Эпилог
22 декабря 2015 г., 19:59
Почему? Почему ей так плохо? Почему она в этой темноте одна? Где все остальные? Неужели их тоже поглотила холодная тьма? Она не могла пошевелиться, словно была связана по рукам и ногам. Сколько она так прожила? Минуту? Час? Год? Столетие?
Вдруг что-то теплое дотронулось до ее руки. Теплота медленно расползалась по ее замерзшему телу.
***
- Мерлин, ты жива, - сказал Реддл. – Притворяешься, чтобы автографы не подписывать и букеты не получать?
- Реддл? – прошептала Гермиона одними губами. – А где я?
- В больничном крыле. Ты потеряла сознание посреди спектакля, помнишь?
Гермиона несильно покачала головой.
- А как сам спектакль? – с ужасом спросила Гермиона.
- Пришлось импровизировать: обвинили Элизабет, что это она отравила Кэтрин, чтобы свадьба не состоялась. Ее сожгли на костре, а Кэтрин стала легендой.
- Министр был в бешенстве?
- Нет, ему понравилось, что мы добавили кусочек магловской культуры. Все довольны.
- Ну и хорошо, - вздохнула она с облегчением.
Она заметила, что Реддл держал ее за руку. Ее это несколько смутило, но и свою руку не стала одергивать.
- Я очень испугался за тебя, - тихо признался Реддл.
В его голосе Гермиона услышала нотки заботы. Немного странно стараться представить себе, как Волан-де-Морт заботится о грязнокровке.
- А что произошло? – попыталась Гермиона сменить тему.
- Да эта дурная Ханна совсем с ума сошла. Смазала тебе букет напитком живой смерти. Слизнорт сказал, еще несколько минут, и ты бы была уже мертва. Она же и платье изрезала.
- Страшные у тебя подружки, - заключила Гермиона.
- Есть такое, - согласился он. - А еще ты пропустила весь праздник.
- А какое сейчас число?
- 27 декабря.
- Немного времени прошло.
- Да.
Между ними воцарилось молчание. Они стояли на пороге того, чтобы решить, как надо двигаться дальше.
- Мне интересно, как ты не заметила, что букет был чем-то смазан? – нарушил его Реддл.
- Просто мне и в голову не могло прийти, что кому-нибудь захочется такое делать с цветами.
- За тобой нужен глаз да глаз, Гермиона, - улыбнулся Реддл.
Он назвал ее по имени. Она попала в другую вселенную?
- Не надо так пугаться, ты не сошла с ума, - его улыбка стала шире.
- Меня напрягают такие глобальные перемены в твоем настроении, Реддл.
- Престань звать меня по фамилии. Ухо же режет.
- Ты звал меня «грязнокровкой», и ничего – выжила.
Он чуть сильней сжал ее руку и взглянул на нее как-то по-другому. Словно спрашивал разрешения. Гермиона даже задумалась, а смогла бы она когда-нибудь принять его таким, какой он есть. Со всем вытекающим. В конце концов, она здесь ненадолго. Что ей мешает согласиться? Целоваться они уже привыкли.
- Может, оставим это все в старом году? – Реддл нагнулся над ней и поцеловал ее. – С Рождеством тебя, Гермиона.
- С Рождеством тебя, Том.
