Сделка

Молодой человек сидел на диване с уже опустошённым стаканом в одной руке и с несколькими бумагами в другой, не отводя взгляд от панорамы города. Он сидел в полной тишине, слушая шум улиц, доносящийся снаружи, и наблюдал, как маленькие огоньки города снуют туда-сюда. Перед тем, как в его жизни появилась Джессика, СынХён провёл немало таких вечеров. Но теперь, когда у него появилась жена, он отдавал предпочтение вечерам в постели вместе с ней. Насколько бы не был брак плох, жаловаться на свою сексуальную жизнь Топ точно не мог. Джесс всегда страстно и пылко отвечала на его ласки. В тот день, когда он предложил девушке сделку, то упомянул, что может завести любовницу, но теперь подобная чушь ему и в голову бы не пришла. Джессика полностью завладела его мыслями, вниманием, его просто напросто воротило от всех женщин, кроме его жены. В мыслях Топа была только его жена и никого больше. Ещё никому не удавалось вытворять с ним такого, и никто не дарил ему таких ощущений в постели, как эта девушка. Всё это переросло в большее, чем просто удовлетворение сексуальных потребностей. А может быть, это всегда было чем-то большим, а он лишь притворялся и отрицал очевидное. Джесс вошла в его жизнь и наполнила мир красками. Чувства, которые она зарождала в нём, были настолько сильными, что он сам не раз пугался их. Всё это не шло ни в какое сравнение чувств, испытываемых к Амелии. Топ никогда прежде не стремился ставить чужие интересы и желания выше своих собственных, Джесс же он хотел во всём угодить, постоянно хотел видеть улыбку на её лице. И сегодняшние слёзы ранили его сердце сильнее, чем, если бы ему проткнули грудь ножом. СынХён опустил свои барьеры и приоткрыл для неё занавес своей души, но Джессику по-прежнему что-то сдерживало. Будет ли она когда-нибудь по-настоящему любить его? Мысль, что этого может никогда и не случится, не давала покоя его эго. Молодой человек проигнорировал голос отца, звучащий в его голове и говорящий, что он просто бесхребетный и слабый сукин сын, раз так переживает за какую-то женщину. Топ знал, что чувства, испытываемые им к жене, делали его слабым и уязвимым, но бороться с ними или отрицать у СынХёна больше не было никакого желания. Только эта девушка заставляла его дышать и жить, а не просто существовать. До этого он был мёртв, а теперь испытывал такое количество эмоций, что не могло не приносить облегчения, хотя и пугало время от времени. Топ бросил на журнальный столик бумаги и откинулся на спинку дивана, прикрывая глаза. Ему было противно смотреть, держать, думать об этих документах. Но это было только ради неё. Если это то, что сделает Джесс счастливой, он поступит именно так, пусть даже и разрушит его самого. Услышав небольшой шорох, юноша повернул голову в сторону и увидел жену, стоящую у противоположной стены комнаты и наблюдающую за ним. На ней была только лёгкая шёлковая ночнушка, подаренная им некоторое время назад. Смотря, как на её тело падают тени, СынХён подумал, что это, вероятно, самое красивое зрелище из тех, что ему доводилось когда-либо видеть. Мысль появилась словно ниоткуда, и внезапно парень понял, что сделает для этой девушки всё. Знает ли она об этом? Знает ли, как его сердце каждый раз при виде неё пускается вскачь? Знает ли, что он нуждается в ней так сильно, что простая мысль о разлуке причиняет физическую боль? Её взгляд был нежным и тёплым, когда она смотрела на него, и Топ задался вопросом, чем заслужил такую по-настоящему интимную улыбку прямо сейчас. Девушка мягко ступала по ковру в его сторону и, подойдя к дивану, не села, а аккуратно нагнулась и обняла его за шею. Джесс поцеловала его в макушку, после чего прошлась рукой по волосам. Это простое и невинное движение немало удивило СынХёна. Она всегда была искренней в постели, он был уверен в этом, однако никогда особо не показывала чувств вне