Шальная карта

Ночь укрыла Коноху покрывалом тьмы с тускло мерцающими из ее глубин огоньками звёзд. Ночные светила будто наблюдали за деревней, погрузившейся в сон. Окна домов давно погасли, улицы полностью опустели, лишь одинокие фонари разбрызгивали свет по безлюдным аллеям. Хоть все жители погрузились в сон, чтобы набраться сил для грядущего дня, жизнь в Деревне Скрытого Листа продолжалась даже ночью. Но не для людей, а для теней, отбрасываемых ветвями покачивающихся деревьев, которые танцевали по земле, иногда сплетаясь друг с другом, а потом вновь разбегаясь в разные стороны. Этот таинственный мир теней довелось увидеть лишь одному мальчику, который появился из ночного мрака в свете приветливо моргнувшего фонаря и так же быстро исчез из него, вновь нырнув в темноту и побежав дальше. Мальчик был бы рад сейчас посапывать в своей кроватке, как и все. Уж слишком он любил это дело. Но сейчас ему было не до сна. Он должен был выполнить миссию. Отнюдь не одну из тех миссий, которые выполняли шиноби по поручению Хокаге. Наш герой был еще слишком юным для подобных свершений, он едва начал учиться в Академии. "Откуда же тогда взялась миссия?" — спросите Вы. Ответ Вас может немного удивить. — Мне всё еще кажется, что это тупая затея, Курама, — пробормотал мальчуган, поднявшись по внешней лестнице, опоясывающей башнеобразное здание и открывая дверь, которая при этом издала пронзительный скрип, заставивший ребенка вздрогнуть. Он нырнул внутрь, удивляясь тому, что Резиденция Хокаге не заперта. Третий Хокаге покинул ее в десять вечера, отправившись домой. Неужели он забыл закрыть за собой дверь? Любой ведь может прошмыгнуть в его кабинет и получить доступ к совершенно секретным документам! — Похоже, сама судьба благоволит тебе сегодня, старый маразматик забыл запереть дверь, — прозвучал в голове Наруто раскатистый, словно гром, голос Девятихвостого Лиса. Кьюби помолчал несколько секунд и ответил на предыдущее замечание светловолосого мальчишки. — Тупая? Мог бы придумать что-нибудь сам вместо того, чтобы хныкать о своей никчемности в ниндзюцу и гендзюцу. Наруто прикрыл за собой дверцу и задумчиво посмотрел на изогнутый коридор, ведущий к кабинету Третьего. Вытащив из кармана фонарь и включив его, он неторопливо двинулся вперед, стараясь быть как можно более бесшумным, хотя в здании Резиденции никого не было. Прокравшись мимо входа в кабинет, поскольку упомянутые выше секретные документы никоим образом его не интересовали, Наруто двинулся дальше, на миг остановившись перед винтовой лестницей, спускающейся вниз, в библиотеку. — Ну найду я какой-нибудь свиток... А что дальше? У меня всё равно ничего не получится, даттебайо! — прошептал он с сомнением. Ответ Курамы был довольно резким. — Нет, идиот. В этой библиотеке есть не простые свитки, а свитки клана Узумаки с техниками, которые у тебя в крови! Узумаки пожал плечами. — Ну, раз ты так думаешь... — пробормотал он и, освещая себе путь фонариком, начал спуск по лестнице. Библиотека Третьего занимала несколько уровней. Теперь-то Наруто понял, почему кабинет Хокаге был расположен на самом верхнем этаже. Под ней была целая библиотека знаний, начиная с исторических книг и заканчивая свитками с таинственными техниками, которые так интересовали мальчика. Он шел мимо книжных стеллажей, освещая себе путь фонариком и вглядываясь в названия на корешках книг. — Спускайся ниже, — посоветовал Девятихвостый. Узумаки послушался и спустился на самый нижний этаж, в котором, по сравнению с остальными содержащимися в чистоте уровнями библиотеки, царил полный хаос. Возле стен стояли шкафы с какими-то склянками, непонятные приборы перегораживали проход, куча пыльных стопок бумаг и свитков усеивала хаотично расставленные столы и в некоторых местах даже пол. Пользуясь тем, что здесь редко проводится уборка, трудолюбивые пауки опутали всё вокруг паутиной, сквозь которую нашему герою пришлось продираться. — Видимо, старик нечасто тут бывает, — заметил джинчурики, закашлявшись. — В этом месте некогда работал его ученик, Орочимару, который покинул деревню еще до твоего рождения, — пояснил Курама. — Помнится, его тоже интересовали всякие свитки. И матери он твоей совершенно не нравился. Думаю, старик до сих пор винит себя в том, что Орочимару стал отступником, поэтому он редко возвращался сюда. Джинчурики коротко кивнул, направляя луч света на самый дальний угол, где