За двоих

Никки не без труда забрался на высокую мягкую постель и поудобней устроился прямо посреди семейного ложа. Он сегодня надел красивую длинную пижаму в розово-бежевую полосочку. Она так приятно холодила кожу и пахла миндальным кондиционером для белья. Омега немного вытянул шею и оторвал голову от мягких подушек, чтобы в поле зрения попало происходящее в ванной комнате, так как дверь туда была настежь открыта. В дверном проёме Никки смог разглядеть силуэт высокого и крепко сложенного молодого мужчины. Волосы цвета спелых каштанов на его макушке были как обычно взъерошены. "Мягкие" – подумал Никки и улыбнулся своим мыслям. Альфа тем временем закончил чистить зубы, но прежде чем увидеть как он возвращается в спальню, Никки быстро накрылся одеялом с ног до головы и затаил дыхание. Хантер подошёл к постели, на которой с виду лежало очень бугристое одеяло, но торчащая розовая пятка и лёгкое ощущение игривости – чужой игривости – буквально на кончиках пальцев вызвало у него улыбку и желание подыграть. Альфа наигранно вздохнул: – Кажется, придется одному сегодня спать в постели, ведь я нигде не могу найти своего мужа, – под одеялом послышался тихий смешок, – Да ещё и одеяло какое-то странное, бугристое всё. Хантер резко повалился на кровать, хватая взвизгнувшего от неожиданности Никки, и откинул с его раскрасневшегося лица покров. – Попался! – альфа сгрёб в охапку мужа, подминая под себя. Потом чмокнул в аккуратный носик, на секунду залюбовался ореолом коротких светлых волос, разметавшихся по подушке и улыбкой в уголках глаз Никки. Омега завозился в объятиях мужа, и Хантер вытащил одеяло, зажатое меж их тел, чтоб оно не мешалось. Но только для того, чтобы увидеть, что Никки с ног до головы замотан в пижамный костюм. – Ты на улице спать собрался что ли? – ухмыльнулся он. – Это я для тебя нарядился, – застенчиво опустил ресницы омега. – Мне очень нравится, – кивнул Хантер, расстёгивая первую пуговицу рубашки. Впрочем, альфа не спешил раздевать мужа, и запечатлев легкий поцелуй в губы, продолжил разговор: – Как прошёл день в лаборатории? Никки на секунду замялся и Хантеру с трудом удалось почувствовать отголосок нерешительности, которая тут же растворилась в воздухе, поэтому альфа сделал вид, что не заметил паузы. – Мы нашли ещё два подобных моему случая, – ответил омега. Он запустил ловкие пальцы в волосы Хантера, отчего тот тут же начал подставляться самым желанным участком головы для массажа. – И как? – почти промурлыкал альфа. – Тот, что постарше, живёт на другом конце страны, поэтому приедет только послезавтра, а другой – совсем кроха, поэтому мы ему сейчас смогли сделать только блокировку запаха. – Ты у меня такой молодец, Никки, – выдохнул Хантер и снова припал губами к губам мужа, но в этот раз задержался на них подольше, чтобы тень омежьего беспокойства пропала с радара. Да, за эти пять лет альфа научился улавливать малейшие изменения в душевном настрое своего Истинного. – А у тебя как день прошёл? – выдохнул Никки, после того как муж снова от него отстранился и расстегнул вторую пуговицу пижамы. Хантер поморщился: – Ты не хочешь слышать о двигателях, сорванных сроках поставки новой модели Порше, и о том, как я всех сегодня чуть не уволил к чертям собачьим, – альфа опустил голову и поцеловал открывшуюся ярёмную впадинку, омега вздрогнул от приятной ласки, но от него не скрылось лёгкое раздражение мужа. – Значит, мне завтра придётся напечь много-много печенья с утра пораньше и поехать с тобой, чтобы поднять настроение бедняжкам после твоего разноса, – это было не вопросом, а вполне себе планом. – Эти олухи не заслужили печенек по старинному рецепту семейства Рид, – покачал головой Хантер, но мысленно уже представлял как все расплываются в улыбках , когда он завтра привезёт своего милашку-мужа, ведь в восторге от Никки были буквально все. Он как будто был создан для любви. Третья и четвёртая пуговицы оказались расстёгнутыми и мягкие губы альфы на открывшемся участке кожи выбили совершенно все ответы из головы омеги. – Тем более, – оторвался от поцелуев Хантер, – разве ты не должен быть на моей стороне? – Ханти, – улыбнулся Никки и погладил мужа по крепким обнажённым плечам, заглядевшись красотой его профиля, – ты можешь быть очень резок порой. – Верно, – вздохнул альфа, в попытке потушить возникшее чувство вины до того, как Никки успеет почувствовать его у себя, – и за что ты вообще меня любишь? – Ну-у-у, – Никки демонстративно вытянул изящную ручку перед собой и полюбовался на обручальное кольцо с внушительным бриллиантом. Хантер прыснул от этой шутки, а Никки моментально почувствовал, как игривая атмосфера снова