parachute

Хосок немного истеричка ебанная. До нервных колик и сбитых в кровь костяшек пальцев — истеричка. У него перепады настроения, как у недотраханной бабы во время пмс. Техен заебался, честно. У Хосока тысяча и один друг, по тридцать событий на дню и Техен. Кем Хосоку Техен, похоже, не знает даже сам Хосок. Официально — большое и светлое, по факту — хрен его знает. Хосок появляется на пороге его квартиры два раза в неделю с бутылкой Hennessey и пропадает с первыми лучами солнца. Техен безразлично выкидывает мусор и считает, какие продукты закончились дома. Хосок говорит, что любит Техена и трахает своего одногруппника в перерывах между бутылками дорого виски и рваными поцелуями. Техен ловит бабочек, когда Хосок улыбается, и разбивается на осколки, когда ему звонит Хенвон. — Я переспал с Хосоком, — и очень циничное юнгино «не хрен верить всяким Хосокам». Техен удаляет историю звонков, готовит ужин, достает бокалы и ловит улыбку Хосока безразличным взглядом. Хосок говорит: — Прости. Я был не прав. Это все ничего не значит. Техен кивает, соглашается. Это все ничего не значит. Техен и не обижался, чего уж там. Хосок смотрит на закрытые двери, а у Техена регрессия к среднему значению.