на краешке стола лежала колода карт. Он подошел ближе, с любопытством взял одну карту и, направив на нее фонарик, увидел мужчину в ярких одеждах, в дурацкой шапке и с не менее дурацкой улыбкой на разукрашенном лице. Порой Наруто улыбался так же, когда не знал ответа на вопрос, заданный Ирукой. — Джокер, — прокомментировал Курама. — Кажется, это та самая колода карт, которая положила начало череде неудач второй ученицы Третьего, Тсунаде. Ее первый крупный проигрыш на деньги. Девятихвостый погрузился в воспоминания, пока Наруто задумчиво рассматривал картинки на других картах. Наконец, он взял всю колоду со стола и сунул ее в карман. — Ты ведь знаешь правила этой игры? — поинтересовался блондин у Лиса. — Разумеется, — отозвался тот. — Но, думаю, пока тебе рановато играть в покер. Лучше бы больше тренировался. Собственно, возвращаясь к тому, зачем мы сюда пришли... Узумаки бросил взгляд на свиток, упавший с этого стола и, нагнувшись, поднял его. Развернув его и сдув пыль, Наруто бегло пробежался взглядом по тексту и картинкам, которые кто-то заботливо предоставил для наглядности. — Почерк Мито, — прорычал Курама. — Поздравляю, это свиток с техниками клана Узумаки. Ну-ка, зачитай вслух. Наруто прочитал всё, что было написано в старом свитке, хоть некоторые слова ему были незнакомы и показались сложными. — Курама, а что такое фуиндзюцу? — нахмурился он. — Запечатывающие техники, вроде той, с помощью которой меня запечатали в тебя. И чему вас, дураков, в Академии учат? — проворчал Кьюби. — Любопытно... Запечатывать техники — очень полезная способность. Тебе пригодится. Наруто вгляделся в текст и картинки и вздохнул. — Слишком много этих... Как их там... — Ручных печатей, — закончил за него Лис, зная, что Наруто не слишком силен в этой области. — Да, чтобы запечатать технику, нужно приложить некоторое усилие. Но тут сказано, что затем ты сможешь использовать ее неограниченное количество раз, складывая лишь печать концентрации. — О, это другое дело! — воодушевился Наруто. — Но во что можно запечатать технику? — Во что угодно. Хоть в твои карты, — сообщил Курама с нотками раздражения в голосе. Порой ему казалось, что Наруто слишком глуп. По крайней мере, на фоне Мито и Кушины, которые были его предыдущими джинчурики. — Но чтобы запечатать технику, нужно сначала где-то найти эту технику, — продолжил Наруто, вновь нахмурившись. Он свернул свиток, положив его на место, и начал рыться в стеллаже. — Мне нравится ход твоих мыслей, — с насмешкой отозвался Лис. То, что Наруто находил, было практически невозможно прочитать, уж слишком корявым был почерк. Сразу было видно, что данные свитки — работа не Мито Узумаки, а кого-то другого, видимо, Орочимару. Вконец устав, он вытащил с верхней полки какую-то книжку, раскрыл ее на случайно выбранной странице и, быстро пробежав глазами инструкции, кивнул, убеждая себя в том, что всё понял. Он вытащил из кармана одну карту, положил перед собой и начал складывать печати, медленно и вспоминая на ходу, какие именно движения надо делать. Сначала была комбинация, создающая технику, а затем комбинация, запечатывающая ее в карте и не дающая дзюцу сразу выплеснуться наружу. — Что, уже? — удивился Курама. — Мне казалось, это займет больше времени. Вдруг какой-то шорох заставил Наруто вздрогнуть. Он схватил со стола карту с запечатанной в ней техникой и бросился наутек, быстро взбегая вверх по лестнице. Узумаки только сейчас осознал, как Третий разозлится, если узнает, где он был и что делал. — Успокойся, это была всего лишь крыса, — усмехнулся Лис, пока Наруто несся по улице, выбирая при этом не самый короткий путь до дома. — Дурацкая была идея, Курама, — буркнул Узумаки, не сбавляя темпа. Он замедлился только когда окончательно выдохся. Уверенный, что опасность позади, он смог немного отдышаться. — Где это мы? Кажется, здесь недалеко живет Саске, — пробормотал мальчик, оглядываясь по сторонам. Он никогда не был в этой части деревни ночью, поэтому плохо ориентировался. Дальше Узумаки пошел наугад, думая, что рано или поздно найдет ориентир, от которого сможет добраться до дома. Тот же дом Саске, к примеру. Учиха Саске... Об этом мальчишке следовало упомянуть. Объект внимания всех девчонок в Академии, лучший студент в классе, а также персона с весьма завышенным самомнением. Наруто недолюбливал Учиху, хотя в чем-то он ему завидовал. Саске был талантливым