вернулась, и тоже засмеялся. Сейчас они оба могли дурачиться, а ведь не так много времени прошло с тех пор, когда Никки чувствовал неловкость буквально при любой попытке Хантера финансово позаботиться о нём. Но только успешная карьера биолога в сфере гормональных исследований вселила омеге уверенность в себе, потому что теперь он помогал людям и чувствовал собственную значимость, а проблемы финансового неравенства сначала отошли на второй план, потом и вовсе пропали. Хантер был только рад такому раскладу – он гордился работой Никки и знал, что тот заслужил хоть горы золотые. Полы пижамной рубашки наконец оказались полностью распахнуты и взору альфы предстали два розовых сосочка. Он подумал с какого начать, и припал губами к правому, посасывая затвердевшую бусинку. Никки будто пробил электрический разряд, а с губ сорвался приглушённый стон, отчего омега тут же смутился. – Не надо, не стесняйся, милый, – прошептал Хантер, моментально уловив изменения в эмоциональной атмосфере, и переключился на другой сосок, – мне важно знать, что тебе хорошо. Признаться, несмотря на то, что знакомы они уже были пять лет, поженились только после того как закончили институт – год назад, и до свадьбы Хантер боялся лишний раз притронуться к Никки. Да и после, во время первой брачной ночи, омеге пришлось хорошенько поуговаривать новоиспечённого мужа на исполнение супружеского долга. Поэтому даже сейчас Никки всё ещё был новичком в любовных утехах, а Хантер даже и не думал спешить. Вот и в данный момент альфа медленно выпутывал омегу из рубашки, приподнявшись над ним. Он поцеловал правую ладошку, как только с той спал последний рукав, потом запястье, на котором виднелось два бледных полукруга метки. Прошёлся языком по сгибу локтя, легонько чмокнул мягкое плечико и наконец захватил губы Никки в плен своих. Омега обхватил руками шею Хантера, раскрыл губы навстречу его, несмело толкнувшись язычком навстречу, но тут же услышал одобрительный тихий рык, а рука мужа обхватила талию Никки, чтобы притянуть поближе. Альфа старательно вылизывал податливый ротик и наслаждался тем, как сильнее раскрывается запах свежести в спальне. Никки же ощущал в лёгких порцию жара при каждом вздохе, что выбивало любые сомнения из светлой головы. Хантер с трудом оторвался от сладких губ и начал спускаться цепочкой лёгких поцелуев ниже, пока не достиг впалого пупка на животе. Альфа положил руки на бёдра Никки, и тот немного приподнял их, давая доступ к ягодицам. Мужчина с удовольствием помял нежные округлости через ткань, потом подцепил резинку пижамных штанов и стянул их с мужа. От внимательного взора не скрылся красный след от тугого пояса на нежной коже омеги. – И откуда у тебя такая пижама? – пробормотал Хантер, хмурясь. – Это Лео подарил, – пискнули сверху. – Ох уж этот Лео, – вздохнул альфа и принялся поглаживать стройные ноги, удобно устроившись между ними, но спешить по-прежнему не хотел, поэтому продолжил разговор, – куда он, кстати, запропастился? – Снова уехал на родину, – вздохнул Никки. Всего три дня назад он отвозил друга в аэропорт, а уже соскучился. Омега вдруг вспомнил, как Лео пропал сразу после того, как узнал, что Никки даст отношениям с Хантером шанс. – Значит, ты выбрал его, – Лео отчаянно пытался сдержать слёзы и сохранить остатки гордости перед возлюбленным. – Боюсь, что у меня не было выбора, – тихо сказал Никки, – он ведь мой Истинный. Сразу после того разговора омеге позвонил обеспокоенный Хантер – тогда он смог почувствовать душевные терзания Никки будучи даже на другом конце города. Потепление в отношениях пришло, кстати, именно с подачи альфы. Приближалась вторая течка Никки, и Хантер совершенно был не готов провести её вместе, но и оставлять своего омегу одного было бы совсем неправильно. Тогда он наудачу вызвонил Лео, будучи уверенным, что тот пошлёт его далеко и надолго. Но тот согласился побыть предстоящую неделю с Никки довольно легко. Когда же омеги встретились, то неловкое молчание быстро прервалось общими рыданиями, объятиями и извинениями. – От тебя так долго не было вестей, – сказал Никки, когда они обнимались, лежа на маленькой постели в его комнате, – я так переживал. – Никки я...– Лео на секунду замолчал, но потом признался, – я думал, что ты врёшь, когда сказал, что у тебя не было выбора. – А сейчас ты так не думаешь? – омега удивлённо взглянул на друга. – Нет, потому что... В общем, я был так расстроен тогда, что решил съездить на родину папы – к дедушкам, и встретил там Истинного. Теперь я тебя понимаю, – отвёл глаза Лео. – Поэтому ты так долго не выходил на связь, – улыбнулся Никки, – миловался с ним всё это время? – Ну...