Бабочка и Сокол

Сирена срабатывает ровно в четыре часа тридцать четыре минуты утра, звук разносится по коридорам, достигая жилых комнат. Проснувшись, Кёнсу все ещё плохо соображает, что происходит, он льнёт к Сухо всем телом, пока ему помогают надеть халат и тапочки. Они выходят в коридор, Сухо не ослабляет хватку на талии Кёнсу, и присоединяются к толпе людей, направляющихся к главному зданию. Ещё слишком рано, чтобы кто-то мог полностью осознать ситуацию, но вот же он - момент, которого они так боялись. Он наступил раньше, чем они ожидали, раньше, чем они могли предположить. Все офицеры стоят в ряд напротив вычислительного пункта, скрестив на груди руки, на лицах застыло серьёзное выражение, хотя трудно не заметить в их глазах страх. Кёнсу видит Бекхёна с Чанёлем, расположившихся ближе к центру, поэтому они с Сухо направляются к ним. Бекхён выглядит самым проснувшимся и настороженным из них всех, дрожа всем телом, он притягивает к себе друзей и обнимает. - Они собираются напасть на Азию, - говорит он почти шёпотом как раз в тот момент, когда маршал авиации выходит вперёд, готовясь произнести речь. Когда он начинает говорить, все в зале испуганно замолкают, затаив дыхание. - Для многих это может показаться неожиданностью, - произносит он. Он говорит громко, адресуя речь всем присутствующим, хотя у него слегка дрожит голос. Он тоже боится, и именно это наконец заставляет Кёнсу поверить в реальность всего происходящего. Он делает судорожный вдох и придвигается поближе к Сухо, его единственное успокоение сейчас - внезапное тепло от его объятий. - Но мы готовились к этому моменту несколько лет, и я верю в то, что сейчас среди нас лучшие из лучших. И вы готовы дать отпор, - он оглядывает всех с тем чувством, которое можно назвать гордостью. - Всем медикам следует пройти на свои посты. Готовьтесь. Теперь не только для нас понадобится ваша помощь, - Кёнсу, Бекхён и остальные медики кивают в знак понимания. Маршал посылает им ответный кивок, он выглядит почти довольным. - Всем пилотам надлежит быть в состоянии готовности на случай, если понадобится ваша помощь, кроме Сухо... Глаза Кёнсу в ужасе расширяются, он инстинктивно сжимает крепче руку Сухо. Нет, нет, пожалуйста, только не он, Кёнсу хочет кричать, но не может. Вот оно. - Ты нужен нам для ответной атаки. К семи часам утра будь готов вылетать, - он закусывает губу и сходит с маленькой трибуны, чтобы подойти к молодому пилоту. - Уничтожь их раньше, чем они смогут на нас напасть. Ты лучший пилот, которого я когда-либо встречал. Не подведи нас, хорошо? Сухо кивает, его лицо - серьёзная, непроницаемая маска. Кёнсу кажется, что он единственный, кто видит сквозь неё - Сухо так же страшно, как и всем им. Когда маршал удаляется, чтобы дать офицерам более чёткие указания, Сухо вновь берёт Кёнсу за руку, а затем ведёт его через толпу прочь из зала. - Джунмён, - мягко произносит Кёнсу. - Мне нужно идти готовиться с остальными. Сухо качает головой. Сейчас он выглядит очень встревоженным, его обычно сияющие глаза померкли от страха; это проявление эмоций он позволяет видеть только Кёнсу. Он ускоряет шаг, и Кёнсу приходится перейти на бег трусцой, чтобы поспевать за ним. - Ты нужен мне больше, чем им, - говорит Сухо, когда они останавливаются возле комнаты, которую Кёнсу раньше делил с Бекхёном. Она чуть ближе той, где они живут с Джунмёном. И только когда чужие губы скользят по его шее, а его обнажённую спину вжимают в закрытую дверь, Кёнсу понимает, почему Сухо так отчаянно это нужно. Возможно, это их последняя возможность побыть вместе. ***** Кёнсу был бы так горд, если бы обстоятельства отлета Сухо не были настолько печальными. Ему очень идёт его форма, белые брюки обтягивают его мускулистые бёдра сильнее, чем им положено, а лётная куртка свободно обхватывает его талию, благодаря его широким плечам. Он держит под мышкой