Падаванство

Маленький серо-полосатый котёнок дрожал от холода, прижавшись к практически остывшей трубе. Его местами порядком потрёпанная шёрстка стояла колом, один глаз уже вовсе не открывался, буквально склеенный гноем, но небольшой хвостик, похожий на ёршик для чистки бутылок, всё ещё воинственно торчал вверх. Малыш не собирался прекращать борьбу с голодом и опасностями улицы, но в животе предательски урчало, температура на Нижних уровнях Корусанта продолжала падать, а несколько существ, к которым он попытался подползти за помощью, уже наградили его пинками под рёбра, от которых всё внутри ныло. Он замерзал заживо в этот прекрасный праздник, день, когда вся планета-город была покрыта сверкающими гирляндами и даже в самых бедных кварталах каждая семья накрывала на стол. Котёнок не жаловался — он вообще как-то не думал о несправедливости жизни и о том, что некоторые коллеги его же кошачьего рода сейчас едят элитные паштеты и валяются на тёплых лежанках в своё удовольствие. Он просто хотел покушать и поспать где-нибудь в тепле. Интересно, подумал он, а есть какой-нибудь кошачий ангел, который забирает хороших маленьких котят к себе? Вот бы он сейчас пришёл… Равнодушные серые улицы Корусанта были покрыты грязным снегом, смешанным с химическими добавками, гранулы которых противно хрустели под подошвами обуви. Мокрые комки этого искусственного погодного явления сыпались на случайных прохожих, вынуждая их закрывать лица от колючих льдинок. Оби-Ван, бывший одним из таких сомнительных счастливчиков, молча страдал, скрипя зубами. Его руки были заняты прозрачными пакетами с рулонами упаковочной бумаги, коробками, бантами, подарками и едой на праздничный стол, который разительно отличался от обычного аскетичного меню джедаев. Сморщив нос, чтобы хоть как-то избавиться от навязчивого запаха рыбы, которая воняла даже через несколько слоёв промасленной бумаги и плёночный пакет, падаван хмуро огляделся по сторонам. Он уже несколько недель искал для своего учителя подарок, но пока ему удалось лишь раздобыть через своих друзей пачку любимого чая Квай-Гона. Оби-Вану хотелось найти ещё что-нибудь интересное, может быть, какой-нибудь редкий сувенир, и он уже даже купил небольшую блестящую коробочку с пышным бантом на крышке для упаковки. Ничего стоящего, однако, ученику до сих пор не попалось. Решив наконец отвлечься от унылой серости вокруг, падаван раздвинул границы восприятия, чтобы в качестве упражнения понаблюдать за окружающими. Яркие, бойкие потоки Силы стали восприниматься чётче. Вон тот тучный гражданин с портфелем наверняка только что отпросился с работы и спешит к жене — а, может быть, и детишкам. А та девушка окутана беспокойством: никак не может решить, какое из двух платьев ей выбрать, чтобы надеть на праздник. Оби-Ван невольно усмехнулся и пошёл дальше, улавливая эмоции окружающих и предполагая, чем они могут быть вызваны. Неожиданно в поле восприятия попал один маленький сгусток, не принадлежащий человеку или другому подобному существу и явно угасающий. Сосредоточившись на нём, падаван, активно шурша пакетами, свернул в переулок. Что-то загремело, и за практически остывшей и покрытой сосульками трубой мелькнул дрожащий серый хвостик. — Не знаю, что ты такое, но тебя надо оттуда вытащить, — буркнул Оби-Ван, сгружая пакеты на мокрую землю. Попытки просто подозвать существо не увенчались успехом: оно явно было очень напугано кем-то или чем-то до этого. А если… Разорвав упаковку ненавистной рыбы, которую падаван терпеть не мог (кстати, равно как и его наставник — покупался этот продукт исключительно ради графа Дуку), Оби-Ван, морщась от резкого запаха, отколупал небольшой кусочек и кинул его под трубу. Стащив с себя плащ и растянув его, он приготовился сразу же ловить это… чем бы оно ни было. Маленький напуганный котёнок едва избежал ещё одного нападения! Что-то громкое и шуршащее нашло его трубу и чуть не увидело его! Забившись в дальний уголок, малыш вздыбил шёрстку и приготовился к обороне. Чего бы это ему ни стоило, живым он не дастся! А что это за запах? От аромата копчёной рыбы в маленьком животике предательски заурчало. Соблазнившись едой, котёнок выполз наружу и тут же оказался схвачен этим хитрым громким и шуршащим существом. Широко открыв единственный глаз, серо-полосатый малыш, крепко сжимая в челюстях рыбу, выпустил коготки, которые застряли в плотной ткани, в которую его завернули. — Вот тебе и на, — поднял брови Оби-Ван, глядя на грязный маленький комочек шерсти, который испуганно вцепился в плащ, которым на манер ребёнка его запеленал падаван. Ухитрившись одной рукой прижать к себе пищащий свёрток, а другой подобрать с земли пакеты, пока они окончательно не промокли, будущий джедай обратился к пойманному котёнку: — Ну что, подарком будешь? Кекс зашипел, граф Дуку деликатно сделал вид, что очень занят пробкой от шампанского, Квай-Гон, оставив других гостей, вышел вместе с Оби-Ваном, с которого в три ручья тёк растопленный снег вперемешку с реагентами, в коридор. — Выглядишь как чучело, падаван. Подарок под ёлкой. — У меня тоже есть для вас подарок, учитель. Помимо вот этого чая. Кекс, вовремя выбежавший к хозяевам, присел на задние лапы и с искренним кошачьим удивлением воззрился на небольшую картонную коробку. Оттуда послышалась приглушённая возня и чей-то тоненький плач. Квай-Гон, поспешивший открыть крышку, встретился взглядом с серо-полосатым грязным котёнком, который единственным глазом испуганно озирался по сторонам. — Я не знаю, куда мы денем второго кота, но, судя по всему, ты просто не мог пройти мимо. Твоё милосердие — лучший подарок для меня, твоего учителя. Пока Квай-Гон крепко обнимал своего ученика, Кекс под аккомпанемент протестов графа Дуку уже стащил у него с тарелки только что распакованную под шумок копчёную рыбу и в знак мира и дружбы преподнёс её обитателю коробки. Корусант входил в новый галактический год.