ребенком. Не то что он... Не сын Четвертого Хокаге, а позорище! Впрочем, Саске не был избалованным. Его отец был с ним очень строг. Зато его мать, Микото Учиха, была очень доброй женщиной. И красивой. Наруто, качаясь на качелях возле Академии, однажды видел ее в окне одной из аудиторий. Кажется, это было родительское собрание, которое организовывал Ирука, чтобы проинформировать родителей об успеваемости их детей. Кажется, тогда мать Саске тоже увидела Наруто, в тоске и полном одиночестве сидящего на качелях. И вроде бы даже улыбнулась ему. Хотя Узумаки думал, что ему померещилось. Ему никогда никто не улыбался. Разве что старик Третий, да и то редко. — Наруто... — прорычал Девятихвостый внезапно, вырвав мальчика из раздумий. — Сейчас же уходи отсюда. Я предчувствую что-то ужасное. Мальчик остановился, недоуменно посмотрев по сторонам. Было такое, что Курама иногда предупреждал его об опасности в виде находящихся рядом жителей, которые в принципе могли сорваться на нелюбимом в деревне "исчадии ада". Но сейчас-то улицы были пустыми. Лишь он один бороздил темные переулки. — Кажется, твое чутье тебя подводит, — усмехнулся Узумаки, продолжив свой путь и заворачивая за угол. В следующий миг он остановился на месте, будто превратился в столб, вкопанный в землю. Мальчика сковал ужас. То, что он увидел, отпечаталось в его памяти на всю жизнь. А увидел наш герой следующее... Главную улицу квартала Учиха усеивали трупы, валяющиеся в лужах крови, пропитавших песок. Всё вокруг было окрашено в красные тона. В заборах и стенах домов торчали кунаи и сюрикены. Они же валялись прямо на земле. Некоторые тела нельзя было назвать целыми. К примеру, пригвозженный к земле катаной полный мужчина, об чью голову, существовавшую теперь в виде отдельного объекта, Наруто чуть не споткнулся. Остановив взгляд на обезглавленном Учихе, Наруто часто задышал. Слишком часто. Он начал захлебываться воздухом. Он поднял взгляд выше, увидев опирающийся спиной на забор труп женщины в полусидячем положении. В животе ее была рана или даже дыра, из которой вывалились практически все внутренности. Следом за ней в поле зрения мальчика попал старик, валявшийся на песке животом вниз. Из его затылка торчала рукоятка куная. Голова была повернута так, что Наруто успел увидеть застывшую на лице жертвы гримасу ужаса, прежде чем отвел взгляд. — Прочь отсюда! — рявкнул Лис. — Живо! Наруто сделал несколько неуверенных шагов назад, но остановился, так и не бросившись наутек. Ноги его не слушались. И благородное сердце велело поступить иначе, несмотря на все очевидные "но". — Саске... Неужели он тоже... — выдавил мальчик, чувствуя, что вот-вот оглохнет от биения собственного сердца. Он уже не слышал команд, которые давал ему Курама. Пересилив страх, Узумаки ринулся вперед, перепрыгивая через трупы приконченных членов клана Учиха. Он даже не позаботился о том, чтобы вооружиться чем-то из валявшегося тут и там оружия. Не помня себя, Наруто ворвался в дом Саске, двери которого были вышиблены и, услышав душераздирающий вопль, бросился вверх по лестнице. Когда он ворвался на второй этаж, то увидел растворяющуюся в распахнутом окне тень, сверкнувшую красными глазами. В нечетких контурах угадывался мужчина в форме АНБУ. Перед своим исчезновением незнакомец успел бросить на Наруто слегка удивленный взгляд. Впрочем, появление Узумаки никак не помешало убийце и его планам. И появись Наруто на пару секунд раньше, вряд ли это что-нибудь бы изменило. Саске, нетронутый убийцей, валялся на пороге, дергаясь в судорогах. Как подсказал Девятихвостый, он был под мощным гендзюцу. Прежде чем склониться над Учихой, Наруто устремил взгляд в комнату, посреди которой в луже крови валялись родители юного Учихи. У отца Саске тоже отсутствовала голова, откатившаяся куда-то в угол, оставив за собой кровавый след. А мать Учихи лежала на полу с торчащим из спины танто. И, кажется, еще едва заметно дергалась. Да, это была она, та самая добрая и красивая женщина, которую Наруто некогда увидел в Академии. Его сердце замерло, а рука дрогнула, и из нее на пол упала игральная карта. Прежде чем Наруто успел что-либо понять, яркая вспышка света ослепила его. Неведомая сила, от которой по стенам и полу пошли трещины, отбросила Узумаки назад и больно приложила затылком о стену. Последнее, что Наруто услышал, поскольку видеть он уже не мог — это треск и оглушительный грохот.

