я услышал подозрительное шуршание непохожее на обычный ветер, потому как того просто не было. Я подал знак Славе помолчать, и осторожно решил посмотреть, что там такое могло шуршать. И заглянув в кусты посветив туда фонарём я увидел странного человека (очевидно, какого-то дикаря, потому что он грызть кости какого-то зверя или птицы). — Что там? — поинтересовалась Славя, подойдя ближе, чем видимо привлекла внимание этого существа и он заметив, что за ним наблюдают, шарахнулся и закричал. -Славя назад! — остановил девушку я, до того как она подойдёт ближе. — Оно может быть опасно. -Кто? — спросила Славя. — Н-не… — что-то похожее на человеческий голос проблеяло существо. — Стоять! Не подходи! — крикнул я, всё ещё пытаясь сдержать любопытство Слави, и посмотреть, что или кого я там нашел. — Н-не… Б-бей меня, — жалобно проблеяло существо, прикрываясь руками от света фонаря. — Похоже, он сам нас боится! — предположил я и даже не заметил, как Славяна успела меня обойти и попыталась прикоснуться к этому нечто. — Славя не трогай его! — взволнованно крикнул я. — Он может быть опасен. Славя, словно не слышала меня, аккуратно дотронулось до этого странного существа и осторожно начала его поглаживать, словно домашнего кота. На что он перестал трястись от страха и удивлённо посмотрел на неё. — А ты добрая, — пролепетал он, пытаясь дотронуться до Слави грязной рукой, отчего она даже не шелохнулась, хотя её выражению лица было видно, что ей это минимум противно. — Славя, не шевелись! тихо сказал я, ища палку или камень потяжелее для этого странного существа. — Всё в порядке Сень, — спокойно заверила меня она. — Он не опасен и сам нас боится. — Я хороший, никого не трогать, — пообещал этот чудик, в чём я сильно сомневался, но глядя на то, как он обходится со Славей, решил дать ему шанс произвести на меня хорошее впечатление. — Это радует, — коротко ответил я, продолжая светить фонариком, от чего существо снова прикрывалось руками и отворачивалось. — Не любить свет. Он резать глаза, — жалобно проскулил он, отчего пришлось убрать фонарь в сторону, чтобы продолжить разговор. — Бедненький, — продолжала жалеть его Славя. — И как ты тут вообще очутился? На что чудик посмотрел сначала на меня, потом на неё, потом снова на меня и прошептал: — Ты выглядеть почти как прошлый хозяин, — загадочно ответил он, указывая на меня. — Поэтому я пугаться вначале. Теперь видеть — ты другой. — О чём это он, Сень? — не поняла Славя. Я пожал плечами, после чего уточнил: — Ты это сейчас про боггарта говоришь? Из-за чего чудик, начал испуганно кричать, рвать на себе волосы и чуть ли не биться головой о дерево. Когда же он немного успокоился, то сообщил: — Не стоит произносить это имя, — тихим шепотом пояснил он, осматриваясь по сторонам. — У него повсюду глаза и уши. — Ничего, — храбро ответил я. — Я его не боюсь. — А она? — он указал кривым пальцем, на Славю, отчего та слегка удивилась. — Славя, всё в порядке? — спросил я, положив руку ей на плечо. — Да… Не волнуйся. Со мной всё хорошо, — заверила меня она. — И я готова тебе помочь во всём, что скажешь. — Нет Славя, это должен сделать я и не могу никого с собой брать, потому что все вы стали для меня очень дороги… И ты тоже, — сказал я, потупив взор. — Хоть мы с тобой и не очень контактировали последнее время, ты тоже мне сразу понравилась, ещё при нашей первой встречи. — Однако ты потом не обращал на меня внимания, постоянно общаясь с Алисой, Яной, Ульянкой, даже с нашей Ольгой Дмитриевной умудрился найти общий язык, — с ноткой ревности произнесла Славя, отчего я покраснел от неловкости ситуации, а она продолжила при этом мило улыбаясь. — Но я на тебя не обижаюсь и не на что не претендую. Мне достаточно того, что ты просто станешь моим другом — Но я и так считал тебя своим другом, — честно признал я. — Просто ты оказалась настолько идеальна для меня, что я и подумать не смел о чём-то большем, — честно признался я. На что Славя взяла меня за руку, сказав при этом: — Очень приятно, что ты так считаешь, только я не такая уж идеальная, какой тебе показалась, — грустно ответила она и тут же снова улыбнувшись, добавила: — Всё в порядке, не бери в голову. Просто знай, что я помогу тебе в чём бы то ни было. — Ладно, — сдался я. — Раз переубедить тебя остаться в лагере не получиться, пойдём вместе, — и обратился к нашему новому знакомому, который уже успел оторвать кусок коры и грыз её словно заяц. — Можешь показать дорогу к своему бывшему хозяину? — спросил его я. Но тот даже не обратил на меня внимание. На