Всегда один и тот же сон...

Она снова здесь. Коноха живет собственной, повседневной жизнью. Кипучей, деятельной, постоянной. Снуют туда-сюда озабоченные лавочники, стараясь как можно более выгодно преподнести свой товар, над их головами бегают по проводам и крышам шиноби с отчетами и документами. Возле коробки с кошкой и новорожденными котятами сгрудились ребятишки, то и дело посматривая на остановившихся неподалеку поболтать мам. Она выделяется среди толпы так, как будто ее нарисовали отдельно. Забранные на затылке светлые волосы, яркие, как свежее сливочное масло, белоснежный халат с символикой Конохи, под ним - строгая узкая юбка и белоснежная блузка с расстегнутым воротом. Ветер задувает пыль на ноги в открытых изящных босоножках. На нее невозможно не обратить внимания... если бы кто-то видел ее. Женщина шагала в толпе, не огибая, не извиняясь, потому что не задевала никого из окружающих. Ее для них не существовало. Белоснежно-солнечный призрак. Она снова здесь. Уже который день, засыпая, оказывается в другой Конохе. Ее знакомые и друзья здесь молоды, у них иная судьба, совершенно другие характеры. И они не видят ее. Никто, абсолютно никто не замечает, она - призрак. Может проходить сквозь стены или прыгать прямо перед носом. Никакой реакции не произойдет. Если все дело в гендзюцу, единственные, кто может помочь - это Учиха. Проблема в том, что она еще ни разу не дошла до их квартала. То отвлекалась на собственные исследования, то просыпалась раньше. А на следующую ночь все повторялось сначала. Но в этот раз она решила пойти до конца. Перед клановыми воротами остановилась, глубоко вздохнула. Кто знает, может, здесь ее кто-нибудь и заметит. Даже Мадара не все знал о возможностях Шарингана. Если остальные люди напоминали суетливых муравьев, то Учиха - муравьев деловитых, важных. Солдат или военных, крупных и вальяжных, но точно также суетящихся. И они не видели ее тоже. Женщина помахала рукой перед лицом Фугаку Учиха, тот даже глазом не моргнул. Как и не было ее. Плечи невольно опустились, она пошла к озеру, находящемуся возле одного из тренировочных полигонов клана. Там по крайней мере тишина, и можно подумать о своем, о женском. О том, как она оказалась в этой Конохе. Существует ли эта Деревня на самом деле? И самое главное - почему? Для чего ее забросило сюда? На берегу озера сидел подросток в черной рубашке с гербом клана Учиха на спине и бросал камушки, стараясь, чтобы каждый улетел как можно дальше. На губах женщины сама собой возникла улыбка. Точно так же их в свое время бросал Мадара, у него до самой смерти сохранились точный прицел и твердая рука. Так ей рассказывала Тсунаде-ба-чан. Неожиданно мальчишка обернулся. Настороженно зыркнул красивыми глазищами. И женщина с удивлением узнала маленького Итачи Учиха. Черты лица уже потеряли детскую опухлость, глубокие складки начали свой путь от уголков глаз. Кстати, кто сказал, что Итачи похож на отца? По мнению женщины, так он маленькая мужская копия своей матери, Микото Учиха. Такие же стрелочки ресниц, такие же миндалевидные, темные, глубокие-глубокие глаза, непроницаемо черные, как вода ночного озера. Странно было видеть его маленьким, таким, как на детских фотографиях. - Кто вы? - спросил он, в руке блеснул кунай. Сердце бешено забилось, и призрак опустилась на траву, ноги подкашивались и отказывались держать ставшее неожиданно тяжелым тело. - Ты меня видишь? - пораженно спросила она. Мальчик осторожно кивнул. - Ну, да.... Так кто вы? И что забыли на клановом полигоне? Кто пустил вас сюда? Женщина широко улыбнулась, развела руками. - Никто. Я сама пришла. Потому что меня, кроме тебя, больше никто не видит. Вся фигура подростка выражала сомнение в словах собеседницы. Но тут мимо прошла женщина