***

— Пришел в себя, наконец, — улыбнулся Третий, которого Наруто увидел сразу после того как открыл глаза. — Как самочувствие, Наруто? Джинчурики прислушался к своим ощущениям, среди которых, к его удивлению, не было боли. Он подтянулся на койке и сел, откинувшись спиной на подушку. С удивлением оглянувшись по сторонам, Наруто понял, что находится в Госпитале Конохи. Он был в палате не один. На соседней койке лежал Саске. Вид у него был неважный. Наверное, именно поэтому ему поставили капельницу. Сейчас юный Учиха был без сознания. Третий Хокаге, старик в традиционных одеждах главы селения, своем парадном костюме (правда, без шляпы), сидел в кресле возле его койки, крутя в руках знакомую колоду карт. — Что произошло? — выдавил Узумаки. — Я... Кажется, ничего не помню. Только кровь и тела... — Произошло страшное. И мне очень жаль, что вы с Саске оказались там, когда это случилось, — пробормотал Хокаге, с лица которого сползла улыбка. — Клан Учиха истреблен. Родители Саске мертвы. Да что там... Даже от его дома ничего не осталось. Наруто вздрогнул, прочувствовав весь ужас происходящего. — Совсем никто не выжил? — выдавил он. — Ну, только Саске и... — Сарутоби оглянулся на полуоткрытую дверь, за которой была видна стоящая в коридоре скамейка. Наруто устремил взгляд туда и увидел, что на скамейке сидит девочка примерно одного с Наруто и Саске возраста. Ее длинные волосы были схвачены в хвост резинкой. Незнакомка была одета в серое платье и сандалии. Опустив голову, она сверлила пол обреченным взглядом. Ее ноги едва заметно двигались, болтаясь в воздухе. Наруто знал, в каких случаях это происходит. Он и сам так делал, когда считал, что всё потеряно и жестокая жизнь не имеет никакого смысла. — Ее зовут Микото. Единственное, что она помнит, — пробормотал Хирузен, задумчиво посмотрев на Наруто. — Удивительно, прямо так же, как и мать Саске. — Распространенное имя? — предположил Узумаки. — Возможно. А знаешь ли ты, что Саске назвали в честь моего отца? — кивнул Третий. Блондин мотнул головой. — Как она? — поинтересовался Узумаки, вновь посмотрев в проем, в который было видно бедную Микото. — Цела и невредима, в отличие от вас обоих, — отозвался Третий. — Но, как я уже сказал, у нее полная потеря памяти. Помнит только свое имя. Впрочем, может, оно и к лучшему... Я бы не захотел помнить такое. Теперь она ждёт, пока Саске придет в себя. В конце концов, они последние уцелевшие Учиха... Хотя в этом клане было много людей, они вряд ли были знакомы лично... Он бросил сочувствующий взгляд на Саске, который едва заметно поморщился. — Может, и Саске забудет кое-какие детали, — пробормотал Хокаге. — Я на это очень надеюсь. Его взгляд вновь вернулся к Наруто. Старик продемонстрировал ему колоду карт в руке. — Давно ее искал, — сообщил он. — Она была у тебя в кармане. — Э... Да, я как-то случайно нашел ее в кладовке Академии, когда Ирука-сенсей заставил меня перекрашивать разрисованную мной стену, — выдавил он, стараясь звучать как можно убедительнее. Старец загадочно улыбнулся. — Вот, значит, куда она затесалась... Ну ладно, оставь себе. Правда, тут одной карты не хватает, — произнес он, положив колоду на тумбу рядом с койкой блондина. — Будет чем развлечься. А завтра тебя выпишут. — Старик Третий, а можешь научить меня играть? — спросил Наруто, поняв, что не хочет, чтобы старик ушел и оставил его одного наедине с бессознательным Саске и палатой, в которой совсем нечего делать. — Ну, так и быть, — согласился Хирузен. — Научу тебя всем играм, что знаю сам. Как знать, может, когда Саске придет в себя, ты придешь и сыграешь с ним? Я думаю, ему будет нужен друг в такое тяжелое время... Наруто вспомнил, как недружелюбен с ним был Саске до происшествия и, предположив, что после пережитого у него будет еще меньше желания с кем-либо общаться, тем более с ним, с сомнением ответил: — Это вряд ли.