Миссия по репатриации

Возможно, равенство — это право, но никакая сила на земле не сделает его фактором. Оноре де Бальзак

      Дни текли медленно и тягуче. Луффи и Ника постоянно играли друг с другом в различные игры, начиная от догонялок и заканчивая жмурками. Николь даже обучила Монки Д нескольким забавам из её мира. И пареньку они понравились!       За смехом и разговорами о будущем прошла примерно неделя, в течение которой дети пытались скрыть лёгкую грусть от расставания с пиратами. Конечно, они понимали, что ещё увидятся в Шанксом и его громкой командой, однако неугомонному Луффи было сложно ждать этого дня, а более предусмотрительная Николь иногда вздрагивала от мысли, что пираты Рыжеволосого могут погибнуть на Гранд Лайне. Конечно же, было глупо так думать, всё же те далеко не слабаки, но попаданка не могла с собой ничего поделать.       Но в один день мисс Фортуна всё же решила, что пора завязывать с лёгкой меланхолией и бездельем, а потому вернулась к тренировкам. Встав с постели на втором этаже, взяв катану из кайросеки и рюкзак, забитый вещами (среди них были три комплекта одежды, пара кед, средства гигиены и техника из её мира), она отправилась вниз завтракать.       Макино не только прекрасно готовила, но и оказалась очень добродушной женщиной, раз согласилась приютить малышку у себя, которая была не прочь помочь хозяйке бара по хозяйству.       В этот день Николь встала пораньше, надеясь ещё с раннего утра скрыться от любопытных Макино и Луффи, однако последний уже сидел в баре на первом этаже и что-то жевал. Закатив глаза, мисс Фортуна поняла, что нет смысла скрывать свою ношу, которую хотела спрятать. Да и вряд ли доброй барменше и несмышлёному ребёнку понадобятся её деньги, которые она за время вылазок с Шанксом умудрилась либо почти честно заработать, либо украсть. И никакая совесть девчушку не мучила. Всё же это мир пиратов, и здесь выживает сильнейший, хитрейший, умнейший и самый удачливый. Да и крала девушка только у богатеев и пиратов.       Так почему бы не попытаться почувствовать себя местным Робин Гудом? Частично, правда, ибо деньги-то отдавать она никому не собиралась.       — Доброе утро, Ника-чан. А зачем тебе эти вещи? — озадаченно спросила девчушку Макино.       — Сегодня я продолжу тренировки, а то надоело тухнуть от безделья! — весело заявила та, садясь рядом с Луффи. — И ещё… Чудо, поможешь мне спрятать сокровища?       Она озорно улыбнулась, представив себе лицо Шанкса, когда после трогательного расставания с детьми он пошёл в капитанскую рубку и обнаружил, что в сундуке вместо двух миллионов белли находится паутина, небольшая стопка фото с компроматом и записка со словами: «Будем считать, что ты их у меня выкупил! (^-^) ヾ (＾-＾) ノ». Николь противненько хихикнула.       Она обожала делать фотографии на корабле Рыжеволосого, постепенно собирая коллекцию миловидных и очень интересных воспоминаний на картинках. Как хорошо, что её техника была при ней, а то бы давно померла от скуки. Тем более, когда Ника искала «приключения» на свою пятую точку, иногда можно было сделать такие пикантные фото.       И теперь эти фотографии у Шанкса. Почти. Мужчина, конечно, в гневе, но он сейчас настолько далеко-далеко от неё, что блондинке лишь остаётся громко смеяться и ходить безнаказанной. Месть — это то самое блюдо, которое подают холодным. И вдвойне приятное, когда ещё приятные зеленые банкноты лежат в рюкзаке.       — Ага, давай. Заодно тоже потренируюсь! Я же должен быть сильным, чтобы стать Королём Пиратов! — задорно и уверено сказал Луффи, у которого в глазах зажёгся странный огонёк, когда он взглянул на девочку. У Фортуны возникло нехорошее предчувствие, но махнула на это рукой. Ещё было утро, мало ли что ей может привидеться?       