Приключения эльфанутого Инквизитора.

Зимний Дворец — прекрасен. Архитектура, убранство все без конца поражало воображение, ходить бы да любоваться здешними красотами. Да только вот все празднество омрачалось одной единственной мыслью… Нет, не той, что на нынешнем вечере императрицу могут зарезать аки свинью на скотобойне, а той, что все здесь пропитано Игрой и присущей ей интриганской ложью. — Не забывайте улыбаться, сударь Лавеллан. — Тихонько шепчет Жозефина, что любезно выдергивает из мыслей в еще более суровую реальность. Солдаты Инквизиции пред нами расступаются, чтобы представить прославленного Инквизитора сливкам орлейского общества, но с каждым шагом я все явственнее вижу свору шипящий змей в масках, которые обступают меня со всех сторон и незаметно стараются тяпнуть за пятки при первом удобном случае. Дать бы выбор, так я бы дальше стоял за солдатами, но чего уж греха таить, ведь будь моя воля, то я бы вообще на этот вечер не сунулся. — У вас все получится. — Ободряюще шепчет леди Монтилье, когда замечает, что я нервно, будто мальчишка, тереблю свой парадный камзол. — Должно получится… — Шепчу я одними губами так, словно мне перекрыли чертов кислород. « Эй ты, остроухий.» — окликает меня некая дамочка сразу же, стоило лишь удалиться леди послу. « Потрясное начало, чтоб вас Ужасный Волк сожрал…» — думаю я и в пол уха слушаю о том, что она, бедная и несчастная, потеряла какое-то архиважное кольцо. По инерции и с привычным воспитанием хочу поинтересоваться не нужна ли ей помощь, но одергиваю себя, когда замечаю легкий блеск неподалеку. « Кольцо потеряла? А ничего, что оно лежит прямо у тебя за спиной вооон у того фонтанчика? Может тебя за шею к нему отвести и ткнуть в него рожей так, чтобы маска пополам треснула?» — Едва ли вечер начался, а я уже на взводе. Впрочем, надо отдать должное этой дамочке, ибо она живо обрисовала мне все то, к чему меня с таким упорством готовили Жозефина и Лелиана. Первая напичкала меня манерами по самое не балуйся, а вторая за самый краткий срок ввела во все прелести бардовского бытия и настропалила отвечать так, что я мог поспорить теперь даже с Вивьен в искусности плевания ядом. И все бы ничего, но в душе я был все тот же эльф простачок, который бы с радостью сейчас грелся у камина в объятиях своего тевинтерца… Дориан, храни Митал и Андрасте, был единственной радостью для меня на всем этом вечере. Но и того сейчас рядом не было, и ведь еще нужно умудриться пробиться к нему так, чтобы не сожрали по дороге всю показную важность-стойкость и не выгнали с позором из Зимнего Дворца. А ведь мне пришлось долго припираться с Жозефиной, которая пыталась отговорить меня брать с собой Павуса на бал. Ну еще бы, инквизитор — эльф и сопровождает его тевинтерский маг на приеме у императрицы всея Орлея! Искра, буря, безумие — трындец Инквизиции от сплетен. И это еще с боем я уступил леди послу свою затею взять помимо Павуса в компаньоны Быка и Соласа, что добило бы ситуацию от слова совсем. С горем пополам мы сошлись на том, что со мной стоит отправиться Кассандре и Вивьен… Вот от последней я был совсем не в восторге, но признавал, что она на таких мероприятиях будет аки рыба в воде. Дверь в бальную залу отворилась и начался настоящий круговорот лицемерия в обществе. Приторная вежливость, завуалированные угрозы и двусмысленные намеки — чудо, а не вечер. Всегда мечтал ходить по стойке смирно, улыбаться чопорно и ждать, когда же какая-нибудь сволочь плеснет мне яду в бокал или ткнет мне пером под ребро. Впрочем, радовало то, что не только мне тут было тошно. Каллен, явно смущенный чрезмерным количеством внимания, едва ли не вжимался в стену в попытке отбиться от навязчивых игрищ юных, а то и не совсем, дев. — Милые дамы, я похищу у вас доблестного рыцаря на некоторое время? — Поклонившись и выдав самую очаровательную улыбку, на кою только был способен, поинтересовался я. — Конечно, Инквизитор. — Дамы кокетливо посмеиваясь расступились и, без обиняков, замученный Резерфорд едва ли что не подскочил ко мне. Такое облегчение в глазах Каллена я видел лишь тогда, когда сподобился признаться ему, что мои с ним заигрывания не более, чем невинный юмор. Очень уж мне нравилась искренняя реакция этого простого вояки, который так забавно алел от простейших комплиментов. — Вижу не мне одному тут хочется вздернуться на ближайшей шали, а? — И не говорите, Инквизитор. Скорее бы все это закончилось… — Я над этим работаю, а посему будь готов действовать. — Наши люди уже прибывают. И это все, что мне нужно знать на данный момент. Я, конечно, не сомневался в своих ребятах, но руки все равно подрагивали в треморе от мыслей о том, как все может обернуться. Отыскать в логове змей самую ядовитую и выдернуть ей клыки так, чтобы не получить порцию яда внутривенно та еще задачка. Так ведь и параноиком стать не долго, когда в каждом нужно видеть потенциальную угрозу, а так и было на самом деле. Уж что-что, а уроки нашего Тайного Канцлера я усвоил на отлично и нервной птицей в голове все время билась мысль: «Никому не верь. Никому.». Насколько же это отвратительно и непривычно, ведь сразу вспоминался клан в котором всегда можно было положиться на других. Даже я, маг, который держался особняком, всегда мог