шлем и дыхательную маску, направляясь в сторону самолёта, где ждёт его Кёнсу. Сухо выглядит так, словно вымученная улыбка стоит ему невероятных усилий, она превращает его лицо в некрасивую гримасу. Он кладёт шлем на землю рядом с собой, а затем притягивает к себе Кёнсу, крепко вцепляясь пальцами ему в талию и пряча лицо у него в волосах. То, как он дышит, озаряет Кёнсу пониманием того, что сейчас они оба находятся в одинаковом положении - наслаждаются последними мгновениями, которые они могут провести вместе, прежде чем Сухо уйдёт на войну с мизерными шансами когда-либо вернуться. - Посмотри на меня, Кёнсу, - твёрдо говорит Сухо, когда они разрывают объятия. Он помещает обе руки Кёнсу на плечи и заставляет его встретиться с ним взглядом. - Послушай меня, хорошо? Что бы со мной ни случилось, - Кёнсу приоткрывает рот, чтобы возразить, но Сухо прижимает к его губам палец, и он замолкает. - Что бы ни произошло, мне нужно, чтобы ты был сильным, хорошо? Я не единственный, кто тебя любит. - Джунмё... - Сухо качает головой, заставляя его снова замолкнуть. - Пообещай мне одну вещь, Кёнсу. Если они доберутся до базы, то мне нужно, чтобы ты не слушал никого и прятался. Я уже поговорил с Бекхёном и Чанёлем. Ты же знаешь тот старый потайной ход в лесу недалеко от ангара? Пойдёшь туда, они тебя там встретят. - Я не могу... - пытается возразить Кёнсу, но взгляд Сухо становится ещё серьёзнее, и он снова закрывает рот, чуть кивая в ответ. Он всё равно знает, что когда придёт время, то не станет прятаться, он должен выполнять свою работу, он наденет свою военную форму и будет сражаться вместе со всеми, но чем меньше Сухо об этом знает, тем лучше. - Я догадываюсь, о чём ты сейчас думаешь, - Сухо вздыхает, снова обнимая Кёнсу, обвивая руки вокруг его плеч. Он начинает дрожать, когда Кёнсу нежно касается пальцами его талии. - Ты должен жить. Ты обязан. Ты обязан пережить эту войну, чтобы в будущем стать шеф-поваром и завести семью. Если ты пообещаешь мне это, Кёнсу, я умру счастливым. Обещаю. Только спрячься. - Эти мечты для меня ничто, если ты не будешь их частью, - с трудом выдавливает из себя Кёнсу, прежде чем дать волю слезам. Он прижимается лицом к шее Сухо, чтобы приглушить всхлипы, и они стоят так целую вечность, просто забывшись в ощущениях друг друга. Теперь уже неважно, если их кто-то увидит. Кёнсу рад, что время течёт медленно, поскольку он ни за что никогда не хочет отпускать Сухо. Они высвобождаются из объятий друг друга, услышав, как кто-то рядом прочищает горло. Кёнсу кажется, что это сон, когда он оборачивается и видит, что перед ними стоит Кай со скрещенными на груди руками. На нём чуть большая для него лётная форма, а с его запястья свисает на ремнях шлем. - Сухо, - выкрикивает он, притворяясь обиженным. - Куда это ты собрался без меня? Сухо смотрит на него, словно лань, пойманная светом прожектора. Кёнсу тычет его в бок, и он, кажется, приходит в себя, делая глубокий вдох, и оглядывает экипировку друга. - Кай, - он выдыхает, чуть качая головой. - Я думал, ты... - М-м, нет, - Кай улыбается, подходя ближе и затягивая их обоих в групповое объятие. - Крис прямо при мне порвал моё заявление. Сказал, что я сделаю глупость, если уйду. - Тогда где же ты был? - Дома, - с легкостью отвечает Кай самым безапелляционным тоном. - Но я вернулся, как только узнал... давай их всех порвём, а, Сухо? - Кай, нет, - теперь в голосе Сухо слышится отчаянье. - Не надо. Останься здесь. Останься с Кёнсу. Позаботься о нём ради... - он на миг замолкает, сглатывая, - нас. - Мы всегда летали вместе с самого начала, Сухо, - резко отвечает Кай, не давая возможности возразить. - Я не собираюсь просто стоять здесь и смотреть, как ты улетаешь. Я лечу с тобой, нравится тебе это или нет. - Кай... - Сухо снова и снова качает головой, его хватка на Кёнсу ослабевает, когда он протягивает руку, чтобы схватить