что я вновь обозлился, включил фонарь, направляя на него свет, начав допрос уже с пристрастием: — Отвечай, когда тебя спрашивают! Я знаю, что ты в курсе как до него добраться! — Не надо… Свет… Больно! Не-ет! — вновь завопил чудик, закрываясь руками — Сеня что ты делаешь?! Так же нельзя! — крикнула на меня Славя, выбивая из рук фонарик и обняв это странное существо, словно оно ей ближе всех на свете. — Он тоже живое существо и не заслуживает такого обращения, просто потому, что не такой как все! Я посмотрел на это странное существо и вдруг заметил, что он отчего-то похож на меня. Можно было даже сказать, что это и был я, только другая версия меня… как тот с которым я встретился на пляже в том сне. Только я отчего-то чувствовал, что это не он, а ещё одна копия, только несколько другая. Но я его тоже где-то уже видел. Только не помню где. И судя по страшным ожогам на руках и лице, я понял, что досталось ему гораздо больше чем мне. Поэтому, каким бы мерзким и гадким он не казался на первый взгляд, сейчас он выглядит словно побитая собака, со следами насилия на теле и лице. Словно его длительное время пытали, прежде чем он смог удрать и теперь я проделываю с ним тоже самое. Выключив фонарь, я обнял Славю и свою копию, отчего тот поначалу вздрогнул, но вырываться не стал, словно почувствовал, что я не причиню ему вреда. — Простите меня, я не хотел, чтобы так всё получилось, — извинился перед ними обоими я. — Просто какая-то безнадёга последнее время навалилась. Ещё и Лена пропала. Вот я и сорвался. — Сень ты что-то путаешь, — ответила Славя, продолжая утешать чудика. — Мы же похоронили Лену и… — Мы похоронили только её вещи, и то не факт, что они были её, — сказал я, рассказав свой план по спасению Лены полностью, а также заодно и о себе и о том откуда я. Славя не перебивала меня, даже не задавала вопросов, а после того, как я закончил, посмотрела на меня с неким сочувствием, словно как на олигофрена — Хочешь, верь — хочешь нет, но это чистая правда. — Знаешь, — задумчиво ответила Славя. — Мне тоже последнее время казалось, что ты словно с другой планеты, раз летом приехал сюда в тёплой одежде, и то, что ты удивлялся всему, что тут видел. Теперь я вижу, что всё это неспроста. И как бы абсурдно это не звучало, но, несмотря на то, что твой рассказ и кажется несколько фантастичным, я тебе верю. И если быть до конца откровенной, то я тоже не поверила, что Лены нет в живых, уж слишком мало доказательств в эту пользу было. — Так, а я о чём? — пожал плечами я. — Поэтому и собрался туда не знаю куда, на поиски Лены… или же её трупа, — при этом меня слегка передёрнуло, и по спине побежали мурашки. Но когда Славя погладила меня по руке и улыбнулась, всё прошло. — Ладно. Я так понял, что переубедить тебя у меня всё равно не выйдет, поэтому идём вдвоём. — Втроём, — исправила меня Славя, указывая на мою копию, который с большим интересом наблюдал за ночным мотыльком и пытался ртом его поймать. — Он хоть и очень странный, но мне кажется, он может нам помочь в наших поисках. — Согласен. Осталось только его уговорить, чтобы он провёл нас туда, куда надо, — подметил я, и обратился к чудику. — Слушай… прости за то, что кричал на тебя и направлял фонарь. Я очень сожалею об этом. Но сейчас нам очень сильно нужна твоя помощь, потому как если мы не поспешим, то может пострадать наша подруга, которая в плену у существа, именовавшим себя Гардом. Ты поможешь нам отыскать путь к нему? На удивление в этот раз чудик ни на что не отвлекался, а когда я закончил, сообщил: — Не ходить. Не надо. Опасно. Очень опасно. — Мы знаем, — ответил я, а Славя молча кивнула. — Но иного выхода нет. По крайней мере, мы должны хотя бы попытаться. На что чудик ненадолго задумался, а после махнул рукой и сказал нам: — Идти за мной, след в след. Тут повсюду ловушки. Никто не знать безопасный путь, кроме меня. Идти, — сообщил он и направился вглубь лесополосы. Мы же со Славей старались идти след в след, даже не задумываясь, что это существо (бывшее когда-то таким же, как и другие — нормальным пионером), может хоть как-то навредить нам. Может он и был когда-то плохим, но теперь я больше чем уверен, чудик на нашей стороне, … по крайней мере пока точно на нашей. Стараясь не отставать, от нашего нового знакомого мы быстрым шагом углублялись всё дальше в лес, которому конца и края видно не было. Но вот мы вышли на поросшее бурьяном поле, на котором расположилось старое, перекосившееся от времени и трещин, здание с дырявой крышей и выбитыми окнами. А при лунном свете, так