спальни. Топ поднял свой взгляд на жену и увидел, что Джессика нежно улыбается. Как-то по-иному, как никогда прежде. Она вытащила из его рук полупустой стакан, после чего медленно села на журнальный столик, где лежали документы, а затем оставила лёгкий поцелуй на его губах. Юноша не понимал, что происходило. Она была расстроена некоторое время назад, он был уверен в этом. А сейчас Джесс трепетно ласкала его губы, и он вдруг понял, что ему плевать, почему его жена стала так нежна с ним, как никогда прежде. Всё, что имело значение, так это то, что она здесь, рядом с ним, и он снова хотел её. Всегда хотел и будет хотеть. Молодой человек не мог сказать, посадил ли он её к себе на колени или она перелезла сама, но теперь Джессика прижималась лицом к его груди, опаляя дыханием кожу и оставляя мягкие поцелуи. — Я думал, ты спишь, — пробормотал он. Она поцеловала его шею, нежно прикусив кожу. — Я соскучилась по тебе, — прошептала девушка и повернула голову так, что её взгляд волей-неволей упал на то место, где она сидела до этого. И только сейчас Джесс обратила внимания на бумаги на столике. Она потянулась к ним, но замерла на полпути, прочитав, что на них написано. — Что это? Топ напрягся и тяжело сглотнув, произнёс: — Это документы на развод. Если ты хочешь уйти, то тебе нужно только поставить свою печать. Обещаю, что не буду угр… — он не успел закончить, потому что Джессика повернулась к нему лицом, её маленькая ручка легла на затылок мужчины, и притянула его для поцелуя. Как только природа взяла верх, СынХён расслабился и, когда поцелуй стал глубже, покрепче обнял её, притянув ещё ближе. Буквально через секунду он повалил её на диван. — СынХён, — вздохнула она, слегка толкая его в грудь. Он немного скатился с неё так, чтобы мог свободно видеть её лицо. Он сделал что-то не так? Разве она не хочет его? Джесс по-прежнему улыбалась ему. — Топ, мне… позволь мне… позволь заняться с тобой любовью. И мне не нужны никакие бумаги на развод, я не хочу никуда уходить. Она хотела заняться с ним любовью? Джессика протянула руку и нежно провела пальчиками по его скулам. Её взгляд практически заставил его чувствовать себя неловко: полный теплоты, понимания и благодарности. Никто никогда не смотрел на него так, что юноша чувствовал нежность… и любовь? Нет, это не могла быть любовь, он сказал ей не влюбляться в него. Он нагнулся и припал к её губам, но Джесс снова чуть толкнула его в грудь. — Пожалуйста! СынХён, позволь мне любить тебя этой ночью. Слова эхом отдались в голове, принося за собой тревогу. Она не могла влюбиться в него. Это не принесёт ничего, кроме боли для неё. — Ты имеешь в виду, что хочешь заняться со мной любовью? — уточнил он, пытаясь не запнуться и казаться не таким напуганным, каким сейчас был. Её улыбка поникла. — Да, прошу тебя. Я хочу заняться с тобой любовью, — девушка положила руку на грудь мужа, тем самым давая понять, что хочет, чтобы он остался лежать, а сама встала. Юноша лёг на спину, и Джессика села ему на ноги, полностью лишая контроля и забирая его себе. Она снова припала к его губам, после чего начала медленно спускаться вниз, осыпая поцелуями челюсть мужа. Девушка не запретила ему касаться её, и СынХён тут же обхватил её за талию. Джесс нашла чувствительное местечко за его ухом и аккуратно пробежалась зубками по нему, зная, что сводит этим мужа с ума. Эти мягкие укусы и её контроль дарили ему мучительное удовольствие. Все её действия распаляли его, и потребность в ней была настолько сильна, что Топу приходилось изо всех сил сдерживаться от того, чтобы не подмять жену под себя и взять прямо сейчас. Джессика невыносимо медленно проводила дорожку поцелуев от шеи вниз, время от времени посасывая кожу. Она оставляет на нём засосы? Он уже был невероятно твёрд, а когда девушка поёрзала бёдрами по его эрекции, юноша думал, что взорвётся в эту же