С Дону выдачи нет!

Однако на этом испытания не закончились. Свадебный поезд с молодыми, с дружками и «падрушками» лихо, не замедлив свой ход, влетел во двор атаманской усадьбы через костер, горящий прямо в воротах. «Колдун», сидящий рядом с новобрачным, важно пояснил: - От кылдаства! У высокого крыльца их встречали, уехавшие чуть раньше Адриан Карпович и Агаша с хлебом солью на вышитом рушнике и иконой Спасителя. Отломив по кусочку хлеба и окунув их в солонку, склонили головы в поклоне, получив благословение иконой, от расчувствовавшегося старого атамана. Потом, хлюпающая носом Агаша подала им белый платок, велев держаться за его концы и так заходить в дом, сама идя следом и пришипётывая: -«Друшко за платощик – фсигда шоп диржались, шоп за прыталку аци ни прислонились рукою, а то эти кылдуны, фсе ведьмы – ани фсё заговаривають: на пярилах, на энтих»! Владимир, с тревогой косился на Анну, переживая, что не может сейчас поддержать её, если она вдруг оступится, ибо лестница была высокой с неширокими ступеньками. Но та, грациозно приподняв подол белоснежного платья, придерживала его одной рукой, другой держась за конец плата, повернула прелестную головку, ласково улыбнулась мужу, чуть кивнула и спокойно начала подниматься вверх, идя с ним, нога в ногу. В гостиной, освобожденной от всякой мебели, был накрыт длинный стол для свадебного пира, в центр которого, Агаша усадила новобрачных. Рядом с женихом уселся «колдун», зорко оглядевший комнату и чему-то довольно хмыкнув, по другую сторону, рядом с невестой сел Адриан Карпович. Сразу вслед раздался топот, и в гостиную, один за одним, стали заходить степенные бородатые казаки под руку с дородными казачками, одетыми в дорогие наряды. Они важно кланялись и, неторопясь, рассаживались. Владимир понял, что это был высший «свет» здешнего казачьего общества. В распахнутые настежь окна доносился веселый гомон, заливистый смех, женские взвизги. Там устраивались за богато обставленными различной снедью столами, станичники и жители села, которые по обыкновению, без приглашения, сами приходили на такие торжества. Начались тосты за царя, за войскового атамана, за Всевеликое войско Донское, за старого атамана Денисова, за молодых «князя с княгинюшкой». После встал «колдун» , поднял серебряный кубок, наверняка, добытый в каком-нибудь турецком походе, начал торжественную речь: - «Желаю здравствовать молодому «князю с княгинею»! Атаману нашему, Адриану Карповичу, всем любящим гостям, не всем поименно, но всем поровенно. Что задумали-загадали, определи Господи талант и счастье. Слышанное видеть, желаемое получить, в чести и радости нерушимо!» В ответ раздалось громкое и дружное: - «Определи Господи»! Спустя короткое время, после принятия нескольких чарок за здоровье молодых, высшая «знать» в гостиной повеселела, начались веселые песни, задорные пляски. Однако, про молодых не забывали, дружно заставляя их целоваться под громогласное «горько». Анна краснела, опуская глаза, медленно поднималась и, не смея смотреть на Владимира, послушно подставляла свои губки, которых он нежно касался, держа её головку за подбородок и слегка отворачивая в сторону от любопытных глаз гостей. А она по окончании поцелуя, смущенно утыкалась ему в плечо. Сие разухабистое действие ему изрядно надоело, но прервать его было невозможно, и приходилось терпеть. Он видел, что Анна устала, что ей тоже всё это не нравится и, держа её за руку, украдкой успокаивающие гладил тонкие пальчики. Она ничего не ела, только лишь изредка пощипывала черные виноградинки из вазы с фруктами, стоящей напротив их тарелок, заполненных стараниями «колдуна» различными кушаниями, к которым они так и не притронулись. Обоим кусок в горло не лез. Владимир иногда отпивал из бокала небольшой глоток взвара, принесенного ему по уговору Агашей. В самый разгар веселья, барон увидел домоправительницу, поставившую напротив них большое блюдо