как мы смогли добраться до места, только вод вечер, это здание казалось ещё и довольно зловещим. Словно его специально тут отстроили для съёмок фильмов ужасов. — Нам туда, — объявил чудик, указывая на здание. — И как он догадался? — шепотом ёрничал я, за что Славя с укором на меня посмотрела и я тут же прикинулся «белой овечкой». — Мог бы по крайней мере спасибо ему сказать, вместо того чтобы острить, — отчитала меня Славя, смотря в спину чудику. — Он ведь вовсе и не обязан был нам помогать, но всё-таки помогает. — Только вот не уверен, что ему стоит полностью доверять, — шепнул я Славе, чтобы наш проводник не услышал и не понял, что мы говорим про него. Она было хотела мне что-то ответить, но неожиданно, резко остановилась и я чуть не врезался в неё. — И чего стоим? — поинтересовался я у своего клона. — Хочешь сказать, что пришли? — Ещё нет. — кратко ответил он, зачем-то простукивая дверь здания. Интересно зачем? Хочет удостовериться, чтобы нам открыли? Я лишь скептически хмыкнул, когда он стал вести себя словно профессор, перед студентами первокурсниками. Но когда наш чудаковатый друг смог в одиночку открыть дверь, хоть её и заклинило, от того что само здание перекосило от трещин и времени, я и Славя молча открыли рты от удивления. Очевидно, он намного сильнее, чем казался нам на первый взгляд. — Идти, — сказал он, проходя внутрь первым. Мы со Славей немного потоптались снаружи и вошли следом. Внутри здание напоминало детский сад, только отстроенный, наверное, в начале двадцатого века, и всё это время простоявшее без единого ремонта: стены и потолок, потрескались и осыпались; пол проваливался, лестница на второй этаж чудом уцелела, хотя в некоторых местах не хватало ступеней; повсюду валялся строительный и прочий мусор пахло пылью и сыростью. Славя слегка поёжилась. — Холодно? — поинтересовался я. — Нет. Разве что чуть-чуть, — ответила она. — Просто неуютно немного находиться в этом месте. Много чего странного тут происходило, из-за чего этот корпус и пришлось оставить. Говорили, что тут даже люди пропадали. — Ну, со мной не пропадёшь, гарантирую. Так что ничего не бойся, хорошо? — заверил её я, чуть обняв за плечи, отчего Славя перестала дрожать и с улыбкой посмотрела на меня. — А я и не боюсь, — ответила она, продолжая улыбаться. — Не знал, что ты такая смелая, — восхитился я. Славя покачала головой. — Мне не страшно, потому что ты сейчас рядом со мной, — ответила она. Нашу непринужденную беседу прервал крик чудика, который звал нас следовать за собой, куда под пол, открыв при этом дверь в подвальное помещение. Мы со Славей переглянулись друг с другом. — Пошли? — спросила она. — Раз уж убедить тебя остаться и не ходить за мной не получится, то… пошли, — сдался я и мы стали спускаться вниз, вслед за чудиком, даже не имея ни малейшего понятия, куда нас приведёт наш новый знакомый. То, что ждало нас внизу напоминало скорей всего каменный тоннель, походивший на часть какого-то подземного бункера, ещё со времён Великой Отечественной (или какая здесь война была, из последних?). Стены и пол которого были каменные, а по стенам тянулись толстые чёрные провода, с подключенными через каждые три метра лампами. Правда работали они через одну, да и те, что работали, не постоянно светили, а мерцали. Не знаю, чтобы мы делали, без нашего странного чудаковатого знакомого, которому видимо и зрение не нужно было, он ориентировался в основном по слуху и запаху. Можно даже сказать, что он стал для нас такой же путеводной звездой, как полярная звезда из моего сна. Только во сне, звезда привела меня на пляж, где я встретил свою исчезающую копию. Здесь же мы столкнулись нос к носу с дверью, со значком радиации. Судя по всему это бомбоубежище, отстроенное также как и бункер, для защиты граждан от нападения страны — агрессора. И раз этот чудик привёл нас сюда, то мы со Славей поняли — нам нужно внутрь. Кое-как мы втроём совместными усилиями, смогли открыть дверь, и в нос тут же ударил запах плесени и нафталина, словно из бабушкиного старинного комода. Внутреннее «убранство» бомбоубежища (если это вообще таким словом можно назвать) стены и пол которого были облицованы потрескавшейся от времени плиткой, состояло из одной двухуровневой кровати, стола с какой-то странной штукой, с виду напоминающий передатчик и приёмник сообщений морзянкой, а также шкафом, дверью ведущей вероятней всего в уборную и что самое странное, ковром на полу, что как минимум странно. — Идти за мной. Идти дальше, — сказал чудик, убирая ковёр под которым