из клана, приветливо махнула рукой мальчишке. И невидящим взглядом скользнула по тому месту, где предположительно сидела женщина. Та взмахнула руками над головой, показала язык. Даже пару раз гавкнула. Ничего, ее не видели. - Только я тебя вижу? - Ага. Парень опустился на траву, запутал пальцы в гладких волосах. - Я схожу с ума, - авторитетно заявил он. Женщина хихикнула. - Вряд ли. Лично я предполагаю некую технику, которая переместила меня в вашу Деревню. При учете, что все происходящее не является плодом моего воображения. Потому как в данный момент я сплю в своей кровати, в другой Конохе. - Другой? А как тебя зовут? - Наруто Узумаки. А ты - Итачи Учиха. Взгляд снова стал подозрительным. - Ты знаешь меня? - Я знаю другого тебя, из моей Конохи, - Наруто устремила взгляд на гладь пруда. - У нас там все иначе, все совсем по-другому. Но лица одни и те же, хотя роли исполняют другие. В груди возникло знакомое тянущее ощущение. - Прости, мне пора! Я постараюсь вернуться как можно скорее! - Наруто махнула рукой. И ее утянуло в темноту. Сон тщетно пытался разорвать дребезжащий ор будильника. Наруто высунула руку из-под одеяла, хлопнула по старинному механизму, отчего тот спрыгнул на пол и продолжил звонить уже там. Женщина специально в свое время не стала менять будильник, так как этот умудрился пережить ее подростковый период и даже продолжал звонить. Обычная двухкомнатная квартира в центре Листа, солнце рвалось в распахнутые настежь окна, сквозь тонкие светлые занавески. Наруто прошлепала босыми ногами до ванной. Хотелось принять душ и взбодрить себя чашечкой кофе. Несмотря на выработавшиеся привычки и рефлексы, по утрам вставала она тяжело. На книжном шкафу и комоде стояли многочисленные рамочки с фотографиями. Не прекращая скоблить челюсть щеткой, Наруто принялась рассматривать их. Обычные, знакомые до мелочей. Они с сестрой с родителями, просто они с сестрой. С бабушкой Тсунаде, с крестным Джи, с Третьим после открытого урока. Дни рождения, выпуск из Академии, присвоение звания чунина, а затем и джонина. Вся ее жизнь была запечатлена на глянцевых страницах. Ее реальность. Но сон все никак не хотел отпускать, он казался таким настоящим. Подлинным. И тот Итачи... такой миленький! Наруто сварила кофе, непрестанно зевая, выпила сразу две порции, после чего ее разум согласился, что да, наступило утро очередного рабочего дня. Путь до госпиталя занимал от силы пять минут. По дороге Наруто заглянула в пекарню, купила несколько булочек. Попозже, после утреннего обхода, выпьет с девчонками из регистратуры еще по чашечке кофе. В госпитале поздоровалась с улыбчивой Мей, сидящей на приеме, помахала рукой парочке пациентов, пока быстро шагала к кабинету. Накрахмаленный белоснежный халат лег на плечи, обдавая приятной свежестью, сохранившейся с ночи. Кстати, в той Конохе она всегда оказывалась в рабочей форме. Очень странно. Тсунаде, как глава госпиталя, настояла на введении единой формы для всех, кто работал в госпитале на постоянной основе. Так и во время ЧП легче заметить медиков и обратиться к ним за помощью. Наруто работала в отделении для гражданских пациентов, хотя в экстренных ситуациях, когда не хватало квалифицированных рабочих рук, проводила операции пострадавшим шиноби. Она сама пошла на такой расклад, а Тсунаде согласилась, чтобы остальные ирьенины не привыкали к палочкам-выручалачкам и учили хоть что-нибудь сами. Сейчас она уже стала главой "гражданского" отделения, хотя раньше никто не верил, что потомственной Узумаки хватит... нет, не сил - терпения для кропотливой, трудоемкой и грязной работы шиноби-медика. - Наруто-сан, - в кабинет заглянула Мей, - выпьете с нами кофе? Тора принес замечательные конфеты, ему брат привез с задания из Страны