Кто сказал, что невозможно иметь два занпакто?

Так прошло несколько дней, но Мурамасе лучше не становилось, даже наоборот: он чаще стал падать в обморок, из глаз чаще стала течь кровь. Зангетсу вовсе не обращал внимания на Мурамасу, а Хичиго… Хичиго как-то тоже потерял интерес к нему довольно быстро. Вот и сейчас, он упал на колени, сдерживая рвущийся из груди кашель. В глазах то темнело, то наоборот прояснялось. Из глаз текли кровавые слезы. - Мурамаса! – послышался до боли знакомый голос, принадлежащий Куросаки. От падения занпакто удержали руки и.о. синигами. – Мурамаса, что с тобой!? Занпакто снова зашелся кашлем. Из глаз брызнули слезы, уже обычные, смешиваясь с кровью. В глазах окончательно потемнело и занпакто потерял сознание. Мурамаса тихо застонал и медленно открыл глаза. Первое, что он увидел – это было обеспокоенное лицо Куросаки. Еще через секунду занпакто обнаружил, что его голова покоится на коленях рыжего, а рука и.о. синигами крепко сжимает его руку. - Ты как? – тихо спросил Ичиго, напряженно всматриваясь в бледное лицо занпакто. - Не очень, - почти не слышно прошептал Мурамаса. Этот приступ был сильнее предыдущих. - Что это было? – поинтересовался Куросаки. - У меня слишком сильное истощение реацу, - прошептал Мурамаса, смотря в глаза временного синигами. – Для меня это может плохо кончиться. - Тебе как-то можно помочь? – поинтересовался Ичиго, наивно полагая, что Мурамаса знает. Благодаря врожденной черте характера спасать всех и вся, Ичиго просто чувствовал своим долгом помочь страдающему занпакто. - Я не знаю, - устало выдохнул Мурамаса, прикрывая глаза. – Мне нужно хоть чуть-чуть восстановить реацу. - Но она должна была восстановиться! – воскликнул Ичиго. – Хотя бы немного! - Возможно, это из-за моральной боли, – прошептал Мурамаса. Ичиго прекрасно понял, о чем он. Куросаки прекрасно знал, как Мурамаса относился к Коге. А этот придурок-синигами просто пользовался им, а потом еще и чуть не убил свой занпакто. Странно, но когда Ичиго коснулся Мурамасы, он почувствовал что-то непонятное, то же почувствовал и Мурамаса. Это чувство сложно описать. Словно все внутри заплетается в тугую косичку. Мурамасе стало лучше лишь через три дня. Приступы стали случаться реже, а если и случались, то довольно слабые. Он чувствовал себя намного лучше… физически. В душе же у занпакто была настоящая буря эмоций. Негативных эмоций. Было очень больно. Только вот… Как-то Ичиго решил наведаться в свой внутренний мир. Не обнаружив ни Зангетсу, ни своего Пустого, он и Мурамаса поговорили по душам. Мурамаса, так сказать, излил душу. Ичиго все терпеливо выслушал, пожалел бедного занпакто. После этого Мурамаса резко пошел на поправку. Его реацу восстановилось наполовину. Приступы прекратились вовсе. Мурамаса вроде наслаждался жизнью во внутреннем мире Куросаки. Даже Зангетсу стал иногда общаться с ним. А еще Зангетсу все время «спасал» Мурамасу от Хичиго, который либо просто приставал к Мурамасе, либо приставал с предложениями подраться. По словам Зангетсу, Мурамаса был еще слаб для сражений с Пустым уровня Хичиго. Зангетсу прекрасно знал, что происходит с Мурамасой и почему он так быстро поправляется. Их с Ичиго реацу переплелись слишком тесно. Исход может быть только один… - Зангетсу, я почувствовал какую-то странную реацу, - произнес Мурамаса. – Извне. - Я тоже чувствую, - произнес занпакто Ичиго. – Эта реацу похожа на реацу Пустого, но все же немного отличается от нее. Никто еще не знал о новой угрозе, нависающей грозной тучей…