оказалась ещё одна железная дверь. Однако я, как и Славя, намеривались сделать небольшой перерыв. Поэтому присев на нижний ярус кровати, мы смогли, наконец блаженно вытянуть ноги и немного передохнуть, прежде чем идти дальше. Чудик же, тем временем, поняв, что нам нужен отдых решил сам немного отдохнуть, разместившись на верхнем ярусе кровати, и почти мгновенно захрапел. Отчего я со Славей переглянулись и тихо хихикнули в кулаки. — Похоже, его теперь даже из пушки не разбудишь. Так храпит, — подметила Славя. — Ничего, что-нибудь придумаем, — ответил я, чуть аккуратно приобняв Славяну, чтобы не напугать её и не оттолкнуть. Однако, она ничего не имела против этого и даже прилегла на моё плечо. И затихла. И не только она: затихло всё вокруг. Только мерное жужжание, по-видимому встроенного генератора электричества, не давало тишине давить на уши. — Сень? — спросила Славяна, прервав затянувшееся молчание. — Ммм? — я открыл один глаз и посмотрев на неё. — Если мы найдём Лену… — начала она, но тут же исправилась. — Точнее сказать «когда» мы найдём Лену ты с ней… — хотела было договорить Славя, но запнулась на полуслове. — «Я с ней», что? — поинтересовался я. — Не важно. Не бери в голову, — отмахнулась Славя. Затем, подумав, всё-таки продолжила мысль, спросив при этом сразу в лоб. — Сень, скажи честно, тебе Лена нравится? — Нуу… Как тебе сказать? — задумчиво ответил я, почесав в затылке. — Она, конечно милая, скромная, добрая, красивая и умная девушка… — услышав это Славя немного погрустнела. — Но только я отношусь к ней просто как к подруге. Только и всего. — А как ты ко мне относишься, можешь сказать? — продолжала «допрос с пристрастием» Славя, при этом всё ещё мило улыбаясь. Решив, что отпираться бесполезно, я решил отвечать правду. — Знаешь, я тут подумал и понял, что… друзей у меня и так хватает, — ответил я, собираясь её поцеловать, но нас прервал чей-то противный скрипящий крик, на поверку оказавшийся криком нашего чудика, который истошно кричал, словно ему снился кошмар. Но когда мы его растолкали и спросили, что случилось, тот лишь ответил: — Я видеть себя прошлого, — отвечал он, начиная шмыгать носом. — Видеть, каким злом и тьмой я быть, до того как терять память. И от этого, мне становиться страшно. — Ничего, ничего. Мы рядом и не дадим тебя в обиду. К тому же это всего лишь кошмар и его не стоит бояться, — пообещали мы, обняв его с обеих сторон. Немного успокоившись, мы решили продолжить наше исследование подземного комплекса, под старым лагерем, в надежде на то, что в конце концов мы найдём Лену… и желательно живой и здоровой. В отличие от верхнего тоннеля с бомбоубежищем, данное место напоминало скорей всего шахту по добыче полезных ископаемых, или драгоценных камней. Стены и пол были земляными, только лишь потолок каким-то чудом ещё держался, укрепленный деревянными подпорками. Буквально через несколько шагов мы встали на какой-то развилке. И судя по тачке стоящей на рельсах, которые расходились в обе стороны, с большей долей вероятности можно судить, что это всё-таки шахта и без карты блуждать тут можно бесконечно. И так как вернутся назад, мы уже не могли, то попытаемся хотя бы отыскать отсюда выход, а может заодно и Лену, если она и правда здесь. Не зря же нас сюда привел наш новый друг чудик. Поэтому сделав метку раскладным ножиком, мы оправились исследовать это странное место, держа друг друга за руки, чтобы не потеряться. Двигаясь, туда же, куда вёл нас чудик, мы наткнулись на ещё одну, более массивную дверь, чем в бомбоубежище. Только на ней уже не было никаких опознавательных знаков. Прислушавшись, мы расслышали гудение какого-то прибора, а также чьи-то стоны и неразборчивые слова. По голосу мы почти сразу определили, что это Лена. — Лена?! Лена, это ты?! Не слышит. Лен, ты только не переживай, слышишь?! Это я вместе с Семёном! Мы вытащим тебя оттуда! — пыталась докричаться до неё Славя. Но оттого, что дверь была очень толстой, и из — за странного гудения Лена просто-напросто могла нас не услышать. Пришлось приложить немалые усилия, но старые петли заскрипели и дверь открылась, представляя нашему взору небольшое помещение, где была сеть то ли канализационных, то ли водосточных труб, под одной из которых и сидела наша потерянная, отстранено смотря в одну точку, почти не моргая. Мы со Славей тут же подбежали к Лене, пытаясь понять, что с ней. Обратив нас внимание, она слабо улыбнулась и тут же упала в обморок. Очевидно от истощения или длительного обезвоживания. Я взял девушку на руки, а Славя