с голубцами и зачем-то кивающей рядом сидящему «колдуну». Тот кивнул в ответ, встал и громко пригласил молодых выйти в круг, который гости тут же живо образовали. Из распахнутых настежь окон вдруг зазвучали веселые переливы популярного немецкого вальса Шуберта. Владимир изумленно повернулся к окнам и, вытянув шею, узрел посредине двора сидящий на лавках, небольшой оркестр. Перевел растерянный взгляд на атамана, который довольно улыбался и утвердительно кивал ему, чем привел в замешательство. Это был большой сюрприз, совсем не предусмотренный самим бароном. Он и не предполагал никаких танцев, учитывая занятость Анны на всех этих примерках и подгонках платьев, он о них даже не подумал. Иначе бы, конечно, разучил с ней хоть несколько па. Мысленно чертыхнувшись, как на старика, не предупредившего его, так и на самого себя, бестолкового, быстро взял себя в руки. Повернувшись, к ничего не понимающей Анне, ободряюще улыбнулся, шагнул ближе, шепнул: - Ничего не бойся, милая, это всего лишь танец, я помогу. Завладев её руками, положил их себе на плечи, потом обнял тонкую девичью талию и, слегка приподняв её, закружил в такт чарующей музыке. Он смотрел ей в испуганные глаза, ласково улыбаясь, без конца повторяя: - Всё хорошо, Анечка, всё хорошо. Улыбнись, ну, улыбнись! Анна сначала несмело улыбнулась, потом глаза засияли счастливым светом, а улыбка стала ослепительно-счастливой. Всё вокруг исчезло, кроме волшебной музыки и их самих, подчиняющейся её законам. Однако, такое кружение было Анне непривычно, он увидел, как её глаза тихонько закрываются, понял, что перестарался и, замедляя движение, остановился, поставив её на пол. Продолжая крепко держать за талию одной рукой, другой прижимая к себе склоненную головку. Звуки вернулись, вокруг послышались одобрительные возгласы: - Любо! – перестукивания шашками об пол и лихой свист. По-иному свой восторг казаки выражать не умели. Впрочем, молодым эти восторги были и не нужны. За окнами грянули звуки зажигательного галопа, казаки, те, что помоложе, подбоченясь и, лихо заломив папахи, подкручивая усы, выскочили в круг и пустились в пляс. Владимир почувствовал прикосновение к плечу, обернулся и увидел улыбающуюся Агашу, заговорщицки делающую приглашающие жесты рукой и пятящуюся к дверям, мимо гостей, всецело поглощенных казацкой пляской. Придерживая Анну за талию, обрадованный Владимир двинулся за ней следом. Пройдя замысловатыми коридорчиками, очутились возле высокой двери, украшенной цветочной гирляндой. Сразу поняв её предназначение, удивленно посмотрел на Агашу, наряду с охватившим волнением, почувствовав смутную тревогу,не сочтут ли гости, а тем паче атаман, их уход за неуважение? Однако возле Агаши тут же возник «колдун», которому та почтительно поклонилась в пояс и отворила двери. Старый казак, разглядев на лице новобрачного удивление, снисходительно пояснил: - Не бойсь, Ваш Благородие, обычай таковский у казаков, засветло молодых почивать укладывать. Потому как рано будят. Погодьте тута, - и быстро прошел в комнату. Что уж он там делал, барон не увидел, т.к. Агаша двери за ним затворила. Что-то начала шептать и креститься. Что-либо понять Владимир не успел, «колдун» быстро вышел, внимательно посмотрел на Анну: - Душа у тя дева чистая, – кивнул в сторону барона – Повезло Их Благородию! – повернулся к «Благородию» – Коли не забидишь свово ангела, нипочем порчу ни навесть, ни разлуку наслать. Благодать с вами! Нагнувшись, постелил белый плат в дверном проёме, благословил: - Чрез плат шагайте. Любовь промеж вас, долго живите, деток рожайте. Всё ладком да рядком. Ну, ступайте! Владимир подхватил Анну на руки и, широко перешагнув через платок, оказался в празднично украшенной комнате с затворенными окнами, с большой кроватью у стены, застеленной белоснежным бельем с причудливым подзором и с ворохом разномастных подушек, с резной ширмой в углу, возле изящного старинного