секунду. — Джесс… — прорычал он, — ты просто убиваешь меня. Топ мог чувствовать улыбку девушки. Она поёрзала ещё раз, снова задевая его достоинство, после чего медленно начала стягивать лифчик, оголяя грудь. Она же знала, что мучает его. Девушка отправилась в путешествие по его телу, целуя каждый сантиметр кожи. СынХён прекрасно чувствовал её обнажённую грудь, соприкасающуюся с его телом. Дойдя до его боксёров, Джессика чуть сдвинулась в сторону, чтобы было удобнее стянуть их окончательно. Парень был благодарен, что диван был достаточно широким и длинным, и такого рода действия представлялись возможными. — Ты должна прекратить, я сейчас… Девушка остановилась и посмотрела на него — раскрасневшиеся щёки, полуприкрытые глаза, затуманенный взгляд. Она наслаждалась этим в той же степени, что и он. Топ переместился на её сторону дивана и, схватив жену за бёдра, притянул к себе, резким толчком входя в неё. Джессика задохнулась, когда муж заполнил её. Девушка обернула ноги вокруг его торса, притягивая ещё ближе к себе. Удовольствие было разрушительным. СынХён буквально чувствовал, как огонь, охвативший его, передаётся ей. Он в жизни не испытывал ничего подобного. Вскоре Джесс заснула на диване в его объятиях, а Топ, лёжа рядом с ней, думал, как ему посчастливилось, что она теперь его. И будь он проклят, если ещё хоть раз покажет ей эти чёртовы бумаги на развод. Завтра же первым делом необходимо их будет убрать как можно дальше, — подумал юноша, обнимая жену ещё сильнее. — Ты вообще не слушал, что я тебе сказала, да? СынХён перевёл свой взгляд на Тиффани, которая возвышалась над столом и рассерженно смотрела на него. Это было так не похоже на него — сидеть на работе, а мыслями быть совершенно в другом месте, и сфокусировать своё внимание сегодня явно было проблемой. Суббота — выходной, а он торчит в офисе вместо того, чтобы наслаждаться красавицей женой в постели. Топ появился на работе, так как дела действительно были неотложные, и на кону стояла большая сумма денег, но он мечтал быстрее покончить со всем этим и уйти домой. Джессика сказала, что прекрасно проведёт время, но он беспокоился — девушке было как-то нехорошо последние два дня, и Топ уговаривал её сходить к врачу, но Джесс настаивала на том, что с ней всё в полном порядке и не стоит так переживать. Он не стал спорить, ругаться и настаивать — не сейчас, когда между ними всё наладилось. Возможно, он и вправду накручивал себя зря. Последние несколько недель были просто незабываемыми. С того самого дня, их четырёхмесячного юбилея, когда СынХён заметил слёзы жены, что-то изменилось. Она изменилась. После того, как он показал ей документы на развод и почти что отпустил, она не разозлилась, не схватила бумаги и не ушла, а повела себя самым странны для неё образом: улыбнулась и занялась с ним любовью. Любовью… это слово до сих пор заставляет его каждый раз вздрагивать. Джессика больше не сдерживала себя. Каждый день приносил ему всё новые и новые сюрпризы. На прошлой неделе он получил письмо по электронной почте, в котором находилось подробное описание того, что она намеревалась сделать с ним той ночью. Он был вынужден отложить совещание на десять минут, чтобы обрести контроль над собой. А как-то она отпустила домработницу и сама приготовила ужин. Да, он был просто невероятным, но это было ни чем по сравнению с тем, как девушка преподнесла блюдо — на ней был только передник, и Топ мог думать только о том, как ему хочется снять этот дурацкий кусок материи. В прошлые выходные они провели вечер с семьёй девушки, играя в игры. Джесс и Топ были в одной команде, и его удивило, как они слаженно работали, но ещё больше он поразился тому, что действительно наслаждался таким вот вечером с ней и её семьёй. Ему даже удалось сохранить спокойствие, глядя на её отца. Юноша презирал этого мужчину, потому что тот заставил страдать его