старалась в этих четырёх стенах найти выход. Но неожиданно в помещении погас свет, и замолкло гудение труб, в результате чего, мы оказались в полной темноте и тишине. Внезапно тишину разорвал всё тот же голос, всё того же Гарда, который из-за полной тьмы, казалось, звучал отовсюду: — Ну надо же, какое упорство. Вы всё-таки дошли, хотя мне казалось, что вы остановитесь на полпути или же попадёте в одну из моих ловушек. Но всё-таки вы здесь, а это значит, что пора начинать наше шоу перед обедом. И когда свет включился, мы поняли, что со Славей находимся в окружении моих теневых копий и что отступать нам просто некуда. К тому же Лена и чудик, куда-то пропали. Может всё же успели скрыться, где-нибудь. Только вот где? Единственный выход (он же вход) отсюда перегородила целая толпа теневых копий. Только они продолжали стоять по стойке «смирно» и не двигались с места. Интересно, они что, приказа от начальства ждут? И как говорится «вспомни его вот и «оно». Из толпы теневых копий, вышел один выделявшийся от остальных красными, горящими глазами в кромешной тьме, где должно было быть лицо. При этом он чему-то был без сомнения рад, потому как медленно и слишком наигранно хлопал. Я заслонил собою Славю, взял её за руку и как можно храбрее произнёс этому упырю: — Где Лена? Отдай её нам и возможно, я пощажу тебя. На что боггард лишь противно рассмеялся. — Ты? Пощадишь меня? — удивлённо спросил он. — Друг мой, по-моему, ты не отдаёшь себе отчёт в сложившейся ситуации. — А, по-моему, очень даже отдаю, — процедил сквозь зубы я, до хруста сжав кулаки и собирался одним ударом отправить этого урода в нокаут…, но просчитался. Хоть мой удар и дошёл до цели, он прошёл сквозь боггарда и я оказался лежащим на земле, с заломленными за спину тремя теневыми копиями, руками. Славю они тоже скрутили и крепко держали, хоть она и почти не вырывалась. Неужели она смирилась с тем, что нам настал конец? И судя по катящейся по её щеке крупной слезе, я понял, что так оно и есть. Но это же не значит, что мы должны сдаться! — Ты не ушибся, Сенечка? — с ехидством спросил меня Гард, присев рядом со мной на корточки. — Тебе ведь нужен я! Так и забирай меня, а Славяну отпусти! — стал упрашивать его я. На что Гард, даже на мгновение задумался, после чего изрёк. — Знаешь, у меня есть идея получше, — ответил он, подойдя к Славе вплотную. — Только тронь её! И я не знаю, что с тобой сделаю! — продолжал кричать я, пытаясь вырваться. — Тише, тише. Успокойся, — спокойно ответил боггард. — Никто её не обидит… по крайней мере, пока я этого не прикажу, — он убрал прядь волос со лба Слави и цокнул языком. — Такое милейшее создание, и связалась с таким неудачником. Где тут логика, я не понимаю? На что Славя молча плюнула ему в лицо, но лице (или что у него там вместо лица) Гарда ничего видно не было видно. Тем не менее, он брезгливо вытерся, прищурив правый глаз, после чего отвесил Славе ощутимую пощечину. Отчего меня всего затрясло от ярости, но вырваться я опять-таки не мог. Несмотря на ощутимый удар, Славя держалась как солдат, которого взяли в плен и пытали вражеские силы. — Не боишься меня, значит? Что ж, похвально. Люблю дерзких, — хмыкнул боггард, проведя рукой по её щеке, из-за чего Славя попыталась его укусить, но лишь бессмысленно, клацала зубами в воздухе, не задевая Гарда. — Какие же вы всё-таки смешные, людишки. Даже, когда проигрываете, стараетесь вести себя достойно и благородно, вместо того, чтобы просто смириться со своей участью. — Такие как ты не достойны жить, — прошипела Славя. — А ты у нас значит Бог, чтобы решать, кому жить, а кому нет, да?! — несколько повысил голос он. — Должен тебя расстроить, Славяночка, я ещё не собираюсь умирать, намериваясь прожить ещё очень долго. А при помощи физического тела твоего любимого Сени, я вообще собираюсь покинуть этот зацикленный мир, в котором я и многие другие были заперты уже очень давно. Так что это не из-за меня самого я стал тем, что вы видите. А из-за того просто не смог попасть обратно домой. Но что-то мы заболтались. Вы ведь мои званые гости, и по совместительству главные блюда сегодняшнего вечера. Ну? И кто из вас двоих хочет быть первым? И только я уже собрался сдаться, приняв свою участь, стать одной из теневых копий боггарда, как вдруг его что-то ударило, и он отшатнулся. Затем последовала ещё серия ударов, которые Гард успешно отбивал, пока он не поймал напавшего за руку. Мы со Славей (а возможно и все остальные в этой комнате) открыли рты от изумления: нашим нежданным спасителем оказался наш