Позавтракав, Ника схватила катану и рюкзак, направляясь к выходу. За ней следом пошёл Чудо, но они не успели выйти, как внутрь бара вошёл престарелый мужчина в чёрном костюме, преграждая дорогу двоим ребятам. Что-то в его облике было пугающим, заставляющим коленки подрагивать. Несмотря на добрую ухмылку, которая тут же стала хитрой, стоило мужчине обратить внимание на Луффи, мужчина откровенно пугал. И не удивительно, ибо комплекцией он обладал весьма и весьма внушительной: широкие плечи и большие ручищи делали этого человека грозным. Да и шрам в виде полумесяца, рассекавший левую бровь, буквально кричал о том, что уж что-что, а драться этот незнакомец умеет.       Ника отошла от этого седого гиганта, который её пугал и не особо-то нравился из-за его уж слишком коварной улыбки. Где-то позади самой Николь шлепнулся на задницу и удивлённо-испуганно смотрел на старика Луффи.       — Привет, Макино, — весело поздоровался незнакомец.       — Здравствуйте, Гарп-сан. Давно же вы у нас не появлялись, — с улыбкой произнесла та таким непринуждённым голосом, будто не чувствовала той опасности, что источал мужчина.       «Они знакомы?!» — недоуменно подумала Ника.       — Ага. Да я за Луффи пришёл. — Сказал, как отрезал, при этом грозно, но одновременно с широкой улыбкой смотря на мальчишку. При этом распахнул руки в разные стороны, явно намереваясь обнять внука.       Чудо за это время подскочил и бросился прочь от него с криком: «Нет, деда вернулся!» А сам «дед» кинулся за ним тоже, крича: «А ну стой! Всё равно поймаю!» затем послышались просьбы о помощи от Луффи, адресованные Фортуне, но та лишь стояла на месте, как вкопанная, и с изумлением глядела на этих двоих. В надежде понять, что происходит, она взглянула на Макино, что с улыбкой смотрела за беготнёй. Та спокойно ответила на немой вопрос девочки:       — Это дедушка Луффи-куна, Гарп-сан. Он вице-адмирал дозора.       «ШТА?!» — пронеслось в голове у Ники, и девчушка резко посмотрела туда, где должен был быть Чудо с дедом. Второй уже поймал сорванца и шлёпал того по заднице за «плохое поведение» и «неправильную встречу самого деда» — если Николь верно расслышала.       «Дело дрянь!» — выдал мозг Ники.       «Ох, чую, что меня постигнет та же участь!» — высказала своё мнение пятая точка.       «Бежим подальше отсюда!» — орала паника.       «Срочно нужно уносить ноги!» — прокричало чувство самосохранения.       «Мы не можем, мы примёрзли!» — в ответ прохныкали ватные ноги.       «Fuck! Нас обнаружили!» — завопило сознание, когда Гарп, взяв подмышку Чудо, направился прямиком к ней.       — А ты ещё кто такая? — поинтересовался старик, а Ника в упор смотрела в его бездонные пугающие чёрные глаза.       — Это Ника-чан, она поселилась здесь год назад, — выдала Макино.       «Предательница!» — заклеймила её Николь, глядя на девушку с осуждением в глазах.       — Хм… Я тебя уже где-то видел… — задумчиво выдал Гарп, потирая подбородок.       — Конечно видели, я же ребёнок. А таких, как я, миллионы, — проговорила Ника, сжимая лямку своего рюкзака и катану, немного нервничая. Ведь этот дозорный и правда мог видеть её во время прошлогоднего инцидента, когда впервые проявилась сила её фрукта. Вот только… Шпионы Шанкса утверждали, что её, вроде как, мёртвой сочли и забыли о ней.       В это время Гарп заметил вещи в руках девочки и прищурился, думая, что с ней делать.       — Где твои родители, девочка? — спросил он.       — Не знаю, — соврала Николь.       — Ты друг Луффи?       — Да.       — Тогда ты идёшь с нами, станешь дозорной! — уверено сказал дед и, подхватив ошарашенную Нику, усадил себе на плечо, предварительно отобрав рюкзак и неся его в руке.       «Вот это, блин, логика. И, кажется, я попала», — это были единственные две мысли, что проскользнули в голове Фортуны.       Макино виновато улыбнулась и махала рукой на прощание, вдогонку крича, чтобы дети её навещали.