туалетного столика, с не менее старинным инкрустированным большим зеркалом. Все кругом было обсыпано лепестками разноцветных цветов, росших или выращенных в поместье атамана либо поблизости, в том числе и красных роз. Барон осторожно поставил жену на пол, с волнением и нежностью глядя на неё. Она смотрела смущенно, заливаясь румянцем, наконец, не выдержала, опустила глаза и уткнулась головкой ему грудь. В комнате стало темнеть, Владимир удивленно поднял голову и увидел, что кто-то со двора закрывает им ставни. Пожалел, что не сможет дольше посмотреть в любимые глаза. А они в этот раз, обрели удивительно глубокий синий цвет, с золотистыми искорками и сияние то было – любовь. И ему очень хотелось, чтобы и Анна видела в его глазах такую же любовь. - А-а-нечка – позвал он ласково. Она мотнула головой и сильнее прижалась к нему, обхватив его руками за талию. - Ну вот, отпусти я тебя сейчас, сбежишь? – шепнул, наклонившись к маленькому ушку и колыхнув легкую вуаль. Анна резко вскинула голову: - Ну что ты, что ты! И помыслить не могу. Это раньше, я любовь свою боялась выказать, ведь ни на что не надеялась. Боялась, смеяться все будут, а ты тем более. Теперь навсегда с тобой рядом, куда ты, туда и я. - Больше не будешь бояться? - С тобой нет! - А сама сейчас меня боишься? - Не-е-т!- закрыла лицо руками, – Неловко. Я же ничего не знаю! Корф улыбнулся, взял её маленькие ладошки в свои руки, ласково поцеловал: - Ты забыла? Мы с тобой теперь муж и жена, одно целое, всё будем постигать вместе! – и, пытаясь скрыть дрожь в голосе, вдруг охрипнув, прошептал: – Поцелуй меня! Лицо Анны сразу стало серьезным, она протянула ладошку, ласково погладила его по щеке, потом подняла другую и положила её ему на плечо, приподнялась на цыпочки и смогла достать только до подбородка, ласково проведя по нему губами. Барон тут же наклонился и сам поймал её сладкие губы в плен, ближе притягивая её тело к себе. Чувствуя, как зашумело в голове, как все тело охватило жаром, как сердце забилось где-то возле самого горла. Анна застонала, упираясь ладошкой ему в грудь, он опомнился, прервал поцелуй, ставший чересчур жадным, прижался лбом к её лбу, мысленно уговаривая себя не торопиться и не пугать её. Потерся носом об её носик, лизнул его, она тихо засмеялась. - Щекотно. Вздохнул с облегчением – Не испугалась, – ласково попросил: – Анечка, давай снимем фату? Хочу гладить твои волосы. Она послушно кивнула, подняла руки и стала освобождать голову от фаты, собирая заколки в руку. Фата невесомо соскользнула на пол, освобождая прическу. Владимир стал помогать, запустив в неё свои пальцы и извлекая на свет божий заколки, бросая их на пол и расплетая длинную толстую косу. Однако, коса была слишком длинная и пальцы его в конце концов запутались в пушистых волосах. Что-то прошуршало и с легким стуком упало на пол, девичьи пальцы сплелись с его пальцами, помогая распускать спутанные пряди. Полагая, что только мешает в привычном для неё деле, убрал свои руки и стал гладить шелковистую головку, потом взяв милое личико в ладони, принялся его ласково целовать. Поднял на руки и понес к белеющей и ждущей их постели. Посадив Анну на край кровати, опустился перед ней на колени, сначала перецеловал все пальчики, потом осторожно приподнял юбки и освободил маленькие ножки от туфелек, чувствуя её внимательный зачарованный взгляд. Поймал её ладошки, гладящие его голову, снова их все перецеловал, опустил и завел свои руки ей за спину, нащупывая тугие завязки. Нашел стянутый узел, развязал, разматывая тесемки и освобождая тонкое тело от препятствия его рукам, не переставая целовать личико и гибкую, запрокинутую шейку, чувствуя губами жаркими быстро пульсирующую на ней жилку. Горячечно шепча: – Анечка, Анечка, Анечка! – словно позабыв все те слова, что жили в его сердце с того момента, как понял, что любит её и получая в ответ её тихие всхлипы. – Владимир! Так