быть уверен в том, что соклановцы прикроют мне спину. Если бы со мной не было Дориана, Кассандры, да чего там, даже Вивьен и остальных, то я бы давно тут свихнулся от паники. Я искренне не понимал как тут живут все эти люди… У них вообще есть хоть кто-то, кому они могут верить? Кажется, жизнь в Орлее учила тому, что даже в собственном доме от своей же семьи стоит ждать подлостей. — Ужас… — Выдыхаю я и нервно вздрагиваю, когда слышу чужой голос. — Вас что-то не устраивает, Инквизитор? — Мужчина стоящий рядом у статуи золотого льва, потягивающий вино, бросил на меня несколько заинтересованный взгляд. — Слуг мало. Хоть самому за портвейном бегай. — В голосе столько драматизма, что вот-вот и можно будет вены вскрыть от этой глубокой несправедливости, которая, казалось бы, ранила мое чувство понимания приема гостей на балах. — Ох, и не говорите, вечно эти эльфы своими обязанностями пренебрегают! Лишь усилием воли мне удается не выгнуть бровь и не выдать свое раздражение. Кажется, я начинаю понимать прелесть масок, хоть как-то скрыл бы свою перекошенную физиономию от этих заискивающих и любопытствующих взглядов. Так вовремя моего «собеседника» отвлекает какая-то дама, а я, улучив момент, буквально ныряю за спины аристократов, чтобы ему не пришла в голову идея меня окликнуть. Но уже совсем скоро я забываю о том, что, вроде как, убегал от навязчивого разговора, а все потому, что все мое внимание привлекли красные пятна на полу… Наметанный взгляд легко отличает кровь от вина и я нервно сглатываю, ощущая, что в горле предательски сухо. След ведет в сад где сейчас, как раз, находится Дориан, а еще девицы. Только вот пристают они отнюдь не к Павусу. — Милорд Инквизитор! Я так давно хотела с вами познакомиться. — Такой волнующий момент встретить вас здесь. — Скажите, неужели слухи о Вас правдивы? Поток их щебетания меня буквально оглушает и я изо всех сил стараюсь собраться, хлопаю глазами и пытаюсь сообразить, что ответить. Сознание уже подбрасывает парочку заточенных фраз, но мысли больше заняты пятнами крови и мыслями о том, что убийца уже начал действовать. Эльфы, мать его, пропадают где-то в комнатах для слуг, а ко мне пристают с совершенно глупыми расспросами! Хочется послать настырных личностей Корифею в одно место, но я просто не успеваю. — Дамы-дамы, легче, Инквизитора хватит на всех. Он как хорошее, но крепкое вино, дайте же ему подышать. — Тевинтерец грациозно является подле меня, так, словно вынырнул из пространства и времени. Девушек словно ветром сдувает от пары фраз, как и ближайших к нам аристократов. — Ма сераннас, венан… — Я знаю, что не время и не место для нежностей, но слова сами слетают с языка стоило лишь поймать взгляд серых глаз. — Всегда пожалуйста, аматус. — Одно слово, а сколько чувств в нем и этой улыбке, что дарит мне сейчас Павус. Это не та, холодная, режущая словно сталь, в которой губы мужчины растягивались еще мгновение назад, когда он смотрел на скрытых масками прелестниц в пышных платьях. Эта улыбка полна трогательной заботы и любви о том, кто дорог. И мысли о том, что этот кто-то - я невольно вытесняли весь ужас на вечере этого мракобесия. Если я чувствовал себя здесь совершенно неуместно, то о Дориане такого сказать было невозможно. Невольно на ум пришло сравнение, что среди всех этих пираний орлейской аристократии Павус плавал гордой акулой. Акулой, которая ревностно и умело отгоняла хищно клацающих челюстями водяных гиен от рыбки-клоуна, которая вообще непонятно как сюда попала. С самокритикой у меня никогда не было проблем и от этих мыслей, и образов, я как-то усмехнулся веселее обычного. Нет, абсурдная же ситуация, если вдуматься! — Дориан, мне нужно наверх. — Киваю глазами на решетку, по которой можно забраться на второй этаж. Всего ничего задачка, сделать это при полном дворе знати. Вряд ли кто-то обратит внимание на то, как эльфийский инквизитор решил размяться. — К твоим услугам, мой ненаглядный. — Серые глаза смеются, а их обладатель, подмигнув мне, уходит в противоположную сторону. Я же подхожу к фонтану и для отвода глаз начинаю бросать в воду монетки-капризы, которых успел набрать аки сорока блестяшек, пока обыскивал все закоулки дворца. От своего занятия отвлекаюсь лишь тогда, когда в воздухе начинает плыть магия. Ненавязчиво, едва заметно, но так ощутимо окутывает чувство, к которому уже успел привыкнуть за время присутствия тевинтерского мага под боком. — Смотрите куда идете! — Нарушает тишину возмущенный женский возглас. — Миледи, где ваши манеры?! Вы же налетели на меня! — Второй не менее возмущенный глас принадлежит мужчине. Искоса наблюдаю за тем, как лед исчезает с каменного паркета, не оставляя и намека на то, что произошедшая ситуация не была случайностью. На обоих нарядах спорящей парочки красовались внушительного размера расплывающиеся бардовые пятна. Впрочем, ситуацию подогревало скорее то, что два этих аристократа враждовали семьями и подобное происшествие стало лишь удобным поводом для склоки. « Дориан, ты — чудо!» — Я мысленно ликую, а Павус украдкой улыбается мне и наблюдает за тем, как я опрометью кидаюсь к решетке и, как можно быстрее, забираюсь наверх в надежде остаться незамеченным пока аристократы наслаждаются перебранкой двух скандалистов.