***

      — С этого момента я твой дед! — заявил дедуля Луффи, идя по горной тропе в джунглях и широко улыбаясь.       — Эй, я на такое не подписывалась! — возмущённо произнесла Николь, не понимая, какого хрена вообще творится.       — Ты станешь хорошей дозорной! — продолжал старик.       — С чего ты взял?! Я сама решу, кем стану!       — Да! Мы с Никой станем пиратами! — поддакнул Чудо, которого уже опустили на землю.       — А? — удивлённо выдохнула Николь, выпучив свои зелёные глазки и смотря на этого неугомонного мальчишку.       — Ещё чего! Откуда у тебя такие мысли взялись?! — недоумевал Гарп.       — Я стану Королём Пиратов, а Ника — моей накамой! — отважно заявил Чудо, смело глядя в глаза дедуле.       — Ха! Вы станете дозорными!       — Эй, а у меня право голоса имеется? — спросила Ника, ибо она, на секундочку, ещё здесь. А ещё у неё, на вторую секундочку, есть право голоса и собственное мнение.       — НЕТ! — одновременно прокричали они.       — Ты станешь моей накамой! — радостно заявил Луффи.       — Перебьёшься! — гаркнула на него мисс Фортуна.       — Правильно! Ты станешь дозорной! — влез в разговор Гарп.       — Нет! — возмущённо прокричали дети.       — Мы с Никой станем пиратами!       — Обойдёшься!       Девочка ударила ладонью по лбу. Эти два родственничка стояли посреди дороги и кричали друг на друга, отчего зверьё в страхе разбежалось, а у Ники разболелась голова. Однако сама блондинка не спешила влезать в спор, понимая, что её мнение никто не спрашивал. Да и вообще, тогда эти два барана уж точно не уступят друг другу.       — Вы вместе с Эйсом станете дозорными! — продолжал свою шарманку Гарп.       — Эйс? Кто такой Эйс? — поинтересовался Чудо, в один миг забывая о причине спора.       — С сегодняшнего дня он будет вашим старшим братом.       С места они, в конечном итоге, сдвинулись, вот только два упорных барана никак не желали замолкать, продолжая свой, казалось бы, бесконечный спор. Зверье от их споров давно сбежало куда подальше, чтобы защитить свои уши. Ника уже давно смирилась, да и гнев как-то поутих. Её больше интересовало то, куда заводил их старик и сможет ли она сохранить свой слух. А вокруг были самые настоящие джунгли. И мисс Фортуна ой как боялась, что они потерялись, ибо Гарп, единственный, кто знал дорогу, на неё даже не смотрел. Спасала лишь мысль о том, что они всё ещё идут по тропинке, а не прыгают по кочкам каким-нибудь.       — А ты, значит, Ника, да? — неожиданно спросил вице-адмирал, прервав ненадолго свой спор с внуком.       — Да, — сухо ответила девочка, немного удивившись. Слишком резко, девушка была вообще не готова. Да и что можно ожидать от незнакомого человека, который уже причислил тебя к «своим»? Тем более, Гарп — дозорный, а доверия, заведомо, не было.       — Мечница? — Теперь он покосился на катану, что висела на спине девчушки.       Ника искоса глянула на мужчину, и ей очень не понравились чёртики, забегавшие у него в глазах. Ну, точно что-то замыслил!       — Что-то типа того. — Николь кивнула.       — А ты, Луффи, завёл отличную подругу! Она явно станет хорошей мечницей в дозоре. Может, и уровня Михоука достигнет.       Николь поперхнулась воздухом от такого заявления. И ведь на её будущее!       — Нет! Она станет моей мечницей! — вновь возмутился Монки Д-младший.       — За то время, что я тебя не видел, ты не только съел Дьявольский фрукт, но и успел совсем отбиться от рук! Во, бери пример с Ники! Сидит молча и не спорит. И вообще, она, ты и Эйс… — продолжал ворчать старик, оттаскивая Луфффи за резиновую щёку. — Когда вы вырастите, вы станете сильнейшими дозорными в истории!       — Ай-ай-ай! Ай-ай-ай! — визжал Чудо, пытаясь освободиться из крепкого захвата. — Я же из резины! Почему так больно? Отпусти, дед!       — Оставить тебя там, в той деревушке, было ошибкой, — продолжал с укором говорить старик. — Ну, хотя бы подругой обзавёлся, и то хорошо.       Ника в который раз закатила глаза и подумала о том, что надо будет как-нибудь заглянуть к Макино и перепрятать сокровища. А то в джунглях, скорее всего, даже подходящего места не сыскать. Да и не навравилась ей эта природа, хотя успела немного поотвыкнуть от постоянных многоэтажных домов мегаполиса.       Немного погодя, вдалеке показался хлипкий деревянный домик. Рядом росло дерево, на котором было развешано бельё на веревочке, а внутри дома слышался какой-то шум. Гарп всё-таки отпустил Луффи и Нику, предварительно отдав девочке рюкзак. И громко постучал в дверь.       По ту сторону весь шум резко затих, дверь осторожно приоткрылась, и наружу вышли три человека: двое мужчин и женщина, которая больше напоминала какого-то мужика — настолько резко в глаза бросались волосы цвета яркого огня и сигарета в зубах. Она была пухлого телосложения в рубашке с бусами и в штанах на большом ремне. Двое других мужчин тоже странно выглядели: один большой с бородкой, но с очень тупым выражением лица. Второй от первого тоже особо не отличался, разве что лицо его было каким-то приплющенным, да в руках он книгу держал. А у ещё обоих сабли висели по бокам, что Нику сильно насторожило.       — Гарп-сан, вы должны дать мне отдохнуть! Эйсу уже десять! Я с ним не справляюсь! Заберите его, а? — тут же начала умолять мужчину та рыжеволосая дама. — Мы больше не можем заботиться о нём! Пожалуйста, заберите его!       А лишь Гарп громко смеялся. То, что тому самому Эйсу десять лет говорило о том, что парнишка уже взрослый и может взять Луффи под опеку, на что надеялась Николь. Вот только, кажется, мальчишка и сам был тем ещё сорванцом и хулиганом, а это значило, что на плечи Фортуны ляжет ответственность ещё за одного ребёнка. И как-то мисс Фортуна сомневалась, что эти разбойники вообще смогут о них позаботиться, если даже с тем самым Эйсом не справляются. А — Николь была в этом уверена — Луффи куда активнее и приставучее Эйса.       — Я привёл ещё двоих, — как ни в чём не бывало сказал старик, и все страхи блондинки подтвердились: их действительно сейчас сбагрят не пойми кому.       — Э-э-э-э? А это что ещё за мелкие? — воскликнула женщина, и Фортуне чуть уши не заложило.       — Потише, барышня! Я чуть не оглохла! — возмущённо проговорила Николь, скривив лицо и смотря на ту в упор. Уж чего-чего, а хамства ей было не занимать. Женщина лишь злобно посмотрела в ответ.       — Вы что, притащили мне ещё двух?!.. — никак не могла успокоиться та. — А?! Что? Это ваши внуки, Гарп-сан?       — Полегче со словами, дамочка! — фыркнула Николь, скрестив руки на груди. — Я ему не внучка!       — Она тоже моя внучка. Никой звать, — опроверг её слова новоявленный дедуля, положив свою ручищу на голову девочки.       — Обломись, я ей никогда не стану! — заявила блондинка, смотря на седого гиганта злым взглядом и убирая его лапищу со своей бедной головушки. Тот даже не обратил на девочку внимание.       — Они оба мои внуки, — продолжал он толкать своё, а Ника тяжко вздохнула, решив, что если продолжит спорить, то ей же хуже будет.       Вот домолчалась. Теперь её в чужую семью затащили, а её мнение даже не учитывается. По этому старику Уголовный кодекс плачет.       — Ну что ж, ребятки, выбирайте: либо вы остаток своих дней будете лицезреть небо в клеточку, либо воспитываете этих двоих. И тогда я, быть может, закрою глаза на все ваши преступления.       Николь подумала, что этот Гарп крайне безответственный родитель, раз со спокойной душой отдаёт трёх (её, Луффи и Эйса) детей на воспитание какой-то горстке бандитов, за головы которых назначена сумма явно с более чем тремя нулями. И, кажется, не осознаёт, что с кем поведёшься, от того и наберёшься, как говорили в её мире.       «Если мы в будущем станем бандитами, то виноват будет только это старик», — подвела итог своих размышлений Николь.       — Не хочется мне за решётку, но иной раз думается, что там было бы спокойнее. Я тут с Эйсом чуть с ума не сошла, а вы приводите мне ещё двух…       Дети прыснули, но тут же поспешили скрыть улыбки. Оба понимали, что теперь этой непонятной женщине, которую Гарп назвал Дадан, будет в разы труднее и тяжелее. Ибо ни Эйс, ни Ника, ни Луффи отнюдь не примерные ангелочки.       — Спорю на что угодно, они оба такие же непослушные маленькие дьяволы! Прям как предыдущий!       «Черта с два я тут околачиваться буду», — подумала Ника.       Всё же она русская, а это не хухры-мухры. Вот возьмёт и всех тут с ума сведёт, а потом разрушит местное правительство вместе с Морским дозором и сама станет Королём пиратов. Вернее, Королевой — но мисс Фортуне это не принципиально. Лишь бы замуж за не пойми кого не выдали, а то девочка сомневалась, что здешние принцы и Короли так же прекрасны, как в диснейских мультиках.       В общем, средневековье на минималках.       Внезапно Луффи тихо вскрикнул, и попаданка обернулась. По щеке мальчишки стекала чья-то слюна, а сам он выглядел крайне раздражённым и даже несколько обиженным.       — Привет, Эйс! — радостно поздоровался с плевателем Гарп и широко улыбнулся.       — О, Эйс, ты вернулся?! — то ли радостно, то ли отчаянно-возмущённо выкрикнули недобандиты.       Юная Фортуна сдержалась, чтобы не проматериться. Хотя в прошлой жизни нецензурщиной она особо и не увлекалась, но тут, в другом мире, её чуть не прорвало, стоило только увидеть крайне недовольного паренька, который был старше её всего на два года, сидящего на спине огромного и явно мёртвого быка. Его чёрные волосы завивались и где-то сбоку к ним прилип кусочек грязи. Да и руки были потемневшими от возни в пыли и ржавчины — в руках у Эйса была металлическая труба, которая рыжела местами.       Единственным милым в этом Эйсе, на взгляд Ники, были только веснушки.       Вся поза паренька показывала, насколько он не был рад приходу своего «дедушки» с какими-то мелкими. Он перевёл тяжёлый взгляд на Николь, затем на её катану и вновь на девочку, что непроизвольно вздрогнула. Черноглазых за последний год её жизни она повстречала слишком много, но только у Эйса, мелкого десятилетнего парнишки, было такое злое раздражённое и несколько безнадёжное выражение лица.       Мысленно пропевая строчки из песни «Чёрные глаза», девочка вновь посмотрела на Гарпа.       Что-то засосало у неё под ложечкой. Фрукт давал ей не только суперслух, но и способность чувствовать нечто наподобие ауры вокруг человека, а вот у нового знакомого она была пропитана непониманием, несправедливостью и гложащим изнутри чувством собственной бесполезности. Не тем, о котором всякие глупые мальчики и девочки пишут в интернете от простого недостатка внимания, а тем, что испытывают действительно одинокие люди, понять которых могут лишь единицы.       — Эйс на три года старше тебя, Луффи. А тебя… — Вице-адмирал скосил на Нику глаза, выжидая, что она скажет ему свой возраст.       — Мне восемь, — прикрыв глаза, устало ответила та и зевнула. Всем своим видом она показывала скуку, но при этом держалась ровно и даже несколько настороженно.       — А тебя на два. С этого момента вы будете жить вместе, так что вам лучше подружиться, поняли? — Он подошёл к Чуду и дал ему подзатыльник.       — Что, уже решено?! — отчаянно и слёзно выкрикнули разбойники.       — Позаботьтесь о них! — весело «попросил» их Гарп, посмеиваясь, и… ушёл.       Николь поняла, что это крайне, крайне безответственный человек. И это «представитель закона».