старый добрый проводник — чудик. Причём странно было то, что он мог прикоснуться к боггарду, и это наталкивало на мысль о том, что они «одного поля ягода». То есть, проще говоря, чудик, был таким же (ну или почти таким же), как и Гард. Однако тот был явно сильнее чудика, раз с лёгкостью смог отразить почти все его удары. — Ты? — удивлённо прошипел боггард, смотря в лицо нашему чудику, держа его кулак в нескольких сантиметров от своей физиономии. — Не думал, что снова увижу тебя, учитывая то, что этот (он ткнул пальцем в мою сторону) сделал с тобой в прошлый раз. Я смотрю, тебя не слабо потрепали, а друг? — Не… медленно… отпустить… — кряхтел чудик, пытаясь завершить свой удар. — Мда… Вижу после прошлого раза ты ещё и голову себе повредил, — цокнул языком Гард. — Ну, ничего, сейчас я вправлю её тебе на место. И каким-то невероятно быстрым движением Гард, вывернулся из захвата и свернул чудику шею. Отчего я грозно заорал, словно раненный лев, а Славя испуганно взвизгнув, сильно побелела, с ужасом в глазах продолжая смотреть, на бесчувственное тело чудика. — Ты монстр! Такие чудовища как ты, должны гореть в аду! — кричал я, продолжая пытаться вырваться. — Может быть, мы оба по-своему правы, — задумчиво произнес боггард, поглядывая на «дело рук своих». — Может, я и правда иногда перегибаю палку, но… мне всё-таки это чертовски нравится! — бешено вскрикнул он, подняв меня над землёй одной рукой, и вперил в меня два пылающих глаза, демоническим голосом произнёс. — Beidh mé ag ithe do Soul! (пер. с ирланд. — Я пожру ваши души!) После чего я начал ощущать, что силы покидают меня и очень хотелось спать. И когда я действительно думал, что вот он конец, боггард стал уменьшаться в размерах, до тех пор, пока я не оказался на земле, а его продолжало засасывать в какую-то странную чёрную лужу. Только на меня она совершенно не действовало. И судя по отсутствия тела чудика, вполне можно предположить, что-либо это странное «нефтяное» пятно его поглотило первым, либо то, что он сам стал этим пятном. Боггард начал дёргаться, судорожно пытаясь вырваться, тем самым ещё сильнеё погружаясь в эту странную чёрную лужу. При этом он отбросил меня в сторону, борясь за свою жизнь (если это можно было назвать жизнью). И когда эта бездна полностью поглотила его, лужа исчезла, словно той и не было. Оставшись без своего предводителя остальные копии, начали неожиданно исчезать, словно утренний туман. Причём даже показалось, что одна из копий даже сказал мне спасибо. Хотя может это мне и правда показалось от того, что боггард со мной только что пытался сделать. И хотя ноги ещё плохо слушались, я встал, помог Славяне подняться. — Нужно найти Лену, и бежать отсюда, пока не случилось ещё чего-нибудь похлеще, — сообщил я, постепенно и довольно быстро приходя в себя. Но не найдя даже признаков того, что она тут есть, мы решили для себя, что всё-таки её нет в живых и все наши поиски оказались напрасны. Расстроенные и подавленные, мы сумели найти короткую дорогу из этой шахты (а именно лестницу, ведущую прямо из шахты наружу), выбрались на поверхность, с изумлением замечая, что оказались на центральной площади лагеря, как раз напротив памятника нашему вечно молодому и вечно неизвестному (лично мне) советскому деятелю Генде. Напротив которого, на лавке спокойно кто-то сопел, подложив в качестве подушки книгу. И какого же оказалось моё с Славей удивление, что этим кем-то оказалась… наша Лена? Правда слегка потрёпанная, немного чумазая и в рваной форме. Зато живая. Естественно мы бросились обнимать и целовать Лену, от радости, что она жива —здорова и получив от неё невразумительный ответ, вроде: «Ну дайте же поспать», я со Славей облегчённо выдохнули и уселись на соседнюю лавку, чтобы прийти в себя от пережитого нами. Хотя сомневаюсь, что мы когда-нибудь забудем об этом нашем нежданном путешествии. — Как ты? Ничего не болит? Он тебя не ранил? — заботливо поинтересовалась Славя, осматривая меня на предмет ранений. — Вроде нет, — прислушался к своему организму я. — Разве что прыти немного поубавилось, но посплю часиков «цать» и уверен, что всё пройдёт. Спасибо за заботу. А с тобой всё хорошо? Славя молча кивнула, слегка вздрогнув. — Нормально, хоть и было немного жутко, — призналась она и по её щеке прокатилась слезинка. — Особенно после того, как нашему проводнику свернули шею. Бедняга. Мне его и до этого жалко было, а уж после такого… никто не заслуживает подобной смерти. — Согласен, — кивнул я. — Но мне кажется, что, то таинственное чёрное пятно, которое