Волн. Наруто улыбнулась, отложила в сторону последнюю заполненную историю. Негласное правило госпиталя: первый час медиков не трогать, те заняты бумажной волокитой. - С удовольствием, Мей. Девушка просияла, кивнула и убежала ставить чайник, а Наруто вытащила из печати булочки, распаковала и выложила на тарелку. Такие простые, но приятные будни ей нравились. Нравилось чувствовать уважение коллег и жителей Деревни, их признание, даже забавное прозвище - Подсолнух - радовало. Ей нравилась ее жизнь. Но почему тогда ее швыряет в другую реальность? - Привет, - сестра улыбнулась, присаживаясь за столик в кафе. - Как дела? Пакостите помаленьку? Наруто засмеялась. - Скорее, занимаемся мелким терроризмом. Брови сестры наигранно удивленно взлетели. - Да? И в чем конкретно это выражается? Должна же я знать, придумывать тебе алиби или нет. - Выбили у Хокаге разрешение на расширение госпиталя и реставрацию его с помощью Ямато, - Наруто аккуратно отделила ложечкой кусочек пирожного, положила в рот и блаженно прикрыла глаза. - Заодно его самого проверим, а то бегает от медиков, как и его семпай. Сестра рассмеялась, но затем посерьезнела. - Но ты ведь меня не для этого пригласила. Что тебя беспокоит, Нару? Узумаки-младшая помрачнела, посмотрела в сторону дороги. Менма всегда отличалась проницательностью, в том, что касалось ее сестры - особенно. Это качество позволило ей стать самым молодым руководителем АНБУ, сменив на данном посту Шимуру Данзо. Глава Корня считал старшую Узумаки своей преемницей, с легкостью доверил все дела. И Корень, как таковой, перестал существовать, объединившись с остальной частью специального отряда. Менма руководила строго, но справедливо, некоторые даже поговаривали - правила железной рукой, но миссии всегда выполнялись успешно, потери среди боевого состава были маленькими, так что никто не роптал. В отличие от своего предшественника, в политические игры старшая Узумаки не играла. Наруто посмотрела в синие, как у нее самой, глаза сестры, на дне которых плескалась тщательно скрываемая тревога. Меньше всего на свете она хотела доставлять неприятности Менме, заставлять ее беспокоиться. Но близняшка не поняла бы, если бы младшая вздумала промолчать. Такие разные и такие одинаковые близнецы. Одни черты лица, одинаковые родимые пятна-усики на щечках, одинаковые улыбки, одинаково яркие синие глаза. Но Менма брюнетка, а Наруто - блондинка. И они никогда не перекрашивались, не разыгрывали посторонних. Почему - не знали, просто не хотели. - Мне снятся странные сны, - тихо начала она. Вот, за что она любила Менму. Та не стала смеяться, перебивать, наоборот, подалась вперед, отставив чашку с кофе, и приготовилась внимательно слушать. А Наруто не знала, как рассказать, как объяснить. Ее беспокоили ее спонтанные путешествия, но больше всего тревожило странное ощущение необходимости. Она обязана там быть и точка. Пугающе, волнующе. На работе удавалось отвлечься от зудящих, словно укус пчелы, мыслей, в конце концов, она профессионал своего дела. Но вот в свободное время раздумья одолевали со страшной силой. - В них я оказываюсь в другом мире, похожем на наш, но все равно... ином. Там тоже есть Коноха, есть такие же шиноби, как и у нас. Но меня никто не видит, я словно призрак, не существую. Могу ходить, где угодно, слушать, для меня нет преград. Да, кстати, один человек меня все же заметил. Это Итачи Учиха. На вид ему в той Конохе лет десять, может, чуть больше. Менма побарабанила пальцами по столу, выражение лица ее было крайне серьезным. А Наруто не отводила взгляда от перчаток сестры, перетянутых красно-коричневыми ремнями с мелкими шипами. - Все это странно и непонятно, - наконец произнесла она. - Тебе в тех снах ничего не грозит? - нахмурила брови. Наруто