Шальная карта

Прошло полгода. Многое в жизни Наруто за это время изменилось. Как и предсказывал Данзо, отношение жителей деревни к нему только ухудшилось. Было несколько случаев, когда ему приходилось убегать уже не от сверстников гопарской наружности, а от взрослых, не желавших, чтобы демон и убийца расхаживал по их улицам и представлял угрозу для ни в чем не виноватых граждан. Впрочем, были в таком мерзостном отношении к Наруто и свои плюсы. Он стал усердно тренироваться даже по пути в Академию и обратно, прокладывая его либо по крышам, где оттачивал прыжки и контроль чакры, либо по улицам, где было много укрытий, тренируя таким образом навыки скрытности. По прошествии нескольких месяцев все эти, казалось бы, глупые с первого взгляда занятия возымели свой результат. Наруто научился двигаться бесшумно, неплохо приноровился прятаться, а также освоил хождение по отвесной стене, по потолку и по ровной воде. Балансировать на волнах у него пока не получалось, и наш герой проваливался под воду, вызывая тем самым смех Курамы, следившего за всеми его тренировками. "Ты неплохо потрудился за эти полгода", — заметил Курама, когда джинчурики несся по крышам. Впереди была пропасть в виде улицы, но Узумаки не сбавил темпа, а наоборот ускорился. Оттолкнувшись от края, он едва заметной неопытному глазу обычных жителей тенью, перемахнул эти полтора десятка метров, приземлившись на крышу здания на противоположном краю улочки. Наруто молча кивнул, продолжив свой путь. Нечасто Девятихвостый хвалил его успехи. За прошедшее время арсенал его собственных техник так и не пополнился. Две техники, запечатывающая и теневое клонирование, последнюю из которых Узумаки всегда использовал с помощью карты, составляли его скромный запас. Однако ему всё же представился случай вновь использовать запечатывающее дзюцу Мито на практике и убедиться, что оно работает безотказно. В тот день Наруто проследил за одной из тренирующихся команд чунинов и, кстати, те его даже не заметили, чем Узумаки был очень горд. Ему удалось подгадать нужный момент и запечатать пару увиденных техник в карты. И теперь джинчурики мог в любой момент использовать эти дзюцу, прибегнув к помощи своих карт. К слову, вместо заметно поредевшей колоды у него теперь была новая, полная. И в картах были запечатаны отнюдь не только техники. Узумаки неплохо подготовился к сегодняшнему дню. А день сегодняшний был особенным. Это был день распределения по командам после успешно пройденного экзамена на генина. Кстати, справился Наруто с экзаменом очень просто. Ему необходимо было показать технику клонирования. Но мальчик продемонстрировал технику теневого клонирования. Ирука был так впечатлен, что не стал спрашивать у Наруто теоретических вопросов. Теперь блондин с гордостью носил собственную повязку с протектором деревни, о которой долго мечтал. Наконец он прибыл и, войдя в аудиторию и как всегда собрав на себе взгляды присутствующих, занял свое место рядом с Шикамару. — Чуть не опоздал, — прокомментировал Нара его приход, покосившись на часы, висевшие на стене. — Нужно было сделать последние приготовления. Это заняло какое-то время, — пробормотал Наруто, похлопав себя по карману. В этот момент в аудиторию вошел Ирука и, произнеся речь о том, как он горд за всех своих студентов, проинформировал присутствующих о том, что Третий уже принял решение о том, как их разделить на команды. В его руках был список, одобренный и заверенный Хокаге. "Надеюсь, мы с Шикамару в одной команде. В конце концов, он мой единственный друг", — пронеслось в голове Наруто, но в следующую минуту его ждало разочарование. — Команда номер десять: Шикамару Нара, Ино Яманака, Чоджи Акимичи. Ваш капитан Сарутоби Асума, — объявил Умино. Шикамару, вздохнув и бросив на Наруто прощальный взгляд, поднялся и вместе с Чоджи и Ино покинул класс, проследовав в аудиторию, где их ждал новый наставник. — Команда номер восемь: Хината Хьюга, Киба Инузука, Шино Абураме, — продолжил Ирука. — Ваш капитан Юхи Куренай. Наконец, очередь дошла и до зачисления нашего героя. — Команда номер семь. Саске Учиха, Микото Учиха, Наруто Узумаки. Под руководством Какаши Хатаке, — сообщил Умино. — Вы остаетесь здесь. Дочитав до конца список и дождавшись, пока все кроме троицы из седьмой команды покинут зал, Ирука пожелал своим бывшим студентам удачи и тоже ушел, сказав, что Какаши скоро придет. Повисла неловкая тишина. Наруто бросил взгляд сначала на Саске в темно-синих шортах и футболке с высоким воротом и с изображением символа клана на спине, с