отвлекаясь от раздевания на поцелуи, то ли, наоборот, от поцелуев на раздевание, тихонько уложил на прохладные простыни божественно красивую, обнаженную Анну. А когда быстро разделся сам и склонился к любимой, с огорчением увидел закрывающие лицо маленькие ладошки. Оперся на локти, нависая: - Что Анечка? – стал целовать тонкие пальчики и пытаясь раздвинуть их языком. - Стыдно как. – послышался приглушенный шепот. - Анечка, между мужем и женой, не может быть ничего стыдного. Посмотри на меня, родная! Пальчики чуть раздвинулись. Он улыбнулся и снова их поцеловал. - Разве твои родители не ходили вместе в баню? В одежде ведь не моются. Пальчики раздвинулись сильнее. – Прости. Я смешная, да? - Любимая и желанная! Я так давно мечтаю о тебе, в снах своих тебя всегда любил. А ты? Я тебе снился? – замер в ожидании ответа. Пальчики дрогнули, освобождая любимое лицо и касаясь его щек. - Снился! Каждую ночь снился. – услышал смущенный ответ. - А что тебе снилось, А-анечка? - Я не всегда могла вспомнить, что снилось, просто знала, что это ты. - Я целовал тебя в снах? - Д-а-а! – выдохнула счастливо. - Так? – поцеловал в одну щечку, потом в другую. - Та-ак! – уже протяжным шепотом. - А так? – нежно прильнул к губам. - Д-а-а! Любый мой! Любый! – всхлип на грани слуха, когда отстранился, а тонкие руки оплели ему шею. - Моя царевна-лебедь! – выдохнул он. И всё вокруг замерло и исчезло, кроме их сладких губ, ласковых рук, нежных прикосновений, сладостных вздохов и постижения великого таинства любви. Он проснулся первым, от света, хлынувшего в спальню из-за открывающихся ставней. Скосил глаза на сладко спящую на плече Анну. Если бы его сейчас спросили, что он в данный момент испытывает, у него, скорей всего, не хватило бы слов для описания своего состояния. В душе всё пело, сердце ликовало, ему обнимающему самую прекрасную женщину на свете, казалось, что он парит вместе с ней. Это счастью в груди было так тесно, оно вырывалось и возвышало. Нежность, страсть, радость всё сейчас переплелось. Хотелось снова бесконечно целовать, но, не решаясь это делать, боясь разбудить, виновато подумал, что за ночь утомил любимую своими ласками. Он просто смотрел и любовался ею, мысленно целуя любимые черты. Она, видимо, почувствовала его взгляд, пошевелилась и открыла глаза. - Доброе утро, любимая. – прошептал барон. – Как спалось моей несравненной баронессе? Баронесса смутилась и уткнулась носиком ему в шею. Владимир осторожно повернулся, обнимая её и прижимая к себе. - Анечка, ты не хочешь со мной разговаривать? А я мечтал, что ты меня поцелуешь, когда проснешься? Зря мечтал? Анна тут же обняла его за шею, уткнулась теперь уже носиком ему в щеку и тихонько начала тереться им, сдвигаясь к подбородку. Мягкие девичьи губы осторожно коснулись мужских губ, замерли, потом решительно прильнули к ним, заставив их обладателя задохнуться от счастья и сильнее сжать тонкое тело. Теперь Владимир уже не сдерживал себя, с жаром целуя самую любимую и единственную свою женщину, получая в ответ не менее жаркий отклик. Однако насладиться этим утром им не дали. В дверь постучали и раздался голос Агаши: - Аннушка, вставать пора, пока одеёмся, уж и гости на парог. Владимир вздохнул, с сожалением посмотрел на Анну, с прикрытыми в неге глазами, чмокнул в носик. - Прости, но надо вставать. У нас впереди целая жизнь, много-много сладких ночей и бесконечное количество поцелуев. – крикнув в сторону двери: - Встаём! Накинув халат, отнес Анну за ширму, не забыв всю обцеловать и вгоняя её в краску, впустил Агашу с ворохом одежды. Рядом с ней стоял «колдун» и Семёныч. Отодвинув барона, «колдун» быстро прошел к кровати. Владимир, сжав кулаки, рванулся к нему, весь похолодев от мысли, что сейчас тот начнет искать следы невинности и заберет простынь с собой для показа. Однако Семеныч схватил его за руку, приговаривая: - Ваш, Благородь, Ваш, Благородь, не можно! Но «колдун», откинув одеяло, не стал больше ничего делать, хмыкнул и, развернувшись, быстро вышел из комнаты, по пути подмигнув новоиспеченному мужу. Семеныч отпустил руку барона: - Не прогневайтесь, Ваш, Благородь, закон таков, обычая древняя. Тамака уж казаки на базу ждуть, кады «кылдун» красный флажок на крыше вывесить. – развел руками. – Не можно пренебречь. Уважать супружницу Вашу будут. – снова потянул за рукав. - Я уж все приготовил, умою Вас, да одеваться надобно, Адриан Карпыч волнуется, ждёт. Потома-ка возвернетесь, Агафья, мабуть уж оболакает Аннушку, заберете ея. Пайдема-кось, Ваш, Благородь! Владимир вздохнул, глянул на ширму, за которой раздавалось звяканье и звуки льющейся воды. Плотнее запахнул халат и покорно пошел вслед за прихрамывающим Семенычем. Умытый, побритый и одетый в щегольское гражданское платье, Владимир вернулся в спальню за Анной. Агаша заканчивала ей прическу, возле туалетного столика с зеркалом. Вот, наконец, последняя заколка, поддерживающая белую розочку в прическе, была подколота и, Анна, встав с банкетки, повернулась к мужу. А он замер, снова забыв, как дышать. Ибо, перед ним была сказочно красивая, небесная нимфа, в голубом платье из газа, отделанное всевозможными белыми кружевами, бантиками, лентами. С декольте, открывающим дивные плечи, с жемчужной ниткой на тонкой шее, подаренной им перед самой свадьбой. Высокая прическа, украшенная сбоку живой белой розочкой, завершала образ красавицы. Этот голубой цвет необыкновенно шел к её глазам, счастливо сияющими глубоким синим светом. Она улыбалась ему, протянув навстречу руки, взволнованный её голос, заставил его очнуться. - Владимир! – засмеялась. - Вы снова меня не узнали? Он кинулся к ней, целуя поочередно маленькие ладошки, восклицая: – Как Вы прекрасны, Анна! Обняв за талию, слегка прижал её к себе, шепнув в маленькое ушко: - Моя царевна-лебедь, моя баронесса! Послышался голос Агаши: - Королевишна она у нас, как есть королевишна, прынцесса заморска. Адриан Карпыч, поди, тож не узнает. Ну да, потома-ка намилуйтесь, пойдемте-кось, заждались уж, поди, все. Оба сначала вздохнули, потом рассмеялись. Анна церемонно вложила свою ручку в согнутую в локте руку Владимира и, они не сдерживая счастливые улыбки, вместе шагнули в новую супружескую жизнь.       Медовый месяц их, проведенный в поместье, тактично оставленного им в безраздельное пользование, отъехавшим в Таганрог старым атаманом, был хмельным и, действительно, медово-сладким. Однако, барон в своем безраздельном счастье не забывал об учебе ненаглядной супруги, впрочем всегда заканчивающейся счастливым смехом и жаркими поцелуями. Месяц пролетел быстро, вернулся Адриан Карпович, горестно вздыхающий, глядя на молодых. Агаша ходила с мокрыми глазами. Даже Семеныч и тот, стал часто смахивать набежавшую слезу. Пора было прощаться и отправляться в путь, в Москву, где их уже ждала тетушка, Надежда Петровна. Провожать их вышла почти вся слобода. Старый атаман, опираясь на трость, бодрился, благословил их на дорогу, надавав кучу наказов, Агаша плакала, без конца крестилась сама и крестила молодых, что-то шепча себе под нос. Никита, молча стоял возле Анны и неотрывно глядел на неё. А она поклонилась ему в пояс со словами: - Спасибо за всё тебе, Никитушка, прости и не держи зла. Буду молиться за тебя, чтобы ты обязательно нашел свою судьбу и был счастлив. - Ну что ты, Аннушка. За что сердиться? Сердцу не прикажешь, знаю. Лишь бы счастлива ты была, мне и отрада. Подошел Владимир, отдавший последние приказания, что, как и где должно быть уложено на дорожной телеге. Протянул Никите руку со словами благодарности и пожеланиями удачи. Обнявшись по очереди с Адрианом Карповичем и с Агашей, наконец, уселись в дорожную карету и двинулись в долгий свой путь, завершившийся спустя три года в Петербурге. За это время они побывали во многих странах Европы, полюбовались Брандербургскими