Кая за запястье. - Пожалуйста, просто останься здесь. Ему нужен кто-то рядом. Звук артиллерийского орудия разносится эхом по территории базы, заставляя Кёнсу в неожиданном приступе паники ещё теснее притянуть пилотов к себе, с силой сжимая их в объятиях. Он не хочет их отпускать... не может. Он не может представить себе жизнь без кого-то из них. Они оба ему дороги. - Наш сигнал, - шепчет Кай, мягко вырываясь из хватки Кёнсу, а затем коротко целует его в лоб. Его губы на долю секунды задерживаются у его лица, Кёнсу чувствует чужое дыхание на своей коже и на такую же долю секунды думает, что Кай сейчас поцелует его по-настоящему. И Кёнсу не уверен, что смог бы его остановить, если бы тот попытался. Но в конце концов Кай просто уходит, не сказав больше ни слова, он направляется к одному из ожидающих их истребителей. Он до ужаса спокоен для человека, идущего навстречу собственной смерти, думает Кёнсу. Сухо встаёт одной ногой на ступеньку выдвижной лестницы и поворачивается, чтобы в последний раз взглянуть на Кёнсу, который стоит неподалёку, его руки опущены и сжаты в кулаки. - Ты не умрёшь, - уверенно произносит Кёнсу, удивляя этим даже самого себя. - Ты обещал, что не умрёшь. Только не сейчас, когда у тебя появилось то, за что стоит сражаться. - Ты прав, - улыбка на губах Сухо слишком слаба, но она есть, и когда он произносит одними губами "я люблю тебя", Кёнсу чувствует, как по спине бегут мурашки. Он отступает назад, как только Сухо оказывается в кабине пилота и заводит двигатель. Он в последний раз машет рукой, а затем закрывает дверь. Кёнсу машет в ответ, не прекращая до тех пор, пока самолёт не уносится по взлётной полосе и не взмывает в небо, присоединяясь к другим истребителям, собравшимся над базой. - Он вернётся, - говорит Кёнсу сам себе, прежде чем отвернуться, направившись в сторону главного здания. Он вернётся. Интересно, сколько раз потребуется это сказать, чтобы он действительно в это поверил. ***** Сухо действительно возвращается, но только после двух самых ужасных недель в жизни Кёнсу, за это время у него образовались тёмные круги вокруг глаз, а щеки втянулись. Он выглядит так, словно не ел несколько дней, и, возможно, это правда. Кёнсу заключает его в свои объятия, на которые тот никак не реагирует, и тащит его в свой кабинет, где усаживает на кушетку. Сухо ненавидит шприцы, но совершенно не вырывается, когда Кёнсу закатывает его рукав и ставит ему капельницу. Ведь нельзя терять ни секунды. - Ты вернулся ко мне, - Кёнсу разрешает себе снова дышать, когда состояние Сухо стабилизируется, но он не чувствует себя таким уж счастливым, как предполагал, ожидая его возможного возвращения. Сухо кивает и протягивает к нему трясущиеся руки, чтобы вяло ухватиться за рубашку Кёнсу. Его трясёт, а в уголках глаз скапливаются слёзы. - Я видел, как он падал, - наконец произносит он хриплым голосом. Кёнсу уже чувствует, как у него разбивается сердце; ему не нужно дальше слушать, чтобы понять, что произошло. - Его самолёт. Я видел, как он падал. Он не вернётся, Кёнсу. Его больше нет. Kим Джонин (КАЙ) Статус: пропавший без вести (с 7-го октября 2042) Самолёт подбит на территории противника Поиск: ведется Fin~ От переводчика: I did it! Я перевела первый в моей жизни миди! УААААААА!!! Спасииииииибо всем моим читателям, кто на протяжении всего моего перевода поддерживал меня, без вашей помощи я бы не справилась!))) *посылает лучи любви* Надеюсь, вам эта история понравилась так же сильно, как и мне. ^_^ Кстати говоря, она на этом не заканчивается, у фанфика есть сиквел. Если будут желающие прочитать продолжение, я с радостью возьмусь за перевод после Нового года. А по поводу предупреждения про "смерть персонажа", я подумала и пришла к выводу его убрать, так как: - у автора этого предупреждения нет - мы будем верить в хэппи-энд, ведь пока жива надежда, жив и персонаж ^_^