Кто сказал, что невозможно иметь два занпакто?

- Ну что ж, начнем, - слышится гнусавый голос, и холодные пальцы касаются обнаженной груди занпакто. Мурамаса зашипел и дернулся, насколько ему позволяли связанные руки и ноги. – Яре-яре… Еще секунда - и на мониторе слева вспыхивает рисунок, такой яркий, что его можно разглядеть и сквозь ослепительный свет. На рисунке можно различить фигуру человека и замысловатые иероглифы, складывающиеся в слова на груди. - Мои методы сочетают химию и магию кидо, - как бы невзначай сообщает Маюри. – Дозу химии ты уже получил, а вот кидо… На запястьях защелкиваются браслеты, с идущими от них прозрачными трубками. Кожу тут же начинает ощутимо покалывать. Маюри достает из металлического поддона скальпель, вертит его в руке, и, подумав, откладывает и достает другой, более тонкий. Первая алая линия пролегает от правой ключицы наискосок, пару сантиметров не доходя до левого соска. Куротсучи проводит пальцами вдоль пореза, и с их кончиков льются потоки реацу, впитываясь внутрь. Мурамаса кусает губу, пытаясь сдержать стон, но попытка проваливается, когда вторая линия ложится крест-накрест первой. Это не так уж и больно, если бы не чужая реацу внутри… *** От стонов и криков Мурамаса уже охрип. Напряжение достигает предела, грозя перелиться через край. В теле дрожит чужая реацу. Кажется, занпакто сейчас потеряет сознание, но не теряет, не теряет, просто не может. Из глаз текут обычные слезы вперемешку с кровавыми. Решающая стадия эксперимента, и последняя линия замыкает контур. Мурамаса выгибается и кричит так, что у обоих закладывает уши, а по трубкам течет лилово-черная реацу. Маюри торжествующе смеется – он победил. Занпакто кусает уже и так окровавленные губы. Мурамаса чувствует какое-то опустошение и дикую слабость, глаза закрываются сами собой. Его трясет, все так же жарко, и немного больно. *** Очнулся он уже на полу какой-то камеры. Кровь застыла на лице, образуя корку. Нет сил даже на то, чтобы поднять руку, не говоря уже о том, чтобы встать. Из груди рвется кашель, заставляя согнуться пополам. *** Ичиго крадется вдоль стены, оборачиваясь на каждый шорох. Он уже рядом с бараками двенадцатого отряда. Почему-то Ичиго уверен, что Мурамаса именно там. Они с Исидой и Чадом разделились уже у Сейнкамона из-за моментально появившихся рядовых. «Держись, Мурамаса. Я рядом». Реацу на уровне капитана полоснула по коже, проявившись мурашками на спине. - А, Ичиго-кун, не ожидал тебя здесь увидеть! – голос принадлежал Укитаке. - Укитаке-тайчо! – слишком громко, даже для себя, произнес Ичиго, выхватывая Зангетсу из-за спины. - Ичиго-кун, я не настроен драться, - замахал руками блондин. – Твои предположения верны – Мурамаса действительно находится в лаборатории двенадцатого отряда, - сообщил Джуширо, словно прочитал мысли Куросаки. - Но я совсем не ощущаю его реацу, - возразил Ичиго. – У нас ведь с ним сильная духовная связь. Мурамаса теперь мой занпакто. - Вполне возможно, что Куротсучи-тайчо что-то сделал, - вздохнул Джуширо. – Но тебе стоит поторопиться, когда я был в двенадцатом отряде сегодня, реацу занпакто была очень слабой. - Аригато, Укитаке-тайчо, - Ичиго отвернулся на секунду, а когда снова посмотрел в сторону капитана, его уже не было. Лишь слабый след реацу. *** Исида тихо ругался сквозь зубы, несясь по крышам. И какой менос его дернул попереться помогать Куросаки! Сидел бы сейчас дома, делал уроки. Так нет же! Наконец, квинси остановился, почувствовав знакомую реацу. Он резко обернулся, чудом увернувшись от кидо. - Яре-яре! Вот уж не думал, что объект для экспериментов сам придет ко мне в руки, - никто иной как Куротсучи Маюри, который был рад видеть квинси больше всех, сейчас улыбался в своей обычной манере. *** Садо же сидел на высоком дереве, скрытый ото всех. Но ему же было все хорошо видно. Ясутора хорошо видел, как перед Ичиго появился Укитаке, и как Исида увернулся от удара Кидо. *** Рукия же пыталась найти брата или Ренджи. Кучики понимала, что то, что сделал Ичиго, равносильно предательству. Он укрыл Мурамасу, совершившего столько преступлений, в своем внутреннем мире. А сейчас Кучики чувствовала, что с Ичиго что-то не так. Нет, он, конечно, всегда беспокоится обо всех и вся, но о Мурамасе как-то слишком сильно. Да и с реацу Ичиго последнее время творится что-то странное… *** Мурамаса так и не смог подняться. Ну, точнее, смог, но тут же упал обратно на пол. Из глаз постоянно лились кровавые слезы, временами переходя в обычные. Занпакто давился собственными слезами, беспомощностью, кашлем. Ему очень хочется потерять сознание, но он опять же не может. Даже заснуть не удается из-за слез, которые попадают в нос и рот, снова заставляя кашлять. «У занпакто очень хрупкая душа»…