***

      Проходя в дом разбойников, Николь поражалась тому, как там было грязно, не убрано и пыльно. Кажется, некоторая мебель уже разваливалась. Всплывал вопрос: а как они вообще тут живут? Правда, он тесно переплетался с другим вопросом: а как они, дети, будут тут жить? Что-то мисс Фортуне подсказывало, что в ближайшие дни она будет занята уборкой. И при чём по собственной воле.       Всё было похоже на мусорку, помойку и всё в самых лучших традициях новостей по Первому каналу. Одно слово — отстой.       Тем временем бандиты начали готовить быка, убитого Эйсом. При этом блондинка предпочитала не смотреть на процесс готовки, понимая, что это крайняя степень антисанитарии. Внутренний медик в ней дико бушевал, но Николь сдерживала того, понимая, что со столькими бугаями лекцию о чистоплотности и гигиене не провести. Слушать никто не будет.       На другом конце помещения подобие стола накрывалось, а Фортуна продолжала изучать новую обстановку, понимая, что её окружают одни чудаки. И либо это она их притягивает, либо с этим миром что-то не так. И почему-то девочка больше склонялась ко второму варианту.       Мимо пробежал таракан. Девочка вздрогнула. На корабле у Шанкса таких не водилось. Лишь крысы. Но такого… Мисс Фортуна лишь тяжко вздохнула, пытаясь не думать об увиденном.       Похвалив себя за предусмотрительность, Ника отдала Чуду один из двух фруктов, что забрала с собой от Макино после плотного завтрака, ибо всё, что им дали бандиты — это плошку риса и стакан воды, объявляя, что свою еду они буду добывать сами с помощью охоты. Это даже понравилось Нике, ибо охота — прекраснейшая возможность натренировать себя, как следует.       Вот только Луффи что-то ворчал под нос, а когда Дадан своим громогласным голосом заявила, что припахает детей к работе по дому, то возмутилась уже и Ника. Во-первых, она не нанималась сюда работать. Во-вторых, детский труд в её стране запрещён, и ей плевать, что это другой мир. В данном случае отговорка, что душой она всё равно у себя на родине и ничто не заставит её работать на какую-то престарелую женщину и горстку разбойников, ей казалась как никогда правильной и справедливой.       После своих ворчаний Луффи заявил, что дед его и раньше кидал одного в джунглях, так что приспособиться он легко сможет. Николь лишь покачала головой. Гарп крайне безответственный родитель. И потом ей стало интересно, где же отец и мать Чуда. Но, к сожалению, сам Монки Д не знал, а вице-адмирал уже ушёл куда подальше.       Стоило только Эйсу встать с насиженного места и отправиться в лес, как Луффи тут же подскочил и побежал за ним, что-то крича. Ника улыбнулась, подумав, что её друг упорный, как баран и уж точно добьётся дружбы от мелкого сорванца.       «Веснушкой будет», — решила девочка, смотря в спину убегающего Эйса и несущегося за ним резинового мальчишки.       — Вы только посмотрите на него! Мелкий сорванец, вообще не слушает… — бушевала Дадан. — Вот почему я не хочу воспитывать внуков Гарпа! — и при этом странно покосилась на Нику.       — Успокойтесь, Босс!       — Эй, ты, мелкая! — гаркнула женщина.       — Меня зовут Ника, — смотря ей в глаза, ледяным тоном произнесла девочка. Подобное обращение никому не понравится. — И не кричи, пожалуйста, я тебя прекрасно слышу.       — Мне плевать, как тебя зовут! Иди помой посуду, — приказала бандитка.       Николь не была конфликтным человеком, но такого отношения к себе терпеть не желала. Её руки сжались в кулаки, а откуда-то из глубины поднялось самое настоящее раздражение и даже злость, что вулканом расплёскивалась в груди.       — Сама мой, — гневным, но тихим тоном произнесла девочка, при этом с вызовом смотря на «опекуншу». — Я не Золушка, и мне сейчас плевать, что никто из вас не знает, кто такая Золушка. Я не буду ничего делать, пока нормально не заговорите. Может, я и ребёнок, но это не значит, что на меня надо кричать, а моё мнение топтать своими грязными и оплёванными сапогами. Если вы хотите, чтобы я вас хоть как-то уважала, то будьте добры хотя бы попросить меня по-человечески, а не кричать. Взрослые люди, как-никак.       Дадан еле вздрогнула и отступила, не сводя с Ники пристального и несколько поражённого взгляда, который спустя мгновение как-то изменился. Смягчился, что ли? Из сурового в… тоскливый и тёплый?! Ника не была уверена, но успела заметить довольную усмешку, расцветшую на губах бандитки до того, как она отвернулась.       Прикрыв на секунду глаза, Ника взяла рюкзак и катану — они как раз рядом лежали — и вышла из лачуги, потопав в сторону тропинки, по которой они пришли к этому дому. Благо, она запомнила дорогу, пока дед с внуком спорили и приперались между собой.

***

      Вернулась Николь только утром следующего дня.       Вообще, она сразу пошла обратно к Макино, но уже в гости. После более-менее безопасного похода сквозь джунгли девочка мгновенно нашла бар и заняла место перед стойкой и, попивая молоко, расспросила хозяйку о Луффи и Гарпе.       Оказывается, Луффи в этой деревне прожил всю свою недолгую жизнь. А это целых семь лет! Деда же он видел всего раз в год. На это заявление мисс Фортуна скрипнула зубами и слишком сильно сжала стакан с молоком, от чего тот треснул, а в мозолистую от вечных тренировок с катаной ладонь впились осколки. Перепуганная не на шутку Макино поспешила помочь девочке, достала все осколки, промыла рану, протёрла водкой и обвязала бинтом, который нашёлся на втором этаже.       Впрочем, рана к вечеру сама зажила — Дьявольский плод действительно творил чудеса.       После Ника попрощалась, схватила оружие и деньги, выскочила из бара и отправилась прятать свои пять миллионов, весело напевая себе под нос какую-то песню из её старого мира. Истории историями, а дела попаданка привыкла заканчивать.       К вечеру Фортуна вернулась к Макино, переночевала у неё, радуясь чистоте в доме. А потом, встав с утра пораньше, отправилась в лес, где по пути к лачуге бандитов поймала увесистого кабана и двух крупных зайцев. Правда, во время охоты Ника сильно устала, так как несколько часов гонялась за животными в форме нэко. Но бандиты её улов оценили.       — Ты похожа на чучело. Иди умойся, грязнуля. — Дадан хмыкнула и отвернулась. Николь лишь плечами пожала.       «Странная женщина», — подумала она.       Ни Луффи, ни Эйса нигде не было, и девочка даже несколько расстроилась. Наверное, Луффи до сих пор за Веснушкой гонялся. Но это было даже на руку мисс Фортуне: на втором этаже, где теперь спали дети, стояла невероятная тишина.       Спустившись вниз, попаданке всё же пришлось признать кулинарные способности бандитов, но по поводу антисанитарии она им вслух неплохо так поплевалась. Ошеломлённые разбойники даже не знали, что сказать, лишь Дадан, стоя за спиной девочки, громко рассмеялась. Дружелюбно как-то, что было не в её стиле. А потом приказала им убраться на кухне.       Убирались и готовили они до самого вечера, и к возвращению хмурого Эйса бандиты уже попивали какой-то алкоголь и громко смеялись над чем-то. Ника же сидела у стены и пустым взглядом смотрела в стену. Но, стоило заметить, что рядом с Веснушкой нет Чуда, она нахмурилась. Луффи был ей не просто другом, она о нём заботилась, как о младшем глупом брате. И, наверное, испытывала к нему что-то с родни материнского инстинкта. Но никому об этом, конечно же, не говорила.       