жену, пройти через круги ада и совершить такой поступок. Джессика фактически продала себя ради спасения отца, семьи, то, что от неё осталось и брата. Больше всего ему нравилось, что девушка выглядела счастливой. Джесс постоянно улыбалась и смеялась, когда они проводили время вместе. Рядом с ней СынХён становился романтичным и влюблённым идиотом. Он ненавидел всё это, но это было именно то, каким делала его она. Вчера он даже пел в душе какую-то глупую песенку о любви. Девушка лишь на секунду сунула голову в душевую кабину, чтобы отвесить грубый комментарий по поводу его вокальных данных, но Топ притянул её к себе. Для приличия она сначала повизжала, но когда он поцеловал её… Джесс ответила ему на поцелуй, радовало то, что никому не нужно было идти на работу. — Чхве СынХён! С тобой всё в порядке? — Прости, Тифф. Просто сегодня что-то сложно сосредоточиться на работе. Молодой человек не работал по субботам даже до свадьбы. Помощница положила руку на его плечо, тепло улыбнувшись. — Мы оба хотим побыстрее оказаться рядом со своими половинками, так что давай быстренько разберёмся с этими тремя бумагами и закончим уже. Уверена, Джессика обрадуется твоему раннему приходу. Топ улыбнулся мыслям о жене. Возможно, они смогут даже поужинать где-нибудь сегодня вечером, но только в том случае, если Джесс чувствует себя хорошо. СынХён изо всех сил старался сосредоточиться на работе, так что они закончили довольно быстро. Уже через сорок минут он смог покинуть свой кабинет. — СынХён, подожди! Юноша придержал двери лифта, услышав оклик Тифф. Его невероятно искушала мысль сделать вид, что он её не услышал и позволить дверцам закрыться, но, зная эту женщину, она будет названивать ему на мобильник, пока он возьмёт трубку телефона. СынХёну пришлось выйти из лифта на этаж. — Ну что ещё? — спросил он, стараясь, чтобы его голос не звучал слишком раздражённо. — Ты так и не ответил на приглашение на благотворительный вечер в следующем месяце. Топ нахмурился, но вспомнив, о чём она говорит, ощутил, как живот скрутило. Как он мог забыть об этом вечере. — Ты же понимаешь, что я должен туда пойти. — Да, понимаю. Ты возьмёшь с собой Джесс? Он не спрашивал её. Юноша хотел сказать ей об этом, но то отвлекался, то забывал. Топ вздохнул. Ложь. Истинная причина кроется совершенно в другом. — СынХён, это самое важное мероприятие в твоём расписании. Пожалуйста, скажи мне, что твоя жена в курсе о нём. Ему не пришлось что-то говорить или даже качать головой. Тиффани прекрасно знала ответ. — Это из-за неё? Она будет там? Амелия. К сожалению, они по-прежнему вращались в одних и тех же кругах. Он избегал её насколько это удавалось и представлялось возможным. И Топ знал, что его бывшая непременно будет на этом балу. Ему не хотелось, чтобы Джессика находились в одном помещении с этим человеком. Амелия была той ещё сукой и никогда не держала свой грязный язычком при себе — где она, там всегда были проблемы. Однако парень понимал, что если не скажет жене про вечер, та может обидеться. — Я поговорю с ней сегодня вечером, — выдавил он. — Уж будь добр, сделай этой, — пригрозила ему помощница. Если бы кто-то говорил с ним в таком тоне, то тут же вылетел бы на улицу с работы, но это была Тиффани. Его друг, и он знал, что она счастлива за него. Странно, но Амелию она вообще не переносила. — А Лан придёт? Или ты будешь одна? — перевёл стрелки молодой человек. — У них на работе полный завал. Но я планирую попытаться снова. Вдруг получится уговорить, я знаю, на что нужно надавить, — подмигнула Тиффани. — Хорошо, передавай привет. И что я жду вас двоих на вечере. Тифф отошла от него, и Топ снова зашёл в лифт. Он не хотел сейчас думать об Амелии. Одна только мысль о бывшей способна испортить настроение. Идя к машине, юноша размышлял над тем, как и что должен рассказать жене о свой бывшей, которая причинила ему боль, и