мотнула головой. - Нет, ничего. Менма слегка расслабилась. - Хорошо, - она облегченно выдохнула. - Тогда я попробую поискать что-нибудь в архивах АНБУ. Знаешь, Данзо был еще тем хомяком, особенно когда работал вместе с Орочимару. Возможно, в их общей документации имеется что-то полезное. Не знаю, посмотрю. Ты тоже подумай, постарайся запомнить особенности перемещения, выявить цикличность и так далее. - Хорошо, - Наруто кивнула. - Спасибо, сестренка. Менма посветлела лицом, улыбнулась, крепко сжимая ладонь младшей. - Не говори глупостей! Для чего еще нужна семья? - Привет, - Наруто приземлилась рядом с Итачи, так же, как и при первой встрече, сидящем на берегу озера. - Ты не приходила неделю, - подросток старался выдержать ровный тон, но в нем проскальзывали нотки обиды. - Прости, но я не контролирую это, - перевела взгляд на воду. - Я выяснил. Ты действительно не из нашего мира. В Конохе сейчас только один Наруто Узумаки, сирота, джинчурики Кьюби. Итачи говорил резко, отрывисто. И хмурился, хотелось разгладить морщинку между бровей. Наруто попыталась взъерошить длинные гладкие волосы. Обычно, при прошлых экспериментах, она проходила сквозь людей и предметы, но сейчас ей удалось дотронуться до шелковистой гладкости тяжелой гривы. Как легкий ветерок прошлась она по черному шелку, заправила прядь за ухо. Учиха посмотрел с долей удивления. К нему что, никто никогда не прикасался с лаской? Или не привык принимать ее от посторонних? - Ты можешь показать мне этого Наруто? Хочу увидеть его. Отрывистый, как и слова, кивок. Парень подскочил и помчался вперед. Наруто полетела за ним. Проблем с удержанием скорости в призрачном теле не имелось, она не чувствовала тяжести рук и ног, летела, как тот же ветерок. Дом почти на окраине Конохи, сиротский приют, ободранный, с облупившейся местами краской. Во дворе играли дети, но один мальчишка сидел в стороне. На щечках его, прокладывая по пыльным щечкам светлые дорожки, блестели слезы. Он яростно и резко вытирал их, хлюпал носом, стараясь не показывать своей слабости. Какой-то мальчишка подошел, толкнул его, жестко, болезненно. Наруто вскочил, сжал кулаки, но его противник оказался крепче, выше и сильнее. У женщины сжалось сердце. Как можно обижать такого миленького ребенка? Маленькое солнышко с круглыми щечками, немного более худощавый, чем положено в его возрасте, но все равно бойкий. Не сдавшийся. Хотелось надавать подзатыльников. И в первую очередь приглядывающей за детьми воспитательнице. За то, что та демонстративно отворачивается в другую сторону. - За что они с ним так? - Наруто с болью взглянула на своего спутника. Итачи отвернулся, направился обратно. Говорить он старался, не разжимая губ, чтобы не привлекать внимания. Беседующий сам с собой шиноби непременно вызовет подозрения. Наруто в последний раз оглянулась на своего тезку - на свою маленькую копию - и последовала за Учихой. Это он, ее версия из данного мира. Наруто Узумаки. Она, но только мальчик. И судьба у него не в пример хуже, чем у самой Наруто. Они вернулись к озеру, Итачи снова сел под дерево, взял камень и бросил в воду. - Он джинчурики. В день его рождения демон-Лис вырвался из печати и разрушил половину Деревни, многих убил. Его запечатали в Наруто, но мальчишку все равно ненавидят, отождествляют с Кьюби. - Идиоты, - пробурчала женщина. Итачи с интересом и любопытством покосился на нее. - А разве ты тоже не джинчурики? От неожиданности вопроса женщина захлопала глазами. - Нет, - она взлохматила волосы на затылке по старой, еще детской привычке, - у нас нет джинчурики. И демонов тоже нет. - Как это? - озадачился Итачи. Наруто прикрыла глаза, слушая шелест ветра в кронах дерева над головой, вспоминая уроки истории, которые проходила еще в