Есть ради чего жить.

      «Прошу, убейте меня… прошу, разорвите меня… я не хочу так» Разряд! «Нет, прошу…» Давайте, разряд! «Умоляю…»       Резкая боль во всем теле окутала парня, не выдержав эту нестерпимую боль он издал болезненный крик. Она не прекращалась, она словно разрывала его на части, он не переставал дрыгаться в конвульсиях ужаса, которую он испытывал на тот момент. Брюнет с изумрудными глазами, в которых можно было утонуть, чуть ли не плача молил о том, что бы его спасли, чтобы наконец этот кошмар закончился. — Прошу не умирай… ты… ты мне нужен… Винсент, — парень мог уже вот-вот свалиться с ног если бы его не поддерживала не много старше медсестра.       Запах спирта не сразу привел в чувство фиолетового друга. Сморщив свой задернутый маленький не много поцарапанный носик, откашлялся, выплюнув сгустки кровавой слюны. Послышался монотонный противный женский голос. — Мистер Бишоп, вы меня слышите?       Хотелось промолчать, забыть что она сказала, но если бы не ответил, они бы напоили его ещё большим количеством лекарств. — Д-да, я слышу вас, — дрожащим голосом произнес юноша. — К вам хотел зайти молодой человек, его зовут Скотт. — Д-да, пусть за-йдет, — все так же продолжал отвечать как робот охранник.       В не большую светлую комнату зашёл его друг, он был перепуган до смерти, его чудная не много загорелая кожа превратилась бледно болезненный оттенок, те яркие изумрудные глаза уже были не такие как раньше — наполненные страхом и слезами. Его руки дрожали при каждом столкновение ветерка. Он был похож чем-то на стеклянную статую или же на милую куколку. Не теряя ни минуты и не смотря под ноги он подбежал к Бишопу и не много приподнял того от подушки, почти каждое прикосновение было холодным и не аккуратным, но парень старался делать это всё как-то по нежнее. Винсент не открывал глаза, он не хотел смотреть в эти милые жалкие глаза наполненные слезами и своим стыдливым взором, но он уже всё представлял. — Господи, Винсент… ты жив, — всё не прекращая плакать говорил он.       Тот не ответил в свою очередь, он покорно молчал, не хотел заводить сейчас разговор. — Винсент.., — произнеся желаемое имя он обнял своего баклажанчика, которой прижался к нему как маленький котёнок. Винсент не мог подобрать слова, он сжимал его помятую одежду всё сильнее и сильнее, случайным образом их губы соприкоснулись, но кажется им было на это наплевать, открыв свои глаза он думал уж промолчать, но вспомнив события несколько часов или же дней назад, он замер, вспоминая… — Скотти, что я натворил? Во что я превратился? — с легкой улыбкой произнес он, по его глазам можно было прочитать, что тот явно скоро станет рёвой-коровой.