из-за которой он зарёкся больше никогда не любить. Сидя перед зеркалом, Джессика водила расчёской по волосам. Бесполезное занятие, но надо же как-то убить время. Это была первая суббота, которую она проводила в одиночестве. Девушка немного расстроилась, когда Топ сказал, что они не смогут побыть вдвоём, ему нужно было срочно появиться на работе. Он уходил неохотно и немного обеспокоенным, переживая за неё — в последние дни она чувствовала лёгкие недомогания, но каждый раз Джесс удалось убедить его в том, что всё хорошо, и ему не стоит так переживать. Несмотря на то, что весь день девушка изо всех сил старалась занять себя чем-нибудь, не слоняясь без дела, время тянулось слишком медленно. Утром она съездила к брату и его новой подружке Хо. Этот засранец менял их как перчатки. И Джесс уже давно перестала запоминать имена, но, на удивление, эта особа держалась дольше всех. И была очень общительной и дружелюбной, вовсе не похожей ни на одну прежнюю его девушку. Заверив, что им просто необходимо женское время, Хо потащила Джессику по магазинам; девушки прочесали все бутики женского белья и прикупили пару комплектов нижнего белья. Джесс вернулась домой около четырёх часов, до прихода мужа оставалось ещё почти два часа. Так что у неё было время ещё раз примерить свои покупки. Её миссия «влюби в себя Чхве СынХёна» не сдвинулась ни на дюйм, как ей казалось. Основным планом было показать ему, как она заботится о нём, показать, как любит, не словами, а действиями. Раз или два она тонко намекала на свои чувства, но Топ явно не был готов даже к такому. За эти две недели Джесс поняла, что по-настоящему счастлива с мужем. Особенно впечатлил поступок мужа: он готов был отпустить её, хотя по глазам можно было прочесть, что это решение далось ему с трудом. На самом деле, у них было гораздо больше общего, а связь намного крепче, чем они оба предполагала вначале. У Топа было море положительных качеств, и с каждым днём Джессика чувствовала, как влюбляется в него всё больше и больше. СынХён не любил её, но он заботился и был нежен рядом с ней. Каким-то образом она смогла убедить себя, что даже если он никогда не полюбит, — её собственной любви хватит на двоих, его заботы и этой странной привязанности к ней будет достаточно. Девушка не знала, так ли это, но эта мысль временами удерживала её от разбитого сердца. Со второй частью плана тоже были проблемы. Она постоянно пыталась расспросить его о Амелии, но, открывая свой рот, тут же закрывала его обратно. Проблема заключалась в том, что она боялась, что этот разговор снова отдалит их друг от друга, что он повернётся к ней спиной и станет холоден, станет таким, каким был прежде. СынХён был довольно скрытным человеком, и, несмотря на то, что она являлась его женой, Джесс прекрасно понимала, что Топ предпочитает сам делиться чем-то и не любит, когда у него что-то выпытывают. Но она должна была узнать. Нужно было просто найти подходящее время. Без пятнадцати пять девушка услышала шум в холле. Скорее всего, СынХён освободился в субботу пораньше. Она улыбнулась, подумав, что он примчался раньше, чтобы увидеть её. Девушка сидела перед зеркалом в одном нижнем белье. Она хотела выйти к нему прямо так, но подумала, что горничная всё не правильно поймёт, тем более Топ и так плохо сдерживался в присутствии людей в последнее время. Казалось, теперь вещи поменялись местами, до этого она постоянно хотела его, теперь же он не мог держать себя в руках, нуждаясь в ней постоянно… всё больше и больше. Джессика говорила себе, что это значит, что её план работает. Но понятия не имела, так ли это на самом деле. Нацепив лёгкий халатик и подумав, что именно в нём к её телу очень лёгкий доступ, она сбежала по ступенькам вниз, не заботясь, как это выглядело со стороны. Уже на полпути вниз она перестала улыбаться. В холле был вовсе не её муж, как она думала, а