Академии. Много воды утекло с тех пор. - Наверное, у нас часть истории общая. Мадара Учиха и Хаширама Сенджу основали первое скрытое поселение, так? - Итачи кивнул. - При этом они являлись перерождением двух сыновей Рикудо-сеннина, Ашуры и Индры. Сыновья не ладили между собой, но в новой жизни сумели подружиться. И решили избавить мир от причины всех ссор, от главного и самого опасного оружия - демонов. Они объединили усилия и с помощью техники Рикудо навсегда отправили биджу прочь из нашего мира. За всю историю существовала только одна джинчурики - глава клана Узумаки, Мито, жена Первого. Но при изгнании, демона из нее вынули, умудрившись сохранить принцессе жизнь. Итачи водил кончиками пальцев по нижней губе, что-то обдумывая. Молчание не было неуютным или давящим, наоборот, Наруто нравилось оно. Женщина вспоминала, как завидовала сестре, когда та объявила, что выходит замуж. Брак был выгоден внутренней политике Конохи, но не это заставило Менму соединить свою судьбу с выбранным мужчиной. Они любили друг друга. И пусть не показывали этого внешне, пусть их ссоры слышны были издалека, они оставались вместе вот уже десять лет. Наруто завидовала им белой завистью. Крепости их уз, самому факту существования человека не из родственников, которому можно доверить... себя, самую свою суть. - Как у вас относятся к клану Учиха? - Итачи очнулся от раздумий, теперь он сверлил взглядом гостью из другого измерения. - Сенджу и Учиха при создании поселения разделили власть. За первыми осталась внешняя политика, дипломатия и так далее. За вторыми - внутренняя безопасность. Им подчиняются АНБУ, они же курируют Академию, в то время как Сенджу - госпиталь. В общем, кланы-основатели равны в правах, в Совете их голоса имеют одинаковый вес.... Ее снова утащило домой. Узумаки села в кровати, подрагивая от рассветного холодка. Будильник стойко перенес удар, благоразумно выключившись. Что не так с кланом Учиха в том мире? - Нару, мы к тебе! - сестра открыла дверь своим ключом, но постучала по косяку. За ее спиной темнел озабоченной и встревоженной тучей муж. Наруто отжала тряпку и разогнулась. - Проходите, я сейчас, только душ приму, а то запачкалась - жуть просто! Движение всегда успокаивало, помогало лучше построить мысли, способствовало размышлениям. Сидеть на месте Наруто не привыкла. Что происходит с кланом Учиха? Почему Итачи при последней встрече выглядел таким измученным? Зачем позволяют обижать маленького Наруто, сына Четвертого Хокаге? В том, что отец малыша Минато, женщина не сомневалась. В конце концов, оба они пошли в папочку внешне. Ну, почти, за исключением лицевых черт - тут уже мамина заслуга. Хорошо бы посоветоваться с кем-нибудь, однако Узумаки боялась, что ее сочтут сумасшедшей. А Менма не давала о себе знать. Впрочем, архивы бывшего Корня велики, не удивительно, что она там окопалась. Когда Наруто вышла из душа, Менма уже заварила чай, вынула печенье из шкафчика и сделала несколько бутербродов. Итачи внимательно следил за хозяйничающей женой, в его глазах - откровенная ласка. Наруто на миг представила на его месте маленького, того, Итачи, и покраснела смущенно. Поэтому уткнулась в кружку с горячим напитком, чтобы скрыть предательский румянец на щеках. - Снова там была? - Менма беспокоилась. Ее выдавали резкие движения, она теребила ремни, обматывающие ее черные перчатки без пальцев. - Да. Узнала, что местная я - на самом деле мальчик. И джинчурики. Муж с женой переглянулись. Итачи кивнул, и Менма вздохнула. - Нару, только не отказывайся сразу. Я покопалась в свитках, но ничего конкретного не нашла. Вернее, мы с Итачи отобрали несколько вариантов. И нам нужно посмотреть твои воспоминания, ощущения, чтобы восстановить картину. Не хочется обращаться к Иноичи, чтобы