Кто сказал, что невозможно иметь два занпакто?

- Ты готов? Ready - Да. Go Вспыхнула темная реацу, разливаясь приятным теплом по телу. Раз. Два. И Ичиго уже ранен в грудь. Орихиме немедленно кидается к нему, желая излечить. Золотистое сияние окутывает рыжего. Гинджо послушно ждет несколько минут и, наконец, не выдерживает: - Слишком медленно. - Подождите еще чуть-чуть! – просит Иноуэ. - Не могу. Ичиго, ты готов, да? - Да. - Подожди, Куросаки-кун. Но поздно. Куго уже кидается с мечом наготове. Орихиме вздрагивает, хмуриться и выставляет перед собой щит, даже не собираясь отходить. - Стой, Иноуэ! Это слишком опасно! – вскрикивает Ичиго. - Ты думаешь, твой Сантен Кисюн остановит мой Крест Казни? – хмыкает Гинджо. Но Иноуэ настроена решительно. Она даже не вздрагивает, как обычно, когда Гинджо ударяет по щиту. Девушка чувствует вибрацию уплотненной реацу. Реацу вмиг собирается, уплотняется, и щит отражает удар на Куго, раня его. Гинджо отпрыгивает, морщится, смотря на собственную кровь. - Это Ситен Коусюн. Ичиго пораженно выдыхает, а Орихиме оборачивается и улыбается немного виновато. - Спасибо, Иноуэ, - Ичиго встает. – А теперь отойди пожалуйста. Девушка отходит подальше, чтобы не попасть под атаки. Ичиго выдыхает и снова вдыхает. Черная реацу собирается вокруг него, окутывая, словно стараясь защитить. Куросаки тянет руку и касается ее шелковых нитей. По телу пробегает легкая дрожь, а руку чуть оттягивает появившийся неровный меч. Ичиго дергается, оказываясь рядом с Гинджо, но Куго быстро заносит меч. Куросаки отскакивает, но тут же снова дергается. Мечи чуть сверкают. Ичиго ничего не чувствует в мече Гинджо. Это странно. Во всех предыдущих схватках он чувствовал эмоции занпакто… Хотя, ведь Куго не синигами. - Ты слишком много думаешь, Ичиго, - тихо говорит Гинджо. Куго снова атакует, и Ичиго понимает, что не увернется, а Гинджо целится прямо в глаза. Куросаки уже готовится к боли, как белая реацу вырывается из броши, отражая удар. По телу прошлась легкая болезненная дрожь, словно отголосок удара. - Знаешь, ты не защищаешься, реацу твоих мечей защищает тебя, - бросил Гинджо. – После того, как ты лишился сил, ты полностью утратил мотивацию защищать. Мне кажется, или тебя нужна реальная угроза жизни твоих друзей? Так я могу это обеспечить. Ичиго несколько секунд осмысливал слова Куго и только потом заметил, как он кинулся на Орихиме. Девушка испуганно распахнула глаза. Куросаки среагировал мгновенно. Его передернуло, когда он отбил атаку Гинджо. Ичиго сотрясла крупная дрожь. Черно-белая реацу окутала его тело. Она покрыла Ичиго, словно броня. Куросаки пробила крупная дрожь. Реацу стала острой, как лезвие меча. Она резанула по Гинджо и даже чуть задела рыжего. Кровь почему-то взметнулась вверх, растворяясь в потоках реацу. Гинджо пошатнулся, кашлянул, а Ичиго упал на колени от неожиданной слабости. Куго вздохнул облегченно. - Твое подчинение завершено, - сообщил Гинджо. - Что? - Ты уж извини, но тебе нужна была мотивация. Ну или просто яркие и сильные эмоции, которые ты испытывал во время боя. Как видишь, получилось. Душа предметов открылась полностью. Возможно, ты даже сможешь общаться со своими занпакто, но не сразу. Это доказывает, что ты практически восстановил свою силу синигами. Ичиго вздрогнул. - Хоть ты и потерял реацу, маленькая частичка осталась в твоей душе. И твои занпакто, и Пустой тоже ведь не погибли. Иначе, ты бы просто не смог использовать подчинение. Попробуй еще раз. Оно должно было полностью сформироваться. Ичиго послушно сжал в одной руке значок и брошь. Реацу, собиравшаяся было исчезнуть, снова собралась вокруг, твердея. Она покрывала тело Ичиго, образуя костяные пластины. Ничего примечательного, но вот на руках – о Ками! – длинные ногти из костяных пластин. Куросаки несколько секунд тупо пялился на руки. В душу закралось какое-то чувство ностальгии. Ичиго сглотнул. Он коснулся того места, где должна быть яремная впадинка и наткнулся на брошку. Ичиго выдохнул, улыбнулся на секунду. Он сжал в руке удостоверение. С одной стороны буквально вылетело лезвие, с другой появилась рукоять. Ичиго взялся за нее и снова ощутил такую привычную, но чуть подзабытую, тяжесть оружия. - Если подумать, твоему подчинению нужно имя, - протянул Гинджо, рассматривая Куросаки. - Да... Казнь. Просто Казнь...