Когда Монки Д не появлялся третий день подряд, бандиты начали волноваться — то ли за свои шкуры, то ли за Луффи. Николь была реалистом, так что больше склонялась к первому варианту. Она уже была готова сама отправиться на поиски паренька, но сдерживалась. Луффи рассказывал, как он выживал совсем один в джунглях, так что он справится. Более того, мальчишка теперь резиновый, а это значит, что его так просто не убьют.       — Да какая разница? Если он умрёт, значит, так тому и быть! — Разошлась в один день Дадан, крича на волнующихся подчинённых. — И на Эйса я плевать хотела. Мне всё равно, что он делает и где бродит. Если он откинет коньки, мы просто скажем Гарпу, что это был несчастный случай. Как говорится, двум смертям не бывать, а одной не миновать. Но он не такой. Он так просто не облегчит нашу жизнь.       В этот момент в мозгу Ники что-то щёлкнуло. Она крепко сжала зубы и медленно поднялась. Ногти превратились в когти, а хвост гневно метался из стороны в сторону. Девочка не умела управлять фруктом в те моменты, когда злость переполняла её.       — Только подумай что случится, если правительство узнает кто он! — распалялась женщина, не замечая блондинку.       — Заткнись! — крикнула Ника, зло глядя на неё, схватила ту за бусы и притянула к себе.       — Ты, мелкая, да как ты смеешь… — хотела было возмутиться пьяная женщина, но резко замолчала, почувствовав острые когти, что полоснули её шею, и увидев опасный огонёк в глазах напротив.       — Ты не имеешь ни малейшего права оскорблять и говорить так о чужих жизнях! Все мы люди и каждый достоин жить. Не тебе решать, кого убивать, а кого — нет.       В этот момент стоящий за дверью Эйс ошеломленно слушал разговор разбойницы и девочки с катаной. Он совершенно не понимал, что заставило девчонку так разозлиться, но слушал её слова внимательно, удивляясь грозным ноткам в её голосе.       — Ты — идиотка, не знаешь, кто он!.. — пыталась образумить Николь новоиспечённая опекунша.       — Мне плевать кто он, кто ты, кто все люди вокруг, даже если вы все тут внебрачные дети Волан-де-Морта или Саурона! Для меня важно одно: могу ли я доверять вам! Меня не волнует ни происхождение человека, ни его пол, ни раса, ни ориентация. Меня волнует, каков Эйс сам по себе! А теперь осмысли свои и мои слова. Я повторю ещё раз: каждый достоин жить.       Юная Фортуна отпустила бусы Дадан и направилась к выходу из этого дома, прихватив любимую катану. Внутри девочки плескались злость и негодование. Она злилась, что люди так просто относятся к смертям тех, с кем прожили около десяти лет. Это её бесило и раздражало. Она в тот момент даже не поняла, что сделала, не осознавала, что заступилась за пацана, которого не знает, за своего лучшего друга и за саму себя в том числе.       Поражённый Эйс ещё долго так и стоял за дверью, а в голове была куча мыслей. Он понял, что блондинка не так проста, как кажется на первый взгляд. Но он не понимал одного: почему же она взъелась на слова Дадан, которые он слышал много раз, и почему, хоть и неосознанно, заступилась за него?

Граница Гранд Лайна с прилегающим морем — Ист Блю. Небольшая группа учёных.

      — Доктор, след пропадает в направлении к Ист Блю, — сказал в Ден-Ден Муши один из учёных. И, похоже, именно он и руководил этой засекреченной экспедицией, про которую даже само правительство не знало.       — Отлично. Возвращайтесь и принесите мне все данные, — отдал приказ «доктор» и отключился. Он потёр виски и устало уставился на плоды своих творений, едко ухмыльнувшись.       — Ещё немного. Осталось чуть-чуть…