повязкой-протектором на лбу, такого же угрюмого, как и всегда, а потом на Микото, на которой были темно-серые шортики и черная футболка-топик без рукавов. Темные волосы девочки, обычно связанные в хвост или два хвоста (она любила экспериментировать с прическами), сейчас были распущены и спадали на плечи. Ее протектор поблескивал на шее, чем-то напоминая ошейник. Кажется, Учиха была ничуть не расстроена тем, в какую команду попала. "Это что, такая шутка?!" — подумал Наруто. — "Старик Третий, чем ты думал, когда объединял нас в одну команду?" — Прекрасно, — пробормотал Саске с нескрываемым сарказмом, глядя на своих новых товарищей по команде. Он сказал это достаточно тихо, но и Микото, и Наруто, спускающийся по лестнице, чтобы сесть поближе, его прекрасно услышали. Микото, сидевшая через несколько мест от Саске на том же ряду, покосилась на него с непониманием. — Тебе что-то не нравится? Мне кажется, наоборот хорошо, что мы с тобой в одной команде. Последние Учиха должны держаться вместе, — поинтересовалась она. Тот наградил девочку не очень добрым взглядом, и Наруто вспомнил, что после случая в квартале Учиха тот сознательно избегал общения с Микото по неясным причинам. — Ты, та, которая носит имя моей матери, лица которой я даже не могу вспомнить. И маньяк, корчащий из себя дурака. Прекрасная команда, — процедил Учиха. Микото опустила взгляд. Видимо, фраза, произнесенная Саске, ее сильно задела. — Прости. Я даже не знала... — промолвила она, понимая, почему Учиха всегда испытывал к ней странную неприязнь. Наруто, спустившись к ним, сел на парту и, закинув ногу на ногу, с вызовом посмотрел на Саске. — Я не маньяк. Я не такой, как тот, кто вырезал ваш клан. Верьте или нет, то, что я сделал, было самозащитой, — спокойно произнес он и, сделав небольшую паузу, обратился уже исключительно к Саске. — И не дурак, если тебе так кажется. Скорее шутник... Джокер! Вытащив из кармана карту, он продемонстрировал Саске изображенного на ней черного шута. — Лучше бы техники подучил, Джокер, чем дурью маяться, — холодно ответил Саске, отвернувшись к окну. Наруто разочарованно вздохнул, поняв, что с этим типом ему придется непросто, и посмотрел на Микото, заметив ее заинтересованный взгляд на карте. — А ты фокусы умеешь показывать? — спросила она. Узумаки задумался, поняв, что никогда не делал ни одного фокуса с картами. Впрочем, в обращении с картами он был столь ловок, что мог придумать что-нибудь на ходу. — Конечно, — ответствовал он, извлекая из кармана игральную колоду и перемешивая ее. Его руки двигались все быстрее и быстрее, привлекая внимание Микото к себе. Тогда Наруто резко перехватил колоду двумя пальцами, вливая через них небольшое количество чакры, стукнул краем о парту, и тогда карты по одной, подлетая в воздух и описывая дугу, переместились к нему в раскрытую ладонь, вновь собравшись в ровную стопку. — Очень впечатляет, — улыбнулась Микото, даже не подозревая, что этот трюк Наруто изобрел только что. Узумаки поймал на себе взгляд Саске. — Эй, Саске. Выбери карту, — обратился он к нему, поняв, что новый фокус — это неплохой способ разрядить атмосферу. Он раскрыл карты веером, картинками к Саске, ожидая его ответа. — Я не играю в эти игры, — бросил Учиха равнодушно, снова отвернувшись. — Давай тогда я, — предложила Микото, очаровательной улыбкой заставив Наруто повернуться к себе. Она немного подумала и ткнула пальцем в одну из карт. Узумаки мгновенно прикоснулся к карте ногтем с другой стороны, сделав это достаточно быстро, чтобы Микото не заметила и, сложив карты в колоду, начал их перемешивать. Учиха снова стала следить за движениями его рук. Каково же было ее удивление, когда одна карта сама вылетела вверх, словно птица, вырвавшаяся из клетки, и Наруто, прекратив перемешивать колоду, перехватил ее быстрым, словно молния, движением, зажав между указательным и средним пальцем. — Это она? — поинтересовался он и, дождавшись кивка, очередной прекрасной улыбки и даже аплодисментов, добавил. — Какая непослушная, всегда улетает. Микото засмеялась, а джинчурики тем временем проверил, что за карту держал в руке. Это была червовая дама. "Не слишком оригинальный выбор для девчонки. Впрочем, ладно", — подумал он, глядя на девочку, заливающуюся смехом. — "А это было не так уж сложно... Может, зря я столько медлил заговорить с ней?" Нельзя было сказать, что Наруто был влюбчивым мальчишкой. В детстве его всегда восхищала Сакура. Сейчас, задавая себе вопрос, чем именно, Узумаки не мог найти ответа. Наверное, из-за необычного