Последние минуты

- Мое горло сотрясает кашель….кхе..кхе. Песня прервалась, и маленькая девочка мелко задрожала, прикрывая рот ладошкой. Тут было холодно, еще бы, 60 метров над земной поверхностью. Беспощадный ветер все дул и дул, но ребенок сидел на месте, словно игнорируя природу. - Мое горло сотрясает кашель, И идет, звеня своей косой, Дочь Аида в черном балахоне, Завершая путь недолгий мой. Детский, но уже сильный голос раздавался на много миль вокруг. Но никто не слышал – крыша была пуста. Даже до верхнего этажа вряд ли достигнет этот нежный звук, часто прерываемый кашлем. Холод. Глас то срывается на хрип, то снова мелодично, но печально звучит над домами. Завтра должны были быть проблемы с голосом.. но теперь уже все равно. Завтра уже никогда не наступит. - Пусть мне больно, пусть глава пустая, Не заплачу - только улыбнусь, Но смахнув слезу, возникшую украдкой, Полночью меня обнимет грусть. Ей никогда не стать взрослой красивой девушкой или женщиной, никогда больше не почувствовать радость, настолько редкую в такой короткой жизни. У нее не было ничего, ничего нет и ничего не появится. Настоящее и будущее – эта песня.. когда она её допоет, вместе с последними звуками окончится существование этого мира и её несчастная жизнь, лишенная всяческого тепла и добра. - Ах, как это глупо и жестоко Умирать в рассвете юных лет, Но жестокость не умрет, наверно, Пока жив в природе человек. Улица. Это то место, где она выросла. Город. Это место её личного ада. Жизнь. Это цепи, сковавшие её безумием. Всю жизнь с протянутой рукой, скрываясь от частых дождей под козырьками домов и в подвалах, смотря на счастливых ровесников в прекрасных одеждах, идущих за руку с родителями. Зависть. Гнев. Ненависть. Убегать, прятаться, сражаться со всем светом для того, чтобы не умереть от голода. Научится быть таким же хитрым , изворотливым… чтобы жить. Но теперь это не важно. Смерть уже приобнимает девочку за плечи, ребенка, не имевшего имени, и которого прозвали Рыжик за удивительно яркий цвет волос. - Не болезнь мне сердце разрывает, И не боли вызывают грусть. Осталась одна минута, ребенок торопится, но на лице у него появляется странная улыбка – он явно увлечен этим действием. -То, что так никто и не заметил: Мое сердце, мою душу, мою суть. Что это было? Попытка раскрыть себя? Песня, крик, молитва? Никто уже не знает, вот только холодное лицо ребенка продолжает улыбаться даже после смерти.