Кто сказал, что невозможно иметь два занпакто?

- Так вот какое у Ичиго Полное подчинение, - выдохнул Чад, смотря на рыжего сверху вниз. - Как всякая битва, в которой ты участвовал, оставляла глубокий след в твоей душе, так и каждая из них оставляла отпечаток на инструменте, который ты использовал, - произнес Гинджо. Ичиго даже пропустил ненавистное ему слово «инструмент» мимо ушей, ощущая реацу каждой клеточкой своего тела. – Даже если ты потерял силы и не можешь больше общаться со своими занпакто, они все равно находятся в твоем мире и связаны с тобой. Их и твоя реацу помнят каждый момент твоих поединков. Ичиго уклонился от удара плюшевой лапы и, подскочив, дернул рукой, кидая удостоверение, как летающую тарелку. Гарда завертелась, но как только подлетела к монстру, реацу исчезла, а удостоверение упало на пол. - Че!? – вскрикнул Ичиго, инстинктивно защитившись от удара вторым предметом в руке. Удара не последовало, и Ичиго открыл глаза. Гарда Мурамасы из реацу засветилась ярче, не пропуская плюшевую лапу. «Точно! Если подумать, то чаще Мурамаса защищал меня, а Зангетсу атаковал противника. Я всегда держал мечи в руке, когда нападал. Если подчинение Зангетсу похоже на гетсугу, то нужно держать в руке удостоверение». Ичиго схватил удостоверение, гарда появилась сразу же. Куросаки попытался вспомнить, что он чувствовал и ощущал, когда использовал гетсугу. Силу, циркулирующую по телу, какое-то восхищение. А когда использовал казни… то же самое. Ичиго сжал в ладонях и брошь и удостоверение так, что стало больно. «Гетсуга… Теншо!» - мысленно вскрикнул Ичиго, дергая рукой. Сам Куросаки ринулся на игрушку, и огромное кольцо из черной реацу сорвалось с гарды. Оно ударилось о голову игрушки, она покачнулась, но не упала, взревев. Тогда Ичиго попытался представить первую казнь и мысленно прокричал ее название. Реацу вокруг броши преобразовалось в… гильотину?.. ГИЛЬОТИНУ!!! Ичиго в шоке смотрел на бело-лиловую реацу, ощущая уже подзабытые чувства. Он дернул рукой, гильотина полетела в монстра, бабахнула, как при пятой казни и исчезла. Игрушка упала. *** Тенса был в прострации. Он не реагировал на внешние раздражители, сидел, обняв руками колени, и блаженно улыбался. Мурамаса ходил не менее радостный, то и дело касаясь рукояти меча. Хичиго бегал вдоль всего небоскреба, ударяя мечом стекла, то и дело добегая до океана, ныряя и снова оказываясь на вершине небоскреба. Реацу, словно свежий ветер, ударяла в голову, помогая мыслить здраво. Звук от волн разносился по всему миру. Мурамаса иногда слышал голос Ичиго, рыжий с кем-то переругивался в Генсее. Тенса и Хичиго тоже слышали это. Пустой бешено скалился, посыпая ругательствами своего Короля, а Тенса на это только улыбался и звонко смеялся. - Как ты думаешь, мы скоро его увидим? – спросил Тенса. - Наверное, - тихо ответил Мурамаса. Во внутреннем мире Ичиго и так можно было свихнутся, но когда оттуда пропала реацу, то и вовсе… Потерялось ощущение времени, казалось, что тело потеряло чувствительность. Было лишь ощущение… пустоты?.. Они не слышали собственного голоса, не чувствовали прикосновений друг друга. Иногда даже пропадало зрение. Все звуки доходили как через толщу воды. Когда в этом перевернутом мире, наконец, появилась реацу, она показалась глотком воздуха после того, как нахлебался воды. Мурамаса еще никогда не дышал так, поэтому давился воздухом и реацу. Стоило услышать голос Ичиго, как сердце подпрыгнуло, забилось быстро-быстро. Тенса вообще чуть ли не через голову прыгал, когда в первый раз услышал их хозяина.