СынРи. Девушка замерла лишь на секунду, но тут же сумела совладать со своими эмоциями. Уже на последних ступеньках лестницы она вежливо улыбалась, несмотря на то, что не знала, зачем пришёл Ри. Последний раз они разговаривали месяц назад, и теперь Джесс не могла избавиться от ощущения, что ничего хорошего визит бывшего возлюбленного не принесёт. Ей внезапно захотелось, чтобы Топ оказался рядом, чтобы он поговорил с братом сам. Её же такая перспектива совершенно не прельщала. Их расставание прошло не лучшим образом, и она понятия не имела, что теперь вообще можно, да и нужно говорить. — Добрый вечер, СынРи, как твои дела? — как можно непринуждённее поинтересовалась Джессика и осторожно чмокнула его в щёчку. В конце концов, он был её деверем. Его руки слишком надолго для простого дружеского объятия задержались на спине девушки. — Отлично выглядишь, детка. Этого комментария и его странного взгляда было больше чем достаточно для того, чтобы Джесс почувствовала себя некомфортно в собственной квартире. — Не хочешь пройти в гостиную? — любезно предложила девушка, понимая, как формально и заезженно это звучит, но она просто не знала, что ещё можно сказать. Он кивнул с нахальной улыбкой. Как только они сели, Джессика попросила горничную, чтобы ей принесли что-нибудь перекусить. — К сожалению, я не знаю, когда Топ придёт домой, он может вернуться в любое время, — Джесс надеялась, что этой информации будет достаточно, чтобы удержать Ри от глупых слов и поступков. — Я тут не из-за него. Я пришёл увидеть тебя. — С чего это вдруг тебе захотелось со мной повидаться? — Да так, знаешь, встретил вчера твоего отца на гольфе и подумал, почему бы не зайти. Узел страха в животе девушки начал затягиваться всё сильнее. — Он рассказал, что все его долги теперь погашены, и он будто начал жить с чистого листа. Джессика поёрзала в кресле, надеясь, что отец больше ничего не упоминал. — Какое совпадение, тебе не кажется? Твой отец сказал, что вы получили финансовую помощь от какого-то частного инвестора. Как раз тогда, когда ты бросила меня ради моего брата. Девушка почувствовала, что её бросает в дрожь. — Ты бросила меня ради него, взамен на то, что СынХён спасёт твою семью? Я знаю, детка, как ты переживаешь и оберегаешь свою семью. Ты сделала бы всё ради близких, — СынРи начинал злиться. Он вскочил с места и стал ходить из стороны в сторону по комнате, явно взволнованный своими логическими умозаключениями. — И Хён сказал, что поможет тебе, но при условии, что ты бросишь меня и выйдешь за него. Да он заставил тебя! Он просто купил твоё тело. Джессика не знала, что сказать. Она любила своего мужа и понимала, что если скажет сейчас всю правду, то потеряет и его, и его доверие. — Я же прав, да, Джесс? Он угрожал тебе? Хотя нет. Он угрожал твоей семье, и поэтому ты сейчас с ним. И почему я сразу об этом не догадался? Ты просто не могла по собственному желанию бросить меня. Она не знала, что делать. Отрицать всё? Но вряд ли Ри просто возьмёт и забудет, нет, начнёт копать глубже, и тогда точно быть беде. А что если он будет доставать вопросами её семью? Только этого ей не хватало, но и узнать правду он тоже не должен. Чёрт знает, что ему взбредёт в голову, узнай Ри всю правду, лучше точно не будет, если она станет лгать. К тому времени, когда СынХён подъезжал к дому, он просто жаждал выпить и поскорее оказаться в постели с Джесс. Но автомобиль его брата, припаркованный возле тротуара, подсказал, что этому не суждено случиться. Топ не понимал, что Ри тут вообще забыл, они предпочитали не общаться вне работы. Хотя, с чего это он решил, что тот приехал к нему? Скорее всего, к его жене. СынХён очень надеялся, что это не так. Если же брат приехал к Джессике, пытаясь повторить ситуацию с Амелией, то тому не жить. Юноша кастрирует его самым болезненным ему способом. Чхве СынХён решил не врываться