– закусил губу маленький омега, – не совсем. Он оказался местным жителем и совсем не знает английского, а я наоборот успел уже забыть язык предков. Поэтому мы долго не понимали друг друга, хотя оба чувствовали связь, но самое интересное, – Лео выдержал интригующую паузу, – мы тоже эмпаты! – Не может быть! – воскликнул Никки, расплываясь в радостной улыбке. – Знаешь, я хотел, чтобы мы с тобой были вместе, – признался с лёгким сердцем Лео, – мечтал, чтобы мы одновременно забеременели, а потом вместе растили детей. Может...Может, эти мечты ещё сбудутся? Отвлёкшись на воспоминание Никки не заметил, как Хантер успел стянуть и с себя пижамные штаны, а вот лёгкий массаж стоп без внимания уже никак остаться не мог. Хантер чмокнул оба свода, вызвав щекотку у Никки, отчего тот не смог сдержать глупого хихиканья. Альфа потянулся к резинке трусиков на Никки, и омега снова приподнял бёдра, чтобы ему было удобней их стянуть. Ткань легко поддалась и заскользила вниз, а Хантер с удовольствием заметил небольшое мокрое пятнышко на ней. Хотя маленький возбуждённый член мужа говорил о его возбуждении так же красноречиво. Колени Никки сами собой раскрылись, а сам омега не мог оторвать взгляда от того, что делал его муж. Хантер поцеловал внутреннюю часть бёдер, отчего Никки заскулил благодарно. Альфа не смог удержаться и легонько прикусил мягкую кожу, омега от этого даже не дёрнулся, хотя поначалу Хантер не всегда мог рассчитать силу, и часто рисовал по утру "сеточки" от синяков на теле мужа. – Ханти, только не до... – судорожно выдохнул омега, когда Хантер немного натянул кожу на члене и, оголив головку, нежно начал посасывать её губами. Договорить начатое Никки так и не решился, поэтому попробовал объясниться более общо: – Я хочу тебя. Альфа только угукнул, не выпуская члена изо рта, и принялся массировать пальцами влажное от возбуждения колечко ануса. Мышцы легко поддались на ласки и впустили один палец свободно. Никки сладко застонал, когда Хантер нашёл пока ещё небольшой бугорок простаты и помассировал его, с удовольствием отмечая, как внутри всё пульсирует от прилива крови – его мальчик и правда сильно хотел его. Никки призывно поёрзал, когда Хантер прибавил второй палец, и заскрёбся по плечам альфы. Оба уже отчётливо чувствовали взаимное нетерпение. Внутри Никки было уже так скользко, что продолжать растяжку не было необходимости. Однако для полной уверенности альфа просунул в податливое нутро третий палец, оторвался от оральных ласк и, проложив дорожку из поцелуев, снова припал к мягким губам Никки. Омега ответил на поцелуй жадно и устроился под Хантером поудобней, подтянув колени повыше. Альфа наконец решил, что муж достаточно подготовлен, поэтому на ощупь поводил своим членом меж омежьих половинок, хорошенько размазывая по нему естественную смазку, и толкнулся внутрь. Никки издал какой-то непонятный полустон-полувыдох, но буквально через секунду уже обвил ногами торс любимого альфы и схватился руками за его плечи, притягивая для поцелуя в шею. Хантер краем сознания отметил отсутствие страха или отвращения – отголоски этих эмоций он умел чувствовать в малейших количествах – и только тогда начал неспешно двигаться. До слуха сразу же начали доноситься стоны и всхлипы, а по телу жидким огнём разливалось возбуждение помноженное надвое. Никки пытался продержаться подольше, но разнеженное тело под умелыми ласками мужа совсем отказывалось слушаться. А когда он услышал будоражащий до поджилок рык мужа, то совсем потерялся в ощущениях. Хантер почувствовал, как омега мелко задрожал в оргазме под ним, и инстинктивно толкнулся глубже, так как стеночки отверстия так приятно сжимались вокруг его члена, что он и сам не выдержал и кончил следом, успев выйти из разомлевшего мужа за мгновение до сцепки. Всё-таки сейчас было не время для полуторачасового марафона накатывающих друг за другом оргазмов и крепнущей в несколько раз силе эмоциональной связи, когда они находились буквально друг у друга в голове. Штука, конечно, крутая, но полностью выматывающая. Впрочем, для Никки и сегодняшний секс был достаточно изнуряющим – Хантер уже через пять минут восстановил дыхание и ушёл в ванную, чтобы принести влажное полотенце, а омега и пальцем-то еле пошевелить мог. Но прежде чем заснуть, надо было сделать кое-что ещё: – Ханти, впусти Тайни, а то он без нас не заснёт, – попросил он, пока муж старательно обтирал его тканью. Альфа молча кивнул, но прежде чем уйти, почувствовал, что Никки взял его за руку и потянул к себе. Омега подарил благодарный за этот чудесный вечер поцелуй и, дождавшись, когда оба его мужчины удобно устроятся на семейном ложе, провалился в крепкий сон.