воротами, величественным Нотр-Дам де Пари, мрачным Тауэром, развалинами Колизея, мостами Толедо. Восхищаясь европейскими красотами, Владимир с тетушкой не забывали про учебу баронессы, нанимая ей в столицах педагогов по музыке и вокалу, у Анны обнаружился чудный, красивый голос, учителей танцев и всевозможных наук, коими должна обладать дама высшего общества. В Париже у супругов родился прелестный сероглазый мальчуган, названный в честь деда Иваном. Что немного задержало их возвращение домой, путешествовать с крошечным малюткой, семейство опасалось. Эпилог Князь Михаил Репнин, держа бокал с шампанским в руке, рассеянно посматривал по сторонам большой залы Зимнего Дворца, где шумел музыкой и людским гомоном бал, данный цесаревичем Александром по случаю рождения сына, Великого Князя Николая. Ожидая окончания танца вальсирующей, любезной его сердцу супруги Елизаветы Петровны, поднес к губам бокал, собираясь сделать освежающий глоток, как вдруг замер, устремив свой взгляд на только что вошедшую пару. Пара была необычайно, гармонично-красива. Высокий темноволосый мужчина с внимательными серыми глазами и его маленькая спутница, белокурая голубоглазая нимфа, в безупречно-изысканном платье цвета Помпадур*, прекрасная, как богиня. С удивлением он узнал мужчину, это был его друг, барон Владимир Корф. Кто была его прелестная спутница? Её нахождение рядом с бароном под руку, который, будучи женатым на бывшей своей …, тут Михаил оборвал себя, продолжив думать по-другому – и путешествующим с ней по Европе, вызывало недоумение: - Корф нашел ей там замену? Быстро поставив бокал на поднос проходящего слуги, кинулся к вошедшему другу с возгласом: - Владимир! Корф! Тот повернулся, на лице отразилась неподдельная радость, тотчас заключил друга в объятия. Однако, оба быстро опомнились и отстранились друг от друга, излишние эмоции на балах не приветствовались. Окружающие стали на них оглядываться, глядя кто с любопытством, кто с осуждением, однако взоры всех вскоре переместились на красивейшее создание, стоящее рядом с возбужденными от встречи друзьями. Впрочем, друзья тут же забыли о произведенном на окружающих впечатлении, ибо радостно жали руки друг другу. - Владимир! Какими судьбами? Ты когда вернулся? Почему меня не известил? – засыпал Репнин Корфа вопросами. - Мишель! – смеялся Владимир. – Ты мне руку оторвешь. Извини, так вышло. Не успели мы приехать, как дворецкий подает нам приглашение от цесаревича – развел руками - Понятия не имею, откуда он узнал о нашем приезде. Сам, понимаешь, мы не могли пропустить такое событие. Хотя записку я тебе послал, но она, верно, уже не застала тебя дома. - Владимир! Как я рад, как рад! - Репнин продолжал возбужденно говорить. – Ты и представить себе не можешь, как мне тебя не хватало, дружище. - Ну, отчего же, очень даже представляю. Мне тоже тебя не хватало. Позволь, – повернулся барон к своей спутнице, с улыбкой наблюдающих за ними, – Позволь представить тебе мою жену. Баронесса Анна Петровна Корф. Пораженный Михаил, сбитый с толку сочетанием слов баронесса Анна, постарался ничем не выдать своё состояние, прищелкнул каблуками, кивнув головой в ответ на изящный книксен благородной молодой дамы, и с благоговением приложился к протянутой ручке, затянутой в длинную белую перчатку. Подняв голову и увидев близко черты баронессы, замер от восхищения. Вблизи она была еще прекрасней с удивительно правильными чертами лица: точеный подбородок, маленький носик, соболиные брови вразлет, длинные темные ресницы, глаза небесной синевы, чуть припухшие красиво очерченные розовые губы. - Бог мой, если эта та самая Анна, за которой Корф когда-то отправился на край земли, то его можно понять – такие мысли неожиданно пришли в голову смятенному князю. Однако, надо же было что-то говорить: - Весьма рад, сударыня нашему знакомству. Владимир мало рассказывал о Вас, даже в письмах, больше о путешествии и о виденных красотах. Но я его понимаю и прощаю, Вашу красоту невозможно описать словами. Баронесса слегка улыбнулась, склонив голову: - Зато мне о Вас, князь, как о своем самом близком друге, Владимир очень много рассказывал. Мне бы очень хотелось видеть Вас с супругой в нашем доме. - Да, Мишель, - встрял Владимир. - Будем рады видеть вас с Лизой у себя. У меня, кстати, вернее, у нас с Анной, есть для тебя одно важное дело, просьба. Мы надеемся, что ты нам не откажешь. - Как ты можешь так говорить, Владимир? Ну, конечно, я всегда готов тебе во всем помочь!