Падаванство

— Мастер, напомните, пожалуйста, в какой момент мы из хранителей мира переквалифицировались в хранителей домашнего очага? — раздался в мыслях взрослого джедая ехидный голос Оби-Вана. Квай-Гон тяжело и протяжно вздохнул и подавил в себе совсем не джедайское желание снять сапог и запустить им в раскидистую крону. А всё, как обычно, казалось простой и безобидной миссией. Дело-то плёвое, как обещал Совет. Что может быть сложного в том, чтобы прилететь на планету, забрать ценный груз в качестве посредников и сопроводить его на переговоры, где он послужит гарантом мира между двумя могущественными державами? Ну, наверное, как минимум тот факт, что ценный груз был живым. В буквальном смысле сияющий жеребёнок единорога, у которого во лбу вместо полноценного рога пока что сверкал камешек, никак не отражался в описании миссии, что, следовательно, привело к тому, что два джедая — хорошо, полтора джедая — под свист и улюлюканье местных крестьян мчались за задорным юным скакуном через всю деревушку, окружавшую местный космопорт. Делать было нечего, и, пообещав расстроенным местным властям во что бы то ни стало отыскать беглеца, всё те же полтора джедая, нанеся на себя все возможные виды маскировки, углубились в лес. Колено, некогда простреленное шальным зарядом бластера, начинало ныть от нескольких часов в крайне неудобной позе, но Квай-Гон не решался сменить положение, чтобы случайно не нарушить хрупкую тишину. Жеребёнок пасся прямо под ними, жадно ощипывая полянку и время от времени топая ножкой и разрывая алмазным копытцем землю в поисках сладких корешков. Крона соседнего дерева захлопала голубыми глазами Оби-Вана, когда он попытался с помощью зрительной азбуки Морзе намекнуть наставнику, что сейчас — самый подходящий момент сбросить сеть и поймать драгоценную микролошадь. — Не сейчас, — мысленно ответил Квай-Гон, внимательно наблюдая за тем, как жеребёнок вдруг оторвался от пучка одуванчиков и настороженно втянул воздух, раздувая ноздри и всхрапывая. Единорожек тоненько и призывно заржал, но ответом ему был только ветер, завывавший в кронах деревьев (на секунду мастеру-джедаю показалось, что Оби-Ван тихонечко подвывал в такт, ведя себя как образцово-показательное дерево). Не получив ответа на свой спич, самый ценный груз этой планетарной системы опустил голову, боднул одуванчики огромным сапфиром, растущим на лбу вместо рога, и продолжил невозмутимо жевать траву. — Сейчас! — прошипел Квай-Гон, и вниз полетела тонкая, но прочная сеть с самозабивающимися колышками, накрывшая единорожку. Тот жалобно запищал, пытаясь вырваться из плена, но изумлённо замер, когда ближайшее к нему дерево вдруг лишилось кроны, которая, шелестя искусственными ветками, протянула ему кусочек сахара. — Видишь, Оби-Ван, как пригождается умение общаться с животными, — наставительно произнёс Квай-Гон, на самодельном поводке с недоуздком пытаясь заставить единорожка зайти на трап грузового корабля. — Что-то оно не очень вам помогает в данный момент, — пропыхтел падаван, предпочитавший соблюдать дистанцию после того, как своенравный символ мира оставил ему на память фиолетовый чёткий синяк на бедре. Словно в подтверждение этих слов, жеребёнок всеми четырьмя ногами подпрыгнул, при приземлении сломав трап алмазными копытами так легко, будто бы он был из картона. Ругаться джедаям вроде как не пристало, поэтому мастер и ученик ограничились тем, что просто тяжело вздохнули, посетовали на то, что совсем забыли об особой силе, которой отличались единороги, и отправились искать механика, готового починить им трап. — Предлагаю включить в обязательную документацию перед миссией чтение бестиариев, — заметил Оби-Ван несколько часов спустя, когда упрямая животина была наконец размещена на специальном противоударном покрытии в грузовом отсеке, а корабль совершил гиперскачок и двигался на автопилоте. — Что, прости? — рассеянно переспросил Квай-Гон, щёлкая рычагами на панели управления. — Бестиарии. Ну, знаете, писать там, что единороги устойчивы к майндтрику, гули едят трупы, вот это всё. А то кто знает, какой заказ нам выпадет на следующем задании… Двигатели корабля просвистели что-то подозрительно похожее на слова «чеканной монетой» и вновь загудели ровно.