в квартиру, а тихо подняться на лифте, ведущем из гаража. Он уговаривал себя, что все подозрения напрасны, что нет ничего такого страшного в том, что его брат с Джессикой наедине. Ему не хотелось верить в то, что он сейчас войдёт и обнаружит её в постели со своим братом. Топ доверял ей. Хотел доверять. Когда-то давно, Амелии он тоже доверял, но всё-таки Джесс — это не она, и так поступать с ним не станет. В любом случае, своему брату он доверять не мог, чёрт знает, что этот придурок может придумать. Он услышал голоса, доносящиеся из гостиной. СынХён быстро прошёл туда, но остановился возле двери, услышав голос жены: — Всё не так, как ты думаешь, Ри! — Правда, что ли? Неужели ты сейчас собираешься, сидя передо мной, отрицать всё? Ты же знаешь, что я смогу раздобыть больше информации, если захочу. — Ладно, ты прав. Возможно, у нас с твоим братом была некоторая… договорённость. Но он не заставлял меня выходить за него! Несмотря на то, что конфиденциальность была частью их сделки, Топ поразился тому, что Джессика всё-таки врала его брату. — Конечно, если он вынудил тебя, я понимаю, что ты не признаешься в этом. Наверное, у него есть чем шантажировать тебя, я могу понять. Ты должна молчать, но я и сам с лёгкостью разузнаю правду. И, если он заставил тебя выйти за него, если угрожает тебе, просто скажи мне, и я избавлю тебя от этого человека. Обещаю. — Что значит «избавишь меня от этого человека?» — Мой брат печётся о своей репутации, детка. Он нарабатывал её годами. Как думаешь, захочет ли он, чтобы весь мир узнал, что глава компании угрозами удерживает жену? Это погубит его, пойми! Его бизнес рухнет. Да стоит мне только донести эту информацию до Совета директоров, они не позволят ему спустить всё на тормозах. Уж я об этом позабочусь. Возможно, Топ будет вынужден покинуть пост президента компании. Молодого человека не волновали угрозы СынРи. У него полно способов перекрыть кислород своему неугомонному братцу. Хотя сейчас он жалел, что у него нет офиса в Антарктиде, чтобы отправить туда Ри. Его больше беспокоил ответ жены. Она понятия не имела, что все эти его угрозы — полный обман. Последние месяцы, недели были лучшими в его жизни, но думала ли так же Джессика, смогла ли она простить и забыть его ошибку? От мысли, что она сожалеет о том, что вышла за него, в груди юноши защемило. — Ри, как у тебя язык повернулся такое сказать о собственном брате? — А как он мог вынудить девушку, которую я люблю, выйти за него? Вот не надо тут только о братской любви и лояльности! СынХёна не заботит никто, кроме него! Ты не должна защищать его, давай начистоту. Просто скажи, и я сделаю всё, чтобы расторгнуть ваш брак! — СынРи, остановись. Меня всё устраивает. — Ну же, детка. Я понимаю, что ты боишься, но я правда могу помочь тебе. — Да послушай же ты меня, наконец, Ри. Я люблю СынХёна. Я влюблена в него и действительно счастлива в браке. Слышишь меня? Влюблена! Повисшая тишина была красноречивее всяких слов. Ри заткнули рот, и СынХёну хотелось влететь в комнату и поцеловать девушку за это, пока до его сознания кое-что не дошло… Джессика сказала, что любит его, что влюблена в него? Он ведь не ослышался. Этого не может быть. Конечно, это ложь. Она просто не может любить его после того, что он сделал с ней. Он не достоин. Но что, если это правда? Он вспомнил, как две недели назад она ночью просила разрешение любить его. Неужели в её словах был иной смысл? Топ ждал, что от этой мысли его накроет страх, но, как ни странно, этого не произошло. Наоборот, парню стало казаться, что с его души свалился огромный камень. СынХён услышал достаточно, теперь настало его время вступить в «игру», пора было уже послать Ри и узнать, правда ли Джесс смогла полюбить его, несмотря на всё. Молодой человек не задумался, почему эта мысль наполнила его надеждой и заставила сердце биться в сто раз быстрее.