- воскликнул Репнин. - Прекрасно! – обрадовался друг, с улыбкой переглянувшись с женой, оглянулся вокруг. – Ну, что бал? Ты уже танцевал? И где Лиза? Не терпится поприветствовать её. - О, Лиза! – скорчив скорбное лицо, удрученно поведал. - Лизавета Петровна, вышедши за меня замуж, необычайно полюбила шумные балы и готова до утра исполнять мазурки с котильонами, и бесконечно вальсировать. - Что тебя, я смотрю, огорчает. – усмехнулся Корф. – Помню твою нелюбовь к увеселениям. - Особенно к тем, которые приводят к неприятному финалу. – не остался в долгу Репнин. - Право же, господа, посмотрите, как здесь весело, стоит ли вспоминать о былом, когда впереди много больше интересного. – прервала дружеский спор Анна. - Как скажешь, душа моя! – тотчас отреагировал барон, поднося ручку жены к губам и целуя, виновато заглядывая ей в глаза. Князь, глядя на семейную идиллию друга, испытал непривычное для себя зарождающееся чувство в груди, затрудняясь в его определении, боясь назвать его ревностью. Но, похоже, так и было. С этим надо было что-то делать и он не нашел ничего лучше, как обратиться к Владимиру: - Владимир, ты позволишь пригласить свою жену на вальс? - Изволь, Мишель. – кивнул головой барон. - Надеюсь, что у Лизы не все танцы расписаны, и мне тоже выпадет честь станцевать с нею? - Я тоже на это надеюсь. – засмеялся Репнин. Повернулся к Анне, учтиво кивнув головой и слегка поклонившись, произнёс: - Сударыня, не окажите ли Вы мне честь, танцевать со мной тур вальса? Анна сдержанно наклонила голову в согласии и грациозно присела в книксене, после подав ему руку. Ведя её в круг вальсирующих, краем глаза успел заметить, как к внимательно наблюдающему за ними Владимиру, подскочила радостно изумленная Лиза, вовремя остановленная им выставленной вперед баронской рукой. Репнин вздохнул, живость жены, и долгое житьё в поместье сказывалось, несмотря на все его старания, приучить её к правилам светской жизни. Владимир, сейчас по сути, спас не только её репутацию, но и их дружбу, ибо немедленно поползли бы недвусмысленные толки, вынудившие бы Михаила вызвать друга на дуэль, спасая честь своей жены. Он увидел, как побледнела Анна, узрев, видимо, тоже неловкую картину. Приобняв её за талию, закружил под звуки вальса, отвлекая, спросил: - Во время путешествия, Вы с Владимиром надолго останавливались в столицах? Довелось ли вам бывать на тамошних балах? Каково там общество? Вам понравилось? Анна быстро метнула взгляд в сторону беседующих Владимира с Лизой, румянец вернулся на прелестные щечки, потом коротко взглянула ему в лицо и, мило улыбнувшись, ответила: - Да, нам довелось везде повстречать соотечественников, они были очень любезны, знакомясь с нами, и обязательно приглашали нас на балы и в светские салоны – она оживилась – Иногда, муж встречал своих знакомых и даже боевых товарищей по Кавказу. Я была этому обстоятельству очень рада. Встречи в этих случаях всегда были теплыми и радостными, а сколько воспоминаний. Правда некоторые из них доставляли мне огорчение, но я утешалась мыслию, что мой муж сейчас жив и здоров, и находится подле меня. - Вы правы, Анна, некоторые моменты лучше не вспоминать. Но зато у вас теперь есть прекрасные воспоминания о путешествии, и я горю желанием услышать Ваши рассказы. - Всенепременно расскажем, как только вы с Лизаветой Петровной посетите