не впутывать посторонних. Все же это наши семейные дела. Взгляд Итачи обжег жену теплотой, а Наруто облегченно вздохнула. Она боялась, ожидала чего угодно, но Менма как всегда поддержала, не стала поднимать панику. Родителям, скорей всего, тоже ничего не рассказала. Это и правильно, не стоит волновать. У главного мастера фуиндзюцу и Хокаге всегда полно забот. - Ты же доверяешь Итачи? Он применит Цукиеми, так надежнее. Наруто только молча кивнула. Муж сестры поднялся плавным, гибким движением. И она не смогла не сравнить его с матерым, уверенным в себе хищником. Старший из братьев мог сколько угодно притворяться пацифистом, хотя на самом деле опаснее гения клана зверя в Конохе не имелось. - Пойдем, тебе лучше прилечь на диван, так как ты будешь переживать все ощущения заново. Желательно, чтобы ты находилась в расслабленном положении, - голос мягкий, негромкий, но глубокий, как и у того Итачи. С той лишь разницей, что у зятя он уже стал взрослым. - Ты со всеми, к кому применяешь Цукиеми, так любезен? Итачи дернул уголком губ, обозначая усмешку. - Нет, но обычно я не использую данную технику не для... получения ответа на свои вопросы. - Как всегда тактичен до невозможности! - Наруто легла. - Я готова. И погрузилась в красно-черный иллюзорный мир. Итачи быстро нашел в ее разуме нужные картинки, тем более, Наруто сама их подсовывала, причем весьма активно. И восстановил их в памяти, просмотрел, как участник, а не как наблюдатель. Когда они вынырнули, женщине показалось, что прошли тысячелетия. Менма оттолкнулась от стены, помогла сестре сесть прямо, подала стакан воды. - Выпей, я знаю, как тяжело прийти в себя после гендзюцу Итачи. Неужели проверяла? Хотя с этих двух станется. Учиха между тем задумчиво водил кончиками пальцев по губам, переваривал информацию. - Больше всего это напоминает мне технику Дана-сана, - медленно произнес он. - Это тот, который бывший Като? - уточнила Менма, все еще обнимая сестру за плечи. Итачи кивнул. - Он отделяет дух и может путешествовать в таком виде и передавать сообщения. И даже заглядывать в чужие сны, правда, для последнего требуется концентрация. Если Наруто оказалась в другом мире, значит, что-то послужило манком, маячком для нее. Старшая из сестер нахмурилась. - Но что? А Наруто покраснела, когда поняла, что именно. Точнее, кто. Итачи Учиха, не этот, тот. Он привлекал ее, не столько сексуально, сколько личностными качествами. Хотя не стоило обманывать себя, подросток уже сейчас весьма привлекателен внешне. Интересно узнать, каким он станет взрослым. Таким же, как зять Наруто? Или совсем иным? Менма подозрительно прищурилась, как всегда, считав близнеца. - Скажи, ты когда-нибудь ревновала? - и вопрос задала правильный, только не было в нем ни грамма ревности. Наруто покачала головой, присутствующие правильно интерпретировали фразу, тогда зачем обманывать, утаивать? Тем более, что ничего важного или секретного не имелось. - Скорее завидовала, - произнесла она, слабо улыбнувшись. - Не тому, что это Итачи, а... тому, что он просто есть. Человек, не мама, не папа, не крестные, а кто-то другой, посторонний, но такой важный. Кто... любит тебя, - получилось грустно, и женщина попыталась встряхнуться. - Я люблю тебя, сестричка. И тогда, и сейчас желаю тебе лишь счастья. И если бы Итачи обидел тебя, клан Учиха не досчитался бы своего гения. Итачи усмехнулся, сел на диван с другой стороны от Менмы, обнял жену и поцеловал ее куда-то за ухо. - Да, ты меня предупреждала, я помню. И мне не хотелось злить ученицу принцессы клана Сенджу, которая также была известна, как специалист по сложным ядам. Менма в шоке смотрела то на одного, то на другого. - Что?! Почему я не в курсе? Родственники не по крови переглянулись и засмеялись.