засосало боггарда, и внезапное исчезновение тела нашего проводника, всё это было явно неспроста. — То есть ты хочешь сказать… что этим пятном был наш обожженный друг? — предположила Славя. На что я пожал плечами, зевнул и обнял её. — Как говорил персонаж одного фильма: «есть вещи, которые нельзя изменить», — сказал я, пока Славяна устраивалась удобнее на моём плече. — Может быть, кому-то там в глубинах Вселенной было нужно, чтобы так произошло, как произошло. И ничего мы с этим поделать не можем. — Но наше будущее не высечено в камне, — выдвинула свою мысль Славя, посмотрев на меня. — И мы сами творим его. — Знаешь, в данном случае я с тобой полностью согласен, — ответил я, слегка целуя её, а она меня в ответ. Когда же мы с этим закончили, то просто уставились на чистое звездное небо, которое в городе просто не увидишь — Сень? — отвлекла меня от созерцания звезд Славя. — Что? — спросил я посмотрев на неё. — Я тут вдруг подумала: раз ты из другого времени и попал сюда внезапно, то может ли случится так, что ты снова неожиданно вернёшься обратно, — стала строить очередные гипотезы Славя. — Потому что я не хочу с тобой расставаться. Даже на день. Да что там день, даже час одиночества покажется мне вечностью. Мне вообще кажется, что между нами произошло нечто такое… прямо как у Шекспира. — Ты только глупостей никаких не делай, если такое вдруг случится, хорошо? — попросил её я, в шутку добавив: — А то, насколько я помню у Шекспира, многие произведения не очень весело заканчивались. На что Славя, слегка хлопнула меня по плечу, а после прижалась плотнее и закрыв глаза почти сразу уснула. Я же гладил её по голове, постепенно осознавая, что и на меня начинает наваливаться вселенская усталость. И только я закрыл глаза, как вдруг обнаружил, что… Еду в том же самом автобусе, с которого и началось это моё неожиданное путешествие. А может всё это был сон, и никакого пионерлагеря, как и встреченных там моих новых друзей и подруг там и в помине не было? И даже Слави? Моей недостижимой, но всё-таки сбывшейся мечты. Моего идеала. Той, без которой моя жизнь вновь перестала иметь всякий смысл. А может… хотя нет… ну, а если… нет, тоже всё не то… кстати, а куда я еду? Помню, что у меня была какая-то не то встреча, не то свидание? Посмотрев в мобильнике ежедневник, я всё вспомнил: у меня же была назначено свидание с моей таинственной знакомой, которую я даже не знаю, как зовут (только её прозвище), не то что ее внешность. Да и номер мобильника у неё я тоже не взял. Тоже мне, на свидание собрался, Казанова недоделанный. Хотя, а интернет нам на что? Благо она как раз в сети. Я только сообщил, что уже скоро буду и спросил, как я её узнаю? На что она, через минуту-две ответила, что у неё светло-русые волосы сплетённые в две тугие косы, голубые глаза, и что одета она будет в сиреневый свитер, джинсы, и розовые кроссовки. Хм… А что? Интересно. По крайней мере, так я её точно узнаю и ни с кем не спутаю. Написав ей, что-то вроде: «Скоро буду. Жди» я провёл оставшейся участок дороги за слушанием любимой музыки в плеере и поглядывая в окно. Приехав на вокзал, и пройдя немного до привокзальной площади (по дороге купив небольшой букетик цветов, в маленьком цветочном магазине, чтобы было видно, что я не с пустыми руками). Встал возле памятника неизвестному мне то ли поэту, то ли философу, то ли ещё кому, чтобы не мешать бесконечным толпам людей маячащих туда-сюда спокойно идти по своим делам. И просто ожидал встречи со своей неизвестной интернет знакомой. При этом тщательно продумывая, что я ей скажу при встрече. Параллельно выхватывая из толпы описанный ею образ. Но прождав на площади больше двух часов, я понял что меня попросту кто-то решил разыграть и немного расстроенный, засобирался ехать домой. Вот и верь после этого людям. Посмотрев на ненужный теперь букет, я было намеревался его просто выкинуть, но в последний момент, мне просто стало жалко выбрасывать в мусор, пусть уже чуть вялые, но всё же красивые цветы. Поэтому я не придумал ничего лучше как просто подарить их кому-нибудь другому. Хотя бы той продавщицы, у которой я их приобрёл (если это вообще была женщина, а то я так спешил, что мне был без разницы даже пол продавца). И как раз вовремя: та самая цветочница у которой я купил этот букет (на которой уже была куртка с капюшоном, джинсы и прикольные розовые кроссовки) видимо собиралась уже уходить, пытаясь закрыть свой магазин, опустив подъёмные ворота, чтобы потом повесить на них замок. Но у неё ничего не получалось и ворота ни в