цвета волос. Раньше он любил яркое и выделяющееся на общем фоне. Своим появлением она всегда притягивала его взгляд. К Микото же с самого ее появления в Академии Узумаки испытывал симпатию. Хоть он толком ни разу с ней не разговаривал, почему-то ему казалось, что они уже встречались, что уже, может, самую малость знают друг друга. Это была не только симпатия, но и какая-то легкость во всем теле при каждом ее взгляде. Впрочем, Наруто никогда не думал, что он влюблен. После пережитых инцидентов он стал сомневаться в том, что такая прекрасная вещь, как любовь, может существовать в столь жестоком и отвратительном мире. Да, симпатия, притяжение... Пожалуй, именно так он мог назвать то, что испытывал к девочке. — Ну что, будем друзьями? — спросил он, почувствовав себя немного неловко от вопроса, который несколько лет назад мог бы показаться самым обычным, а сейчас почему-то вызывал непонятное стеснение. — Конечно, — отозвалась Микото, протягивая свою изящную ручонку, чтобы Наруто ее пожал. "Неужели жизнь налаживается?" — Узумаки не мог поверить своему счастью. У него появился второй друг, к тому же, из его собственной команды. — Ну наконец-то, — полностью игнорируя своих товарищей по команде, пробормотал Саске, устремляя взгляд по направлению к двери. Дверь в следующую же секунду отъехала в сторону, и на пороге показался шиноби в стандартной форме из темно-синих брюк и водолазки и военного жилета, чье лицо полностью, за исключением одного глаза, скрывала маска. У джонина были торчащие вверх серые, даже практически белые, волосы. На лбу его также был протектор, чуть-чуть съехавший вбок и закрывающий второй глаз вместе с маской. — Простите, что опоздал, — извинился он. — Я Хатаке Какаши, капитан вашей команды. Войдя, он окинул взглядом трех новых учеников и улыбнулся под маской. — Думаю, неплохо бы и мне узнать ваши имена. Расскажите, что любите, что не любите, к чему стремитесь, — предложил Хатаке, бросив выжидающий взгляд на Наруто. Узумаки коротко кивнул и быстро представился: — Я Узумаки Наруто, люблю рамен и карты. Не люблю будильник и ждать, пока рамен заваривается. Перед тем, как поведать о своей мечте, джинчурики прислушался к себе и понял, что уже не испытывает желания становиться Хокаге. После происшествия с Сакурой Третий даже не сразу пришел проведать его. Наруто дожидался его визита целых три дня, думая, что старик Хирузен о нем попросту забыл. Оказалось, Третий был слишком занят и освободился от своих дел лишь тогда. Наруто не любил быть загруженным чем-нибудь, кроме дел приятных или хотя бы полезных. Те же тренировки, на которые он тратил несколько часов в неделю, занимаясь ими почти каждый день, уже вошли в привычку. А вот станет он Хокаге... Что тогда делать? Всеобщее признание и пост главы деревни вовсе не стоили того, чтобы заниматься целый день бумагами да переговорами. — Я хочу стать сильным, чтобы уметь постоять за себя и защитить тех, кто мне дорог. Какаши кивнул, поскольку, по его мнению, это была вполне достойная цель. — Меня зовут Микото Учиха. Я люблю цветы, хорошую погоду, а еще люблю порядок. Не люблю холод. Больше всего хочу вернуть свою память, вспомнить родителей и друзей, — следующей представилась Микото. Вновь кивок. Хатаке перевел взгляд на Саске. — Мое имя Саске Учиха. Мне многое не нравится. Мне даже почти ничего не нравится. Больше всего я хочу уничтожить кое-кого, — в черных глазах Учихи сверкнули огоньки. — Что ж, прекрасно, — кивнул Копирующий Ниндзя. — Как насчет небольшого испытания перед нашей первой миссией? — Испытания? — переспросила Микото. Хатаке посмотрел на нее, и в его глазу немного театрально мелькнул холод. — Да. У меня есть свои отборочные испытания в команду. Кто пройдет, будет достоин зваться моим учеником и отправится завтра на свою первую миссию в страну Птиц. Кто не пройдет, будет вынужден отказаться от звания генина и навсегда забыть о том, чтобы стать шиноби. Но также в этом испытании будут правила, которые ни в коем случае нельзя будет нарушать. Кто их нарушит, автоматически покинет команду. Всех троих генинов, даже Саске, передернуло. "Какаши Хатаке. Он всегда был довольно жестким человеком в плане следования правилам", — усмехнулся Кьюби, радуясь, что его джинчурики попал в команду к подобному человеку. — Встречаемся через двадцать минут на полигоне, — он скользнул взглядом по ученикам и заметил, что не у всех из них есть с собой подсумки и кобура для кунаев, примотанная к ноге. — Пусть те, кому надо подготовиться, грамотно воспользуются этим временем.