нас. – кивнула баронесса. Вальс закончился, и, подводя Анну к Владимиру, Репнин увидел, что тот уже крепко жмёт руку цесаревичу Александру. Оглянувшись на подошедших, цесаревич, как Репнин сразу понял, моментально проникся красотой баронессы и через минуту знакомства с ней уже увлёк её в зазвучавшую мазурку. Князь сочувственно посмотрел на нахмурившегося барона напряженно следящего за венценосным кавалером Анны: - Я хотел тебя спросить, надеюсь, не сочтешь мой вопрос бестактным? Он не идет у меня из головы с первой минуты, как увидел вас. - Анна? – с усмешкой перебил его Владимир, поворачиваясь к Михаилу всем корпусом – Да! Это та самая Анна! Тебе это неприятно? - Владимир, ты успел забыть, что я твой друг? –огорчился князь. - Я в восхищении, и должен тебе сказать, что прекрасно понимаю тебя. Анна достойна быть баронессой Корф. И, кстати, зря смотришь зверем на Александра. Ведь после этого танца никаких вопросов к Анне ни у кого не возникнет. Она уже принята в общество, коему мы принадлежим. Ты поступил правильно. Хотя... нелегко тебе придется. Красота и прелесть твоей жены привлекают слишком много внимания. - Ничего – буркнул тот. – Надеюсь, ей больше по душе придется жизнь в поместье. – оживившись, продолжил: - Да и некогда будет ездить по балам, куча маленьких детишек, не дадут ей для этого времени. Репнин рассмеялся, взглядом отыскивая свою жену, увлеченную очередным кавалером на танец. На следующий день князь Репнин с женой, посетил дорогих друзей в столичном особняке, получив от них приглашение погостить в имении в Двугорском, а также оказать им честь крестить их маленького сына Ивана. КОНЕЦ * - один из оттенков розового цвета Список использованной литературы: Индийский поход 1801, Походы в Индию в проектах российских военных и политических деятелей XVIII - начала XX вв. Диплом, курсовая и реферат самостоятельно — Реферун: http://www.referun.com/n/pohody-v-indiyu-v-proektah-rossiyskih-voennyh-i-politicheskih-deyateley-xviii-nachala-xx-vv#ixzz3SgEGqGzf http://jurnal.org/articles/2009/hist7.htm, http://www.superinf.ru/view_helpstud.php?id=5441, http://maxpark.com/user/1330679642/content/2002822, http://dic.academic.ru/dic.nsf/es/77603/ кавказская война – академик. http://student.zoomru.ru/history/gosudarstvennaya-ohrana-v-pervoj-polovine/135446.1053811 http://donvrem.dspl.ru/Files/article/m1/9/art.aspx?art_id=1110 http://tkowwd.dax.ru/index.files/Page3866.html http://www.liveinternet.ru/users/feodoris/post217484259/ http://proza.ru/2007/12/10/178 http://pohodd.ru/article_info.php?articles_id=712 http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_biography/19654/Денисов http://www.ruguard.ru/article/read/subordinacija.html http://www.zooclub.ru/horses/47-9.shtml - словарь лошадиных терминов. http://festival.1september.ru/articles/594540 - Нравы и традиции донского казачества в XVIII–XIX веках http://www.open-air.ru/open-air-promo/113-cossack-cuisine.html- казачья кухня http://www.zaimka21.ru/kazachya-kukhnya- казачья кухня http://do.gendocs.ru/docs/index-171289.html - паспорта для путешествия за границу http://loveki.ru/museum/maps/westrussia1909.jpg - карта европейской части россии 19века http://www.bukanovskay.ru/forum/3-27-1 - обряды казаков http://razdory-museum.ru/c_wedding-3.html - свадебный обряд донских казаков http://coolreferat.com/Традиционная_казачья_свадьба http://svadba-vals.ru/sovety-i-idei/svadebnye-tradicii/tradicii-narodov/svadba-u-donskih-kazakov.html - Свадьба у донских казаков http://www.svadba-club.ru/information/wedding - венчание в церкви http://www.realove.ru/main/svadba_i_venchanie/obriad-pravila-venchania-v-cerkvi.htm- обряд венчания http://www.liveinternet.ru/users/fox-cub77/post287967200 https://www.livemaster.ru/topic/916457-balnye-platya-xix-veka http://fb.ru/article/135517/plate-veka-foto-kak-odevalis-jenschinyi-v-veke https://vk.com/topic-14114302_26429749