Хозяин Хогвартса

Я лежал в больничном крыле и отдыхал. Лениво листал книгу — «История создания палочек: характеристики, виды и тонкости динамики». Но текст, словно вода сквозь сито, проходил сквозь мой разум. В голове до сих пор не укладывалось — как так? Пара студентов со старших курсов, отлеживающиеся тут после матча по квидичу, постоянно косились в мою сторону. Я подтянул к себе колени и, опустив на них подбородок, отложил книгу. Так мне всегда лучше думалось. Хотя о чем тут думать? Я повернулся и наткнулся взглядом на незнакомца в маленьком зеркальце, которое стояло на тумбочке. Глубоко посаженные, очерченные морщинами глаза, острый нос и подбородок, покрытый жесткой щетиной. Я покрутил головой, разглядывая свой новый облик. Чувства были двуякие… Будто бы принял оборотное зелье. Прядь моих некогда каштановых и густых волос упала мне на лицо, и я привычным движением откинул ее. Голова моя теперь была с проседями, темно серо-каштановая… Ужасный видок! Кто-то захихикал, и я резко обернулся. Смех умолк. Я медленно обвел всех взглядом. Боятся. Странно, хотя это все, наверно, мой вид. С моими кругами под глазами, я скорее всего на маньяка похож, словно Сириус Блек на знаменитом его фото… Я вздохнул и снова лег нормально. В груди клокотало. В голове, будто вдалеке, постоянно звучал голос Джеймса. Его шутки, совместные подколы, наше противоборство на матчах по квидичу. Они ведь оба вратари своих факультетов. Были… Теперь Джим мертв. «А ты старик!» — со злостью подумал я, глядя на свое отражение. — Тони! — Я вздрогнул и, обернувшись, увидел Ала и МакГонагалл. — Привет, Ал, — я постарался придать голосу тепла, но вырвалось что-то среднее между скрипом дверей и хрипом. Минерва, с как всегда высоко поднятой головой, подошла и села на краешек кровати. Она наблюдала за мной, а я — за ней. Тягучие секунды медленно исходили в полной тишине, пока Минерва не нарушила ее, произнеся: — Извини, Тони… У меня все взорвалось внутри! — Извини?! — Я был взбешен не на шутку. — Это все, что вы хотите сказать мне?! — я затряс руками перед собой. — Кто это был? Вы нашли его?! — Нет… — Почему?! — Уже крича во весь голос и не контролируя себя, взвыл я. Минерва резко встала и, вновь одарив меня своим уничтожающим взглядом, резко и твердо произнесла: — Немедленно успокойтесь! Молодой… — она запнулась, всего на секунду, но все же… — Тони! Вы ничем не поможете Джеймсу, если и дальше продолжите будить всех больных по лазарету! Я обреченно опустил голову. — Простите… — я какое-то время просто молчал, собираясь с мыслями. — Когда меня вылечат? Лицо МакГонагалл дрогнуло. Будто бы нерв стрельнул. Она сложила руки в замок и прямо взглянула мне в глаза. — Тони Сладкий. Ваш «недуг» необратим! — ее желваки выдавали внутренее напряжение, ей явно нелегко давались эти слова. — Боюсь… — она, как я всего пару мгновений назад, обреченно опустила голову, — Вы останетесь таким навсегда. Она сделала паузу всего на секунду и продолжила говорить, но я ее не слышал. В ушах стоял звон. Я словно бы падал спиной в колодец. Юноша в теле старика… Я поднял собственную ладонь, некогда большую и крепкую — ладонь прирожденного вратаря. Сейчас она была сухой и больше напоминала лапы коршуна… Я всегда был высоким, почти как старшекласники, в свои-то четырнадцать! Но теперь я словно пугало… «Это должно быть злой розыгрыш!..» — Осенило меня. Джеймс выманил меня гулять, потом в том подвале опоил меня, а сейчас вовсю смеется надо мной, сидя тут, в кладовке! Мои губы тронула улыбка, МакГонагалл замолчала, наблюдая за мной. Ее бровь взлетела вверх, когда я хихикнул. — Ха-ха-ха, — все-таки не выдержав загоготал я, запрокинув голову, — Ух! — вдохнул новую порцию воздуха и произнес. — Завязывай, Поттер! Я расколол твой прикол! — я вновь засмеялся под испугаными взглядами Минервы и Ала. «Хорошо играют» — пронеслось у меня в голове. Слишком хорошо… Смех перешел в истерику. Я смеялся и смеялся, утирая слезы, схватившись за живот. Ал убежал, а Минерва смотрела на меня своими зелеными глазами, в самую душу. — Мадам Помфри! — в какой-то момент воскликнула она, — позаботьтесь о нем, — мягко проговорила профессор и, подойдя ко мне, коснулась моего лба. Мир медленно потерял четкость… *** Хозяин стоял перед «Алым» камнем и воровато оглядывался по сторонам. Только что убежало несколько человек из лаборатории, а охрана еще не пришла. У него мало времени… И это его жутко бесило, ведь он давно привык, что время для него — бесконечный ресурс! Он положил руку на пульсирующий камень и нежно, будто бы гладил по руке друга, произнес: — Брат… — полухрип, полускрип. Его голос, как всегда, выводил его… Слишком многое выводило его из себя в последнее время! Этот замок, эти поганые волшебники! Эти мальчишки!.. Он глубоко вздохнул. Он не хотел их убивать… Просто за века он привык: бей первым! А потом думай! Вопреки всем поговоркам и «мудростям». Иначе подумать тебе не дадут. Конечно, это бы его слабо волновало, к примеру, год назад, когда он бесцельно бродил по миру, изредка навещая душу своего брата. Но сейчас… Он не мог позволить убить себя, пусть и на неопределенный срок! Он пришел в замок откликнувшись на зов… На зов братской души. Он еще раз медленно провел по камню своей сухой ладонью. В то время его тело было уничтоженно. Но их души связаны… Он помнил его крик, его мольбы о помощи. И свою беспомощность! Он, как всегда, пытался покончить собой. На этот раз выбрал жерло гималайского вулкана. Его тело не существовало почти четыре года! Новый рекорд! И Судьба выбрала именно этот момент, чтобы нанести его душе удар… — Не молчи же ты! — не сильно хлопнув по камню ладонью прикрикнул он. — Кто здесь?! — Ты чего, Сиржик? — спросил мужчина, один из новых преподователей. — Ты не слышал? Хозяин медленно, отточеной веками походкой обогнул камень и усилием воли вытолкнул себя из материального мира. Для сторонего наблюдателя он будто бы трансгресировал, но не «скрутившись» в точку, а будто бы втянулся в щель. — Тебе наверняка показалось… — Да, наверно… Хозяин плыл в эфире, блуждая по замку, словно невидимый призрак… Все предметы размывались, будто бы через неровную линзу. Его терзали идеи… Избавляться от волшебников, или нет? Брат так любил их… Но тогда почему он молчит?! Он ведь там! Его занесло в больничное крыло, и он невольно остановился рядом с вчерашним визитером… Жаль парня. Хозяин, все еще не материализовавшись, вытянул руку и коснулся его головы. Он вздрогнул и затрясся всем телом. Убрав руку Хозяин еле сдержал изумленный вздох. Этот юно… Уже не юноша весьма умен, особенно для своих лет… В нем сокрыт немаленкий потенциал. Настоящий самородок! Братец обожал таких. Хозяин еще какое-то время с сожалением смотрел на старика. Его магия была слишком сильна, даже он не мог ее обратить. Он навис на парнем, словно дементор во время поцелуя. — Прости… — выдохнул он ему в лицо. Тони открыл глаза.