какую не желали опускаться. — Вам помочь? — поинтересовался у девушки я. — Не стоит. Я сама справляюсь, как видите, — прокряхтела она, всё ещё пытаясь «одолеть» заклинившие ворота, буквально повисая на них всем своим небольшим (судя по тонким ногам, в обтянутых джинсах) весом. — Давайте, я всё-таки попробую, — предложил я. На что девушка, оставила свои попытки справится с воротами, выдохнула, сняла капюшон и повернулась ко мне. Так это же… нет, не может быть. Хотя почему же? Очень даже может. Это же моя Славя: те же волосы, те же глаза, та же улыбка. Нет, это определённо была она. Или же моя новая интернет-знакомая. В любом случае, не стоит терять её из виду и более подробней потом расспросить. Вдруг она, ещё что-то (или кого-то) помнит… меня, например? — Раз вы так настаиваете, не смею мешать, — уступила мне она. Я же, передав ей свой букет, поплевал на руки и уже всем своим весом опустился на эти треклятые ворота, при этом отчего-то напевая: Наш дом уснул, но мир не ждёт. Зовёт дорога нас вперёд. Покуда шлёт лучи звезда, До грани ночи, а тогда, Уйдёт туман, исчезнет тень, И на последней строчке, ворота как по волшебству поддались и начали опускаться. — Спасибо вам большое, молодой человек, — улыбнувшись, ответила она, протягивая мне обратно букет. — Это по-моему ваше? — Вот как раз об этом-то я и хотел поговорить, — несколько замялся я, но быстро взяв себя в руки звонко, как солдат на параде, отчеканил. — Это вам. — Мне? — растерялась девушка, переводя взгляд с цветов, на меня и обратно. — А за что? — Просто так, — улыбнулся я, намериваясь уйти. — Подождите, молодой человек, — приостановила меня она. — Зовите меня Семён, — вежливо представился я. — Очень приятно, — кивнула девушка, пожимая мою руку в знак знакомства. — А я — Славяна. Хотя все зовут меня просто Славя. — Красивое имя, — подметил я, чем немного ввёл девушку в краску. — И главное редкое. У меня до вас ни одной знакомой Славяны не было. Я имею в виду среди друзей и знакомых, а не тех, о ком вы сейчас подумали. — Спасибо, — всё также приятно улыбаясь, ответила она. — У вас тоже имя красивое. — затем вспомнив зачем меня догоняла, Славя продолжила. — Понимаете, дело в том, что мне на секунду показалось, будто я вас знаю. Или знала когда-то. Как думаете, такое может быть? Я пожал плечами. — Вселенная полна загадок, милая моя, — философски подметил я. — Может и встречались, но уже не помним этого. — Нет, я определённо вас уже где-то видела, — всё ещё пыталась вспомнить Славя. — Только где? Да и мотивчик, который вы напевали, тоже мне знакомым показался. Но по-моему у вас эта песня не полностью была спета. Там ещё двух строк не хватает… как же они… что-то вроде та-та-та-та… — затем раздосадовано топнула ножкой и обиженно нахмурилась. — Не помню. Я же, в свою очередь, улыбнулся, взял её за руку и буквально прошептал эти две последние строчки: — Наступит новый све-етлый день. Све-етлый день, — после чего глаза Слави ещё сильней расширились, а улыбка, казалось вот-вот достигнет кончика ушей. — Сеня? Это правда ты? — не верила она, погладив меня по щеке. — А что? Похоже, что я так сильно изменился? — улыбнулся ей в ответ я. — Да так, не очень, — хихикнула она. — За исключением трехдневной щетины, — и буквально через мгновение, мы оказались в объятьях друг друга, целуясь. — Я верила, что мы всё-таки встретимся, — говорила она, когда порывы нежности слегка поутихли. — Шестое чувство подсказало. — И ты ему доверяешь? — скептически спросил я. — Иногда да, — снова улыбнулась Славя. — И что сейчас тебе твоё это чувство говорит? — поинтересовался я. Славя на мгновение задумалась, а после выдала. — То, что всё у нас теперь будет хорошо, — и мы с ней снова крепко-крепко поцеловались, не желая отпускать, друг друга ни на секунду. И с этого самого момента, всё так и было: я переехал в этот город, устроился на хорошую работу, мы со Славяной поженились и живём душа в душу. И я понял, что Славя стала для меня не просто самым близким и родным человеком. Она стала моей мечтой, также как и я её, которые мы вместе сумели достичь, невзирая ни на какие беды и неприятности на нашем пути. И я уверен, что теперь-то уж у нас точно всё будет хорошо. (получено достижение — «Новый, светлый день» Концовка Славяны) У каждой истории есть начало и конец. У каждой истории есть своя фабула, синопсис, ключевые моменты, прологи и эпилоги. И нет такой истории при повторном прочтении, которой не всплывали моменты, незамеченные ранее. У каждой истории есть начало и конец. Почти у каждой… Хотя…